Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

 

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

 
N1 N2 N3 N4 N5 N6 N7 N8 N9 N10 N11 N12 N13 N14 N15 N16 N17 N18
N30 N31 N32 N33 N34 N35 N36 N37 N38 N39 N40 N41 N42 N43 N44 N45 N46 N47 N48 N49 N50 N51 N52 N53 N54 N55 N56 N57 N58 N59

Тёмный лес

N15

ЛАФАНИЯ

ПЕСНЬ ВТОРАЯ

I
О, вы, великомудрые! Восплюйте
На то, чем институт морочит вас;
Возлейте в кубки чай и возликуйте,
Восслышав мой бесхитростный рассказ
А я свой взор в минувшее направлю,
Илью и крах Стефании восславлю,
Восславлю век, и год, и месяц тот,
Когда никологорские народы.
Воспрянув, под знамёнами свободы
Низвергнули обжирцев и господ.
II
О, что я зрю! Отчизна, отягченна
Невыносимым бременем цепей,
Лежит у ног его, а он надменно
Великий глум содеивает с ней,
И, превзошел всех греческих тиранов
Её гнетёт. Ведь это он, Романов,
Престиж её воздвигнул до высот!
А ныне стон течет рекою слезной,
И под его десницею железной.
Задавлен, задыхается народ!
III
По топям сквозь крапиву и бурьян
Идёт за драгоценной белой глиной
Аксиньинским болотом караван.
Сначала раб измученный шагает
И путь в крапиве палкой прорубает,
А сзади, озирая божий мир,
Евгений Первый шествует в почёте.
Задумав на Аксиньинском болоте
Воздвигнуть бело-глиняный кумир.
IV
Он во главе, хотя шагает сзади;
Ему в крапиве выбита тропа,
И если плохо - тысячи проклятий
Обрушатся на голову раба.
Он во главе: чуть что, и жди расплаты,
Лишь комары и мухи - демократы,
Собой рискуя, кровь тирана пьют.
Но тут: "Малина!раб взывает зычно,
И президент вперёд бежит и лично
Съедает всё, что есть, за пять минут.
V
Но трепещи! Не вечно с наших градов
Тебе взимать обильнейшую дань
И к яблокам из наших вертоградов
Протягивать гребущу жадну длань.
Уже ползёт шипящий аспид - смута...
Тиран! ТЫ правишь миром, но минута,
И нет тебя. Любой удельный князь
Мечтает сделать свой удел отдельным,
Ну а тебя в неистовстве бесцельном
Под крик "Ура!" вогнать по шею в грязь.
VI
Но днесь престану петь высоким стилем,
Понеже в оном скуки много есть
И неизвестно к сказкам или к былям
Сие творенье громкое причесть.
И потому, напомнив о тиране,
Скажу о том, что было годом ране
В губерниях стефанских и краях,
Поведаю о малых государствах,
Об их делах, победах и мытарствах,
О мудрых основателях-князьях.
VII
"Приди, о ты, могущественный гений!
Сними с рамён отчизны бремена!
мы стонем от стефанских притеснений.
Нам Новая Стефания нужна".
Пою тебя, Илья-градостроитель,
Великий вождь народов и учитель.
"Приди!"- взывали мы, и ты пришёл,
Разбил оковы, мирному народу
Вернул давно желанную свободу
И Новую Стефанию возвёл.
VIII
А твоему примеру, многославный,
Последовал иной великий князь,
И Лавритания, союзник равный,
К своей грядущей славе вознеслась.
А ты, тиран, оставь свои коварства!
Встают за государством государства,
встают, растут быстрее, чем грибы.
Промчится год, и расползётся ересь,
Взойдут Икар, Дом-Ра, Юнона, Нерис...
Твой пробил час! Не избежать судьбы!
IX
Торжественно уходят в небо сосны,
Враждебный мир глядит из-под бровей,
Звенят пекинцев стрелы смертоносны,
И свой тиран грозит стране своей.
И это жизнь! - ну что же, принимаю
И вопреки бедам благословляю
И не молю избавить от невзгод,
Но только ниспошли, творец, нам друга,
Чтоб не смела с лица земли нас вьюга,
А там о шпагу шпага - и вперёд!
X
Велосипеды мчались у конторы,
И молвил слово лавританский князь,
Чтоб Новая Стефания в те поры
В знак мира с Лавританией слилась.
Замедлили свой бег велосипеды
И возгласил Илья-спаситель: "Беды
Поможет побеждать нам сей союз.
Да будешь ты, Лафания, великой!
Да отвратишь удар судьбы столикой:
И глад, и мор, и стон, и смерть, и трус!"
XI
Внимай, вселенна! се слова пророка,
Кой светлый день в грядущих днях узрел,
Но днесь не стану петь его до срока,
Не стану исчислять великих дел.
Ещё лафанцы волю не диктуют
И вместе со стефанцами воюют
С индейским государством РВС,
Ещё лафанцы и темны, и дики,
В искусствах и науках не велики
И в шахматах не делают чудес.
XII
Но вот поля пшеничны опустели;
Патриотизм на время позабыв,
К далёким странам птицы отлетели.
Из неба прокурлыкав свой призыв.
Во льды речные воды остудились,
Из туч пушисты перья опустились.
Запели вьюги, навевая сны...
Кочевники-лафанцы в знак печали
В квартиры зимни перекочевали,
И мир уснул до новыя весны.

  █

Примечания к "Песни второй"

1. Драгоценная белая глина - сапропилит, болотная глина.

2. Бело-глиняный кумир - памятник покорителю болота Романову I.

3. РВС - Республика Голубой Звезды (франц.), население - пекинцы, вождь - Пека Великий.

Словарь церковно-лафанских слов

АСПИД - змея

БРЕМЕНА - тяготы

ВЕРТОГРАД - сад

ГЛАД - голод

ГЛУМ - издевка, глумление

ДЕСНИЦА - правая рука

ДЛАНЬ - ладонь

ДНЕСЬ - ныне

КУМИР - статуя, памятник

МОР - эпидемия

МЫТАРСТВА - страдания, лишения

ОБЖИРЦЫ - обжоры

ПОНЕЖЕ - поскольку

ПРЕСТАТЬ - перестать

РАМЕНА - плечи

ТРУС - стихийное бедствие

ИЗ СОКРОВИЩНИЦЫ ЛАФАНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

На этот раз мы публикуем две старинные лафанские песни, в основе песен реальные исторические события.

СТЕПАНУШКА - АКАДЕМИКОВ ВНУК

Ой, ходил-гулял академиков внук
По шоссейноей да по шмидтовской,
По шоссейноей да по шмидтовской,
Мимо дачушки да Прокофьевской.
Ну а в те поры среди трёх дорог
Был споставлен кирпич жёлто-красненькой,
Воспрещал проезд к пляжу русичам,
И валила на пляж иностраньщина.
Увидал его академиков внук,
Воспалился тут академиков внук,
Как всхвастнётся он да по дедушке.
Как взругнётся он да по матушке.
"Наплевать мене на милициюшку,
На милициюшку со дружиннички;
Я пойду-сыму со угла кирпич,
Я сыму кирпич жёлто-красненькой".
Как не ветер в грозу сорывал сосну,
Сорывал кирпич академиков внук,
Сорывал кирпич жёлто-красненькой
И его покладал во канавушку.
Вдруг шофёрчик один появляетси
И хватает его за белы рученьки.
За белы рученьки да за шиворот
Да и свозит его во милициюшку.
А в милициюшке старшина Петров
Надругаетси, надсмехаетси:
"Гой еси, никологорщина, сукин сын,
Кое ж ты, ..., знаки спихиваешь?!"
Как не золотая трубушка вострубила,
Заговорил в ответ академиков внук:
"Гой еси, старшина, я не сукин сын,
Я - Степанушка, академиков внук".
Старшина Петров тут смущаетси.
Поклоняетси, улыбаетси,
Рассыпаетси златом-серебром,
Говорит ему медовы слова:
"Ты иди себе, академиков внук,
да на все на четыре стороны,
Не брани меня да по матушке,
Не губи меня да по дедушке".

  █

ПРО СТЕФАНИЮ

Как на нашем белом свете
Есть страна такая, дети.
Правят той страной вдвоём
Самый главный жрец с царём.
Выбирает их боярство
И сажает их на царство,
А бояре - их жрецы,
Благ и почестей жнецы,
Чтоб в народе их любили,
Свой парламент учредили.
В тот парламент выбирают
Тех, которых назначают:
И народ доволен всем,
Но не любит этих тем.

1974
  █

БЛИЦ-ПОЭЗИЯ

ПИСАТЕЛЬ

На столе лежит бумага,
Карандаш в руке зажат...
Что? Былина, ода, сага,
Песня, эпос, рубайат?
И душа полна сомненья,
Разбегаются глаза...
Что сюжет произведенья?
Смерть, любовь, метель, гроза?
Целый день сижу и маюсь,
Аргументов не найду,
Вспомнить речи их пытаюсь,
Отношение к труду,
Где они бывают ночью,
Где они бывают днём,
Что подслушал, что воочию
Видел, стоя за углом.
Труд писателя не сладок:
Всё ходи да подмечай.
Что-то шепчут. Непорядок!
И смеются. Ай-яй-яй.
Я иду по коридору,
Скрипнет пол - и вмиг на скрип
Затихают разговоры,
Недоступен прототип.
Надоело! Это слишком!
Это ж может разозлить!
Посмотрю-ка я по книжкам.
Постараюсь применить
ТВОРЧЕСКОЕ ВООБРАЖЕНИЕ.
На столе лежит бумага,
Разъясняется вопрос.
Не былина и не сага,
самый древний жанр -
Донос.

  █     █

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: