Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

 

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

 
N1 N2 N3 N4 N5 N6 N7 N8 N9 N10 N11 N12 N13 N14 N15 N16 N17 N18
N30 N31 N32 N33 N34 N35 N36 N37 N38 N39 N40 N41 N42 N43 N44 N45 N46 N47 N48 N49 N50 N51 N52 N53 N54 N55 N56 N57 N58 N59

ТЕМНЫЙ ЛЕС

N48

"Тёмный лес" - лафанский журнал. Выходит с 1969-го года тиражом от 4 до 24 экземпляров. Данный номер посвящён лафанским литературным и прочим событиям 2004-го года.

 

В самом-самом конце 2003 г. (так, что информация не попала в предыдущий номер журнала) в Лафании изданы "Восьмистишия" Александра Косарева. В сборник вошло 116 поэтических миниатюр этого автора - ничтожно малая часть творчества поэта. Тираж - 4 экземпляра, но по заказу читателей могут быть допечатаны дополнительные экземпляры.

2 января 2004 г. в электронном виде появился в значительной степени дополненный и переработанный вариант работы Юрия Насимовича, которая посвящена естественнонаучному объяснению ощущений человека в состоянии клинической смерти. Добавлена глава "Предсмертный опыт и универсальная информационная система". Мистические представления об этой информационной системе рассматриваются с рациональных позиций.

6 января лафанцы обрели "Passion Models" Анатолия Переслегина - очередной диск композитора, предназначенный для распространения на Западе, где музыка данного направления пользуется спросом. Название, наверное, можно перевести как "Страстный пересказ [Нового Завета]". В жанровом отношении произведение ближе всего к симфонии, но музыкальный язык современен или даже устремлён в космическое будущее человечества.

В середине января 2004 г. тиражом в несколько экземпляров опубликована пьеса Надежды Рыжковой "Принцесса Мален". Эта жизнеутверждающая драматическая сказка написана белым стихом и имеет второе название - "Вхождение в чужой бред как лечебная методика".

В конце января 2004 г. к опубликованной пьесе Надежды Рыжковой добавилось собрание её стихотворений, в т.ч. несколько поэм. Книга вышла в Лафании тиражом в 3 экземпляра. Несколько стихотворений из неё помещены ниже.

В феврале Юрием Насимовичем дописаны два сводные конспекта - "Звёзды" и "Звёздные системы" [галактики, скопления галактик и т.п.]. Отныне они существуют в электронном виде, и желающие могут с ними ознакомиться.

С начала 2004 г. лафанцы с интересом читают две историко-искусствоведческие книги М.А.Чегодаевой, изданные в последние годы за пределами Лафании: "Там за горами горя... Поэты, художники, издатели, критики в 1916-1923 годах" (СПб, 2002) и "Два лика времени. 1939. Один год сталинской эпохи" (М., 2001). Книги в конце 2003 г. подарены Ю.Н., и желающие могут их прочесть.

7 марта при разборе электронного архива Василия Бейко были найдены его стихи, публикуемые ниже. Ранее о поэтическом творчестве В.Б. ничего не было известно даже его ближайшим друзьям.

20 мая лафанцы обрели 60 экземпляров третьего выпуска "Музы", где помещены их стихи, а также статья Ю.Н. о них. Тираж этого "Всероссийского литературного альманаха" - 1100 экземпляров. Для Лафании это действительно много. Значит, Россия пока ещё чуть-чуть больше Лафании. Операция по доставке "Музы" героически выполнена Анатолием Переслегиным и Ю.Н. Ко всеобщему прискорбию из-за оплошности главного редактора В.Лебединского в альманах не попали стихи Евгения Кенемана, хотя биографическая справка о нём приведена.

30 мая Илья Миклашевский привёз с Кавказа "Литературный Кисловодск" со стихами Юрия Насимовича и своими. Опубликованы "Бешеный сад" и восьмистишия Ю.Н., а также рубаи и другие стихотворения И.М. На этот раз обошлось без опечаток, правки и прочих стихийных бедствий.

27 августа лафанцы опять отдали стихи в "Музу". По поводу забытых стихов Кенемана редактору был сделан решительный втык, и он слёзно обещал исправиться.

В начале октября с Кавказа был прислан очередной номер "Литературного Кисловодска". На этот раз он содержал подборку эпиграмм и фрашек Ю.Н.

1 декабря в "Артклубе" (Б.Овчинниковский 24, с.4) оперным сотовариществом "Собаки Мёбиуса" были с успехом исполнены две миниоперы Анатолия Переслегина - "Воскресный визит к психоаналитику" и "Моцарт и Сальери" (либретто Александра Шавердяна).

 


МАСТЕР

(стихотворение М.А.Чегодаевой)

В путь! В путь! В путь!
Сердцу стучать невмочь.
Книга упала из рук на грудь,
Мастер успел только раз вздохнуть -
И жизнь закатилась в ночь.
    Упокой, господи, душу усопшего раба твоего!

Конь, конь, конь
Стукнет копытом в дверь.
Крепко поводья сожмёт ладонь,
Воланд в тумане зажжёт огонь -
Чёрный огонь потерь.
    Упокой, господи, душу усопшего раба твоего!

Вскачь, вскачь, вскачь
Мчится в ночных горах
Счёт потерявший земных удач,
Счастье и горе, и смех, и плачь -
Всё обративший в прах.
    Упокой, господи, душу усопшего раба твоего!

Мастер! Как же вот так - уйти,
Жизнь оборвав, самого себя
Бросить на пол-пути?

Мастер! Смерть промелькнёт как тень!
Жизнь бесконечна - сквозь злую ночь
Снова прорвётся день!

Мастер! Мастер...

ИЗ НОВЫХ СТИХОТВОРЕНИЙ Л.ТЕМЧИНОЙ


ГАРРИ ПОТТЕР

Я в бесконечность на метле лечу,
чтоб снитч поймать свободною рукою.
Я не волшебник, я ещё учусь,
и нету ни минуты мне покоя.

Есть у меня друзья и есть враги -
и в мире волшебства полно коварства,
и напрягать приходится мозги,
чтоб от судьбы изобрести лекарство.

Здесь привиденья чтут вчерашний день,
и в зареве, разлившемся повсюду,
погибший мой отец - лесной олень -
спешит на помощь в трудную минуту.

Здесь варит зелья злой профессор Снегг,
любимый наш учитель станет волком,
и оклеветанный скиталец Блэк
под видом пса скрываться будет долго.

Витает надо мною дух беды.
Преодолеть его смогу не скоро.
Но в замке тайные найти ходы
мне помогает Карта Мародёров.

Дементоры мой охлаждают пыл.
Их поцелуй - конец для человека.
Но из окна спасённый Клювокрыл
уносит в небо Сириуса Блэка.

Сова в конверте передаст привет
от тех, кто стал необходим и дорог.
И пусть надёжных предсказаний нет,
я всё же знаю - встретимся мы скоро.

        2003

СТИХИ ВАСИЛИЯ БЕЙКО

7 марта 2004 г. при разборе электронного наследия энтомолога Василия Борисовича Бейко (1953-2004) найдены восемь стихотворений, которые, по всей видимости, ему и принадлежат. Журнал знакомит читателя с этой находкой и приводит доказательства авторства Бейко.



* * *

Расцвёл пион
И поутру весна слетела с гор
На крыльях Поликсены

* * *

Весенний дождь
С горы смывает запах кивсяка,
Мешая с ароматом сливы

* * *

Весенний гром
И лепестков метель вишнёвых
Слились в одном порыве грозовом

* * *

Весенний вечер
На сухом стволе заснул ксилокопы самец,
Как и я, одинок

* * *

Под жарким солнцем Туркестана,
Где мера сущему - вода,
На малахите адраспана
Горит зелёная звезда.

Пустыней следуя суровой,
Дорогами копытных стад,
Ты для друзей - нектар медовый,
А для врагов - смертельный яд.

Ты расцветая украшаешь
С тобой растущую полынь,
В огне сгорая, исцеляешь
Усталых странников пустынь.

Наш труд неблагодарен ныне,
Но сердце тянется туда,
Где вечным орденом пустыни
Горит зелёная звезда.

        [файл от 12.08.2002]

* * *

Последний луч июльского заката
В сиянии зари растаял и погас.
Один встречаю праздник Танабата,
По-прежнему в плену у Ваших глаз.

Всё шире небосвод ночного мира,
И хочется, хоть безнадёжен путь,
Шагнуть на Звёздный Мост тропою Альтаира,
Чтобы в сиянье Веги утонуть.

        7.07.2002
        [файл от 29.08.2002]


* * *

Пророчества смысл для многих ясен:
Не каждый стареет под гнётом лет,
Не надо печалиться - мир прекрасен,
А в истинном золоте блеска нет!

        [другой файл от 3.11.2002]

* * *

Весной слишком долго смотрел на цветы
Осенней порой мне осталась
Холодная горечь разлуки

        [файл от 3.11.2002]

* * *

Птицы поют в сосняке придорожном,
в синее небо подолгу смотрю...
Жить на земле и не петь невозможно,
это я точно тебе говорю.

Надо друзей выбирать осторожно,
но неизменно им сердце дарю.
Жить на земле без друзей невозможно,
это я точно тебе говорю.

Часто мечта понимается ложно,
всё же нужны паруса кораблю.
Жить на земле без мечты невозможно,
это я точно тебе говорю.

Сотни ночей я провёл бы тревожно,
лишь бы с любимою встретить зарю.
Жить на земле без любви невозможно,
это я точно тебе говорю.

* * *

Листы теряет календарь,
и новый год сменяет старый,
и тигров мне не очень жаль,
хотя бы их и меньше стало.

Настала заячья пора,
и мне под новый год желается
успеха, счастья и добра
для всех разнообразных зайцев.

        [Конец 1998 ?]

Первые четыре трёхстишия хранились в одном файле, датированном 12-м августа 2002 г. В трёх из них фигурируют названия насекомых (поликсена, ксилокопа) или многоножек (кивсяк). Такие стихи мог написать только энтомолог, и это главное доказательство авторства В.Б.Бейко. Кроме того, в марте 2002 г. он ездил на Кавказ, и там в это время действительно были поликсены и упоминаемые вместе с ними горные пионы и цветущие плодовые деревья. Об этом сообщил энтомолог А.В.Компанцев, путешествовавший вместе с Бейко.

Выбор автором формы - японского трёхстишия (хайку) - тоже не должен нас смущать. Эта форма в наибольшей степени подходит для передачи впечатлений странника от окружающей природы. Кроме того, Бейко любил японскую поэзию и даже знал японский язык.

Вместе с первыми четырьмя хайку хранилось большое стихотворение "Под жарким солнцем Туркестана...", которое в будущем ещё нужно проанализировать. Известно только, что В.Б. много лет работал в Туркестане, да и строка "Наш труд неблагодарен ныне" естественна для энтомолога, посвятившего лучшие годы жизни проблеме приспособления жалящих перепончатокрылых к среднеазиатским пустыням. Возможно, 12-го августа Бейко перенёс в компьютер, причём в один и тот же файл, все стихи, которые были в его полевых дневниках. Написаны они могли быть на Кавказе: о Кавказе - с натуры, о Туркестане - по воспоминаниям.

Стихотворение "Последний луч июльского заката..." датировано 7-м июля 2002 г., а в компьютер перенесено почти через два месяца, т.е., наверное, опять-таки в ходе работы с полевыми записями, но более поздними. Упоминание о японском празднике не должно нас удивлять, т.к. В.Б. постоянно пребывал "внутри" японской культуры. Кроме того, в этом стихотворении проявился любитель астрономии, каким был В.Б. ("Звёздный Мост" - Млечный Путь; Альтаир - "некто летящий", яркая звезда летнего неба; Вега - самая яркая звезда северного неба, находится вблизи Альтаира, составляя "Летний Треугольник"). Недавняя датировка почти исключает возможность выписки чужого стихотворения из какой-либо книги. В общем, авторство В.Б. и в данном случае не вызывает сомнений.

Последующие два стихотворения (четверостишие и трёхстишие) находились в двух разных файлах от 3 ноября 2002 г. Доказать авторство В.Б. трудно, но можно указать на единство стиля всех восьми стихотворений и полное их соответствие духовной сути В.Б.

Два последних стихотворения переданы редактору "Тёмного леса" М.В.Березиным. Авторство В.Б. очень вероятно.         Ю.Н.

 


СТИХИ АЛЕКСАНДРА МИХАЙЛЮКА


ИЗ АРМИИ

Я вернулся в Россию, вернулся,
я вернулся за болью своей,
может, я оттого не загнулся,
что увидел косяк журавлей.

Плыл косяк над неведомым краем,
плыл по осени по золотой,
мы когда-нибудь все улетаем
от себя, от других - на покой.

Я вернулся в Россию, вернулся,
плачь не плачь - только радости нет,
я опять, как всегда, обманулся,
спутав тьму и мерцающий свет.

* * *

Цветок в пустыне
рос один,
и звался он Гордыней.
Ты хочешь жить как господин?
Живи один
в пустыне.

СТИХИ НАДЕЖДЫ РЫЖКОВОЙ


ПРО ЗАПАС

Я умру, а любовь моя
        в мире скитаться останется.
Будет место искать, которое ей сродни.
Может, ей на снегу
        замёрзшая птица приглянется,
может, к лунной дорожке
        на чёрной воде потянется.
За неё прошу - от боли её охрани.

После мёртвой птицы
        где ты, любовь, поселишься?
Никогда не была ты с миром накоротке.
На краю дороги засыпано снегом деревце,
кружевная тень от веток
        салфеткой стелется.
На снегу лежит умершая с голоду женщина,
и кусочек хлеба сжат в холодной руке.

Нестерпимо солнце горит, и краски линялые
одежонки её неслыханно стали ярки.
Улыбаются, как улыбаются губы впалые!
Зачерствелые, драгоценные, запоздалые
крошки хлеба красная птица клюёт с руки.

* * *

Сказка кончилась. Ничего
мне от счастья не перепало.
А когда любовь умирала,
это было больней всего.

Пробуждаться? Только не в дождь.
Что же делать, когда люблю я
на стекле водяные струи.
Всё стоишь, и смотришь, и ждёшь...

Можно вечность вот так стоять
(а за окнами ветки, ветер).
Умереть - и смерть не заметить.
Продолжают капли стекать...

Пробуждаться - так только в свет,
и не помнить о сновиденьи.
А иначе нет пробужденья.
Пробужденья, впрочем, и нет,

есть лишь смена снов за окном.
Было: жизнь и любовь, - осталось;
дождь и тополь, - такая малость,
дождь и тополь в сердце моём.

МОНОЛОГ ЗАКЛЮЧЁННОЙ

По городу ночному так томлюсь,
что в камере умерших понимаю:
хоть так, но выйти на свободу. "Люсь!
Не матерись!" На нарах сверху Рая,
уныло-флегматичная бабища.
За что и как она сюда попала?
А черти подхихикивают: "Пища!
Три раза в день!" Для сердца это мало.
Чтоб сердце было сыто, нужен снег,
огни и город, город без предела.
Великий праздник - каша из продела!
Второй великий праздник - смерть во сне.

* * *

По кладбищу бреду, почти смеюсь.
С тобою о тебе веду беседу.
Ты умер утром. Ты придёшь к обеду.
Всю жизнь того обеда не дождусь.

ЛИСА И СКРИПКА

Скрипка. Лиса. Ленты дорог.
Странненький натюрморт.
Пока лису ловил, продрог.
С десяток лисьих морд
скачут меж сыром и колбасой.
Некогда рисовать.
Где уж там! Надо следить за лисой.
Прыгнула на кровать.
Кровать под нею пустилась в пляс:
это скрипка вступила в игру.
Бродит по комнате нота ля,
чёрную ест икру
ложкой из баночки. Никого
не осталось на полотне.
Взяли с дальнего плана завод
и нагрянули в гости ко мне.
Завод стоит на столе как торт.
Бумажная лента вокруг.
Дороги и летом не первый сорт,
а теперь - просто вон из рук.
Лента дорог, скрип колеса.
Колымага вязнет в грязи.
Бродский, большак, взгляд бога, леса,
поля и всё, что в связи.

НОВЫЕ СТИХИ АЛЕКСАНДРА БОГДАНОВА


* * *

Издалека тебя увижу -
и то мне радость.
А улыбнёшься мимолётно -
уже мне счастье.
Тобою просто любоваться -
мне как награда.
Но большего боится сердце,
как злой напасти.

Не торопи меня ответом.
Больная память
ещё сумеет пересилить
всю безоглядность.
И страх холодною стеною
ползёт меж нами.
А так... Мне многого не надо,
люблю - и ладно.

Настанет время - может скоро,
и боль отпустит,
и я забуду о возможной
и прошлой боли,
и всё, чего сейчас пугаюсь,
приму без грусти,
и всё тебе верну с лихвою
своей любовью.

        2003

* * *

Мокнет клумба в красно-жёлтых цветах,
под дождём угрюмо липы молчат.
Ты идёшь домой одна, без зонта,
в лёгкой кофточке на хрупких плечах.

Над цветочком наклонившись на миг,
ты рукой легонько капли стряхнёшь,
и цветочек примирится с людьми,
что оставили его в этот дождь.

Дождь осенний - замерзают цветы,
мёрзнут липы, мёрзнут люди, дома.
Но теплом с цветочком делишься ты,
хоть промокла и замёрзла сама.

И цветочек распрямил лепестки,
потянулся, вспыхнул тёплым огнём.
Он чуть дольше проживёт без тоски,
ведь тепло твоё останется в нём.

        2003

* * *

Люди всегда подчиняются символам,
бывают при этом страшны и смешны.
... Когда барабан заменяет музыку,
люди становятся агрессивными,
ведь барабан - это символ войны.

        2003

СТИХИ М.БУНИНОЙ


* * *

Слово тихо прошепчу -
стану тем, кем захочу.
Лук и стрелы в руки взял -
Робин Гудом сразу стал!
Бескозырка, воротник -
и матросом стал я вмиг.
Страшно-страшно зарычал,
и свирепым тигром стал.
А усы себе приклею -
попадётесь Бармалею!

* * *

Как люблю я хохотать,
прыгать, бегать и скакать,
лазить, спорить и смотреть,
рвать, стучать, валяться, петь,
дёргать, ныть, бросать, играть,
разломать и собирать,
говорить, мешать, считаться,
обзываться, обижаться,
рисовать, читать и есть...
Вот как много - всё не счесть!

* * *

Я всегда всех удивляю:
супом йогурт заедаю,
ем с вареньем холодец,
в кашу режу огурец.

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: