Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Литературный Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Обзор сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

 

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

 
N1 N2 N3 N4 N5 N6 N7 N8 N9 N10 N11 N12 N13 N14 N15 N16 N17 N18 N19 N20 N21 N22 N23 N24 N25(1) N25(2) N26
N30 N31 N32 N33 N34 N35 N36 N37 N38 N39 N40 N41 N42 N43 N44 N45 N46 N47 N48 N49 N50 N51 N52 N53 N54 N55 N56 N57 N58 N59 N60 N61 N62

ТЁМНЫЙ ЛЕС
ЛАФАНСКИЙ ЖУРНАЛ
N25

ПУБЛИКУЕМ ЗАБЫТЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ

ИЛЬЕ

Ой, леса! Вот это да!
Чай почище наших!
Рядом вроде бы вода,
в лес шагнул - и страшно.
Яму рыть не замышляй:
с браконьером строго:
ты, однако, приезжай,
выкопай берлогу.

  █, 1968

ПУБЛИКУЕМ ПРОИЗВЕДЕНИЯ НЕСРАВНЕННОГО .

ПОЛЯНКА

Где-то в глуши, позабытой Богом,
есть полянка, залитая солнцем.
Берёзки юные, дубы вековые стоят вокруг,
и листья шелестят, шелестят.

И люди в суете московских дел
позабыли этот крохотный удел,
удел, где ярко-голубое небо
и сочная зелёная трава.

ОТВЕТ НА РУБАИ ГОЛУБОГО

1
Пускай скучают школьники твои.
Пускай кружков они не знают.
Для души ты пишешь рубаи,
а посему тебя не хают.

2
Опять у вас п... собранье,
опять присутствуя отсутствуете все,
опять глазами по газетной полосе
ползёт, а не скользит оратор-бормотун.

3
Творишь иль подражаешь,
нас всё равно ты поражаешь,
ты никого не раздражаешь,
на всё глаза нам открываешь.

4
К чему тоска, зачем терпеть,
изгнанник Голубой.
Налей воды и выпей,
изгнанник Голубой.

НОЧЬ

Солнце зашло и не вышла луна.
Тьма, тьма, тьма.
Где-то горит вдалеке звезда.
Тьма, тьма, тьма.

Посмотри же наверх, где сосны и ели.
Смерть, смерть, смерть.
На тех ветвях, где птицы утром пели -
Смерть, смерть, смерть.

Спереди и сзади, направо и налево -
тьма, тьма, тьма!
Я ощущаю смерти чрево -
да, да, да!

И я иду домой, в постель бросаюсь...
О, Всемогущий, помоги уснуть...
И я утром просыпаюсь -
всюду жизнь - и здесь, там, тут.

Да будет жизнь! Да будет солнца свет!
Ура, оно надолго!
Да будет пташек пенье, приму я от дрозда привет:
свет! жизнь! свет!

БЕЗДАРНОМУ СТИХОПЛЁТУ

Если ты оказался на поляне, что возле реки,
то соседей себе ты вокруг не ищи.
Соловьиное пенье послушай в тиши
и возьми да стихи напиши.

Если ты оказался в трамвае подле скамьи,
то инвалидов вокруг не ищи,
пьяных ругонь не слушай вдали,
а сядь на скамью и стихи запиши.

Если у тебя наклюнулся рассказ,
то беги в хозяйственный и купи там кресло.
Ты с рассказом потужись, потужись,
а потом рассказом...
    в папке заполни место.

Если ты вновь оказался на поляне, что возле реки,
то дел посторонних себе не ищи.
Былые дела ты вспомни в тиши,
возьми да снова стихи напиши.

СОВРЕМЕННЫЕ АФОРИЗМЫ

1
Сосна, берёза и дуб -
растут они и там, и тут.
Солнце, воздух и вода -
всё это наша родная Земля.

2
Корова, осёл, леопард, носорог,
ягуар, козерог и пятнистый щенок,
верблюжонок, котёнок и мишка "Косой" -
все они ходят под нашей звездой.

3
Плывут караси и окунята -
тех и других ловят рыболовы-ребята.
А вот сом - усатый и вредный -
в невод запутался, бедный.

4
Идут комсомольцы и машинисты -
у тех и других ногти нечисты.
Прошли пионеры, отдали салют -
слышишь, как песню поют.

5
Идут студенты и профессора -
у тех и других горячая пора.
У подъезда автобус стоит,
на площади колхозник речь говорит:

6 (речь колхозника)
... Товарищи учёные, студенты ненаглядные,
любимые до слёз (аплодисм.)
гниёт в земле картошка общая,
которую, товарищи, давно пора убрать.

7
Вы сядьте в тот автобусик,
валяйте в подмосковщину.
А гаммы-излучения
денёк повременят (ропот).

8
Профессорам-товарищам
оклад положим кругленький,
студентам ненаглядненьким
запас "пятёрок" тугенький.

9 (эпилог)
Уже устал колхозничек,
стакан воды испил.
Всех усадил в автобусик,
в деревню* покатил.

КОНЕЦ

* Деревня (др.лафанск.) - колхоз.

 

ВЕЛИКИЙ КОРМЧИЙ ВСЕЯ ЛАФАНИИ ПОЭТ ГОЛУБОЙ

ЛЮБУШКА-ГОЛУБУШКА

Ой ты, Любка-Любушка,
Любушка-голубушка!
Всё ты рвёшься, милая,
убежать от матери,
нагуляться досыта.
Приберись-ка в комнате,
постирайся-выглади,
а гулять успеется...
Скоро станешь на ноги,
выйдешь замуж, девочка,
вспыхнешь цветом маковым,
к милому ласкаючись,
и заплачешь с радости,
глядя на ребёночка...

Ой ты, Любка-Любушка,
Любушка-голубушка!
Вдоволь настираешься.
вдоволь наготовишься,
в ноченьку ненастную
досыта наплачешься,
мужика пьянущего
выставляя за ворот,
сына-алкоголика
матюкая за полночь.
И припомнишь в старости,
как гуляла смолоду,
как гуляла смолоду
да не нагулялася...

ШУТКА

Если б сутки были из резины,
если б время медленнее шло,
было б очень хорошо трудяге
и лентяю очень хорошо.

Если б сутки были из резины,
то зевнув на трудовом посту,
кто-то бы навечно рот разинул
или ковырял всю жизнь в носу.

Если б сутки были из резины,
кто-то выпить смог бы винзавод,
а потом бы с носом красно-синим
выспался вперёд на целый год.

Если б сутки были из резины,
то тянулся б вечно перекур,
небо перестало быть бы синим,
закоптилось бы, как абажур.

Если б сутки были из резины,
то в бумажках зав. наш утонул,
не хватило б никакой корзины,
завалило бы и стол, и стул.

Если б сутки были из резины,
то труда ударник Балабан
в сутки, наподобие машины,
выполнял бы пятилетний план.

Если б сутки были из резины,
я бы, может, всё-таки успел
"к завтрему" доделать через силу
третью часть необходимых дел.

Если б сутки были из резины,
то меня б заставили писать
о недопроделанной работе
не один отчёт, а сразу пять.

Если б сутки были из резины,
то другим бы стало естество.
Только лишь лафаничи-разини
сделать не успели б ничего.

  1980

КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ О СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ПОЭЗИИ

Школа - литературный институт - "большая дорога"... Этим путём идут многие. Но теряется "большая дорога" в болоте профессионализма. В лучшем случае по этой дороге можно прийти к скромной благочестивой жизни на своей двухэтажной даче. К настоящему искусству по ней не прийти. Когда человеку нечего сказать, а говорить нужно по долгу службы, то ничего путного человек не скажет.

А сказать профессионалу нечего. Он может неплохо знать жизнь. Но всё равно сам он вне этой жизни. Он понимает её, но не чувствует. Даже рабочий стаж в прошлом не помогает. Особенно, если человек с самого начала мечтал "уйти на вольные хлеба". Человек живёт своими чисто литературными интересами. Он вращается в среде таких же убежавших от жизни литераторов, придавая слишком много значения факту опубликования своих стихов. Только и остаются ему в удел формальные поиски да оттачивание языка, которым ничего не говорится. В лучшем случае это изящное салонное искусство, обычно - просто безвкусица и пошлость. И переполняются всем этим журналы и газеты, литературные альманахи и сборники. И попадают эти "культурные ценности" в руки мальчика в далёкой-далёкой деревне. И появляется ещё один отравленный пошлостью человек. Вокруг него пьянка и пошлость откровенные, а в печати встречает он пошлость, прикрытую внешним изяществом формы. Или тоже неприкрытую.

Но есть, есть настоящая большая поэзия. Поэты-профессионалы, если они настоящие поэты, взламывают рамки салонного искусства. Сквозь налёт профессионализма слышится настоящий живой голос поэта. Мечется по белу свету большой поэт Евгений Евтушенко. Спорным путём идёт он к своей внутренней благородной цели. Бурная деятельность, но разбудит ли его голос одинокую избушку на краю села? Увы, это зависит не только от него одного.

А где-то поёт Окуджава. Звенит гитара, и возникает сказка. Кузнечики слагают свои стихи на века, тоскует безнадёжно влюблённый муравей, по кусочкам раздаривает себя людям щедрый каравай. Звенит, звенит гитара, вежливо напоминает о духовной свободе, о гражданском мужестве, о чистой любви, о чести и о многом другом, забытом в этой далёкой избушке. Но слышна ли эта гитара там?

О чём-то бесконечно прекрасном, грустном и светлом говорят песни Новеллы Матвеевой. Проклинает квадраты, в которые мы сами заключили себя, большой поэт Лившиц. О весенней свирели, дерзко запевшей сквозь декабрьскую вьюгу нашей жизни, шёпотом рассказывает большой поэт Юрий Левитанский.

Большие хорошие поэты. Но не купят их книги обитатели той избушки. Все книги скупил по десятикратной цене скупой рыцарь наших дней. Скупил и запер в своих роскошных шкафах-сундуках на семь золочёных замков. Не попадут в избушку и магнитные ленты Матвеевой. Западные ансамбли звучат громче. Заглушают.

Большие хорошие поэты-профессионалы, которых не съел профессионализм. Но рядом есть совсем другая поэзия.

Он любит её. Она любит его. Долгий и трудный путь к счастью. Свадьба. Дальше счастье. Дальше неинтересно. И кончаются на этом стихи. Там кончаются, где начинаться им надлежит. Потому что нет дальше счастья, если его не построить, если его не строить всю жизнь. Дальше совершенно новая и неизведанная область поэзии. В эту область смело вошёл поэт-непрофессионал Клячкин.

Заиграла необычная музыка: то тихая, то громкая, то нежная, то резкая, и в балагане заплясали марионетки, похожие на нас с вами. Музыка захохотала над нами. Большие произведения искусства, созданные ансамблем "Машина времени" - это литературный факт наших дней, это современная русская поэзия, независимо от того, нравится ли она нам.

А сколько смысла в гитарных песнях Егорова! А песни Кукина! А песни Кима! А сколько большой поэзии открыли нам композиторы-любители Дулов и Никитин!

Поэты и композиторы, гитаристы и певцы - наши барды... На первое место они поставили свой повседневный и не всегда творческий труд, искусство - на второе. Это личности и в повседневном труде, и в искусстве, и в жизни. Искусство помогло им не раствориться в суете повседневного труда, а повседневный труд наполнил смыслом их искусство. Нет просто поэтов, просто художников, просто композиторов. Их не было и раньше. Были просветители, борцы, мыслители. Просто поэтов не было. Их нет и сейчас. Есть врачи, учителя, инженеры, научные работники, люди физического труда. Если они ненавидят рутину повседневности, если они заражены духом просветительства и пишут стихи - они поэты, какими бы разными ни были их творческие пути во всём остальном. Они народные поэты. Это современная народная поэзия. Не устная, но тоже народная. Именно эта поэзия объединяет людей, облагораживает их чувства, даёт уверенность, что ты со своими сомнениями и раздумьями не одинок в мире.

Но опять вернёмся к той далёкой-далёкой избушке, к тому мальчику, ищущему в официальном искусстве ответы на замучившие его вопросы. Отец опять приполз вдребезги пьяным. Он оглушил себя водкой. Мать оглушена однообразной домашней работой. Ничего не остаётся этому мальчику как оглушить себя монотонной грохочущей музыкой, матом, бойкими словами пустых и только внешне задорных песен, а в скором времени той же водкой. Не слышали в этой избушке имён Дулова, Клячкина, Кукина, Егорова, Макаревича, Кима, Левитанского, Лившица, Матвеевой. Возможно, и имён Окуджавы и Евтушенко не слышали. произведений не слышали, ни одного. Только Высоцкий пробился, но понят ли?

Не дошло большое искусство до этого мальчика. Остался он один. Один против всей окружающей пошлости. И не выдержал неравной духовной борьбы.

Итак, есть настоящая поэзия. Есть и в официальных журналах, в книгах, издаваемых солидным тиражом.

Но не доходит она до людей. Не только до далёкой-далёкой избушки.

Один из моих близких друзей хорошо знаком с Макаревичем, но стихов Макаревича я почти не знаю. Я хочу знать ВСЕ песни Окуджавы, Матвеевой, Егорова, а не знаю и десятой части.

Мы строчим и строчим стихи, мало заботясь о том, чтобы они пришли к людям - иногда к нашим ближайшим друзьям. Ещё меньше заботимся, чтобы к нашим ближайшим друзьям пришли стихи ведущих современных поэтов, их песни. Мы строчим и строчим стихи. Мы все метим в генералы. Генералы есть, но нет рядовых, а, значит, нет силы у генералов. Нет бы добросовестно перепечатать какую-нибудь книгу Левитанского и подарить на день рождения другу. Или собрать полную коллекцию чистых записей Окуджавы и скопировать 3-4 раза. Нужны и сборники текстов гитарных песен. А сколько повсюду культурных влюблённых в поэзию лишних людей. Сидим каждый в своём квадрате и почти ничего не делаем. Конечно, стихосложение - хорошее дело, даже если нет никаких способностей, а только желание. Стихи развивают, обостряют чувство и мысль того, кто их пишет. Тот, кто сам пишет стихи, лучше поймёт мастера. Стихи - хороший подарок близким друзьям. Но нельзя любить только свои стихи, замыкаться только в своём творчестве. Это относится и к целым поэтическим кружкам. Донести до людей настоящую большую современную русскую поэзию - благородная задача для всех её ценителей, чтоб не были мы одиноки в битве с пошлостью и бессмысленностью жизни, чтоб донести до далёкой-далёкой избушки ту поэзию, которая не отвернулась от обитателей этой избушки.

  █

 

Каждый воспринимает мир по-своему. Для каждого человека существует своё "стёклышко", через которое он видит мир. У большинства людей стёклышко бесцветное, и они воспринимают мир тусклым, лишённым ярких красок радости, счастья и веселья. Есть люди - обладатели чёрного стекла. Им всё кажется плохим. Они любят говорить о том, как всё плохо, и как хорошо в других странах (знают они об этих странах по рассказам таких же "черностекольщиков", как и они сами). Но есть счастливые обладатели розового стёклышка. И право обладать им даётся Всевышним только самым лучшим людям нашего времени.

Итак, начинающий обладатель розового стёклышка - поэт СЕРЫЙ.

  █

ВЕСНА - 80

Пришла весна!
И в поле снег чернеет.
И тёплый ветер веет...
Весна пришла.
Снег в поле тает,
сосульки плакать начинают,
нас тёплый ветер обувает
и нам глаза тихонько закрывает.
Весна пришла.
Повеял тёплый ветер.
Наполнилась земля тепла.
И птицы стали петь сполна.
Река ломает лёд.
Нас солнце лучше греет.
Весна, весна идёт!
Птицы поют веселее.
Пришла весна.
Деревья зеленеют.
Махнула рукавом она -
луга опять пестреют.
И вновь зелёные стоят деревья.
И вновь все птицы чистят перья.
Как ласково листва шумит.
Куда-то вдаль ручей бежит.

  █

БАЛЛАДА О ЧАГАТАЕ

В вольных степях дикой орды
буйные ветры свищут.
Ждите грозы, ждите беды -
кони татарские рыщут.

Хан Чагатай, где твои псы?
Где твои злые орды?
Щёлочки глаз, плетью усы,
волчьим оскалом морды...

Им - убивать, им - умирать,
гнить под пятою кургана.
Стонет земля - движется рать
правнука Чингиз-хана.

В зыби веков, в дымке времён
эхо разносит кличи.
Скрежет колёс, клёкот ворон,
ждущих своей добычи.

Топот орды слышится вновь,
видится Русь Святая...
Бьётся в виске чёрная кровь
дедушки Чагатая.

Кровь уж не та, кровь, как вода,
в жилах потомков хилых.
Дремлет орда, тлеет орда
в древних степных могилах.

Только порой глянет в глаза
месяц багровым ликом.
Только порой взвоет гроза
диким звериным криком.

Только порой возле плеча
кровью нальётся мета,
старый рубец - след от меча
инока Пересвета.

  [М.Чегодаева]

 

Последнее изменение страницы 1 Jul 2019 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: