Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

Валентин Кушниренко

Долгих лет тебе, человек!
Дело шустрых
Мастер Дробышева
Отпусти синицу
О В.Д.Кушниренко

Валерий Кушниренко

Отрывки из неоконченного
Глория
Сказка про овечек
Девочка Аня и волк Вова
Исторический роман
рассказы о Ленине
Почечуев
Введение в курс
Легенда о сокращении штатов
С передних рубежей науки
Измышления
"Не верь, не бойся, не проси"
Высшая справедливость
Эскадо
Грибы

А.О.Голубев. Случай с русалкой

О ВАЛЕНТИНЕ ДМИТРИЕВИЧЕ КУШНИРЕНКО

КУШНИРЕНКО Валентин Дмитриевич (05.04.1927, Николаев - 26.08.1976, Москва). Физик. Занимался прикладными проблемами микроэлектроники в ядерной оборонной промышленности. Отец - Дмитрий Иванович Кушниренко, инженер-кораблестроитель, подполковник (инженер-капитан 2-го ранга); проектировал гражданские суда в Николаеве, а с 1934 (?) года, после перевода в Наркомат морского флота и переезда в Москву, - военные. Мать - Кушниренко Мария Георгиевна (урожд. Ончул), домохозяйка, ежегодно навещала в лагере под Воркутой своего брата Степана, который был освобождён по амнистии 1953-го года и скончался в 1954 г. В 1944 г. Валентин Дмитриевич поступил в МФТИ им. Баумана, поскольку в Литературный институт, в который намеревался поступать, путь ему был закрыт. В 1946 году переведён в ММИ (Московский механический институт боеприпасов), позднее преобразованный в МИФИ, на новообразованный факультет ядерной физики. Здесь он обрёл новых друзей, с которыми поддерживал товарищеские отношения до конца жизни (С.В. Медведев, В.Т. Смолянкин, А.И. Белоносов). По окончании учёбы был направлен в знаменитое теперь на весь мир, а тогда строго засекреченное КБ-11 в г. Арзамас-75 (он же Москва-центр 300, он же Арзамас-16, он же Саров) Горьковской области. В 1967 г. КБ-11 было преобразовано во Всесоюзный научно-исследовательский институт экспериментальной физики (ВНИИЭФ). В 1969 г. переведён в Москву во Всесоюзный научно-исследовательский институт автоматики им. Н.Л. Духова (ВНИИА), где возглавил Научно-исследовательскую лабораторию N74 технологии микроэлектроники (НИЛ-74), под руководством своего товарища - Сергея Валерьяновича Медведева, главного инженера института. Женат был дважды; сын от первого брака - Валерий. Первая жена - Л.И. Нечушкина, инженер-химик; вторая - М.Р. Добросельская, актриса, режиссёр на телевидении. Обладал разносторонними интересами: кандидат в мастера по шахматам, увлекался теннисом, лыжами, альпийским туризмом, писал и публиковал юмористические рассказы. В Саровском театре (и где-то ещё в СССР) была поставлена написанная им пьеса. В семейном архиве В.В. Кушниренко, сына Валентина Дмитриевича, обнаружены пьеса "Долгих лет тебе, человек", первые 4 картины сатирической комедии "Отпусти синицу" и детективная повесть "Дело шустрых", но большая часть творчества, вероятно, потерялась после смерти М.Р. Добросельской. Последние годы Валентина Дмитриевича были трудными. В 1972 (?) году ему была удалена часть лёгких, после чего он бросил курить. Умер от рака лёгких, вероятно вызванного не диагностированной врачом пневмонией, которую он переносил на ногах в течение года. Это заболевание иногда связывают с работой в КБ-11, где Валентин Дмитриевич мог облучиться или контактировать с вредными для здоровья материалами. Прах захоронен в колумбарии Николо-Архангельского кладбища Москвы.

Литература: Государственный человек. К 90-летию со дня рождения Сергея Валерьяновича Медведева / автор-составитель А.В. Лужкова. Тамбов: ООО "Издательство Юлис", 2017. 175 с.

В.В. Кушниренко, Ю.А. Насимович

 

МОЙ ДЯДЯ - ВАЛЕНТИН ДМИТРИЕВИЧ КУШНИРЕНКО

Ю.А. Насимович

Вместе с моим дядей, Валентином Дмитриевичем Кушниренко (дядей Валей), мы никогда не жили вместе, а какое-то время он вообще обитал в другом городе - Сарове, но в гости к нам заглядывал. Особенно в тот период, когда мы с мамой обосновались у бабушки и дедушки. Разумеется, он заглядывал, прежде всего, к своим родителям - Марии Георгиевне Кушниренко и Дмитрию Ивановичу Кушниренко. Тем не менее, когда мы отделились и переехали с проспекта Мира на Ленинский проспект (точнее - на улицу Панфёрова вблизи этого проспекта), то он иногда заглядывал и к нам, хотя это бывало очень редко. Может быть, раза два-три за всё время. А ещё, когда он переехал из Сарова в Москву, мы иногда заходили к нему в гости, но это бывало ещё реже, наверное, однажды. В своей самостоятельной жизни я несколько раз приходил к нему сам, но тоже раза два-три, не больше. Мы играли в шахматы (в блиц) или просто беседовали на этические темы, но всего этого оказалось катастрофически мало. А потом он умер (в 49 лет), и в итоге мы с ним почти не пересеклись, по большому счёту разминулись, и воспоминания о нём я пишу, в основном, со слов мамы, которой тоже давно нет со мной.

Школьные годы Валентина Дмитриевича прошли на Украине в Николаеве, как и у мамы. В это время он мечтал стать литератором, писал, в частности, смешные стихи для детей, и мама даже вспомнила первые строки одного стихотворения:

В магазине на витрине
книжка новая лежит.
"Эту книжку вы возьмите,
не порвите, не помните" -
мама детям говорит.

Дальше следовали какие-то двусмысленные строки о качестве книжки, а кончалось стихотворение вопросом к маме, можно ли проковырять в этой книжке дырочку. (Чтоб повесить в одном месте.)

Увы, остальное раннее творчество Валентина Дмитриевича до нас не дошло, и это упрёк ко всем моим родственникам и, прежде всего, к самому дяде Вале. Мы-то все мечтаем о всенародном признании, когда дети и внуки познакомятся с нашими шедеврами на уроках в школе...

ИНСТИТУТСКИЕ ГОДЫ

В 2021 г. мой племянник Максим (внук Валентина Дмитриевича) раскопал в Интернете книгу "Государственный человек. К 90-летию со дня рождения Сергея Валерьяновича Медведева" (Тамбов: ООО "Издательство Юлис", 2017. 175 с.). [Автор-составитель А.В. Лужкова]. Согласно аннотации, "книга рассказывает о жизненном и трудовом пути Сергея Валерьяновича Медведева - крупного организатора производства, в 1969-2005 годах работавшего первым заместителем директора - главным инженером Всероссийского научно-исследовательского института автоматики им. Н.Л. Духова...". В общем, это логично связанные между собой воспоминания жены, коллег и друзей Медведева, но для нас важно, что в книге в нескольких местах упоминается Валентин Дмитриевич.

Так вот в этой книге воспроизведена фотография: "Соседи по комнате в общежитии (слева направо): верхний ряд - Евгений Стрельцов, Максим; средний ряд - Сергей Медведев, Фёдор Лепетов, Валентин Кушниренко, нижний ряд - Александр Белоносов, Гога" (с. 23). Это воспоминания Александра Ивановича Белоносова, и там сказано: "Наш сокурсник [в ММИ] Валя Кушниренко, несмотря на то, что москвич, домой ходил только ночевать, а остальное время мы проводили вместе. Весело жили" (с. 24). Очень важно, что в дальнейшем дядя Валя работал вместе с Сергеем Медведевым и под его руководством. А ещё я помню, как дядя Валя поздравил меня с поступлением в институт, сказав, что студенческие годы тоже очень хорошие, хотя быстрее проходят. От себя я добавлю, что студенческие годы гораздо лучше школьных, так как институт - это не такой концлагерь, как школа, но это уже моё восприятие мира. <> ДОПОЛНЕНИЕ В.В. КУШНИРЕНКО (СЫНА ВАЛЕНТИНА ДМИТРИЕВИЧА): А.И. Белоносов работал с отцом в Сарове и заходил к нам в гости. Как-то, помнится, в 4-х или 5-летнем возрасте я указал дяде Саше, что у него неправильная фамилия, потому что нос у него на самом деле красный. Все почему-то смеялись, а отец долгое время после того предлагал сменить фамилию.

Далее, наверное, уместно почти дословно процитировать одну историю, рассказанную Валентином Дмитриевичем в тот единственный раз, когда мы пришли к нему в гости всей семьёй. Правда, эта история помещена также в разделе "Рассказы друзей и знакомых", но кто ж в наше суетливое и раздробленное время одолеет сразу два моих произведения! Итак...

ВРЕДНАЯ ПРИВЫЧКА

По окончании школы Валентин Дмитриевич пришёл поступать в литературное учреждение (не знаю - какое именно), но его перенаправили учиться на физика, объяснив, что физики нужнее лириков. Спорить с государством в сталинские годы не полагалось, и Валентин Дмитриевич стал физиком-атомщиком, работал в секретном месте вблизи города Арзамаса (теперь я могу назвать это секретное место - город Саров). Но от вредной привычки он не избавился и периодически публиковал юмористические рассказы. По крайней мере, один такой рассказ, на театральную тему, я читал. В конечном итоге это привело к тому, что в местном театре поставили его пьесу, а на следующий день его вызвал председатель институтской партийной организации:

- Пишите, значит? Наверное, грамотный, и у нас к вам очень ответственная просьба. Отредактируйте, пожалуйста, протоколы наших партийных собраний за последние годы, исправьте ошибки, а, если совсем плохо, то перепишите. А то к нам через полгода должны приехать из горкома с проверкой.

Валентин Дмитриевич не стал отказываться, ссылаясь на трудовую занятость, так как в атомной физике не могло быть проблем важнее партийных протоколов:

- Ну, конечно, просмотрю.

Он взял полтора десятка увесистых папок и перетащил их в шкаф вблизи своего рабочего места. И ни разу не открывал.

Через несколько месяцев председатель парткома зашёл к нему и поинтересовался, как продвигается работа.

- Всё сделал! - бодро отрапортовал Валентин Дмитриевич и передал завязанные папки. Его поблагодарили. Даже пожали руку.

Продолжения эта история не имела, и читателю предоставляется право самостоятельно сделать дидактические выводы.

ШАХМАТИСТЫ

Валентин Дмитриевич был сильным шахматистом, и в некоторые периоды уделял шахматам столько времени, что смог официально стать кандидатом в мастера. Напомню неосведомлённому читателю, что для этого (для кандидатских баллов) нужно не только блестяще играть, но и участвовать в турнирах, где играют три раза в неделю, или точнее - три вечера в неделю (после работы). Мой отец, например, не мог себе этого позволить и ходил в шахматный клуб (в Дом Учёных) один раз в неделю, но в таких турнирах, согласно правилам, нельзя подняться выше первого разряда, как бы хорошо ты ни играл.

Однажды Валентин Дмитриевич попросил отца организовать ему встречу с Михаилом Талем, который должен был приехать в Дом Учёных. И они оба тогда выиграли у Таля, причём Валентин Дмитриевич, как рассказывал отец, буквально "разнёс" Таля. Но, конечно, лишь в сеансе одновременной игры...

А ещё Валентин Дмитриевич однажды рассказал нам с отцом забавный курортный эпизод, приключившийся с ним, кажется, в Крыму. Он сел играть в шахматы с незнакомым шахматистом. В таких случаях трудно натолкнуться на кого-либо выше третьеразрядника. Впрочем, игра сразу пошла "на равных", и Валентин Дмитриевич понял, что ему повезло. Самое странное произошло дальше. Он не заметил момента, когда его позиция стала хуже, а когда заметил, стало слишком плохо, и он вскоре проиграл. То же самое произошло во второй раз, в третий. И на следующий день, и на следующий. Он никак не мог уловить переломные ходы, когда соперник переигрывал его. Вроде всё хорошо, всё хорошо, и вдруг... Наконец он не выдержал и сказал:

- Назовите себя.

- Оснос.

Да, это оказался международный мастер по шахматам Вячеслав Оснос, неоднократный чемпион Ленинграда, участник шести чемпионатов СССР. Известна партия, которую он выиграл у молодого Бориса Спасского. Оснос тогда играл в чемпионате Ленинграда и выиграл этот чемпионат, а Спасский был вторым. Правда, вскоре, когда они встретились в отборочном турнире на первенство Мира, Спасский оказался первым, а Оснос занял последнее место. Ну, что ж, иерархия в шахматах очень сильна, причём это, как правило, честная иерархия. Каждый должен играть с шахматистами своего уровня, и Валентин Дмитриевич поинтересовался:

- Вам, наверное, неинтересно играть со мной?

- Что вы, что вы! Вы ставите передо мной нестандартные задачи.

УХОДЯ, НЕ ГАСИТЕ СВЕТ

Валентин Дмитриевич внутреннюю карьеру предпочитал внешней, то есть он стремился к знаниям и мастерству, но совершенно не думал о защите диссертации. Во время посещения нашей квартиры на Ленинском проспекте он в шутку заметил, что если сподобится написать диссертацию, то назовёт её "Уходя, не гасите свет". Возможно, это произошло в ответ на требование моей мамы, чтоб я выключил свет, раз выхожу из комнаты. А дело в том, что токи, возникающие при резком перепаде напряжения, так сильно и быстро разрушают электроприборы, что стоимость их замены дороже лишней работы этих приборов. Надо понимать, наверное, что отключать приборы надо, медленно понижая напряжение.

* * *

Увы, вот и всё, что я могу вспомнить о Валентине Дмитриевиче. Нет, конечно, я радовался, когда этот высокий, сильный и удивительно красивый человек появлялся в нашем доме. Он мог поднять меня до потолка, беседовал со мной, внимательно слушал. И, наверное, в будущем, когда я сам стал дядей (хоть и двоюродным), я с интересом приходил к малолетнему племяннику Максиму. В эти моменты я как бы менялся местами с дядей Валей... Но интересно ли это читателю? Лучше мы теперь передадим слово одному из сослуживцев Валентина Дмитриевича.

В МОСКВЕ
(ЛАБОРАТОРИЯ МИКРОЭЛЕКТРОНИКИ,
ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ Л.Н. ЕГОРОВА)

В той же книге "Государственный человек..." имеются воспоминания Л.Н. Егорова, и один фрагмент из них лучше воспроизвести полностью:

"Мне несказанно повезло на протяжении полувековой работы во ВНИИА взаимодействовать с замечательными людьми, как с непосредственными начальниками, так и с вышестоящими руководителями, у которых многому научился и которым премного благодарен. Вот только некоторые из них: Валентин Дмитриевич Кушниренко, Александр Иванович Белоносов, Юрий Николаевич Бармаков, Сергей Валерьянович Медведев, Сергей Васильевич Саратовский, Николай Иванович Наумов, Тарас Александрович Шевченко.

Мое знакомство и взаимодействие с Сергеем Валерьяновичем началось в 1972 году, когда была организована научно-исследовательская лаборатория N74 технологии микроэлектроники. Первоначально в состав этой лаборатории входили две группы: группа технологии изготовления печатных плат и группа тонкопленочной микроэлектроники, а в начале 1974 года была организована третья группа - сварки и пайки. НИЛ-74 являлась самостоятельным структурным подразделением и непосредственно подчинялась главному инженеру предприятия С.В. Медведеву.

В состав лаборатории входили три тематические группы, которые специализировались на исследовании, разработке и освоении новых технологических методов, таких как:

- технология изготовления двусторонних и многослойных жестких печатных плат и гибких одно- и многослойных кабелей для микроэлектронной аппаратуры и приборов (группа печатных плат);

- нанесение тонких пленок из различных материалов в вакууме и выполнение пленочных элементов методами фотолитографии; технология создания гибридных микроузлов, герметичных функциональных микроблоков МЭА (группа тонкопленочной микроэлектроники);

- технология соединения сборочных единиц и электромонтажные соединения аппаратуры, приборов и блоков автоматики, металлостеклянные спаи герметичных узлов, разрабатываемых на предприятии (группа сварки и пайки).

Начальником НИЛ-74 был назначен Кушниренко Валентин Дмитриевич. Позднее я узнал, что С.В. Медведев и В.Д. Кушниренко закончили МИФИ и их связывают не только деловые рабочие, но и дружеские отношения. Необходимо отметить, что работа и ответственность за порученное дело для этих руководителей всегда были на первом месте. Работая под началом Валентина Дмитриевича Кушниренко, мне часто приходилось обсуждать с ним не только текущие технические вопросы, но и перспективные организационные вопросы по производству на нашем предприятии изделий микроэлектроники, так сказать, на будущее. И, когда речь в доверительной беседе заходила о последнем (в плане того, кто будет решать эти вопросы), В.Д. Кушниренко называл С.В. Медведева, при этом говорил: "Медведь мудёр". Несмотря на кажущуюся ироничность при употреблении слова "мудёр" вместо "мудр", в этих двух словах В.Д. Кушниренко выражал теплое и уважительное отношение к Сергею Валерьяновичу.

Трудились, что называется, "с огоньком". По текущим вопросам спорили и ругались до хрипоты, но в личном общении и в помине не было враждебности: интриг, склок, нашептываний и т.п. Работы было много, она была интересная, коллектив дружный. Казалось бы, работать и работать. Но жизнь распорядилась иначе.

Наступил печальный период, когда Валентин Дмитриевич тяжело заболел и был вынужден долго лечиться. Сотрудники лаборатории переживали, с волнением и тревогой следили за его самочувствием. Поскольку по разным причинам у нас не всегда была возможность навестить Валентина Дмитриевича, эту обязанность на себя взял Сергей Валерьянович. Он регулярно, практически ежедневно, ездил к нему в больницу. Утром, перед началом рабочего дня, он рассказывал о состоянии здоровья Валентина Дмитриевича. После операции самочувствие В.Д. Кушниренко начало улучшаться. Все вздохнули с облегчением. Но однажды, при очередной утренней встрече, на мой вопрос: "Как он?" - Сергей Валерьянович ответил: "Поезжай к нему - ему плохо".

Еще какое-то время после перенесенной операции Валентин Дмитриевич долечивался дома, потом вышел на работу, но вновь был вынужден лечь в больницу - болезнь прогрессировала (по-видимому, сказалась прежняя работа во ВНИИЭФ с материалами, вредность воздействия которых на человека в то время была неизвестна или неглубоко изучена). В начале лета 1976 года В.Д. Кушниренко ушел из жизни. Для всех сотрудников лаборатории и предприятия, кто знал и работал с ним, его кончина стала тяжелой утратой.

В период продолжительной болезни Валентина Дмитриевича и некоторое время после его кончины, до конца 1976 года, по распоряжению С.В. Медведева функции начальника подразделения поочередно выполняли начальники групп: М.В. Блохина (печатные платы), Л.Н. Егоров (тонкопленочная микроэлектроника), М.В. Мухин (пайка и сварка). Смена исполняющего обязанности начальника лаборатории происходила один раз в квартал. Это решение Сергея Валерьяновича было вынужденным, несмотря на то, что в лаборатории был заместитель начальника Ю.А. Ларионов, прежде руководитель группы печатных плат подразделения 51, доставшийся, как говорится, в "наследство" В.Д. Кушниренко при создании НИЛ-74. Но он был номинальным руководителем, знал схему техпроцесса изготовления печатных плат, а в тонкости не вникал: вопросами тонкопленочной технологии и, уж тем более, вопросами пайки и сварки не интересовался. Зачем? Был же В.Д. Кушниренко" (с.96-100).

В дальнейшем, если следовать воспоминаниям Л.Е. Егорова, лаборатория так и не обрела своего истинного руководителя, но это обычно для творческих коллективов, где всё изначально "завязано" на одном человеке. Об этом можно прочесть в книге, но к Валентину Дмитриевичу это уже не имеет отношения (Ю.Н.).

ДОПОЛНЕНИЕ В.В. КУШНИРЕНКО (СЫНА ВАЛЕНТИНА ДМИТРИЕВИЧА): Отец рассказывал, что первоначально ВНИИА назывался "Всесоюзный научно-исследовательский институт авиационной автоматики", но когда шутники стали называть его "НИИ ав-ав", то одну букву А исключили.

 

Страница Валентина Дмитриевича Кушниренко

 
Главная страница сайта
Страницы авторов "Тёмного леса"

 

Последнее изменение страницы 16 Jul 2021 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: