Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "ЛК"

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

Страница "Литературного Кисловодска"

Стихи из "ЛК"
Избранные стихи авторов "ЛК"
Стихи из "ЛК" (авторские страницы)
Рассказы из "ЛК"
Поэмы из "ЛК"
краеведческие и Биографические очерки из "ЛК"
Литературоведческие очерки из "ЛК"
Непрочитанные поэты России
Полемика о "ЛК"

Страницы авторов "ЛК"

Светлана Цыбина
Светлана Гаделия
Александра Полянская
Анна Мотенко
Юлия Чугай
Наталья Рябинина
Игорь Паньков
Геннадий Трофимов
Лев Кропоткин
Май Август
Сергей Смайлиев
Иван Аксенов
Иван Зиновьев
Давид Райзман
Василий Помещиков
Лидия Аронова
Галина Маркова
Тамара Курочкина
Валентина Кравченко
Иван Гладской
Маргарита Самойлова
Станислав Подольский. Стихи
Станислав Подольский. Проза
Ст.Подольский. Новочеркасск 1962
Евгений Сычев. Чукотские истории
Виталий Василенко

Виталий Василенко

Ростов-на-Дону

Литературный Кисловодск, N22-23 (2006г.)

* * *

В этом городе одиннадцать литгрупп,
и писаки путешествуют по кругу -
точно лошадь цирковую бьют по крупу -
так и носятся, покуда не помрут.

Им бы лучше путешествовать в себя,
навещать почаще классиков на полке.
Говорю об этом с болью и скорбя:
бедолаги эти - овцы, а не волки.

Не сжигает сирых пламенная страсть,
Мчит по кругу их к перу слепая тяга,
Но таланта ведь у Бога не украсть,
а без Искры ты всего лишь работяга.

Без труда не вынуть рыбку из пруда...
Не мешало б запустить её туда.

9.10.2005

Они едва ли виноваты,
что заложило уши ватой
и шоры-шторы на глазах.
Что шаг верёвками стреножен,
и взлёт без крыльев невозможен,
и тянет прошлое назад.

Беда вот, что других не видно,
и время дразнится ехидно,
и мне терять его обидно,
и давит грудь.

И сам от центра до окраин
гоним, не понят, неприкаян,
и потому на сердце камень,
тоска и грусть.

14.06.2004

* * *

Остались на книжной полке,
как после чистой прополки,
лишь главные имена.

А сорняковая бездарь
не вынесла трёх переездов,
и в том не моя вина.

28.09.2005

* * *

Пишу не для себя, пишу не для собратьев,
пишу, когда меня терзает диссонанс
и скверно на душе. Когда хочу орать я
и больно за других, и муторно за нас.

27.09.2005

СТАРЫЕ КОНИ

- Как дела, дружище?
- Дрянь дела.
Нет зубов, мусолю удила.
Старость брат.
- И мне она не в радость.
Молодость, как вспомнишь, тоже гадость...
То кнутом, то шпорами в бока!
- А меня - нагайкою в охотку!
- Ну, всего...
- Пока, мой друг, пока...
- Встретимся...
- Харон подгонит лодку...

7.07.2003

Литературный Кисловодск, N24 (2006г.)

СРП-СПР

У этих двух контор один и тот же фонд
и общий туалет и прочие удобства.
Заходит с двух сторон писательский бомонд,
на одного отца два сумеречных вдовства.

А дел невпроворот: где привинтить доску,
где рюмку пропустить во здравие и славу.
Начальники не раз вгоняют вас в тоску
и, видно, никому не стыдно за державу.

Заметно оскудел набор услуг и благ,
настороже глаза и ушки на макушке:
а вдруг захочешь ты последнее забрать,
и не оборонят ни Шолохов, ни Пушкин.

Когда бы только здесь - да так по всей стране,
и мука от ума, и горе от таланта.
И славненько, что я остался в стороне
от вашего тепла, добра и провианта.
3.06.06

Литературный Кисловодск, N34 (2009г.)

ПОЭТИЧЕСКАЯ СИМФОНИЯ N4

Сидя, лёжа или стоя,
на скаку ли, на бегу
сколько стою, столько стою
и дороже не смогу.

В телевизор взор вперяя,
постигая смысл таблиц,
с курсом совести сверяю
и свою, и прочих лиц.

В мире плоском было проще:
что за "крен", зачем - "тангаж"?
Но, едва взлетел над рощей,
пригодился пилотаж.

Что пленительней простора!
Но и там летает хлам.
И в мозгах не меньше сора
с пустотою пополам.

Признаюсь вам без увёрток,
дескать, "чтобы да, так нет",
там полно пустых обёрток
от обманчивых конфет.

Новых фантиков не видно:
отступило в тень враньё.
Только каркает ехидно
на деревьях вороньё.

Спрашивал Ульянов Вова:
- Для кого свобода слова?!
Отвечал другой Володя:
- Да у нас она не в моде.

Сорок лет звезда свободы
мне указывает курс.
И в оставшиеся годы
в сторону не отвлекусь.

За что же ратую? За что же
дерусь, "сумятяся ничтоже"
/а можно и наоборот/?
Цирк сгинул. Клоуны сбежали.
Разбиты вдребезги скрижали.
Аполитичным стал народ.

Так тридцать лет назад и было,
но Перестройка с жару, с пылу
пекла такие пироги,
такою правдою кормила,
что те, кто были у кормила,
все проявились как враги.

В то время был уже не молод
и по свободе лютый голод
нутром своим не ощущал:
я в "Оттепель" вкусил от правды,
мне "дули в уши", мол, не прав ты, -
я понимал их и прощал.

Переворота смерч внезапный
три дня гулял по всей стране.
Был Президент в Форосе заперт,
что знал? - оставим в стороне.

Затеяв с хищниками игры,
он мог попасть к ним на обед:
медведи, волки, львы и тигры
решили больше не робеть.

А Ельцин не был демократом,
он был мятежным партократом.
Его дружбаны с партбилетом
сыграли именно на этом.

Но лишь закончилась игра,
решил он вскоре, что пора
укоренять свою рассаду,
не замечая их досаду.

Испытал я горе:
"скушали" Егора.
Перерос в лавину ком,
все реформы - кувырком.

Не задобришь поддавками,
не расслабишь кувырками.
Референдум не помог,
"Белый Дом" накрыл комок.

Борьба за власть была кровавой.
Кого покроют ратной славой
в междоусобную войну?!
Звучали дикие призывы,
стрельба, пальба из танков, взрывы
и матюги на всю страну.

С тех пор и нет советской власти,
и время стушевало страсти,
что рвали в клочья триколор.
Но гимна музыка вернулась,
и оборонка встрепенулась,
и гады выползли из нор.

Чего хотят они? - Того же,
что было тридцать лет тому.
Их вид, увы, не уничтожен,
не заточили их в тюрьму.

Нет тех, кто мог бы их прихлопнуть,
и тех, кто в этом виноват,
и к топору на месте лобном
не позовет народ набат.

До сих пор за что боролись
громоздится на сукне:
в кассе выдали фальшивые банкноты.
Не купить на это "Ролекс"
или что-нибудь жене,
а оркестру втихаря сменили ноты.

Литературный Кисловодск, N35 (2009г.)
НОВЫЕ СТИХИ

* * *

Они меня читают,
а я их отзыв жду.
Темнеет и светает,
то к вёдру, то к дождю.
Повысушило лето
весенние ручьи,
а кто читает это,
наверно, пьёт чаи.

23.01.09

* * *

- Ваш роман - продукт труда,
я продуктами торгую.
Только вот ведь в чём беда:
даст он прибыль никакую.

Ваш роман не детектив,
да и Вы, увы, не классик.
Раз меня не захватил,
не понравится и массе.

Ну а ты пиши, пиши,
приноси, всегда посмотрим.
Может, что-то для души
глуповатым томным мотрям.

Или сагу для братков, -
между прочим, платят щедро.
Что кривишься? Мир таков!
Хочешь, дам на выбор - "негра"?

23.01.09

* * *

Солнце светит, но снег не тает.
Между ними пока ничья.
Но всё раньше уже светает,
всё просторней пространство дня.

23.01.09

* * *

Котёнок вслед за мною
взобрался на этаж.
Подброшенный зимою,
ничей, теперь он наш.

Пригрелся и мурлычет,
и вот уже заснул.
А бегает, не хнычет,
ударившись о стул.

23.01.09

* * *

Не дёргайся! Предложат сами.
Не рухнуть бы в чужие сани:
куда их леший занесёт?!
Ни в чём не надо торопиться.
Орёл парит, не суетится.
Терпенье, может, и спасёт.

25.01.09

* * *

Возможна ли среда?
В конечном счёте, каждый
выходит из любой,
становится собой.
И у меня она
была, и не однажды,
и я обязан ей
портретом и судьбой.

26.01.09

* * *

Жизнь, практически, прошла.
Остаётся превращенье
в овощ, рухлядь,
очищенье
от причин грехов и зла.

На бумаге от и до:
был и стал, и всё, что между.
Не цепляюсь за надежду
совершить ещё виток.

Как получится. Душа
до конца не охладела,
и, пока дряхлеет тело,
можно мыслить не спеша.

30.01.09

* * *

Отец мой удержался на краю.
Назначили леченье для отмазки:
оставить шанс для тех, кто верит в сказки
и запросить прибежище в раю.

За девяносто грех судьбу винить.
Мадам с косой так просто не отстанет.
Расправиться с участником войны
задача и для смерти не простая.

7.02.09

* * *

Иисус сошёл с креста
для Рериха с Блаватской,
и вот они втроём вершат судьбу людей.
А Бог и Дух Святой уже не пригодятся,
а дверь заколотить
с креста возьмут гвоздей.

7.02.09

* * *

Сорок лет старшей дочери.
Да, уже сорок лет.
Даты славные прочие
меркнут, словно их нет.

Не учил, не воспитывал,
разошёлся с женой,
а ребёнок испытывал
груз развода спиной.

Но из собственной дочери
лепит сразу троих,
чтоб хоть ей на обочине
не срываться на крик.

9.02.09

* * *

Нам всем не повезло, а думали, как лучше.
Любовь нам подменил тупой самообман.
Стрелял не Купидон,
а деревенский лучник,
и браком начался посредственный роман.

Не надо было бы,
да кто же не был глупым!
Расхлёбывать потом
приходится всю жизнь.
Но как не напоить пылающие губы,
решительно порвав
стреноживший режим!

9.02.09

* * *

Больному не читается,
не смотрится, не пишется,
и перспективы тают все -
икотой после пиршества.

Она и не маячила,
та самая, с косой.
Не ускользнёшь ни мячиком,
ни хитрою лисой.

12.02.09

* * *

Лет сорок пять я верил в идола,
лет пять не верил ни в кого.
Путь от Коротича к Бердяеву
потом привёл меня к Христу.

Так называемый предшественник
и трое, те, что иже с ним,
едва ли этот путь проделали,
до Истины не добрались.

12.02.09

* * *

Мало ль чего я ещё не увижу,
что-то и надо оставить другим.
Я никогда не пройду по Парижу
и не понежусь на Кипре нагим.

Жаль. но архивы живых впечатлений
будут служить мне, пока буду жить.
Лики людей, голограммы явлений
в них заполняют все этажи.

12.02.09

* * *

Шевелиться не резон,
если прибыль меньше ссуды.
никаким чиновьим зудом
не осилите разгон.

Жировали на трубе,
да в трубу и улетели.
виноватые при деле,
гонят полчища рублей.

Ситуации глупей
и захочешь, не представишь.
- Стой, Иванушка, не пей,
а не то козлёнком станешь!

В Отпущения Козла
не замедлишь превратиться,
и любой носитель зла
на тебе и отоспится.

20.02.09

Литературный Кисловодск, N36 (2010г.)
ОКНА ВРЕМЕНИ

* * *

Бог крыльев нам не дал,
но разум дал и руки.
С их помощью Дедал
построил два крыла.
Я окрылён тобой,
но неба нет в разлуке.
С погодою такой
душа изнемогла.
7.07.08

* * *

Крыса съела полкруга ноздреватого года.
Много душ знаменитых ушло в небеса,
словно все они ждали условного кода
и гурьбой устремились к Высоким Весам.
7.07.08

* * *

Вы не въехали, что в кризис мы въезжаем?
Соберите размягчённые мозги!
Тормоза ещё в ушах не завизжали?
Впереди-то не видать уже ни зги!

А взгляните, что творится за границей:
кашу варят на дровах и на угле,
украинская оранжевая птица
обезумела на газовой игле.

Экономика становится на якорь,
нет солярки и на самый малый ход.
Как когда-то, пальцы веером и ряхи
ни на шаг не сдвинут этот пароход.

У правителей нервишки на пределе,
от улыбок не осталось и следа.
Кризис движется, и это в самом деле.
Как ледник, он доберётся и сюда.

15.01.2009

* * *

На рулёжке столкнулись два "Ила".
Четверых забирает могила.
Говорят, что туман виноват.
Из столицы примчалось начальство:
ведь такое бывает не часто,
и, тем более, мир, не война.

Для погибших сам выбор не лучший:
безалаберность, рок или случай.
Смерть оправдана только в бою.
Сколько гибнет солдат на ученьях
и в казарменных злых развлеченьях!
Не травмируйте совесть мою!

16.01.2009

* * *

Чужую беду разгребаем шутя,
к своей за версту подобраться не смея.
Благие намеренья мелет Емеля,
педали на месте прилежно крутя.

Послать бы за мышкой, да Жучки всё нет,
а кошка, известно, гуляет, где хочет.
Без репки какой же в России обед?!
И тянут-потянут, да нет больше мочи.

Притом зарубежье во всём нас винит,
крутить предлагая чужие задвижки,
к столу подавать пироги и коврижки,
как будто бы мы отказать не вольны.

17.01.09

* * *

Не читатель я, - писатель,
уходящих дней спасатель,
оживитель, воплотитель,
новых образов родитель.

Захотите - заходите,
вы себе не навредите.
Не понравится - ну что же,
угождать - себе дороже.

18.01.09

* * *

О чём вы говорите, господа?!
Хотите скрыть под ретушью реальность?
Списать свои просчёты на ментальность?
Подошву нам под соусом подать?

Но было это, было и не раз!
Две правды: у народа и у власти.
И сблизиться в экстазе жгучей страсти
и царский не поможет им указ.

19.01.09

* * *

Следы зимы смываются дождём.
Почти не остаётся льда и снега.
Восторг румяный, саночная нега
сливаются в ближайший водоём.

В крещенье от дождя бежал мороз.
Здесь будут жить хурма и мандарины,
и звукам сладкогласой мандолины
звенеть среди магнолий и мимоз.

19.01.09

* * *

Мне Канары не по карману,
не по абрису Куршавель.
К Хему выбраться бы в Гавану,
да кораблик попал на мель.

Выбор: Сочи, Адлер и Гагра, -
изумрудная там вода, -
но восьмого кроваво, нагло
опрокинула мир беда.

В чемодан побросали вещи,
перешли пограничный мост,
и, казалось, что нам зловеще
самолёты заходят в хвост.

19.01.09

* * *

В Поэзии окно
открылось на мгновенье,
и я успел одно
создать стихотворенье.

Ещё хотя бы два! -
но форточку закрыло,
и капают слова
бесстрастно и уныло.

20.01.09

* * *

Много раз бывал в Москве я
в двух шагах от мавзолея,
но ни разу не зашёл.
Что-то предостерегало
или очередь мешала, -
не зашёл - и хорошо.

А тогда считалось, плохо.
Ладно, канула эпоха.
Сам теперь хожу в собор.
Но лежит он там поныне,
идол в качестве святыни,
жизни нынешней укор.

20.01.09

* * *

Там, на юге,
как и здесь, на севере,
нахалюги
сходятся со стервами,
вытесняя, как дитя кукушкино,
всех подряд, включая даже Пушкина.

Наследив раздавленными судьбами,
в небесах предстанут перед судьями,
и земная память их сотрёт.
Это так. Но как не дать им вылезти
и на воду чистую их вывести,
прежде чем их совесть не умрёт?!

* * *

- Сам не спит и вы не спите,
если жить ещё хотите! -
Все работали ночами
и часов не замечали.

Был совой отец народов,
воробьев, грачей, удодов,
и звенели в рощах трели
тех, кто ночью уцелели.

20.01.09

* * *

Напротив дом с доской Погодину,
на чердаке - семья ворон.
Был драматург возвышен Родиной,
по крайней мере, как барон.

"Куранты" сто театров ставили,
герой был светлый и живой, -
забили дверь, закрыли ставнями,
былое поросло травой.

21.01.09

* * *

Меня подхваливать бессмысленно,
не эффективней и ругать, -
со всеми так, кто пишет искренне
и не старается урвать.

Пока печатаются выжиги
и благоденствуют рвачи,
нам достаются только выжимки,
и в животе от них урчит.

22.01.09

* * *

Я тоже участвовал в конкурсах дважды,
с тех пор повзрослел и уже не хочу.
Давно не сжигает прославиться жажда
и зависть к дворцам безнадёжных лачуг.

Меня и во власть калачом не заманишь:
чем выше, тем злей и грязней компромат.
Уж лучше держать буду кукиш в кармане,
чем этот зловонный вдыхать аромат.

22.01.09

Литературный Кисловодск, N37-38 (2010г.)

МОЯ ПРАВДА

Главы из поэмы

3
Когда родился, шла война.
К станку поднялся Старший Брат.
Когда пришёл Двадцатый съезд,
он вслед за правдою пошёл.
Стремительно менялась жизнь,
Гагарин в космос полетел.
Старались все, но весь почёт
опять достался одному.

Страдал он манией реформ.
Разносы под бокалов звон.
Не нужен севооборот!
Что было - всё наоборот!
Похоже, Новая Метла
давненько случая ждала
и только дорвалась мести,
как превратилось это в месть.

Но немоту не возродить.
Прозревшим не закрыть глаза,
и общий ропот тяжелел,
как облака перед грозой.
Уже сверкало здесь и там.
Расстрелян был Новочеркасск.
И, как барометр, Старший Брат
Публично бурю предсказал.

- Хватай! Ату его! Ату! -
и борзописцы понеслись.
Соревнованье началось,
кто первым вцепится в кадык.
Уже ты падал и хрипел.
Как уцелел ты, Старший Брат?!
И как я рад был за страну,
когда правителя "ушли".

Я многое могу понять,
Но значит ли понять - простить?!
Мировоззрение моё
никак окрепнуть не могло.
Мне этих молний не забыть,
и гон звенит в ушах моих!
И всё же именно тогда
я начал пробовать перо.

4
На юге март. Дожди, туман, дожди.
При свете фонарей, как паутина,
сплетаясь, ветви мокрые сверкают.
Сегодня в институте будет вечер
поэзии. Сегодня я впервые
на сцену выношу свои стихи
и, рампой киловаттной освещенный,
срывающимся голосом читаю
двенадцать поэтических картинок.

Их слушают, потом надоедает.
Усмешки, хохот,
    свист и крики: "Хватит!"
Читал, пока не выпустил "обойму",
неловко поклонился и ушёл.

В апреле прихожу в многотиражку.
Редактор улыбнулся мне, узнал.
Другой, - их было двое в кабинете, -
Поэт, белёсый, с крючковатым носом, -
не разжимая тонких бледных губ,
секунды две просвечивал меня
холодным взглядом глаз
    стального цвета. Потом смягчился, руку протянул:
- Ну что ж. давай знакомиться, -
    Подольский.
Так мы сошлись. Разделал под орех
он опусы мои. Нашёл две строчки,
сказал: "Работать надо. Что-то есть".
Дал почитать поэтов современных.
Я прочитал и стало очень стыдно:
"Зачем пишу? Пустой забавы ради?!"
Хотел забросить - снова прорвалось...

* * *
Вскоре в Кремле и в печати
    жестоко избили
молодых художников и поэтов.
Я только что прочитал "Взмах руки",
"Треугольную грушу".
Я был в восторге от этих сборников!
- Стас! За что их так?! -
    спросил я Подольского.
- А чтобы китайцам показать
    нашу верность социализму! -
ответил Стас.

После статьи
    "Куда ведет хлестаковщина"
я четверть века в руки не брал
    "Комсомольскую правду".
Там, в Москве, били по мне,
    били по Стасу.

5
Я в самолёте. С этой вышины
едва распознаю, что знаю ближе.
Леса как мох, река блестит, как змейка,
а товарняк похож на червяка.
Не запоёшь в салоне "степь да степь",
не грянешь "путь далёк" на самолёте.
Ни запахов степных, ни разнотравья,
ни ветра, ни метели, ни дождя.

И вот я долетел. Звоню в квартиру.
Шаги к двери, и мама открывает:
- Отец! Иди скорее! Сын приехал! -
И снова их ребёнком становлюсь.
Ах, эта грусть! По городу пройдусь.
До мелочей, до боли всё знакомо.
И юности картины оживают
в расширенных волнением зрачках.

Вот институт, где "грыз гранит наук".
Не узнаёшь, холодная твердыня?
Не узнаёт... Иное поколенье
сквозь сессии проходит,
    как сквозь строй...

* * *
- В науки ты не очень был влюблён.
Эстрада, милый мой, тобой владела.
Ты часто становился на котурны
и скороспелки в души высевал.
"Поэзия" - была такая мода.
Вы пользовались тягой молодёжи.
В литгруппе вашей
    разве что Подольский
работал над стихами как поэт.

...В мае 63-го при мне звонок
    в редакцию многотиражки.
Редактор поднимает трубку.
    Я рядом и хорошо слышу:
- Кто у вас поддерживает Евтушенко,
Рождественского, Вознесенского?
- Да как - кто? Их почти не знают.
Несколько сборников, кто их читал!
Наши еще только учатся рифмовать.
- Но вы же понимаете,
    о чём идёт речь?!
- Понимаю. У них ещё
    и стиль не сложился.
- Смотрите!..
- Не беспокойтесь!..

Так редактор защитил нас...
    Спасибо ему...

Литературный Кисловодск, N39 (2010г.)
СТИХИ 2010 ГОДА

* * *

Никому не нужен и на.
Исключенье сын и жена.
На зелёный гнал - на тот свет.
затянулся разреза след.

Помогло мастерство врачей,
крови литр, уж не знаю, чьей.
Слава Богу, опять живой.
Вот и небо над головой.

10.02.2010

* * *

Брюхо наперекосяк.
хорошо, мозги в порядке.
И стихи растут на грядке,
и статьи с ветвей висят.

Духом - молод, телом - стар:
для души нелёгкий выбор.
Совесть скользкая, как рыба.
Вот из них и соткан дар.

14.02.2010

ПУШКИН В 1836 ГОДУ

Он всё реже и реже пишет.
Оскорбленья повсюду слышит.
Искромётности нет в помине,
и вот-вот отвернётся свет.
Молодёжь подпирает. Муза
намекает, что он - обуза.
Страшно, если перо заклинит.
Что-то надо рвануть в ответ.

16.02.2010

* * *

По пьяни, думаете, писал Пикассо?
Вглядитесь в себя, вы такие же.
Ваше нутро рисовали прекрасно
Модильяни, Дали и Леже.

И я мог писать подобно им.
Но правильней, всё-таки, делать "под себя".
К тому же стихи
    должны быть съедобными,
и чтобы путь кремнистый сиял!

26.02.2010

* * *

В столицах жизнь бурлит, как горная река,
в провинции течёт, в деревне замирает.
как хорошо на всё глядеть издалека:
ни грязь, ни пот, ни кровь
    тебя не замарают.

И не случайно слизь охватывает близь,
стоять лицом к лицу,
как звери, носом к носу.
Одних зовут "борись!",
другим кричат "колись!",
а этим - светофор к словесному поносу.

17.03.2010

* * *

Светофоры отключили за долги,
по асфальту растекаются мозги,
для машин открыт
    бесплатный путь под пресс,
у гаишников украли интерес.

А реклама зазывает прямо в рай,
поскорей на перекрёстке умирай,
а другого и в аду с цветами ждут,
жми на газ и не задерживайся тут.

размечтался о квартире ветеран
и рванул, как в сорок третьем, на таран,
а на джипе не успели проскочить,
и пришлось им "жигулёнка" замочить.

С двух сторон навстречу движутся враги,
замыкаются в зловещие круги,
и сограждане от ужаса дрожат,
что вода и слив схлестнутся на ножах.

18.03.2010

* * *

Эйнштейн до конца мечтал понять,
как Бог сотворил мир,
а миру и так живётся на ять,
не нужен миру кумир.

рулеткой коллайдер крути у виска,
до шизы ищи исток,
а цель познанья так же близка,
как западу близок восток.

14.03.2010

* * *

Сталин колуном раскалывает общество,
опять портреты вождя повсюду.
У половины страны его отчество,
и смотрит на другую, как на Иуду.

Внуки стукачей против сирот детдомовских,
те и другие давно на пенсии.
кричат, что репрессии -
    вымыслы, домыслы,
как могут орать одержимые бесами.

Спасёт, что молодым по барабану всё.
Не знают даже, кто там
    картавит с броневичка.
хотят капилляры прочистить пандусом,
безбашенных используя в роли Чк.

11.03.2010

* * *

Свобода нужна сильным,
равенство - только слабым,
братство - чтоб навалиться
и камнями побить.
Под музыку "Марсельезы"
все трое до нас добрались.
С ними так и случилось,
как об этом пишу.

28.02.10

* * *

Ах, у олимпийцев нет патриотизма!
А у вас он есть, служители рейтинга?
Начальникам готовят ведёрную клизму,
и выучить гимн, и под клизму петь его.
Наобещали призёрам денег.
Спортсмены поняли, всем не хватит.
Страна родная скорей разденет,
чем по достоинству вам заплатит.

28.02.10

* * *

Они дожили до весны,
но не смогли до лета.
Теперь в мои приходят сны
и существуют где-то.

Так с днём рожденья поздравлять
явились голосами,
и это можно приравнять
к контакту с Небесами.

Сначала мама говорит,
отец вставляет слово,
беседы оживлённый ритм,
как сцены из былого.

- Как там вам?
- Очень хорошо.
- Мы больше не больные.
- Не старые.
- Инсульт прошёл.
- И даже не седые.

- А солнце?
- Всё освещено.
- Свет льётся отовсюду.
- Источник видеть не дано.
- Ну, будь!
- Спасибо, буду!

20.03.2010

Литературный Кисловодск, N40 (2011г.)

ПОЭТИЧЕСКАЯ СИМФОНИЯ N5

Продолжение

ЧАСТЬ 3
Внутри Садового Кольца
довольно вкусная пыльца,
и жизнерадостные пчёлки
её приносят в рамки сот
последних где-то лет пятьсот.
У несунов порядок чёткий.

А медоносная Россия?
"Народ безмолвствует". Мессия
отозван шефом с полпути.
И сами, вроде бы, с усами,
да, что не фирма - свой Сусанин,
и за собой готов вести.

А в это время из столицы
слетаются крутые птицы,
и остаётся вместо птиц
в достатке птичьего гуано,
а в кабинетах - обезьяна,
никчёмный председатель зитц.

А при чём тут поэзия?
Я не экономист.
Рифма - вещь бесполезная,
штук по сорок на лист.
Но не только поэты мы, -
гений правду сказал, -
и, наверно, поэтому
так люблю я вокзал.

Нос мой кверху не вздёрнутый,
спесь не давит на грудь,
и на шпалы застёгнутый
весь мой рельсовый путь,
а бинтами инверсными
шар в два слоя покрыл,
чтобы стал интересным и
что-то людям открыл.

Не можешь - не читай,
не хочешь - не смотри:
их тучи - групп и стай! -
Наплюй и разотри!
Они - пока и здесь,
а ты - потом и там.
Мечты, конечно, есть,
да нам не по летам.

В России всё большое:
и небо, и граница.
Когда же ты зашорен,
то нечем похвалиться.
Вперёд и только прямо
по воле седока,
а если холм и яма,
то шпорами в бока.

Меняются устои,
правители, режим,
но самое простое:
кому принадлежим?
Себе - звонит гордыня,
семье - готовь хомут,
властям - сапог и дыня,
религии - талмуд.

И так опять и снова
под гомон воронья.
Сама свобода слова
удобна для вранья.

"Пока свободою горим",
но ничего не говорим,
кому - творенье?!

Попробуй выразить протест,
изобрази хотя бы текст,
стихотворенье.

Пускай охотников заткнуть
и сапогом пониже пнуть
найдётся,

пока свободою горим,
тогда мы только и творим,
пробьётся!

А с кем сражался Мопассан?
Да просто сам - сидел, писал.
И Чехов, между прочим,
войну любил не очень.

Есть графоманы и попса?
Тебе-то что?! Работай сам!
Они и раньше были,
о них давно забыли.

И нынешних растает след.
Тебе, дружочек, сколько лет?
"Играем не из денег,
оставь их, молоденек!"

Как не было друзей,
    так, видно, и не будет.
Сначала кочевал, потом завёл семью.
А дружба как кураж, салют из всех орудий,
и не способен друг вам подложить свинью.

Вращаясь в тех кругах,
    где хрюканье как пенье
и не стоит вопрос,
    под чьей личиной враг,
я тоже становлюсь таким же постепенно,
так превращает дождь
    ложбиночку в овраг.

А были времена - и были рядом люди,
ровесники мои и старше лет на пять.
Таких открытых лиц
    не вырастить на блуде,
ползучий маскарад
    накрыл за пядью пядь.

Ноги передвигаю,
спину прямой держу,
в том, что я понимаю,
не уступлю ежу.

Память сбоит не часто,
жим ещё есть в руке.
Что там в комплекте счастья?
Денежка в кошельке?

Таять в лучах признанья?
Мазать на хлеб успех?
Степень повыше, званье?
Средства земных утех?

В общем, мечтать не вредно.
Вредно - наоборот.
Счастье, по мне, наверно -
творчества оборот.

С публикой быть в контакте,
плотно войти в народ.
И коньячку в антракте,
чтоб не кривился рот.

Испытываю рёв
    и крепость русской водки,
с рябиною, как Вы,
    и русским словарём,
и лупит хмель меня
    в упор, прямой наводкой,
и кажется, Андрей,
    что мы сидим вдвоём.

Ещё не сорок дней.
    Простите за фривольность.
Мне муторно без Вас,
    сдержать не в силах слёз.
Чужие для меня,
    кому без Вас не больно.
Я сам, Андрей, без Вас,
    как тачка без колёс.

Сколько лет мне отпущено?
Заходи в Интернет.
Когда всё будет спущено,
там увидишь ответ.

Познакомишься с Вангою
и подобными ей,
и увидишь желанную
встречу в мире теней.

От запретов евангельских
отмахнуться легко,
но до мудростей ванговых
далеко-далеко.

Литературный Кисловодск, N41-42 (2011г.)
СТИХИ ПОСЛЕ СИМФОНИИ N5

* * *

Почему меня терпят с трудом?
Потому что повсюду - дурдом?!
А на мне проявляются лихо
и уродство, и неразбериха?!

Только с кем-то наладишь контакт,
замечаешь, опять всё не так,
как отметил однажды Высоцкий.
Бездуховно всё как-то, по-скотски.

* * *

Кто - за тело, кто - за душу.
Дух, как будто, не при чём.
Смертный к духу равнодушен:
дух не в курсе, что - почём.

Сшибают душу с телом,
сюжеты громоздят.
Увы, такое дело
на Небе не простят.

26.06.2010

* * *

Как прорвать мне блокаду?
По-другому писать?
Ублажать, кого надо?
Там, где надо, - лизать?
Всем подыскивать ключик?
Мэтра звать кило-метр?
И закуску с горючим
поставлять не в пример?

Так и делали раньше.
Поменялись названья,
кличут выпивку "ланчем",
не грозит истязанье.

Тиражей, правда, нету:
разучились читать.
На диктат партбилета
можно тоже чихать.

Но другие напасти
закрепились на свете:
браконьерские пасти,
интернетские сети.

На тщеславные конкурсы
с адресами мобил
даже лучше не торкайся:
это холод могил.

Хоть редакции многие
поменяли состав,
обивать их пороги я
после круга устал.

27.06.2010

* * *

Стою утёсом на своём
и раздражаю суетливых,
вгоняю в бешенство крикливых
и не дрожу перед зверьём.

Как волны, бились об меня,
теперь в обход пробили русло.
Позицию не изменял,
но почему-то очень грустно.

И пусто. Рядом никого.
Позицией лишён общенья.
Сложился текст под некролог.
Ведь нету жизни без движенья.

Но, если сделаю хоть шаг,
пойдут такие измененья,
что не поддастся измеренью
земная дрожь и гром в ушах.

29.06.2010

* * *

Кому нужна свобода слова?!
Моей судьбы она - основа.
А вот госслужащий, чиновник
рот открывать и не моги.
Начальство сушит вам мозги,
а ты сопи подобострастно.
У подчинённых жизнь прекрасна,
от мафии до босоты,
не открывайте только рты.

Конечно, ежели зевнуть
или когда дадут жевнуть,
приоткрывайте рот, но зубы
держите по макушку в супе
или поглубже в каше, в хлебе.
Дозволено мечтать о небе
в горах, на отдыхе, на море.
Там, на просторе, хоть ори,
а здесь поменьше говори.

А каково творить поэту,
когда нужды в свободе нету?!
Из подворотни смотрят косо,
им стыдно, всё же, без вопросов
на свете белом проживать,
но как плодиться, что жевать?!

* * *

Прокофьев умер в тот же день,
когда скончался Сталин.
Рёв паровозов и гудков
его не провожал.
Я дирижировал "Гавот".
В живых ещё застал их.
В тот день, десятый из годков,
до рёбрышек дрожал.

Спустя полвека в этот день
ушла поутру мама,
а в тот же вечер сам познал
и скальпель, и наркоз.
Кошмарный марта пятый день,
чудовищная драма,
ворота вечности, вокзал
последних горьких слёз.

29.06.2010

* * *

Кто останавливал коня,
не побоится и меня,
а в подожжённую избушку
пошлёт такую же подружку.

Их столько, хватких и упёртых,
видавших виды, ушлых, тёртых,
что речь о женской вкусовщине,
где просто места нет мужчине,
и оголтелые фанатки
ножом пропалывают грядки,
уничтожая сорняки,
не пропуская и строки.

Конечно, есть и дверь, и выход,
и после вдоха - краткий выдох.
Их можно и не замечать,
передавать другим в печать.

30.06.2010

Литературный Кисловодск, N43 (2011г.)
ИЗМЕНЕНИЯ

* * *

Неважно, ползаю, прыгаю, бегаю,
семья, комплекция, внешний вид,
чем занимаюсь, когда обедаю,
какими стружками мозг забит.

И это славно. Живу без комплексов.
По мелочам не бегу к врачам.
Но аритмии мерцанье кончится,
когда взойду на морской причал.

* * *

Изгнанный в Полинезию,
на сковородку в Арль,
я не уйду на пенсию,
брошу писать едва ль.

Вкладывайтесь, издатели.
Мёртвым не нужен риск.
Мой экземпляр оставьте мне -
таков последний каприз.

* * *

Демагоги взорвали Союз,
демократы власть отдали сами,
а народ десять лет под часами
ждал свободу, как шмару* свою.

Седовласый больной игрок
рокировочку длинную сделал:
для себя гарантий хотел он
и не метил, наверное, в гроб.

Бюрократ расплодился, как клоп.
Порошок создавал Маяковский.
Вот и строчка моя в тот же лоб,
удивительно твёрдый и плоский.

* Любимая женщина (жарг.)

* * *

- Защищаете лес? Не робки!
Но смотрите, какие пробки!
И в мозгах чинодралов то ж!

Ты, эколог, худяк патлатый,
возвращайся в свои пенаты,
забери этот свой плакат!

Приказали - и мы построим!
Если надо, ОМОН утроим
и удвоим любой откат!

* * *

Есть жизненный уклад,
но я ему не рад.
Порвать привычный круг
не хватит силы рук.

Иначе в магазин
дорогу не пробьёшь,
а в небе керосин
сжигает молодёжь.

* * *

Стрижи слиняли согласно графику,
теперь и солнце скатится ниже
и, что сжигало по жаротрафику,
то в октябре лучами залижет.

Хотите править? Что ж, получите!
Тщеславье с гордыней того и ждут.
Только "на помощь!" уже не кричите:
рога и копыта у вас растут!

* * *

Ваши друзья не всегда мои.
С иными и на ножах был.
Моими врагами быть не могли,
с кем я полбанки жахнул.

Если воротит морду, не пьёт -
в нашей среде лазутчик.
Всё про себя он обычно врёт,
лощёный голубчик-субчик.

* * *

Возвращаюсь туда, где хрущёвский разнос,
кагэбэшный острог и расстрел у горкома.
Всей родне стукачей кучеряво жилось,
и в Союзе они были всюду, как дома.

Это им выдавали пайком партбилет,
это им на трибуне "ура" мы орали.
Им хотелось укрыться за давностью лет,
но их дети и внуки отнюдь не в опале.

Деполит., деиде., департи., деграда. -
вот куда направляли нас
    лжедемократы.
Спекулянтов лицо обрели города,
вместо совести, чести - утраты, утраты.

* * *

Не все успевают к закату понять,
что Бог нам - Отец, а Земля - наша мать.
Ведь кошка и та за собою зароет,
а люди в подъезде сортир вам устроят.

Себе - костерок, а народу - пожар,
пока не попался и хвост не поджал.
Ко всем негодяям мента не приставишь
и каждую гниду, увы, не придавишь.

Литературный Кисловодск, N44-45 (2012г.)
ПОСЛЕ ИНСУЛЬТА

* * *

А я забыл, как пишутся стихи.
Из ситуаций, что и так лихи,
из дней, когда предательство не братство?
Тетрадочки из слов, а в голове
сквозит желанье, как бы поновей,
живей сказать, дабы покончить с блядством.

* * *

Как можно ответить
    на неудобные вопросы
о пенсиях,
о содержании голодных бюджетников
с ненасытной пастью?

Ответить жене моей,
у которой страховку умыкнули,
людям ответить,
которым что-то наобещал.

Прелюдия уходит от неудобных вопросов,
ответить на которые можно,
    только снявши шкуру.

* * *

Я написал тринадцать книг,
и только шесть издал.
Никто не желает купить тираж
и нажиться потом.

Прошли горячие времена
для кижуча в знойной реке.
Зачем давать мне деньжонки Вам -
как в чёрную бездну бросать?!
28.02.2011

* * *

Заварили люди - разварили.
Всё, а ведь, скорей всего, не всё.
Видел я, вода текла поверху,
и метались те, кому чинить.
Заварили через два денька на третий,
разварить нет аппарата и конца.

* * *

Когда я оставил больничные стены,
рвался к людям я, быстрей, быстрей.
Но понял, что они разочарованы,
что вот я - живой и к тому же - пишу.

* * *

- Кто прикрыл газету эту?
- Или власть, или деньга.
- Кто поможет отматросить?
- Власть и деньги.

Я лечу поближе к звуку,
деньги только до туда.
Если власть меня захочет,
денежки найдут.

* * *

Мой старый древний добрый друг!
Полсотни нашим отношеньям.

* * *

Дети бесятся по ночам,
как привыкли, отводят душу.
Я об этом уже писал.
да никто меня не послушал.

Про лезгинки в час или в два
под гремучие газов ахи.
Всё то было бы в голове,
вбиты в угол, как в детской драке.

Утром развернутся в свои дела,
покладистые, в униформах.
Шалманы до пятницы сдают нал,
в субботу приходят, кого не трогают.

Смотрю на затуманенных с утра,
душ точно нет, отводят души.
А что остаётся, простая метла,
выметят и всё пред новым циклом.
12.06.2011

Литературный Кисловодск, N46 (2012г.)
РОДНЫЕ ФРАГМЕНТЫ

* * *

Есть желаемое и действительное,
а послушный самообман
на фантазии ослепительные
напускает и свой туман.

Опыт есть, что поверят легче так,
вроде творческого подхода,
и болезни успешно лечатся,
и довольна сама природа.

Правда, если успех зазнается,
может он всё испортить враз,
и Батуми в стихах узнается,
"как бы ни был красив Шираз".

* * *

Что-то хреново, братцы.
Ноги тащу едва.
Видимо, разобраться
какая-то рвётся тварь.

Гонит пульс аритмия,
крутит в самой крови.
Чем это кончится? Миром?
Кто заключит пари?!

* * *

Я оказался слабым звеном,
как в известной игре.
Впрочем, и на пути земном
притормозить не грех.

Как покрышки, сменить стезю,
в колею уронить слезу,
только лучше, чтобы глаза
не смотрели с тоской назад.

Впереди твой асфальт и грязь,
ямы, пробки твои, ухабы.
Повезёт - проживёшь, смеясь,
или будет не жизнь, а как бы.

Литературный Кисловодск, N47 (2012г.)
БОЛЬНИЧНАЯ ТЕТРАДЬ

* * *

Покорён я огромностью зала,
вышиной своего потолка.
Позади бесприютность вокзала,
где народец шпыняет в бока.
Отштормило семью, отвертело.
Вместо смерчей - покой, благодать.
Пятилетка мытарств отлетела,
ни крыла, ни пера не видать.

* * *

Таких перемен,
как в последние эти три года,
я четверть века не переживал,
не проживал, не переносил.
И собраться не мог я, мне пелось,
писалось урывками.
А собратья по цеху не тратили попусту сил.

А иные и вовсе себя показали
весьма деловыми и прыткими...
Я не ждал вдохновенья прихода
и музу о том не просил,
и не вёл переписку с Лягушкою,
Щукою, Рыбкою.
Перерыв этот мне только
творческой смертью грозил:

жить я мог бы и так,
соревнуясь от скуки с улиткою.
Что ж вернуло к столу?
Честолюбья, тщеславия зуд?!
Но фактически я
колобком ото всех укатился.
Может быть, надоело
в своём ковыряться носу,
или дух направляет меня
делать то, для чего я родился?!

27.06.04

* * *

ни там, ни там, ни там меня давно уж нет.
ни там, ни там, ни там меня к себе не ждут.
я никому не шлю
свой пламенный привет,
поскольку убеждён: там это вам не тут.

А там, и там, и там меняется состав.
Заглянешь иногда - не знают, кто такой.
зачем же начинать, как с чистого листа,
когда милей всего свобода и покой?!

22.01.06

* * *

от меня крайне мало зависит.
не прикажет никто и не свистнет.
нет за мной ни структур, ни штыков.
раньше было, да всё уже сплыло,
нет среды, что меня позабыла.
мир, пожалуй, всегда был таков.

Как же быть? Доживать потихоньку
и себя проявлять полегоньку,
чтобы числить могли на плаву?
Так годков этак на десять хватит,
если сердце НЗ не растратит,
чтобы точкой закончить главу.

28.06.04

* * *

Сегодня брали у меня из вены кровь:
врачу не ясно, что со мной
и чем я болен,
и страх под ложечкой
возник при этом вновь,
и я, потея, ждал невыносимой боли.

но не дождался.
стыд солдатику и срам.
Так точно жду,
когда сверло подводят к зубу.
Давали б мужикам
армейские сто грамм,
сбегались бы толпой,
как в молодости к клубу.

У женщин всё не так:
смелее слабый пол.
Врачам отбою нет
от жаждущих лечиться,
и спорят с червяком корова и волчица,
врываясь в кабинет -
кто первый на укол.

28.06.04

* * *

Мне о другом теперь не пишется...
Уходит в вечность коридор.
в больнице города не слышится,
и суета мирская - вздор.

здесь преднебесье и предадовость,
поскольку - каждому своё.
Иной анализ больше радует,
чем тот, кто в ящике поёт.

29.03.05.

* * *

Люди бродят, как тени,
нет ни сил, ни мочи.
на больничной постели
темперамент молчит.

взгляд вползает по стенке,
бороздит потолок:
то ли жизни застенки,
то ли смерти порог.

17.02.05

* * *

Особенно "лётным" в то утро был лёд:
в больнице закончился славный полёт.
Лодыжку скрепили холодным титаном.
Хромает она, опираясь на трость,
к тому ж обернулся саднящею раной
в распухшей лодыжке
непрошенный гость.

одно утешает, могло быть и хуже.
над нами судьбина зловещая кружит,
стремителен кармы когтистый налёт.
она поняла, что судьба промахнулась,
когда от наркоза в больнице проснулась:
ко льду на шоссе не пустил этот лёд!

17.05.05

* * *

в больнице был - и следом в госпиталь:
там больше денег и лекарств.
Что недодал ему Ты, Господи?!
Каких напастей и мытарств?!

на полосе препятствий каверзной
каких он рвов не одолел?!
А может быть, какой-то твари злой
он больше жизни надоел?!

06.05

* * *

Я укрылся от сует,
на меня никто не ставит,
постепенно время старит,
затемняя белый свет.

я всё чаще в стороне
и всё больше наблюдатель,
и совсем уж не мечтатель,
не пророк в родной стране.

20.03.05

Литературный Кисловодск, N48-49 (2013г.)
ТО ЧТО БЫЛО

* * *

с тех пор, как с клешнями ящера
справиться привелось,
в искусстве всё настоящее
доводит меня до слёз.

от сердца мелодия, стих, сюжет
завладевают мной,
как полководца летящий жест -
армией и страной.

они вступают со мной в резонанс,
как рота, "левой!", на мост.
Или он рухнет, или заказ,
как Моцарт, получит мозг.

* * *

"Пиши для народа!" уже не кричат,
а этим призывом давили.
Никита с трибуны орал, осерчав,
что многих ещё не добили:

- Берите билеты в один конец,
любой оплатим маршрут!
оставьте такими, какие мы есть,
нас, недостойных, тут.

Что за скульптуры, что за стихи?!
Народу вас не понять!
Мы - от кирки, мы - от сохи,
и нечего нам пенять!

Булат, Василий, Эрнст и Андрей,
Роберт, Евгений, Белла
думали, кончен отсчёт их дней,
песенку птичка спела.

Не расстреляли, но отсекли
идущих за ними вслед.
Между народом и нами клин
торчал двадцать восемь лет.

19.08.09

* * *

Когда в Кремле клеймили молодых,
и нам досталось в челюсть и под дых,
прилавки завалили сотни книг,
и легион поэтов вмиг возник:

в ЦК создали встречную волну,
накрывшую мгновенно всю страну.
Мы поняли, идущие вослед,
что вот теперь нам точно хода нет.

один купил билет на Колыму,
двоих - под локотки и в лагеря,
я оказался нужен самому, -
пошел служить, короче говоря.

* * *

Была у них "Волга". Во время войны
её отобрали, угнали.
Купили "Фольксваген"
за четверть цены,
моложе той "Волги" едва ли.

они на нём ездят туда и сюда,
вчера возвратились с грибами.
здесь всё будет скоро, как было всегда,
до столкновения лбами.

20.08.09

* * *

Старик абхаз мне преломил полпряника
- Спасибо, - я сказал, и с ним сжевал.
Высокий, горбоносый и не пьяненький,
со мною поделиться пожелал.

Ни я, ни он, мы не были голодными,
но пряник перенёс меня туда,
где сам Иисус
с друзьями благородными
делился хлебом, и ждала беда.

здесь год назад распятие готовилось
абхазского народа и страны,
подобное кровавой той истории
и также под началом сатаны.

Мы обсудили страсти пограничные,
в том плане, что пора их прекращать.
Контакты стран вполне
как наши личные
смогли мы укрепить и завещать.

9.08.09

* * *

Причитают: "Уходит эпоха!.. "
Мне невольно становится плохо.
за год столько уходит "эпох",
сколько в шерсти у Шарика блох.

Вместе с нами мельчают кумиры.
Балалайке внимаем, как лире,
а взглянуть если со стороны,
то нулю те кумиры равны.

* * *

У нас мастера многих искусств
смотрят, а что там запад.
По западу и формируют вкус,
забыв про российский запах.

А запах этот не только дым,
но ещё и навоз.
Вот про него и не хотим
помнить: шибает в нос.

Литературный Кисловодск, N51 (2013г.)
АБХАЗСКИЙ ДНЕВНИК

* * *

Пишу не роман с продолженьем,
а лишь стихотворный дневник,
и сам к дневнику уваженьем,
конечно, ещё не проник...

Пестрит за страницей страница
толпою бесхитростных строк,
и паста сквозь шарик струится,
чтоб слово наполнилось в срок.

Вечернее мягкое солнце
едва пробивает лозу,
и гроздья висят у оконца,
и я под лозою внизу.

Темней, что ни день, "Изабелла",
и осенью юным вином
расскажет она непременно,
как летом росла под окном.

И после шестого бокала,
когда кто-нибудь запоёт,
на фоне простого вокала
и мой силуэт промелькнёт.

14.08.09

* * *

На российской проходной
я торчал, как неродной.
Два часа на солнцепёке
метров сто, с поклажей, пёхом.

На меня ушла минута,
а другие, почему-то,
у окошка, где проверка,
проторчали чуть не час.
И со звёздочками дама
добросовестно, упрямо
всю компьютерную базу
вызывала каждый раз.

А толпа всё прибывала,
напряженье нарастало,
и у самого окна
вдоль стены сползла одна.

7.08.09

* * *

Почему не пустить поезда до Сухума,
для машин не построить ещё один мост?
Если этим займутся и Путин, и Дума,
пограничных проблем поубавится рост.

На границе стоим,
как за водкой когда-то,
и до драки доходит на подходе к окну,
в давке весь политес исчезает куда-то.
- Куда прёшь?! - слышишь фразу,
и только одну.

От стояния ноги твердеют, как сваи,
дня четыре колени при сгибе скрипят.
Видно, слушать проклятья
ещё не устали,
да и женщины, дети не шибко вопят.

9.08.09

* * *

А люди всё едут и едут,
и берег уже не пустой,
по давнему яркому следу,
ведущему в светлый застой.

Тогда здесь не знали границу,
ходили в Сухум поезда,
и видом на озеро Рицу
ты мог насладиться всегда.

Вот пальма с дырой от снаряда,
вот дерево в оспинах пуль,
и корпус обугленный рядом,
и скверик, побритый под нуль.

Так много военных развалин,
что рук не хватает на все.
Конец нападавших бесславен,
но страшен кровавый посев.

7.08.09

Виталий Василенко

 

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "Литературного Кисловодска"

 

Последнее изменение страницы 3 Jun 2024 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: