Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "ЛК"

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

Страница "Литературного Кисловодска"

Стихи из "ЛК"
Избранные стихи авторов "ЛК"
Стихи из "ЛК" (авторские страницы)
Рассказы из "ЛК"
Поэмы из "ЛК"
краеведческие и Биографические очерки из "ЛК"
Литературоведческие очерки из "ЛК"
Непрочитанные поэты России
Полемика о "ЛК"

Страницы авторов "ЛК"

Светлана Цыбина
Светлана Гаделия
Александра Полянская
Анна Мотенко
Юлия Чугай
Наталья Рябинина
Игорь Паньков
Геннадий Трофимов
Лев Кропоткин
Май Август
Сергей Смайлиев
Иван Аксенов
Иван Зиновьев
Давид Райзман
Василий Помещиков
Лидия Аронова
Галина Маркова
Тамара Курочкина
Валентина Кравченко
Иван Гладской
Маргарита Самойлова
Станислав Подольский. Стихи
Станислав Подольский. Проза
Ст.Подольский. Новочеркасск 1962
Евгений Сычев. Чукотские истории
Поэзия – это когда невозможно и некогда жить,
а мир навалился дыханьем сырым и весенним,
и нынче среда, а не праздник и не воскресенье,
и хочется жить, а приходится драться и выть,
И мчаться куда-то, хрен знает, зачем и куда
(а сердце щемит, и коленка прибитая ноет),
и гибнешь уже, но внезапно увидишь – звезда
в дождливых размывах ныряет, сверкает и тонет...
Внезапно поймёшь – над землёй разражается март,
и вязы глухие ожившими машут руками,
и жизнь воскресает, как древо, Спаситель и пламя,
живое, зелёное – стань и расти наугад!..
Станислав Подольский. Явление поэзии

СТИХИ ИЗ "ЛИТЕРАТУРНОГО КИСЛОВОДСКА"


Литературный Кисловодск. Май 2009 года - N34

Наталья Окенчиц

Михайловск

АТЕИСТКА В БОЖЬЕМ ХРАМЕ

Стал похож на знак вопроса
Фитилёк свечи горящей,
Словно кто-то вопрошает:
"Ты зачем пришла сюда?"
Мальчик светленький курносый,
Будто ангел настоящий,
Встал поодаль. Он-то знает,
Где свячённая вода...

Только женщине не нужно
Ни воды святой, ни веры.
Ветер просится снаружи,
Да открыты храма двери...
И горят спокойно свечи,
Прославляя Божий вечер.

Сергей Козьминых

Михайловск

ЛЕДОКОЛ

А он - бродяга-ледокол -
Попёрся прямо через льды.
Ни света бела, ни воды.
Гром-скрежет лютый, холод-дым:

"Да, так не ходят корабли
В нагроможденьях льдин и снега?!"
Так он, что "огоньком - вдали",
По сути, кораблём и не был!

За ним в кильватерной струе
Пошёл могучий сухогруз,
Две баржи, сейнер-карапуз,
Подводный крейсер - "Бог морей".

Туда, где море не штормит
И часом даже не светает:
Там мишка белый крепко спит
Да волк - "товарищей" не знает...

Я с восхищеньем наблюдал:
Так рвётся на рожон Поэт!
Так мотылёк - на "красный свет"
Да ледокол - на свой Ямал?!

ВСТРЕЧА

С неподдельным интересом
Офицер и поэтесса
Говорили о природе,
О морозах и весне.
Звёзд кружились мириады.
Подтверждений тут не надо:
Разговоры эти, вроде,
На перроне - не во сне.

Тот - на Нижнюю Тунгуску.
Ей - на хутор Старо-Русский.
Гороскопы: "Лев" с "Весами".
Чай - буфет, букет гвоздик...

Радость моя, нам с тобою
Той прозрачною весною
На вокзале под часами
В колокольно-звонкий миг
Приоткрылось столько смысла -
С электричкой, крайне быстрой,
С неизбывностью той Встречи...
На щеке - снежинкой - Вечность!

ЗАТЯНУВШИЕСЯ ПРАЗДНИКИ

Сменились маски Карнавала.
И Звездочёт уже не тот:
На циферблат глядит устало
И к "Андромедам" не зовёт...

И тот же Повар экономит
На поросятах и гусях.
Жаровня выжарилась вся:
Щепотки соли нету в доме!

Тогда и я с печальной миной
Признаюсь в том, что "кончен бал"
(Вчера расходы у камина,
Скрипя зубами, подсчитал).

Но в дверь обитую дубасят:
Какой-то Шут, чумной от пьянства,
Теперь с завидным постоянством
Канючит: "Дай пятак на Счастье!"

Рауф Самедов

с. Казгулак

ПРИГЛАШЕНИЕ НА КАВКАЗ

Песня
Если нет рядом милых глаз,
Если пусто в душе у Вас,
Мы советуем в добрый час,
Посетите седой Кавказ.

Вам не встретить земли такой -
И волшебной, и колдовской,
Где звезду можно снять рукой
И навек потерять покой.

Наших нет стариков мудрей,
Наших нет скакунов быстрей,
И парней удалых сильней,
И девчат молодых стройней.

Уверяем мы Вас сейчас:
Побывайте здесь только раз -
И уже не забыть Кавказ,
Словно милых бесценных глаз.

Нету южных ночей темней
И источников холодней,
В мире нет наших вин вкусней,
Гор седых и степей вольней.

Чтоб не ехать за сто морей,
Приезжайте Вы к нам скорей,
Вам подарит Кавказ друзей
До конца Ваших светлых дней.

Литературный Кисловодск. Сентябрь 2009 года - N35

Виталий Василенко

Ростов-на-Дону

* * *

Они меня читают,
а я их отзыв жду.
Темнеет и светает,
то к вёдру, то к дождю.
Повысушило лето
весенние ручьи,
а кто читает это,
наверно, пьёт чаи.

23.01.09

* * *

- Ваш роман - продукт труда,
я продуктами торгую.
Только вот ведь в чём беда:
даст он прибыль никакую.

Ваш роман не детектив,
да и Вы, увы, не классик.
Раз меня не захватил,
не понравится и массе.

Ну а ты пиши, пиши,
приноси, всегда посмотрим.
Может, что-то для души
глуповатым томным мотрям.

Или сагу для братков, -
между прочим, платят щедро.
Что кривишься? Мир таков!
Хочешь, дам на выбор - "негра"?

23.01.09

* * *

Солнце светит, но снег не тает.
Между ними пока ничья.
Но всё раньше уже светает,
всё просторней пространство дня.

23.01.09

* * *

Котёнок вслед за мною
взобрался на этаж.
Подброшенный зимою,
ничей, теперь он наш.

Пригрелся и мурлычет,
и вот уже заснул.
А бегает, не хнычет,
ударившись о стул.

23.01.09

* * *

Не дёргайся! Предложат сами.
Не рухнуть бы в чужие сани:
куда их леший занесёт?!
Ни в чём не надо торопиться.
Орёл парит, не суетится.
Терпенье, может, и спасёт.

25.01.09

* * *

Возможна ли среда?
В конечном счёте, каждый
выходит из любой,
становится собой.
И у меня она
была, и не однажды,
и я обязан ей
портретом и судьбой.

26.01.09

* * *

Жизнь, практически, прошла.
Остаётся превращенье
в овощ, рухлядь,
очищенье
от причин грехов и зла.

На бумаге от и до:
был и стал, и всё, что между.
Не цепляюсь за надежду
совершить ещё виток.

Как получится. Душа
до конца не охладела,
и, пока дряхлеет тело,
можно мыслить не спеша.

30.01.09

* * *

Отец мой удержался на краю.
Назначили леченье для отмазки:
оставить шанс для тех, кто верит в сказки
и запросить прибежище в раю.

За девяносто грех судьбу винить.
Мадам с косой так просто не отстанет.
Расправиться с участником войны
задача и для смерти не простая.

7.02.09

* * *

Иисус сошёл с креста
для Рериха с Блаватской,
и вот они втроём вершат судьбу людей.
А Бог и Дух Святой уже не пригодятся,
а дверь заколотить
с креста возьмут гвоздей.

7.02.09

* * *

Сорок лет старшей дочери.
Да, уже сорок лет.
Даты славные прочие
меркнут, словно их нет.

Не учил, не воспитывал,
разошёлся с женой,
а ребёнок испытывал
груз развода спиной.

Но из собственной дочери
лепит сразу троих,
чтоб хоть ей на обочине
не срываться на крик.

9.02.09

* * *

Нам всем не повезло, а думали, как лучше.
Любовь нам подменил тупой самообман.
Стрелял не Купидон,
а деревенский лучник,
и браком начался посредственный роман.

Не надо было бы,
да кто же не был глупым!
Расхлёбывать потом
приходится всю жизнь.
Но как не напоить пылающие губы,
решительно порвав
стреноживший режим!

9.02.09

* * *

Больному не читается,
не смотрится, не пишется,
и перспективы тают все -
икотой после пиршества.

Она и не маячила,
та самая, с косой.
Не ускользнёшь ни мячиком,
ни хитрою лисой.

12.02.09

* * *

Лет сорок пять я верил в идола,
лет пять не верил ни в кого.
Путь от Коротича к Бердяеву
потом привёл меня к Христу.

Так называемый предшественник
и трое, те, что иже с ним,
едва ли этот путь проделали,
до Истины не добрались.

12.02.09

* * *

Мало ль чего я ещё не увижу,
что-то и надо оставить другим.
Я никогда не пройду по Парижу
и не понежусь на Кипре нагим.

Жаль. но архивы живых впечатлений
будут служить мне, пока буду жить.
Лики людей, голограммы явлений
в них заполняют все этажи.

12.02.09

* * *

Шевелиться не резон,
если прибыль меньше ссуды.
никаким чиновьим зудом
не осилите разгон.

Жировали на трубе,
да в трубу и улетели.
виноватые при деле,
гонят полчища рублей.

Ситуации глупей
и захочешь, не представишь.
- Стой, Иванушка, не пей,
а не то козлёнком станешь!

В Отпущения Козла
не замедлишь превратиться,
и любой носитель зла
на тебе и отоспится.

20.02.09

Юрий Арустамов

Израиль

РОБИНЗОНЫ В ПУСТЫНЕ

Неужели я слушал Галича?
Рок, фортуна, счастливый удел -
и в глаза Александра Аркадьича
любопытно и жадно глядел?

По инструкциям и по уставам
проводились облавы и шмон,
но сражался на равных с державою
голос, спрятанный в магнитофон.

Жизнь кружится кассетою старою,
где замолкнет, не ведаешь сам.
С непокорною этой гитарою
воспаряла душа к небесам.

Это четко в мозгу оттиснуто -
стол - партером и ложей - кровать.
Поклониться бы низко, истово,
гриф гитары поцеловать...

* * *

всё запутано и не распутано,
и закрыта душа на засов,
и ворует секунды с минутами
перестук ненасытных часов.

Может, век назад, может, давеча,
Или год прошел, или час.
Хорошо, по завету Галича,
коньячку принять под ананас.

Ананасы у нас стоят дёшево,
жизнь людская - почти ничего.
Всё равно в мире много хорошего,
но придется оставить его.

А вокруг с небом перекликается
Город Света - Иерусалим.
И надменно проходит красавица
на свидание с кем-то другим.

* * *

От нацизма и подонства
я сбежал, как Томас Манн.
Кто я - рыцарь эпигонства
или просто графоман?

Объявляют мне импичмент
утонченные друзья.
Соглашаюсь: я вторичен,
но без этого нельзя.

Неумело и несмело
всё пытаюсь угадать,
обернется ль слово делом,
снизойдёт ли благодать?

На Парнас взойти нет шанса,
тяжелы к нему пути.
Но и Данте не гнушался
за Вергилием идти.

Апулея и Баркова
зачитал до дыр юнец.
Поднималось в небо Слово,
превращалось в образец.

Может, и не нужен гений
в царстве виселиц и плах,
и искусство - тень от тени,
отраженье в зеркалах?

Но мы всё боимся штампа,
лихо рифмами звеня.
Бледной тенью Мандельштама
хоть бы кто назвал меня!

* * *

Всё прохладней дыхание вечера.
На подходе беззвездная ночь.
И просить новых милостей нечего -
нам никто не захочет помочь.

Всё равно до конца не поверим мы,
что по строгим законам пути
распухает наш свиток с потерями,
а удачи не в силах дойти.

Ах, когда-то был счастлив сторицею,
беззаботною рифмой звеня.
Неужели из сонма счастливцев
насовсем исключили меня?

Не помогут и Анна с Мариною,
ощущаю враждебность листа.
Так и тянет сказать по-старинному,
что немотствуют ныне уста.

Над столом наклоняюсь - над бездною -
забываю и год и число.
Что ж подводишь меня, разлюбезное,
золотое мое ремесло?

20.05.04

* * *

Изучать дзен-буддизм или йогу не трудно,
углубляться и в пламя и в лёд.
Но душа утомится наукою нудной
и отправится в легкий полёт.

Там проносятся с гоготом дикие гуси
и жалеют бескрылых людей.
Там настроил на радость
хрустальные гусли
несравненный солист-чародей.

Побывайте повсюду -
Монмартр и Суматра,
запивайте восторг коньяком.
Это - лучше, чем некая древняя мантра
с непонятным её языком.

Рифмоплётство, влюбленные взоры,
пирушки,
испытанья картёжным столом.
Жизнь бесценна!
Не стоит она ни полушки.
Всё равно - до конца, напролом!

Но погнётся клинок.
Закружит в небе ворон.
И приляжет душа у огня.
Непостижное глянет с неясным укором,
запоздалым соблазном маня.

Олег Таланов

Астрахань

ТРОПИНКА ДЕТСТВА

Посёлок в зное и дремоте.
вокруг не встретишь никого.
Лишь я один иду меж вётел
Тропинкой детства моего.

Оставил дома все дела я,
И не тревожит мой покой,
Что вот опять собака лает,
Пугая эхо, за рекой.

И лишь вороний окрик грубый
На плечи рухнул, как беда,
И жизнь моя идёт на убыль,
Как будто в воложке вода.

И с грустью помнится былое,
Когда ещё я был мальцом
И по тропе той шёл в полое
Рыбачить к воложке с отцом.

Июнь был в зное и дремоте...
Теперь со мною никого.
Лишь я один иду меж вётел
Тропинкой детства моего.

ПОДСМАТРИВАЮЩЕМУ

Пытаясь к тайнам подобрать ключи,
однажды дверью в лоб ты получил.
То для тебя урок, чтоб ты поверил,
Что к знаниям для всех открыты двери.

ЭПИТАФИЯ ЛЮБОПЫТНОМУ

Твой приют кладбищенская тишь:
Много знаешь, но спокойно спишь.

ВНУК ПАРТИЗАНА

Учась и трудясь не за страх, а за совесть,
В семье партизанской он рос,
И если кто ближних сбивал, словно поезд,
Того он пускал под откос.

* * *

Улицы засыплет скоро
Тополей летучий порох,
И рванёт каскадом вспышек
он - от уличных мальчишек.

БОКСЁРСКАЯ ГРУША

Боксёром он был неумелым,
И, повод к отмщенью ища,
За то, что побед не имел он,
Всю злобу на ней вымещал.

Удары снося, по старинке,
она, словно стойкий боец,
Держала и "хуки" и "свинги"...
А он разъярился вконец,

Удар всею мощью обрушил...
Но, словно забыв, кем была.
Внезапно боксёрская груша
обидчику сдачи дала.

ДВОРНИК

он и не ищет жизнь другую
(Пусть не сложилось всё в судьбе),
Из шланга радугу тугую
дарует он, земля, тебе.

И под живительной водою
деревья, плечи распрямив,
Шумят листвою молодою...
И он, качая, в лад с метлою,
Своей косматой бородою,
Сегодня молод и красив.

он, поливальщик пыльных улиц,
Идёт походкой моряка,
Как бог Эллады свой трезубец,
Метлу вздымая в облака.

НА ВОЛОЖКЕ

дует "Моряна" и пенит верха
Волн, и качаются с ними, и стонут,
Мост разводной колыхая, понтоны, -
Будто бы дышат гармони меха.

А за понтонами, где в водоём
Низко нагнулась труба водокачки,
Старые ивы - сутулые прачки -
В пенистых волнах полощут бельё.

Лихо по Воложке мчит "водомёт",
Гонит ко мне он и мусор и пену...
Телескопической вздрогнул антенной
И опустил её: вновь не клюёт.

Где камышинок торчат поплавки
И паутинка натянута лесой,
Вот будет здорово, вытащу если,
Слово, как рыбину, я из реки!

ИСКАТЕЛИ ПРАВДЫ

Люди копают яму,
В которой зарыта Правда,
И натыкаются на гробы,
Прах могил развевая по ветру.

Широка и глубока яма,
Стёрты лопаты и руки...
И вот, наконец, Правда
Мерцает на дне. Но людям
Не выбраться из западни.

Ольга Фокина

Белая Калитва

ДАРЫ СУДЬБЫ

Луг ромашковый, жаркий полдень
И дурманящий запах полыни.
Надо мною раскинулось небо
Безмятежное, синее-синее.

Облаков неприступные башни,
Рядом всадники - будто граница.
Ах, как сердце моё встрепенулось:
Как же жаль, что я всё же не птица!

Душно в стенах, и тесно в клетке.
И условности, будто цепи,
А душа на свободу рвётся -
вольной быть, как бродяга-ветер!

Как обидно, ни век "золотой"
Не достался, ни даже "серебряный".
Оттого не найти мне покой,
Не хочу этот век я - "медный".
Медь не вечна - лжива, ярка.
Сердце дрогнет: а вдруг всё же струшу?
Но серебряная тоска
Мне по-прежнему лечит душу.

* * *

"Рифмоплёты"...
За что обидели
нас, поэтов?
Узоры странные
мы сплетаем из слов обыденных.
Просто в них
за гранью невидимой
Разглядели мы
дальние страны,
Те, которые вы не увидели.

АДМИРАЛЪ

С осколками разбитого бокала
Смешались вдруг осколки чьих-то судеб.
всё, что случилось, - то уже не будет.
И прошлое не повторить сначала.

Разлук, потерь и бед - не перечесть.
Но всё плохое память позабудет.
И только горько, что уже не будет
Тех слов: "Я должен знать,
что Вы на свете есть!"

И чередой в калейдоскопе лет
Мелькают лица и воспоминанья.
Как хочется мне загадать желанье!
Вот только в зале зажигают свет...

МОЙ СТРАННИК!

Да осветит звезда твой путь,
Да обойдут тебя тревоги!
Пусть станут лёгкими дороги,
Куда захочешь ты свернуть!

И я готова стать звездой,
Чтоб путь твой лёгок был и светел.
Чтоб этого ты не заметил,
Хранит тебя пусть ангел мой!

* * *

Сказал великий: " Горе от ума".
я с ним согласна: ведь чем больше ум,
тем больше горе.
Когда ты глуп,
жизнь безмятежна и пряма,
Когда наоборот,
то ум и сердце в вечном споре.
Готово сердце верить лжи любой,
Но трезвый ум всё взвесит и оценит.
И, посмеявшись над наивностью такой,
Своё докажет, но, какой ценой...

* * *

Я всё понимаю, я даже не спорю:
Ковёр на снегу? Ну, конечно не горе.
Что снег нам последний!
Подумаешь - важность!
Зато наш ковёр будет чистым и влажным!

А снег улыбался в ответ виновато:
Квадратными, круглыми -
грязными пятнами.

* * *

Ночь. Улица. И в свете фонарей
блестели лужи.
Сердито хмурились дома -
им блеск не нужен.
Их раздражали фонари,
и дождь по крышам,
И тонкий краешек зари, коты и мыши.
они, устав от суеты, уснуть мечтали.
Но эти нудные дожди опять мешали.

* * *

Легенда о звере, легенда... А может?..
Не зря ведь легенды нам душу тревожат.
Пусть даже не с нами, пускай даже где-то -
Куда никогда не купить нам билета.
Но всё же достаточно знать, что бывает:
дав клятву любви, за неё умирают.

* * *

Менестрель и прекрасная дама.
Пыль дорог и духов аромат.
Повторяется всё сначала,
Как и много веков назад.

Боль проклятья - одна на двоих.
Безнадёжность в прекрасном начале.
Сколько грусти безмерной, печали
зазвучало в аккордах твоих.

Ядом медленным бродит в крови
Эхо слов, что вослед вам бросали.
Только вы это не замечали
В колдовстве обречённой любви.

* * *

забытые звуки, забытые строки,
они - одиноки и мы - одиноки.
Мы их позабыли и стали беднее,
Проблемы какие-то нас одолели.

И мчимся мы в жизни
по скользкому кругу,
Нет, не успевая признаться друг другу
В ошибках, в любви
и в других прегрешеньях,
Уже безразличны нам чьи-то волненья.
Мы стали расчётливы, злы и жестоки -
забытые звуки, забытые строки...

* * *

На грани срыва, на краю -
Не жду ответа.
Судьба опять была права -
Я знаю это.

Какой безумно щедрый дар
Мне дан был свыше,
А я гасила тот пожар,
Чтоб не был слышен.

душа сгорела в том огне,
И храм - разрушен.
Ах, злое время, почему
Талант не нужен?!

Литературный Кисловодск. Январь 2010 года - N36

Сергей Козьминых

Михайловск

ПТИЦЫ НА ПЕРЕЛЁТЕ!

Скажите, птицы в поднебесье,
Не вы ли обронили песню
Про край холодный, но родной,
Про даль щемящую весной,

Где небо низкое над тундрой -
Там ивы стелятся в распадках,
Где лето - белой куропаткой,
Ночь - росомахой бродит мудрой?! -

Теперь мне проще жить в предгорье,
Где виноград и привкус моря.
Смех северянок тех, похоже,
Уж память больше не тревожит.

"...где глаз разгадывал шарады,
(Любили все - и мы любили),
Как говорится, жили-были..."
Простая молодость - наградой! -

Удастся ли нам в этот вечер
Отметить дружескую встречу:
Вы - стаей, я - с вином мускатным,
Под небом алым предзакатным?!

ПОД СЕНЬЮ ГОР

Живописная долина.
Там с утра всегда нальют.
За печалью
    песней длинной
Годы-месяцы бегут.

И глаза ничуть не пряча,
Как сказали б в старину:
"Ровно сабли те казачки!" -
Косо разве что взглянут.

Трое суток под горою,
Где буреет виноград.
Альпинистов горцы поят -
Те загадочно молчат...

Легендарны кручи эти,
И бесстрастны, и тверды:
От вопросов, от наветов -
До ответов, до беды.

ВИНОДЕЛ!

Было суслом виноградным,
Стало "Розовый мускат!"
Вскоре на крыльце парадном
Люди важные стоят.

Во дворе, где стулья гнуты,
Кто попроще - среди них -
Мичман, прапорщик, жених.
И бегут, бегут минуты.

Виноградный дед поодаль
Стоит, щурится, глядит.
Отбродили в винах годы,
Часом - "месяцы и дни".

Те кривляки, что срывали
Ему гроздья на вино,
Уж, степенные, давно
Сами мамочками стали.

А малышка, что когда-то
Отгоняла в степь гусей,
Нынче замуж за солдата
Собралась во всей красе.

Ну вот, бочку прикатили!
Столько песен в то вино -
Солнца с небом заодно
Вбито с небылью и былью...

НА СТРИЖАМЕНТЕ

На Вашу скорбную разлуку
Я три сонета напишу.
Ромашек милю накошу
И нежно поцелую руку.

Здесь столько спето было летом!
Здесь столько света для двоих!
Окрест вся степь душой согрета,
И вот - остался только стих.

Сейчас меня Вы не поймёте
По сирым в небе облакам,
По взглядам, что издалека,
Осенним чибисам в полёте.

Но я прочту, когда не станет
Вам этих сумасшедших лет:
Про терпкое вино в стакане -
С осадком выцветших полей...

ПРОБУЖДЕНИЕ

Исчерпан щенячий восторг.
Распахнуты окна и двери.
Я верил... Я искренне верил!..
Теперь не наивен зато.

Оставлен и этот вопрос.
Отставлены крылья из стали.
Я до птицы серой дорос -
Каким меня в общем-то знали.

В низине лиман и рассвет,
Скрипучие вёсла и блёсны.
Я выловил в стылую осень
Себе карасей на обед.

Трещит жаркий мусор в костре.
Вскипает в ведёрке заварка.
Спасибо: хоть душу согреть,
Реальной такою рыбалкой!

Я, может, впервые взглянул
Своими глазами, открыто,
Когда, как в серебряный слиток,
Сентябрь, поплавок утянул...

ПОХМЕЛЬЕ...

Непритязателен Поэт.
Как ручеёк под звёздным небом.
А я вовек Поэтом не был -
Сорняк, пробившийся на свет!

Когда-то пылкую траву
Здесь от культуры отделяли... -
Сейчас не сеют и не жнут:
Превыше "пашни" всякой стали?..

От веку выпало нам жить,
Не где снега в вершинах тают,
И птицы гордые взлетают,
А здесь - на родине - во ржи.

Канонам всяким вопреки
Растут сурепка и бодяк.
Да лентой тонкою - река -
Должно, сияют васильки?..

Не услаждайтесь рифмой боле -
Она не "в цвет", а вопреки:
Да с лёгкой девичьей руки -
"Гореть в венках им, в синем поле!"

ЗЕМЛЯК!

Он сказал, что не спето
Им о Соли Земли:
Он дорос до Поэта,
К сорока да семи.

Расписал так и эдак,
Что с пол ночи, что днём.
Он нашёл напоследок
Гармоничный приём.

Он оборван - струною.
Он осколком в крови...
Он сказал что "их трое!" -
Душу тем растравив.

Я хотел быть четвёртым,
Исчерпал жбан чернил.
Только с богом да чёртом
Небыль не поделил!

И поэтому спорю,
Жду каких-то чудес:
Я - воспевший Предгорья
Под безбрежьем небес!

НАПИСАННОЕ ПРОСТО ТАК...

Когда-то и мы в этой памяти ветхой,
Как дети Зимы, как сороки на ветках,
Как замыслы тёток и дядек каких-то,
Останемся запахом шишек на пихтах.

Поэтому я тяготею к разливам
И столь безутешным заросшим дорогам.
Я помню... Хотя и забыл уже многих
"Нечистых, и чистых",
    едва ли счастливых...

Теперь вот и сам, остановленный взглядом,
Придавлен тяжёлым осенним нарядом,
Как клён у дороги... Бурьян у обочин,
Заброшен, ненужен, никчемен, просрочен...

А в памяти зыбкой - всё дядьки и тётки! -
Наверное, с этим сюда и приходим? -
Куда-то стремятся в делах и заботах,
Пространной, никчемной,
    "частицей народа".

Останется цепкое что-то за кадром,
В том наше "немного" -
    так, видимо, надо.
Меня, как и я Вас, когда-то забудут...
Наверно "так надо",
    в "Каталоге будней"...

Иван Наумов

Ставрополь

ДЕРЕВЕНЬКА

Я пришёл в родную деревеньку
После службы много лет спустя:
Наконец-то выкроил недельку,
Заглянуть в родимые места.

В добровольном, длительном изгнанье,
От родных оторванный корней,
Я томил себя воспоминаньем
Незабвенных юношеских дней.

Да и можно ли забыть такое,
Коль все время грезятся мне сны,
Как скачу мальчишкою в ночное
Охранять за речкой табуны.

Я взглянул туда, где за оврагом,
По низине расстилался луг,
Где хромой общипанный коняга
Отгонял хвостом лениво мух.

Их осталось полторы калеки,
Как издержки отшумевших дней,
Где же вы? Иль сгинули навеки
Табуны откормленных коней?

Где былое улицы кипенье?
Почему не встретила родня?
Где девчат на посиделках пенье
И мальчишек шумная возня?

Лишь в бурьяне ссохшиеся дроги,
Да колодца обветшалый сруб,
Да сидят старухи на порогах
Дряхлых, покосившихся халуп.

Но встречаю двор, где рядом с хатой
Новый дом давно кого-то ждёт -
Их с размахом строили когда-то:
Мол, сынок из армии придёт.

А сынок-то прикатил на "Ладе"
Через десять лет на пару дней.
Мать с отцом ютятся в старой хате:
Им она удобней и родней.

Здесь в трубе привычно воет ветер,
Здесь зимой трещат в печи дрова,
Здесь когда-то их родились дети,
Здесь сказали первые слова.

Только все разъехались давненько,
Нет в их сельской жизни новых вех,
И стареет наша деревенька,
Доживая свой печальный век.

Я отсюда уходил в солдаты,
А назад дорогу не нашёл,
Будто предал дом, где рос когда-то
И куда так поздно я пришёл.

Я курю и мучаюсь сомненьем:
Что же будет завтра? А пока -
Я вдыхаю с сладостным томленьем
Аромат парного молока.

Апрель 1985

ОЦЕНЯТ ПОТОМ

Мне симфонию осени
    сутками хочется слушать,
В опадающих листьях
    мелодия жизни сильна.
Но бывает порой -
    точно так обнажаем мы души,
Напоказ выставляя
    всё то, что таит глубина.

Как с деревьев, и с нас
    опадает нажитая накипь,
Наносное отправится в землю
        опревшим листом,
И не нужно с годами
    о чем-то утерянном плакать:
Все, что сделано нами,
    другие оценят. Потом.

Пусть же гранями всеми
    сверкают осенние строфы,
Даже, если сегодня
    пока что проходим ликбез...
Ведь у каждого в жизни, бесспорно,
        своя есть Голгофа,
И возможно, что каждый из нас
        сотворит Полонез.

Виталий Василенко

Ростов-на-Дону

* * *

Бог крыльев нам не дал,
но разум дал и руки.
С их помощью Дедал
построил два крыла.
Я окрылён тобой,
но неба нет в разлуке.
С погодою такой
душа изнемогла.
7.07.08

* * *

Крыса съела полкруга ноздреватого года.
Много душ знаменитых ушло в небеса,
словно все они ждали условного кода
и гурьбой устремились к Высоким Весам.
7.07.08

* * *

Вы не въехали, что в кризис мы въезжаем?
Соберите размягчённые мозги!
Тормоза ещё в ушах не завизжали?
Впереди-то не видать уже ни зги!

А взгляните, что творится за границей:
кашу варят на дровах и на угле,
украинская оранжевая птица
обезумела на газовой игле.

Экономика становится на якорь,
нет солярки и на самый малый ход.
Как когда-то, пальцы веером и ряхи
ни на шаг не сдвинут этот пароход.

У правителей нервишки на пределе,
от улыбок не осталось и следа.
Кризис движется, и это в самом деле.
Как ледник, он доберётся и сюда.

15.01.2009

* * *

На рулёжке столкнулись два "Ила".
Четверых забирает могила.
Говорят, что туман виноват.
Из столицы примчалось начальство:
ведь такое бывает не часто,
и, тем более, мир, не война.

Для погибших сам выбор не лучший:
безалаберность, рок или случай.
Смерть оправдана только в бою.
Сколько гибнет солдат на ученьях
и в казарменных злых развлеченьях!
Не травмируйте совесть мою!

16.01.2009

* * *

Чужую беду разгребаем шутя,
к своей за версту подобраться не смея.
Благие намеренья мелет Емеля,
педали на месте прилежно крутя.

Послать бы за мышкой, да Жучки всё нет,
а кошка, известно, гуляет, где хочет.
Без репки какой же в России обед?!
И тянут-потянут, да нет больше мочи.

Притом зарубежье во всём нас винит,
крутить предлагая чужие задвижки,
к столу подавать пироги и коврижки,
как будто бы мы отказать не вольны.

17.01.09

* * *

Не читатель я, - писатель,
уходящих дней спасатель,
оживитель, воплотитель,
новых образов родитель.

Захотите - заходите,
вы себе не навредите.
Не понравится - ну что же,
угождать - себе дороже.

18.01.09

* * *

О чём вы говорите, господа?!
Хотите скрыть под ретушью реальность?
Списать свои просчёты на ментальность?
Подошву нам под соусом подать?

Но было это, было и не раз!
Две правды: у народа и у власти.
И сблизиться в экстазе жгучей страсти
и царский не поможет им указ.

19.01.09

* * *

Следы зимы смываются дождём.
Почти не остаётся льда и снега.
Восторг румяный, саночная нега
сливаются в ближайший водоём.

В крещенье от дождя бежал мороз.
Здесь будут жить хурма и мандарины,
и звукам сладкогласой мандолины
звенеть среди магнолий и мимоз.

19.01.09

* * *

Мне Канары не по карману,
не по абрису Куршавель.
К Хему выбраться бы в Гавану,
да кораблик попал на мель.

Выбор: Сочи, Адлер и Гагра, -
изумрудная там вода, -
но восьмого кроваво, нагло
опрокинула мир беда.

В чемодан побросали вещи,
перешли пограничный мост,
и, казалось, что нам зловеще
самолёты заходят в хвост.

19.01.09

* * *

В Поэзии окно
открылось на мгновенье,
и я успел одно
создать стихотворенье.

Ещё хотя бы два! -
но форточку закрыло,
и капают слова
бесстрастно и уныло.

20.01.09

* * *

Много раз бывал в Москве я
в двух шагах от мавзолея,
но ни разу не зашёл.
Что-то предостерегало
или очередь мешала, -
не зашёл - и хорошо.

А тогда считалось, плохо.
Ладно, канула эпоха.
Сам теперь хожу в собор.
Но лежит он там поныне,
идол в качестве святыни,
жизни нынешней укор.

20.01.09

* * *

Там, на юге,
как и здесь, на севере,
нахалюги
сходятся со стервами,
вытесняя, как дитя кукушкино,
всех подряд, включая даже Пушкина.

Наследив раздавленными судьбами,
в небесах предстанут перед судьями,
и земная память их сотрёт.
Это так. Но как не дать им вылезти
и на воду чистую их вывести,
прежде чем их совесть не умрёт?!

* * *

- Сам не спит и вы не спите,
если жить ещё хотите! -
Все работали ночами
и часов не замечали.

Был совой отец народов,
воробьев, грачей, удодов,
и звенели в рощах трели
тех, кто ночью уцелели.

20.01.09

* * *

Напротив дом с доской Погодину,
на чердаке - семья ворон.
Был драматург возвышен Родиной,
по крайней мере, как барон.

"Куранты" сто театров ставили,
герой был светлый и живой, -
забили дверь, закрыли ставнями,
былое поросло травой.

21.01.09

* * *

Меня подхваливать бессмысленно,
не эффективней и ругать, -
со всеми так, кто пишет искренне
и не старается урвать.

Пока печатаются выжиги
и благоденствуют рвачи,
нам достаются только выжимки,
и в животе от них урчит.

22.01.09

* * *

Я тоже участвовал в конкурсах дважды,
с тех пор повзрослел и уже не хочу.
Давно не сжигает прославиться жажда
и зависть к дворцам безнадёжных лачуг.

Меня и во власть калачом не заманишь:
чем выше, тем злей и грязней компромат.
Уж лучше держать буду кукиш в кармане,
чем этот зловонный вдыхать аромат.

22.01.09

Сергей Сущанский

Магадан

* * *

Не спится... Ветер за окошком,
Собаки лают в темноте.
Луна прилипла к небу брошкой
Во всей небесной красоте.

Игра теней по стенам. Вроде бы
Я строю замки из песка.
Спать не дает тоска по родине,
А жить - по Женщине тоска.

* * *

А.
Пригласи меня на тайное свидание,
Нас обнимет сонный Магадан.
Ничего не обещай заранее,
И не важно, трезв я или пьян.

Пригласи, ну что же ты упрямишься,
Столько лет обходишь стороной.
Ты стоишь, чему-то улыбаешься -
Вот ведь черно-белое кино.

Пригласи, мы побредем по городу,
Окунемся в утренний туман.
Бес в ребро и седина мне в бороду -
Щелк - и все, захлопнулся капкан...

* * *

Я вхожу в подъезд таинственный -
Сумрак лестниц, вязь перил.
Поднимаясь к той, единственной,
Не сдержался, закурил.

Сизый дым глотаю жадно,
Обрывая сердца стук.
Может, ты не ждешь - и ладно,
Время вылечит недуг.

Проживу без глаз зеленых,
Обойдусь без нежных рук.
Разве трудно мне, дракону,
Разорвать порочный круг?!.

* * *

Я устал от этой призрачной любви.
Сколько можно? Дальше некуда тянуть.
В общем, все, что я сказал тебе - забудь,
Ну, а все, что написал - порви.
Все, что было между нами - трын-трава,
Наплевать и по асфальту растереть.
Не написана последняя глава -
Нет и повести, и не о чем жалеть.

КРИЗИС ЖАНРА

...Не сочиняется сегодня...
С утра метель мела - до полдня,
Толпой зеленой облака
Носились, пьяные слегка.
Потом утихло. Из-за туч
Пробился солнца слабый луч.
Читаю на снегу следы:
Здесь куропатка у воды
Топталась. Белка пробежала -
Да вон застыла у завала.
Вот рябчиков мелькнула стая -
Да ладно, пусть себе летают.
А сопки - красота Господня!
...Не сочиняется сегодня...

* * *

Села темная туча
На скалистый хребет.
Скрылись в облаке кручи,
Льется дождик в обед.

К ночи тучи сгустились,
Мокрый снег повалил.
Хлопья в танце кружились -
И на землю без сил.

Утром солнце в окошко
Блещет, словно деньга.
В белом платье роскошном
Как невеста, тайга.

* * *

    "...еще не вечер, еще не вечер..."
      В. Высоцкий

В последний раз стою на перевале,
Последний раз любуюсь Колымой.
Вернусь сюда когда-нибудь? Едва ли...
Ну, разве в гости - только не зимой.

Дохнул октябрь. Тайга полураздета.
Хвоинки устилают мерзлоту.
И все короче дни - промчалось лето!
Длиннее - ночи, иней поутру.

Зима навалит пышные сугробы,
И затрещат, теперь уж до весны,
Колымские морозы, высшей пробы,
В снегах неповторимой белизны.

...К закату день клонится. Тихий ветер
Чуть шевелит увядшую траву.
Наверно, прав поэт: "Еще не вечер!"
Жизнь продолжается, а значит я - живу.

СОНЕТ

Вокруг нас жизнь - трагична и смешна,
То страсть кипит, то ужас пробирает.
На улице - апрель, но снег не тает,
И ты молчишь - печальна тишина.
Как долго нет тебя! Жду и тоскую.
Вдруг промелькнешь -
    как тень в немом кино.
Мне остается лишь смотреть в окно,
Но подойти, окликнуть - не рискую.
Ну вот, смеркается...
    В проем оконной рамы
Дома, как корабли, плывут в тумане
И телевышки - мачты корабля.
...Автобусы снуют по Магадану.
Прилипли телезрители к экрану,
Несется в неизвестности Земля...

* * *

    "...С номенклатурной дамой на постели..."
      Мирон ЭТЛИС

Я Этлиса читаю каждый день -
И восхищаюсь мудрости вчерашней!
Но и сегодня с барышнями шашни
Ему крутить, по-моему, не лень.

Я Этлиса читаю хохоча,
По комнате мечусь, как птица в клетке!
...Вдруг слышу за стеной - шаги соседки:
И ей, должно, не спится по ночам!

Я Этлиса читаю не спеша,
Вникая в поэтические строчки.
...С номенклатурной дамы сняв сорочку,
Как он её, родную, утешал!

Я Этлиса читаю и ворчу:
Такую же я барышню хочу!

16.11.2004 Кубака

Юрий Арустамов

Беер-Шева, Израиль

* * *

Вяло тренькая на лире,
    вспоминаешь в сотый раз,
что всегда найдется в мире
    кто-нибудь несчастней нас.
И пройдет улыбка милой,
        но останется печаль.
Нас навеки заклеймила
        Соломонова печать.

Нет заиграннее песни,
    и не выбраться из пут.
Я о надписи на перстне -
    ни при чем здесь пятый пункт.

Барабанит марш победный
    мелкой дробью мелкий бес
и страною правит бедной,
        совести и чести без.

Над Москвой дожди косые,
    на холмах грузинских мгла.
Разжевала нас Россия,
    толком сплюнуть не смогла.

В темных улочках окраин
    что о помощи просить?
И приходит в черном Каин,
    но его нельзя простить.

Все не ново под луною -
    прав старик Экклезиаст.
И за нашу паранойю
    Кто-то свыше нам воздаст.

И ГРЕХИ ОТПУСКАЕТ МАДОННА

Средиземного моря прибой,
и восхода внезапное пламя.
Бормотнула судьба: "Бог с тобой!" -
занимаясь другими делами.

Не до нас ей, совсем не до нас.
Кто-то на пропитание клянчит,
а кому-то несут ананас
и искусно зажаренный рябчик.

Над песком этих жарких равнин
чаша неба особо бездонна.
Здесь на путь наставляет раввин,
и грехи отпускает Мадонна.

И струится тесьмой голубой,
не поймешь, Иордан или Лета.
И пичужки галдят в разнобой
мне о том, что окончилось лето.

* * *

  Я, я, я! Что за дикое слово!
  Неужели вон тот - это я!
    В. Ходасевич. "Перед зеркалом"

Бывший сноб, привереда и денди
обернулся глухим стариком.
Он ворчит про какие-то деньги,
вспоминает невесть бог о ком.

Но, взирая на мир неохотно,
он пока не скатился на дно,
чтобы в связке таких же геронтов
оголтело стучать в домино.

То ли что-то давно отгорело
и фортуна бьет точно под дых,
то ли Муза сама постарела
и находит других, молодых.

Разбрелись все друзья по планете,
и тоска, знай, стучит у виска.
И не стоит ему в Интернете
пожилых однокурсниц искать.

И в ответ на "Привет!" и "Бог в помочь!"
головою кивать, как баран.
Не сорваться куда-то за полночь,
не зайти просто так в ресторан.

И наяды проходят, бросая
на него снисходительный взор.
Но душа - Айседора босая -
пляшет что-то свое до сих пор.

СЛИШКОМ ЧАСТО
ВРАГИ УМИРАЮТ

Так и было - ни ада, ни рая.
В лучшем случае - квёлый уют.
Слишком часто враги умирают,
и друзья от них не отстают.
Что вздыхать о разбитой посуде
и ворочаться до петухов?
Подведенье итогов по сути
бесполезней писанья стихов.
Не оставят и малости робкой,
не зачтут ни терпенье, ни труд -
где-то кликнут губительной кнопкой
и в мгновение с диска сотрут.
Бытия не желаю другого,
а за это в расчете уже.
Откажусь от последнего слова
на последнем своем рубеже.

АВТОПОЗДРАВЛЕНИЕ

Где-то сухо щелкнет счетчик,
цифру выкрикнут в лото.
Надпись высветится четче,
ты поймешь ее потом.

Что ж, тяни котомку тягот,
как евангельский еврей.
Постарел ты ровно на год,
но на грош ли стал мудрей?

Все же стоит жизнь обедни.
В мед-вино усы макал.
Может, даже не последний
сей шампанского бокал.

И молюсь любви и вере,
и с надеждою знаком,
и грущу я, как Сальери -
столько Моцартов кругом!

Литературный Кисловодск. Май 2010 года - N37-38

Вера Гурко

с. Кочубеевское

БЕЛЫЙ КЛЕВЕР

Белый клевер - запах детства
Не забыть ни в тишине, ни на бегу.
Я венок плела, как будто бы невеста,
Собирая белый клевер на лугу.
Он ложился под копыта и колёса,
Там, где он - и летом я пасла гусей...
Небо низко-низко движется над плёсом,
Над печалью незажившею моей.
Только помню:
    вскачь промчались жеребята,
Обрывая белый клевер у дорог.
Так и я вот - всё бегу, бегу куда-то,
Принимая в сердце горечь всех тревог.

* * *

Мои простые скромные цветы
Сегодня утром зацвели некстати:
Уже зима по бездорожью катит,
И холод в каждой капельке воды.
А буйство красок ярче во сто крат,
И громче Жизни гимн по всей округе,
И кажется - вот лопнет от натуги
Бутон, что в корке ледяной зажат.
Не примирить вовеки Жизнь и Смерть,
Не остудить Любовь
    в последнем вздохе.
Так жажду моих дней последних крохи,
Что поздние цветы, прожить успеть!

НОВОГОДНЯЯ ЕЛКА

Словно фату с невесты,
Сняли с тебя игрушки,
Хватит, мол, кончился праздник,
Вволю налюбовались.
Будни теперь начались.
И вот одна у забора
В "дождике" серебристом
Полулежишь, ненужная,
Под небом январским ты.
Иголки ещё живые -
Пульсируют соки жизни
И рвутся к макушке - вверх!
Не ведают эти веточки,
Что скоро питать будет нечем
Зелёных иголок прорву:
Корни остались в лесу...
За то, что тебе так зябко.
Прости неразумных людей!

* * *

Думы приходят разные.
Всё-таки мне повезло:
Сердце цветами красными
В юности расцвело.

Застенчивая и смелая -
Случая странная власть.
Зрелость плодами спелыми
С дерева сорвалась.

Легче прощаю шалости.
Реже умею врозь.
А из беды и жалости
Мужество родилось.

* * *

Я не обижусь - так и передай.
Венок любви уж не сплести вовеки:
Цветы завяли,
Измельчали реки,
И неприступна горная гряда.
Я всё прощаю - так и расскажи.
Тепла потоки стали тоньше, глуше,
Он всё равно не смог во мне разрушить
Счастливых тех мгновений виражи.
Я беспокоюсь - так и позвони, -
Чтобы полёт закончился успешно.
Пусть стала точкой в его жизни прежней.
Храни его, Судьба, храни.
Храни...

* * *

Вяжет осень свой шарф многоцветный,
Выбрав тему из летних страниц,
В нём и удаль, и краски несметны.
А дожди - что мелькание спиц:
То вальсируют с ветром охотно,
То такую чечётку бьют!
Заставляют людей где угодно
Подыскать поскорее приют.
Всё не вечно: вот-вот полиняет
Шарф, длиною на пол-Земли.
Осень медленно спицы роняет
С белой пряжей.
И тает вдали.

* * *

"Ты счастливая, Вера", -
    сказала соседка.
И я стала лелеять надежду.
Потому что ведь счастье -
    лишь пауза между
Двух несчастий.
Другое - так редко.

Иван Мачехин

Кисловодск

РОДИНА

Когда бежит астафьевский мальчишка,
И без войны и голоден, и сир,
Зажав в руках потрепанный рублишко,
В на вырост взятом
    сереньком пальтишке,
Я проклинаю Родину и мир.

И выплывает снова Солженицын,
Иван Денисыч, каша и табак,
Тревожные, озлобленные лица
И слёз не признающая столица, -
Я думаю, что что-то здесь не так.

Романтика проходит на работе,
А вне работы добивает быт,
В очередях, как в арестантской роте,
Не помышляя даже о субботе,
По-своему, любой из нас разбит.

По одному - урвали и пропали,
По одному мы в бытовой тюрьме
Слюнявим свои раны и печали
О том, что где-то что-то не додали.
И мистикой повеет в полутьме.

Стихи и книги пахнут феминизмом:
Любовь, ласкания, намеченная цель,
Растления, немного пессимизма,
Не говорите слова типа - клизма,
Не то вам будет порка и дуэль.

Но вот бежит
    астафьевский мальчишка,
И без войны и голоден, и сир,
Зажав в руках потрепанный рублишко,
В на вырост взятом
    сереньком пальтишке,
Чтоб улыбнулась Родина и мир.

ВДОХНОВЕНЬЕ

Опять поддавшись вдохновенью,
О Вас мечтаю в тишине,
Восторг немого восхищенья
Вы вызываете во мне!

Когда приходите с мороза,
С пальто отряхивая снег, -
Мне жизнь до Вас казалась прозой,
А с Вами - музыка и смех!

И снова трепетная свежесть
Волос и юного лица
Стихов отзывчивую нежность
Во мне рождает без конца.

За то, что погрязаю в быте,
За то, что я, увы, не Бог,
Вы мне, пожалуйста, простите,
Как я б простил Вас, если б мог.

Еще полны величья звуки,
Еще огонь в сердцах горит,
А я уже томлюсь разлукой,
Что нас внезапно посетит.

Но все равно, где б Вы не были,
Хочу, чтоб Вас Господь хранил,
Вы так же искренне любили,
Как я Вас искренне любил...

ДОМИК ЛЕРМОНТОВА

А детство я провел в простой деревне.
Меня хранил от самых грустных дней
И старый клен, с его листвой напевной,
И белый домик бабушки моей.

Теперь вот нет ни бабушки, ни дома,
Ни крыши той, под желтым камышом,
Калитка мне не пропоет знакомо,
Никто не всплачет над моей душой...

Так думал я до встречи в Пятигорске.
Она должна была произойти:
Саманный домик с крышею неброской
Увидел снова на своем пути.

Я поспешил в белёную обитель,
Сдержать порыва не хватило сил,
Благообразный, вежливый служитель
Меня учтиво в домик пропустил.

Там в чистом зале стал я сердцем тише,
И у окна остался недвижим,
В предчувствии, что постоялец вышел
И вот зайдет... И мы поговорим...

СТАРЫЙ ШИПОВНИК

Старый шиповник расцвел,
Белого в мир добавляя.
Я бы случайно прошёл,
Праздника не замечая.

Я бы случайно проспал,
Я бы случайно не вышел,
Просто бы сильно устал,
Просто смотрел бы на крыши.

Только увидел я куст -
Розовый, белый, зеленый -
Мягкая музыка чувств
Мне как подарок от склона.

Старый шиповник поет,
Это нечасто бывает,
Росный, настоянный мед
Он мне в ладони роняет.

Может, последняя песнь,
Может, последняя нега,
Может, обломится весь
Он от мороза и снега.

Только когда этот снег,
Только когда эта вьюга...
Куст и простой человек
Слушают прелесть друг друга.

ЖЕЛТЫЙ ЛИСТ

Зайдя в наш сад, среди зеленых бликов
Тебя увидел через много лет,
О, желтый лист на тонкой паутинке,
Прошедших лет зубастый силуэт.

Кружись, кружись
    на тонком волоконце,
Янтарный дух иного бытия,
Иных привычек, радости и солнца -
Листвяная мелодия моя.

О, хрупкая моя незавершенность,
Да не собьют ни ветер, ни дожди
Твою обособлёную огромность,
Когда уже все бури позади.

И ничего, казалось, не мешает,
Ничто тебя уже не разрушает,
Не мучает, не причиняет боли
Холодными парами алкоголя.

Раздаривая желтоватый сумрак -
Прозрачных лет полузабытый цвет,
О, Господи, как поступает умно
С душою нашей сок минувших лет.

Так сохрани, листва воспоминаний,
От пошлости и ложного стыда
Нас, бесшабашных,
    молодых да ранних,
С улыбкой уходящих в никуда!

Литературный Кисловодск. Сентябрь 2010 года - N39

Сергей Козьминых

Михайловск

ПОЭЗИЯ?

Мелодии не привлекают!
И просто утомляет глаз
Когда-то восторгавший нас
Пейзаж - под гнётом птичьей стаи.

И больше не сжимает сердце
В кувшинках бойкий поплавок.
Чебак! - И тот не уволок
меня в круговороты детства?!

мечта, с которой столько смысла
По жизни для себя открыл:
Не приходил - не уходил...
"Симфония" сама обвисла.

И только стих, пока невнятно,
Замешанный с дрожжами слова,
Отпетый... Выброшенный... Снова -
Канючит над глазастой хатой...

МАТЕМАТИК...

"Для Наблюдателей сегодня,
из Меж-Пространственной Дали,
У нас тут динозавры бродят!
- Как, астероид не бомбил?.."

он исследовал Солнце
И орбиты планет.
Вспышки, гонки и стронций,
Интер-мир - Интернет.

Иногда отдыхает...
Но не гасит огни.
Согревают они
Его разум дыханьем:

Там галактики стынут
В нереальной дали.
мир неведомый минул,
Но не сгинул - манит.

Время рыжей Лисицей
Ускользает опять.
Только он обогнать
Эту Вечность стремится.

И упорно слагает,
И упрямо творит,
Пыль сомнений не зная,
В блёстках Звёздной Пыли...

МИРЫ ДРУГИЕ

отмеренное только Богу.
Затем шаману одному...
Потом и мне, тебе, ему -
Как хлеб и соль, вино в дорогу.

Сколь неохотно, крайне скупо
мы дарим найденный в пути:
"МЦ-квадрат", удачный стих,
Наивный сон, небесный Купол...

И вот уже какой-то школьник
хронометром орехи бьёт.
отца-Подвижника прикольным
С его "кувшинами" сочтёт.

Спор Лириков - на вираже...
И я, конечно, в этом споре.
Стократно - дивы, солнце, море:
Всё это видели уже.

И лишь когда другим всё отдал,
отринул, выкинуть готов... -
Портал двухтысячного года
"Змеиный" сдвинул свой засов.

ЛЕТОПИСЕЦ

он достаточно просто
Всё что знал - описал.
По мужицким вопросам -
Про войну, Тронный зал.

Про князей и комету
Излагало перо.
Его звали "Пьеро" -
Умолчал он об этом...

он про цены и меры
В письменах говорил.
А на то, во что верил,
Уж не тратил чернил.

Скрупулёзно и кротко
он себя обходил.
он Алхимиком был
В этой Жизни короткой.

Когда нравы иные,
Зря не тратить бы сил:
"Письмена Золотые!" -
Всё что мог - предъявил!

В ЮЖНОМ ПОЛУШАРИИ

За кормой Сомали:
Острова, и пираты, и рифы.
Змей морской, и атоллы, и нимфы...
Тает солнце в закатной дали.

Когда молод я был,
То мечталось порой до рассвета -
Погасить огонёк сигареты
О причалов далёких гранит:

"Что ж у мыса штормит?!" -
Капитан абрикосовый бредит
Яхтой белой "Фартовая Леди".
Мексиканцы упёрлись - не едут
За зелёные деньги из меди
Аж у Огненной где-то Земли... -

Дом родимый манит.
"Что там лоцман прожаренный медлит?!"
Чайки белые стонут на рейде.
Отовсюду гудят корабли...
За кормой Сомали...

ЧЕРТОГИ

Я днём и в сумерках искал
Законы преломленья света.
В нагромождениях зеркал
Есть отражения поэта.

Придёт, наверно, тот, кто ищет.
Найдёт - когда отыщет принцип,
Как некто "Клетчатый" из "Принца",
Как принц из неких новых "нищих".

Мой Замок: лифты, этажи.
Аркадия, мы снова с вами!
Вам буду карликом служить,
Играть кристаллами-словами.

поэзия опять со мною...
Я убегу, уйду - останусь
Фонтаном... Капелькой в стакане...
Когда последнюю открою
души отчаявшейся дверцу -
Звезды "Игру" - на Небосклоне.
Нам никуда уже не деться.
Нас в самом деле "не догонят"
Сомнений прежних Серы-Волки,
Оценки выживших учёных,
дней кривотолки в папках сонных -
Черновики на Белых полках...

"СЕБЕ!"

Когда и те, что явно повзрослев,
И те, что ближе мне и чуть милей,
Вдруг знают наизусть про журавлей,
Тенистый пруд за вербною аллеей,
Которые берёг - да не сберёг...
Сокровища души своей плакучей:
И чистых рек, и долгих пыль дорог,
И домик, притаившийся под кручей... -

И если в неудавшейся Игре,
Где "Время - Деньги", Острова и Слава,
Я "Не копил, не ставил и не плавал,
Не продавал - не покупал друзей...", -

Достаточно богат ли был и счастлив?
И если сомневаешься порой,
Свой "занавес железный" приоткрой.
Сравни - коль скоро сопричастен
Сочельнику, когда прочтут стихи,
Споют на Маслену знакомое до боли...
Я столько раз своё на всех делил:
Печаль и смех! Да крест Дубовой Доли.

Иван Мачехин

Кисловодск

БАБЬЕ ЛЕТО

Меня, зашедшего в осень,
Внезапно под сонною липой
Ветер из смуглой горсти
Смуглой листвой осыпал.

По черепице по звонкой
Желуди вдруг простучали.
Я этой поры ребенок,
Поры осенней, в начале.

Изящные канделябры
Каштанов моих погасли.
Каким же ты будешь, сентябрь -
Прекрасным или опасным?

Смогу ли осеннюю горечь
Достойно испить из чаши,
Остаться спокойным и гордым,
Веселым и настоящим?

Эти начальные виды,
Эти банальные сцены.
О, сколько же в них обиды,
О, сколько в них перемены!

ВПЕЧАТЛЕНИЕ

На синих дорожках сада
Дрожат шафранные тени,
Как будто пришли к оградам
Воздушные сновиденья.

Колеблется свежий воздух
У края речной протоки.
И тянет от листьев росных
Загадочным и далеким.

Пятна берлинской лазури
Дарят анютины глазки,
Мазки известковой глазури
Горят, как бисквиты из сказки.

Вишни ажурная пена
Вовсю блестит лепестками,
Звучат ноктюрны Шопена
О пропастях между нами.

Как сладок медок разлуки,
Особенно так в начале:
Когда мажорные звуки
Несут миноры печали.

В ГОРАХ

Узкие тропы в скале,
Пастбищный ветер в лицо.
Я верен своей земле -
Земле моих древних отцов.

А мой небольшой табун
Свернул давно за бугор.
На гальке дорожных струн
Звучит мелодия гор.

Рожденному жить у скал
Не петь среди голых равнин,
Ведь в нем бурлит родника
Карстовый ультрамарин.

Когда же приходит ночь,
Он смотрит в высокую глубь.
Костров золотых обморочь
Его касается губ.

Они вспоминают шпиль,
Где быть их хозяин рад.
Впервые он там полюбил
Молчанье и звездопад.

ГОРОСКОП

В пыли огородная зелень,
Сарай весь зарос крапивой.
Забравшись в дремучие щели,
Цыплята пищат желтизной.

Все это под скрипы подводы,
Под шелестный шум тростника
Напомнило давние годы,
Где каждые сутки - века.

Там пыль оседала картинно,
Там стадо брело в темный день.
Вовсю перепачкавшись глиной,
К окну припадала сирень.

Я долго учился заветам,
Так долго, что впал в миражи,
А вспомнив далекое это,
Внезапно душою ожил.

Но рейсовый прибыл автобус
И подал условный сигнал,
Чтоб завтра поутру Глоба
Мне мифы про звезды читал.

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ЗИМЫ

Когда золотистая полночь
Ворвется потоком в ущелье,
То сумрак покличет на помощь
Колодцы ночного селенья.

В селеньи собаки залают,
Стенанья глухие услышав.
И сгорбленно так зарыдают
Тенями продрогшие крыши.

Над миром довлея вчерашним
Терновым запахом пряным,
Карагач сминая и башни,
Покинут гнездовья туманы.

Колодцы наполнятся влагой,
Пещеры наполнятся мелом,
И месяц, не пьяный отвагой,
Займется погибельным делом.

Так сыро под утро, так гулко,
Так выпукло все и серьезно.
Без листьев дворы переулков,
И слякотно всем, и морозно.

В ГОСТЯХ

Какая голая равнина,
Что больно сердцу молодому.
Полынный вечер беспричинно
Терзает рыжую солому.

На глине опадь листопада
Набухла от холодной влаги.
Кустов потрепанное стадо
Бредет в туманные овраги.

И купола зеленых копен
Под летним солнцем обгорели,
И с грядок лука и укропа
Надолго птицы улетели.

Мне кедр ливанский ночью снится,
Магнолии и гиацинты.
раскованные позы, лица,
Гор известковых лабиринты.

Я там живу, там откровенен,
Там, только там я оживаю.
Какая голая равнина,
Зачем я здесь? Не понимаю...

ОПЯТЬ О СЕБЕ

Задумчивый караван
Куда-то спешащих звезд
Свернул из далеких стран
От гроз под синий утес.

Он - словно оазис им,
От дождика пальма их,
А утром лишь тонкий дым
Напомнит глазам о них.

Я ночью часто не сплю,
Мне хорошо одному,
Под яблоней постелю
И слушаю молча тьму.

Вот караванщик, без слез,
Выдумав свой минарет,
Поет в ареале грез,
Чему названия нет.

Вот вторю ему я сам,
Вмиг поняв, кто я такой -
Поверивший в чудеса,
Кочующий за звездой.

Алла Чотчаева

Кисловодск

ПРОЩАЛЬНАЯ КАНТАТА

Второпях, с рассветом, налегке,
не прощаясь, спешно покидают,
журавлиной стаей вдалеке
улетают годы, улетают.

Пусть на фоне утренней зари
незаметен будет час заката -
отзвенит в заоблачной дали
дней моих прощальная кантата.

К ИСХОДУ ДНЕЙ

К исходу дней
сознание ясней,
что в этом мире всё неповторимо.
И блеск луны,
и отзвук тишины -
запечатлеть, не пропустить бы мимо.

Восторг души
в неслыханной тиши
услышать бы и молча подчиниться,
успеть до дна
испить остаток дня,
и каждой каплей жизни насладиться.

Ночной порой,
безумной и шальной,
хочу бродить по улочкам пустынным.
Под звездопад,
шагая невпопад,
случайно раствориться в свете лунном.

СТАЯ

Тишина хрустального рассвета
раскололась словно пополам.
И в тумане утреннего света
чудный вид представился глазам:

разрезая воздух осторожно
верным взмахом сильного крыла,
воспарил вожак - и непреложной -
стая следом - истиной взошла.

С высоты могучего инстинкта,
вновь презрев условностей запрет,
над судьбой взлетели - лабиринтом -
птицы, словно осени в ответ.

Провожая взглядом непокорность,
я шепчу: "о Боже, помоги,
силы тем крылам придай и прочность,
счастье и надежду сохрани!"

ВАЛЬС ОСЕНИ

Тонкая нить паутинки
в воздухе нежно звенит,
не разбирая тропинки,
к солнцу навстречу летит.

Кружится, кружится, кружится,
дней золотых листопад.
Близится, близится, близится
осени грустный закат.

Лист золотой на берёзе
падая, горько вздохнёт -
кончились летние грёзы,
осень незримо идёт.

Кружится, кружится, кружится,
дней золотых листопад.
Близится, близится, близится
осени грустный закат.

Ночью рябина шептала -
летние дни вспоминала,
грустно сирени молчали,
тоже, как видно, скучали.

Кружится, кружится, кружится,
дней золотых листопад.
Близится, близится, близится
осени грустный закат.

ФОРМУЛА СЧАСТЬЯ

В синей вышине
небо в тишине
млеет.
Красок не тая,
алая заря
рдеет.

Солнце над землёй
вешнею порой
встанет,
молнией шальной
счастье над тобой
грянет!

Радость поплывёт,
нежно запоёт
ноткой,
сердце вдруг вспорхнёт
бабочкой в полёт
кроткой.

Пьяною, шальной
ринутся рекой
мысли.
Чувства и слова
бьют в колокола
в выси!

Счастье над землёй
яркою зарёй
льётся,
птицей неземной
в купол голубой
рвётся.

Веточкой цветёт,
облаком плывёт
светлым,
радугой летит,
дождиком звенит
летним!

... В синей вышине
небо в тишине
млеет.
Красок не тая,
алая заря
рдеет.

Пусть же над землёй
вешнею порой
грянет
счастье над тобой,
вечною судьбой
станет.

ЛИСТ ОСЕННИЙ

Лист осенний дрожит -
до весны не дожить,
не встречать уже больше рассвет.
А кругом - воронье.
Им - одно всё равно
что наступит рассвет или нет.

Лист осенний летит,
впредь ничто не грозит,
стаи чёрные кружат лишь вслед.
Здесь теперь вороньё.
Им - одно всё равно:
птиц полёта высокого нет.

В роще впредь тишина,
не шумит здесь листва,
от печали вздыхает земля.
Лишь одно вороньё
сеет зло и враньё,
что промёрзлая мгла навсегда...

Виталий Василенко

Ростов-на-Дону

* * *

Никому не нужен и на.
Исключенье сын и жена.
На зелёный гнал - на тот свет.
затянулся разреза след.

Помогло мастерство врачей,
крови литр, уж не знаю, чьей.
Слава Богу, опять живой.
Вот и небо над головой.

10.02.2010

* * *

Брюхо наперекосяк.
хорошо, мозги в порядке.
И стихи растут на грядке,
и статьи с ветвей висят.

Духом - молод, телом - стар:
для души нелёгкий выбор.
Совесть скользкая, как рыба.
Вот из них и соткан дар.

14.02.2010

ПУШКИН В 1836 ГОДУ

Он всё реже и реже пишет.
Оскорбленья повсюду слышит.
Искромётности нет в помине,
и вот-вот отвернётся свет.
Молодёжь подпирает. Муза
намекает, что он - обуза.
Страшно, если перо заклинит.
Что-то надо рвануть в ответ.

16.02.2010

* * *

По пьяни, думаете, писал Пикассо?
Вглядитесь в себя, вы такие же.
Ваше нутро рисовали прекрасно
Модильяни, Дали и Леже.

И я мог писать подобно им.
Но правильней, всё-таки, делать "под себя".
К тому же стихи
    должны быть съедобными,
и чтобы путь кремнистый сиял!

26.02.2010

* * *

В столицах жизнь бурлит, как горная река,
в провинции течёт, в деревне замирает.
как хорошо на всё глядеть издалека:
ни грязь, ни пот, ни кровь
    тебя не замарают.

И не случайно слизь охватывает близь,
стоять лицом к лицу,
как звери, носом к носу.
Одних зовут "борись!",
другим кричат "колись!",
а этим - светофор к словесному поносу.

17.03.2010

* * *

Светофоры отключили за долги,
по асфальту растекаются мозги,
для машин открыт
    бесплатный путь под пресс,
у гаишников украли интерес.

А реклама зазывает прямо в рай,
поскорей на перекрёстке умирай,
а другого и в аду с цветами ждут,
жми на газ и не задерживайся тут.

размечтался о квартире ветеран
и рванул, как в сорок третьем, на таран,
а на джипе не успели проскочить,
и пришлось им "жигулёнка" замочить.

С двух сторон навстречу движутся враги,
замыкаются в зловещие круги,
и сограждане от ужаса дрожат,
что вода и слив схлестнутся на ножах.

18.03.2010

* * *

Эйнштейн до конца мечтал понять,
как Бог сотворил мир,
а миру и так живётся на ять,
не нужен миру кумир.

рулеткой коллайдер крути у виска,
до шизы ищи исток,
а цель познанья так же близка,
как западу близок восток.

14.03.2010

* * *

Сталин колуном раскалывает общество,
опять портреты вождя повсюду.
У половины страны его отчество,
и смотрит на другую, как на Иуду.

Внуки стукачей против сирот детдомовских,
те и другие давно на пенсии.
кричат, что репрессии -
    вымыслы, домыслы,
как могут орать одержимые бесами.

Спасёт, что молодым по барабану всё.
Не знают даже, кто там
    картавит с броневичка.
хотят капилляры прочистить пандусом,
безбашенных используя в роли Чк.

11.03.2010

* * *

Свобода нужна сильным,
равенство - только слабым,
братство - чтоб навалиться
и камнями побить.
Под музыку "Марсельезы"
все трое до нас добрались.
С ними так и случилось,
как об этом пишу.

28.02.10

* * *

Ах, у олимпийцев нет патриотизма!
А у вас он есть, служители рейтинга?
Начальникам готовят ведёрную клизму,
и выучить гимн, и под клизму петь его.
Наобещали призёрам денег.
Спортсмены поняли, всем не хватит.
Страна родная скорей разденет,
чем по достоинству вам заплатит.

28.02.10

* * *

Они дожили до весны,
но не смогли до лета.
Теперь в мои приходят сны
и существуют где-то.

Так с днём рожденья поздравлять
явились голосами,
и это можно приравнять
к контакту с Небесами.

Сначала мама говорит,
отец вставляет слово,
беседы оживлённый ритм,
как сцены из былого.

- Как там вам?
- Очень хорошо.
- Мы больше не больные.
- Не старые.
- Инсульт прошёл.
- И даже не седые.

- А солнце?
- Всё освещено.
- Свет льётся отовсюду.
- Источник видеть не дано.
- Ну, будь!
- Спасибо, буду!

20.03.2010

Сергей Сущанский

Магадан

КОЛЫМСКИЕ "МИНИ"...

* * *
...Полночь в магадане, Новый год.
Прошмыгнул декабрь, как мышка в нору.
В суматохе праздничных забот,
Закружившись, мечется народ,
Впрочем - как обычно, в эту пору.

* * *
Апрель, капель... Но шубы прятать рано,
Зима морозит из последних сил.
Еще затянуты льдом бухты магадана,
Над лункою - рыбак сидит упрямо.
А хочется, чтоб дождик моросил!

* * *
Эти дни, эти белые ночи...
Тает снег, истекая водой.
Колыма не похожа на Сочи,
родилась она - хочешь, не хочешь
Под суровой Полярной звездой.

* * *
На магаданских рынках суета,
Завалены прилавки свежей рыбой:
Лежит горбуша, кижуч и кета.
Торговка, вот, с морщинками у рта
мечтает стать телезвездой "Карибу".

* * *
Упрятав руки глубоко в карманы,
Напялив капюшон на самый нос,
По скользкому, сырому магадану
Бреду, как пес, зализывая рану,
Докуривая пачку папирос.

* * *
Пустынны скверы, в сумерках дома,
И ветер носит клочья целлофана.
Прогнозам вопреки - пришла зима -
И грохнулась на крыши магадана.

* * *
Едва ползет полупустой автобус,
Дрожит мамаша в шапке из песца.
Снег на ресницах. рядышком пацан,
На тонкой шее голова, как глобус.

* * *
Промчался год и умирает век,
Тысячелетье корчится в агонии.
Неумолимо время. В мыле кони
Клубится под копытом белый снег...

Декабрь 1999

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ ОДЕССЕ

Н.Б.
1
...Мы по Французскому бульвару
Бродили, листьями шурша.
Казались мы счастливой парой
И целовались не спеша.

На пятом медленном трамвае
Мы прикатили на вокзал.
И я тебе, припоминаю,
Под стук колес "Люблю..." - сказал.

Все это - было, было, было!
Теперь уж - тридцать лет назад.
Нам осень головы кружила,
Срывая рыжий свой наряд.

Увы, недолги были встречи...
Все в прошлом, некого винить.
Но тот трамвай и теплый вечер -
Для нас связующая нить.

2
Ветер... И листья кружатся
Словно снежинки зимой.
Осень срывает с акаций
Нежный наряд золотой.

Сумерки... Дождь монотонный
Падает с мокрых небес.
Вымерший пляж Лонжерона.
Старый дощатый навес.

Тихо... Последняя встреча,
Грустный подводит итог.
Тянется пасмурный вечер,
Капает дождь на песок...

ПЕРЕКЛИЧКИ

(С японского)
* * *
Кучи мусора на тротуаре...
Чайка гоняет голубя -
Магаданская картинка.

* * *
Гордая чайка мирно клюёт
У помойки объедки,
О крыльях забыв.

* * *
Пасмурный день.
Облака как осколки лета.
Сварливые чайки на карнизе дома.

* * *
Политы дождём,
Иссушены ветром
Одуванчики вдоль тропинки.

* * *
Ветер играет ушами
Пьяного в доску,
Упавшего в лужу.

* * *
Декабрь. По сугробам
Мечется сука -
Ищет щенят.

* * *
Цветущий шиповник
Под склоном сопки -
Душа колымской тайги.

* * *
Корявая лиственница
Наперекор ветрам
Торчит на макушке сопки.

* * *
Облако распластанной птицей
Над одинокой лиственницей.
Близится осень.

* * *
Солнца сиянье
Лунным светом сменилось -
Птицы умолкли.

* * *
Небо затянуто
Тучами в корсет,
Как старая кокотка.

* * *
Сочится лето
Сквозь таёжную глушь -
Но близок сентябрь!

* * *
Жилище отшельника
Посредине тайги.
Воздух пропитан закатом...

* * *
Ночной ветер веткой пихты
Царапает оконное стекло.
Темно и страшно.

* * *
За спиной вереница лет,
Впереди неизвестность
И зимние холода...

* * *
По голым камням
Скачет трясогузка:
Дуэт с горностаем.

Алексей Сазонов

Белая Калитва

ПЕСНЯ ПУТИ

Торжествуйте, кто ждать устали
Пробуждения от природы!
Этой ночью заклокотали,
разливаясь, талые воды.

Безоглядно и бесшабашно,
расстоянья презрев и сроки,
В растревоженной тьме овражной
К океану спешат потоки.

Сокрушительны и проворны,
Порыжев от размытой глины, -
К океану, где бродят волны,
Исполинские выгнув спины.

Где солёная мгла вздыхает
(В белой пене - седые космы),
У которого отдыхает,
На ладонях качаясь, Космос...

ЦЫГАНСКОЕ СЧАСТЬЕ

Дорога для человека,
Ещё - для его коня, -
Неважно, какого века,
Неважно, какого дня...

рвёт ветер покров кибитки,
Весёлой забаве рад,
Подпрыгивая, пожитки
На кочках гремят - звенят.

С холма - в крутизну откоса,
От солнца - в туманов стынь...
Натруженные колёса
Безвинную мнут полынь.

Дорога, опять дорога!
До неба - подать рукой.
Спросите-ка вы у Бога,
Где мы обретём покой?

ЗМЕЯ

Как изделье ювелира.
Серебрится чешуя:
Я, рождённый в Год змеиный,
Сам - холодная змея.

Неподвластна нервной дрожи
Глаз бездонных вертикаль.
Как канат - под мягкой кожей
Мышц натянутая сталь...

Жаль, что людям мудрость гадов
Видеть как-то не с руки -
За напитанные ядом
Белоснежные клыки.

Зубы могут делать дыры,
Я согласен - я привык...
Я показываю миру
Свой раздвоенный язык.

* * *

Убрали кошек - явились мыши.
Убрали стены - упали крыши.
Убрали стражу, сломав заборы,
И той же ночью забрались воры...

Ах, не гонитесь за переменой!
Кормите кошек, крепите стены,
Платите стражам за их работу,
Чтобы осталось у вас хоть что-то!

КАССАНДРА

Повсюду - в одиночестве...
Я мёрзну и в тепле.
Зачем мне дар пророчества
На солнечной Земле?

Вот моря синь великая,
Пичужек голоса...
Гудит над повиликою
Сердитая оса...

Но в мире идиллическом
Я слышу вновь и вновь,
Как пахнет металлически
Запёкшаяся кровь...

В СУМЕРКАХ

Зеркало моё - в покрове тайны,
За стеклом видения проходят.
Что-то там бесшумно происходит:
Не случайно зеркало туманно!

Что-то замечаешь краем глаза,
Словно торопливое скольженье...
Включишь электричество, и сразу
Ничего! - Одно воображенье.

Тайна любит сумерки! Но, Боже,
А не в Зазеркалье ли мы сами?
...Смотрит кто-то жадными глазами,
хочет нас увидеть и не может!

* * *

Всё колеблется, всё меняется, -
Были лебеди, стали вороны...
Не скажу, что мне это нравится.
Не скажу, что в лучшую сторону.

Пониманием жизнь оправдана,
И Земля по-прежнему вертится.
Что потеряно, будет найдено,
А не слюбится, значит стерпится.

Так, фортуна моя бедовая,
Прилетев синеокой полночью,
Стала брагой поить медовою,
Почему-то с полынной горечью.

НАСТРОЕНИЕ

В листве прохладной невидимками
Трубили горлицы тоскливо.
По улицам и над тропинками
Кружилась пыль неторопливо,

Горячая, в ленивой грации...
И утопали по колени
Пышноцветущие акации
В лиловом облаке сирени.

Как музыка - разноголосица...
И так мучительно и сладко
Хотелось в это небо броситься
И раствориться без остатка!

* * *

День прошёл. Для тоски нет причины.
Но багровое солнце вдали
Погружается, как в пучину -
Броненосные корабли:

Полыхая, в дыму - песня спета!
А затем - только синяя даль...
Знаю, солнце воскреснет с рассветом,
Отчего же на сердце - печаль?

ПЕСНЯ

замедлились сердца удары, -
До крика, до боли, до муки:
на смуглые плечи гитары
Легли обнажённые руки.

Движеньем испуганно-трудным
Рванулись и затрепетали.
И чутко откликнулись струны,
Которые прежде молчали.

И песня гортанная страстно
Взлетела (и было ей тесно!),
И жизнь показалась прекрасной,
А серенький день - интересным.

То стоном, то плачем, то смехом
Манила греховно и гордо...
Умолкла... Запрыгало эхо
Последнего злого аккорда.

Бессильные пальцы упали,
как крылья подстреленной птицы...
И стыли в нездешней печали
Людей просветлённые лица.

* * *

Мир тихо дремлет на руках
Вселенской тишины.
Лежит дорога в облаках
У краешка луны:
невозмутимый синий свет,
нирвана и покой,
Где ничего такого нет
Созвучного с тоской.
как купол храма, пустота
И звёзд круговорот -
Безжалостная красота,
Холодная, как лёд.

Литературный Кисловодск. Январь 2011 года - N40

Алексей Сазонов

Белая Калитва

* * *

То война, то заваруха -
Жить кипела, жизнь текла!
Неприметная старуха
В тихом домике жила.
Хатка белая убого
Уходила в глубь земли.
Но исправно у порога
Мальвы красные цвели.
А под крышею приятно
(В каждом доме - запах свой!)
Пахло старостью опрятной
И немного - резедой...

То война, то заваруха:
Жизнь кончалась, время шло.
То снега с дождём, то мухи
Сонно бились о стекло...
И, когда её не стало,
Ибо смертен человек,
Вместе с ней ушёл усталый
Шалый пёс - двадцатый век.
Сгинул век, её ровесник,
Сгинул - в пепле и золе...
Нет старушки - только крестик
На кладбищенской земле.

Пусть она ей будет пухом!
Мы пока продолжим путь.
...То война, то заваруха -
Ни свернуть, ни обогнуть!

* * *

Каждый вечер прилив
    с головой накрывает мой дом,
Над прозрачной водой
    золотая смеётся луна,
Я сижу в темноте,
    а в окне, от воды голубом,
Золотая дорожка
    от лунного диска видна.

А наутро отсюда
  отхлынет беззвучно вода,
И в открытые окна
    ворвётся сияющий свет.
Я в знакомом дворе
    не найду от потопа следа,
И все сделают вид,
    что прилива как будто бы нет.

И качается яблонь листва
    над моей головой,
И опять паутинка лежит
    невесомо в руке.
Почему же я слышу,
    как где-то рокочет прибой,
Разбиваясь о камни
    в незримом для нас далеке?

ВЫСТРЕЛ

Я - ничто, я без движенья -
Просто пуля в оболочке...
Напишите предложенье -
Я в конце поставлю точку.
В заводской зелёной краске,
В смазке, чтоб бока блестели...
Поднимите ствол-указку.
Укажите путь до цели!
Лишь бы цель - поинтересней:
Я сумею, мне сподручно!
А у нас в обойме тесно,
И лежать без дела - скучно.
Не ссылаясь на причину,
Укажи - и он - покойник.
...Клац! И вверх пошла пружина,
Затолкнув меня в патронник,
Старт! И всё пришло в движенье,
Гильза щупальца разжала,
Начинается скольженье,
Превращая тело - в жало...
Распахнулся мир - бескраен,
Сразу - выпукло и зримо:
- Ты с ума сошёл, хозяин!
Что же ты стреляешь мимо?!
Я пронизываю ветер,
Завизжав от горя тонко,
Дважды кашель пистолета
Откликается вдогонку,
Дважды эхо прогремело,
Перекрыв иные звуки,
Я заметила, как тело
Ткнулось в землю, вскинув руки.
А затем и я со вздохом
Пала наземь и остыла...
Может быть, не так уж плохо,
Что не я его убила?

ОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО

В старый город пришёл Новый год,
Мужичок невеликого роста, -
Точно в срок. Так обыденно - просто,
Что никто не заметил приход.

Были заняты! В каждой семье
Новогодние ёлки горели;
Люди пили, смеялись и ели
Неизбежный салат "Оливье".

Ох, и спали они на заре,
Бросив горы немытой посуды!
...Только дети заметили чудо, -
Наяву, а не в календаре...

СТАРЫЙ ХРАМ

Забытая деревня... Старый храм,
Чей купол смотрит в небо голубое,
Стоит один, доступный всем ветрам,
Среди домишек сросшихся с землёю.
Всё, что пока ещё не тронул тлен,
Кустарник мелкий молча оплетает.
Вползая в щели ослабевших стен,
Их медленно на части разрывает.
На старых фресках трудно рассмотреть
Святых людей задумчивые лики.
И только солнце, чей удел гореть,
На всё бросает радостные блики.
И чудится... от множества ступней
Вновь запылилась старая дорога.
Заполнен храм. И голоса людей
При свете дня о чём-то молят бога.

ТВОРЕЦ

Жизнь - как рисунок на песке...
И я - творец не беспристрастный -
На жалком крошечном клочке
Пытался сделать мир прекрасным.

И был мой замысел неплох,
Но были скудными познанья.
На прахе прожитых эпох
Я возводил иное зданье.

В нём всё дышало красотой
И обещало стать нетленным.
Из повседневности пустой
Лепил я окна... двери... стены.

Но ветер лёгкою рукой
Вмиг разметал моё творенье!
И Вечность забрала с собой
Мои тревоги и сомненья...

* * *

Дождь не может длиться вечно,
Если это не потоп.
Уплывает в бесконечность
Мыслей суетных поток.

Капли влажные большие
С упоеньем долбят сушу.
Омывая мостовые,
Очищая мою душу.

Нет на улицах народа.
(И кому охота мокнуть!)
Две собаки беспородных
Под кустом дрожат и сохнут.

Улеглись в природе страсти.
Пусть на краткое мгновенье,
Как ни странно, но ненастье
Всем несёт успокоенье.

И меняя гнев на милость
Время вновь не быстротечно.
Что бы с нами ни случилось,
Дождь не может длиться вечно...

Литературный Кисловодск. Май 2011 года - N41-42

Литературный Кисловодск. Сентябрь 2011 года - N43

Татьяна Норландер

Санкт-Петербург

* * *

Как хочется устроить выходной!
Как хочется - через поля
    и - вскачь! Одной!
Пусть позади и поликлиника,
        и жилконтора.
Как хочется любви!
Как хочется простора!
Случайной встречи. Той,
Когда не люди встречаются -
Глаза.
Потом Бог весть...

Но вот проснулся сын и просит есть.
Вздохну:
На кухне можно с книгою присесть.

* * *

Деревьев тихий шелест -
        как секреты,
Которые никто не разгадает.
Обиды, хвори, злобные наветы -
Как мелкий снег колючий вечером,
Он утром тает.
Пространство требует
    конструкции и мысли.
Бумага требует
    Пера прикосновенья.
Какое счастье,
    что компьютеры зависли!
Я праздную
    очередной строки рожденье...

Анатолий Марласов

Кисловодск

СТИХИ О СТИХАХ

А мне-то и надо немного,
И этим богата душа -
К прекрасному солнцу дорога...
И зёрнышко карандаша.

Стихи, как тревожные маги,
Меня обступают, дыша.
А мне-то и надо - бумаги...
И зёрнышко карандаша.

Не требую высшей награды,
Без низшей живу не спеша -
Мне родину только и надо...
И зёрнышко карандаша!

* * *

Нигде не слушают меня...
Ни дома: надоел,
Ни на учёбе. Говорят:
"В стихах поднаторел.
Собаку съел, заматерел".
Заматериться, что ль?
Но почему-то в сердце боль,
Такая боль!

Зато читал часов я семь
Собаке молчаливой,
Которую ещё не съел...
И был такой счастливый!

* * *

Печататься - не значит быть поэтом!
Как часто забываем мы об этом,
Как часто среди книжной шелухи
Мы ищем настоящие стихи.

Такое вы услышите нечасто:
Печататься - носить печать несчастья,
А если счастья выкроишь зерно,
Другим предназначается оно.

А я считаю, что простой ручей
Гораздо поэтичнее речей.

* * *

В стихах юнца так смысла много,
Так мудр неокрепший бас,
Что кажется - его дорога
Уже кончается сейчас.

А вот седой, спина с горбинкой,
Так распевает от любви,
Что кажется - его тропинка
Лишь начинается... Увы!

ЖУРАВЛЬ

Один-единственный на область
У нас в селе журавль стоит,
К полёту дальнему способность
Он в крыльях срубленных таит.

А чтобы не взлетел над лесом
Незаменимый на селе,
Его бадья с противовесом
Удерживают на земле.

Но ни скрипучая работа,
Ни тяжесть в крыльях - ничего
Отбить желание полёта
Не могут всё же у него.

И по ночам, когда не нужен,
Такой нелёгкий на подъём,
Он над землёю спящей кружит
С противовесом и бадьёй...

Уйдёт на пенсию колодец,
Окончив миссию свою,
Противовес куда-то бросят
И снимут тяжкую бадью.

Односельчане будут сами
Ему хорошего желать,
И - захлебнётся небесами
Натренированный журавль.

* * *

Попадаются деньки:
Что ни шаг - одни пеньки,
Ни тебе разумной мысли,
Ни талантливой строки.

Хочешь - моря, но в ответ -
От ближайшей лужи свет,
И такое ощущенье -
Будто счастья в мире нет.

* * *

Россия, я - твой колобок,
Качусь не от тебя - к тебе я,
Но песен, сочинённых впрок,
Весёлых песен не имею.
Беспечно не пою я, нет,
С небес я не хватаю звёзды.
Я из муки военных лет
Голодной матерью был создан.

* * *

И музыка тревожная, как вьюга,
Во мне звучит печально и светло.
И некуда пойти... И нету друга,
Запропастилась чуткая подруга,
Товарищей куда-то увело.

Одни лишь собутыльники отныне
С бесцветными глазами норовят
Увлечь меня в глубокое унынье:
Их рожи перезрелые, как дыни,
Моей душе ничто не говорят!

И ухожу я в синие морозы,
В заснеженные чуткие леса,
И забываю радостные рожи
И, что ещё немаловажно тоже,
Фальшивые пустые голоса.

Какой простор!!!
Но я не стану ахать,
Я понимаю трезво и светло,
Что друга нет, забрал подругу хахаль,
Товарищи, наверное, не сахар,
Коль их куда-то что-то увело.

Какой простор?
Есть обречённость круга,
Есть однозначность гробовой доски.
Вот потому звучит во мне, как вьюга,
Мелодия без женщины и друга -
Печальная мелодия тоски.

НА РОДИНЕ

Здесь звуки стократ гениальней,
Здесь каждое лыко - в строку.
Я слышу на хуторе дальнем
Истошное ку-ка-ре-ку,

И посвист таинственной птицы,
И русскую речь воробья...
Как сладко домой возвратиться,
В родные до боли края!

Ах, как меня жизнь обманула,
Меня обманула земля,
Тропинка назад повернула -
И получилась петля!

Нарушена шумная смета.
И в лето одето пальто.
Я вечно чего-то - не это,
Я вечно чего-то - не то...

* * *

У человека есть гнездо - земля,
Но человек куда-то вечно рвётся.
Воробушком из глубины колодца
Выстреливает сердце из меня -
И я лечу... Зачем, куда лечу?
Ах, я же птица! Потому и плачу,
Что без гнезда я ничего не значу,
А без земли и значить не хочу.

* * *

Если бы меня назначили,
А выбрали - было б полезнее,
Каким-нибудь высоким начальником,
Например, министром поэзии,

То первым моим декретом
(И вряд ли придумать лучшее)
Я запретил бы подвластным поэтам
Сочинять об Александре Пушкине!

* * *

Поэт читал о Мире и Вселенной -
Наверное, космический поэт...
А можно я о бабушке Елене?
Я думаю - никто не скажет: "Нет!"

Она проста, как ягоды и росы,
Встречающие бабушку в лесу.
И у нее редеющие косы
И даже бородавка на носу.

Нет, не поет она печально-длинно
И не берет второй октавы "ми".
Конечно же, не бабушка Арина,
Но ведь и я не Пушкин, черт возьми!

* * *

На месяце повеситься -
И повисеть.
Такая куролесица -
Ни пить, ни есть.

Висит поэт и задницей
Он задевает век...
Кому-то очень нравится
Висящий человек.

Носки его болтаются,
Ботинки на весу,
А существо скрывается
В таинственном лесу.

На месяце повесился
Задумчивый поэт
Не потому, что весело,
Не потому что, нет...

ТРИПТИХ

I
Я не хочу стареть и быть
Какой-нибудь развалиной,
Я не хочу себя любить
На пенсии - и в валенках.
Я не люблю в себе того,
Хромающего к старости,
Я и умру, но - иго-го! -
От ощущенья радости.
II
Великих рек речная речь
Неторопливая на вид,
Ведь их задача - течь и течь,
А мелких - звонко говорить,
И суетиться, и скакать,
И делать вид великих рек,
И отражаться в облаках,
Пытаясь растянуть свой век.

А реки мощные несут
Среди лесов, полей и рощ
Свою стремительную суть
И оглушительную мощь.
III
Благоустроенный типаж
Сейчас собой я представляю:
Квартира, солнечный этаж,
По вечерам с женой гуляю.
И выпить есть, и есть поесть...

Но уж такой я, видно, комик -
Казалось, всё, что надо есть,
А сердце почему-то колет...

* * *

Алфавит от А до Я
Говорит: "Вот жизнь моя".
Может, в жизни всё иначе,
Может, всё-таки не так,
Почему же мягко плачет,
Мягко плачет твёрдый знак?

СРАВНЕНИЯ

Небо маленькое, как шляпа
Соседа-гуляки...
А какова же лапа
У сына моей собаки?
Тем более, что собачка,
В которой души не чаю,
Не более, чем пачка
Индийского чая?

* * *

Ненцы - мудрый народ,
        суеверный немножко,
Ведь когда умирает какой-нибудь дед,
Он родным говорит:
    "Я пошёл за морошкой", -
И уходит из чума... И его больше нет...

И когда меня жизнь
    невзначай заморочит -
Пусть не так я и стар,
        пусть не так уж я сед,
Поступлю, словно ненец...
"Он ушёл за морошкой", -
Так скажите, коль спросят,
Любопытным в ответ.

ПЬЕСА AND P.S.

Поэт:
- "Поэт в России больше, чем поэт"
В другой стране нуждается в таланте
Найти на книжку денег...
Денег нет,
Но не искать их всё же в Таиланде!

Графоман:
- А почему бы нет?
Ищу повсюду.
Мне даже эскимосы помогли:
Я предложил им холодильную посуду,
И потекли в издательство рубли.

Издатель (показывает великолепно изданную книгу Графомана):
- И вот шедевр издательских высот!
Такое чудо Пушкину не снилось!
А графоману всё-таки везёт
(Хотя стихи его, по сути, - силос!)

P.S.
По ходу этой пьесы -
Ещё есть поэтессы,
Которые узнали
Давно уж денег вкус,

А также ветераны,
Зализывая раны,
"Патриотизма жизни"
Окучивают куст,

А есть ещё пройдохи -
Все пуки свои, вздохи
И прочую бездарность
В издательства несут...

А в них не крутят фиги -
В них издаются книги,
Которые не вспомнят,
Пока не издадут.

Но всех сложнее - сложность,
Что, обретя безбожность,
Отсутствие таланта
За сложность выдаёт.

Такие выкрутасы -
То тенором, то басом,
Что книги - эх, Марласов,
Уж не берёт народ.

* * *

"Ни дня без строчки" -
Вот девиз поэта.
Ему бы руки
Оторвать за это!

* * *

Ты ждёшь - начнёт поэт, певец измен,
Стихи читать про женскую любовь?
Нет! Стихи я зажимаю, словно кровь
Клокочущую из вен.

* * *

Огни, огни... Шатается эпоха...
Туман в глазах, зелёные круги...
"Поёт поэт", - злорадствуют враги,
Но замерли друзья: поэту плохо!

* * *

Говорю тебе искренне я,
А тебе остаётся поверить:
Мир наш - дерево,
Корень - земля,
Ствол - столб воздуха,
Ветви - ветер.

Может быть, удивляясь слегка,
Ты поймёшь - этот образ правдив:
Над землёю висят облака,
Словно яблоки - белый налив.

* * *

Никогда в таланты я не метил -
Мысль о том казалась мне пошла.
Жизнь прошла, а я и не заметил,
Я и не заметил - жизнь прошла.

Одеяло неба ниспадало
На мои усталые глаза.
Я воскликнул: "Как я прожил мало...
Можно ли ещё?"
Увы, нельзя.

* * *

Как тяжело на сердце, тяжело,
Как будто бы в него со всей Вселенной
Привезено отчаянное зло
И аккуратно сложено - в поленья.

Я чувствую, что надо в магазин, -
Бреду к нему, конечно, по привычке,
Чтобы купить какой-нибудь бензин
И не забыть какие-нибудь спички.

Прислушайся к себе - и говори,
И в речи этой всё переплетётся:
И жалобы уставшего колодца,
И солнечные возгласы зари.

И в этой речи всё переплетётся,
И будет речь похожа на ручей,
Колодец - на соседнюю мечеть,
Мечеть - на отражение в колодце.

* * *

Я знаю, что жизнь - это строчка,
Которой не быть золотой,
Её не продлишь запятой,
Она увенчается... точкой

* * *

Мир наш - антистатичен.
В строгих линиях здания
Есть движения птичьи,
"Синий ветер касания"

Вольный ветер движения,
Как в волнах океана,
Есть в творениях гения
И в стихах графомана.

Литературный Кисловодск. Январь 2012 года - N44-45

Борис Поляков

Хабаровск

* * *

Пушкиных хоронить -
Это мы славно умеем.
Умерших обвинить -
Можем, стараемся, смеем.

К датам имеем власть,
Вольно жонглируем ими.
Сравнивать - просто сласть -
Чьи-то грехи со своими.

Нам неподвластно лишь
Странное настоящее.
Волей не укротишь
Время, вперёд летящее.

2005 г.

* * *

Как страшно быть до срока стариком!
Когда душа стареет, а не тело,
Когда не болен страстью ни о ком,
Ни до чего живущего нет дела...

Нет седины, нет старческих морщин,
Но нет давно желаний и стремлений.
Грызёт хандра без видимых причин,
Бездумно, без малейших сожалений.

Одни живут, и в семьдесят - юнцы,
Которые минуте каждой рады;
Другие в двадцать - словно мертвецы:
Пустые души и пустые взгляды.

И как же жить, когда душа пуста?
Зачем я здесь? Ни для кого нет прока,
Что доживу, быть может, и до ста
В течении всеобщего потока.

2009 г.

ПОСЛЕ МЕТЕЛИ

Холодное пламя метели угасло,
И снег обжигающий стих.
Прозрела луна - вологодское масло,
Хоть мажь её щедро на стих.

Какое блаженство хрустеть сапогами
В уже безопасную ночь.
В такую минуту я даже с врагами
Отпить мировую не прочь.

Морозец бодрящий,
    как друг настоящий,
Выводит без грубости хмель.
Не думал, что ночь
    может быть так блестяща!
Спасибо за искры, метель!

Люблю я мгновения после метели,
В них некая сказка живёт,
Что слушал когда-то я, лёжа в постели,
В шестой от рождения год.

2010 г.

Андрей Канев

Сыктывкар

* * *

Горела Вифлеемская звезда
Над храмом моей маленькой отчизны.
До родины дойдут ли поезда?
Вернутся ль те, что как-то меня вывезли?

Родиться там, где зэки валят лес,
Почётно было и неискупимо.
Снимаю на ночь памяти протез:
Она впотьмах блуждает сиротливо.

Чтоб не бежали по весне зэка -
Вокруг конвой, собаки, автоматы.
С промзоны шла вагонами щепа,
Её пронзали щупами солдаты.

И мы от любопытства, пацаны,
Почти что лезли скопом под вагоны,
Прибавив конвоирам седины,
В рожках их не убавили патронов.

И этот опыт сохранил мне жизнь:
Она не раз кидала под вагоны.
Ютятся звёзды на моих погонах.
Над Княжпогостом
    звёздочка, зажгись...

* * *

Лира лагерная стынет на ветру,
За барак её швырнул "дэпээнка".
Ну а я, коль не спою, верняк помру...
Сколь уж лет не пил парного молока!

Зацепилась за "колючку" моя песнь.
А летела ведь до мамы, словно шаль.
Приговором шибко сбили с меня спесь
И веригами навесили печаль.

Ночью стылой проберуся за барак,
В душегрейку свою лиру заверну.
Без неё душа из угля сразу в шлак...
Выйду, первым делом застрелю жену!

Лира лагерная, шёпотом пропой
О моей совсем не зековской судьбе.
Нипочём теперь "запретка" и конвой,
Я живу теперь не в зоне, а в себе...

* * *

Стучали колеса телячьих вагонов,
По телу России неслись поезда,
В одном из которых страдала корова,
Ее в Коми край привезут навсегда.

А там, по-над Доном, пустели станицы:
Сгоняли зажитков с насиженных мест.
Мелькали в вагонах казацкие лица,
На Север они увозили свой крест.

Страдала корова по имени Машка:
Никак не понять ей, за что, почему
Ей выпала доля, рогатой дурашке, -
На Север в вагоне катиться в тюрьму.

Мой прадед, казак хитромудрый,
            за Машку,
Чтоб вместе с людьми
    в тот телячий вагон,
Отдал коменданту дамасскую шашку
И старый с огромной трубой
            граммофон.

Корова страдала от голода горько,
От каждой в судьбе непонятной версты.
Мой дед так и выжил:
        он был ей теленком...
А вдоль полосы колосились кресты.

Рябая буренка спасла человека,
Давая за сутки стакан молока.
Шел третий десяток двадцатому веку...
А я в двадцать первом живу вот пока!

* * *

По треклятой статье полста восемь
Уходили станичники в осень,
Уходили, чтоб не возвратиться,
В приполярных снегах раствориться...

Кто в тайге, а кто в угольной шахте,
Мол, страну от разрухи избавьте,
Пусть живется ей великодушно,
Разухабисто и равнодушно.

Но в сердцах о казачьих станицах
Затаилось всё то, что им снится...
Злая память песком оседала
В почках, сердце, перронах, вокзалах.

И не вытравить профиль наколок
Даже в будущем, лет через сорок.

* * *

Там, где лес давно уже не рубят,
Где зимой мороз всему король,
Где еще живут в бараках люди -
Там и есть поселок Вожжа-Ёль.

Он когда-то был "цветущим раем"
Из мужской и женской страшных зон.
Здесь полковник полный был хозяин,
Срок тянул писатель Лев Разгон.

Ездил я в заброшенные зоны.
Столько лет со сталинских времён
Утекло... Меняются законы -
Памяти лишь срок не отменён.

Вот она, страны великой драма,
Где ещё колючка на столбах.
Родилась тут в женской зоне мама
И взросла на зековских хлебах.

Со столба подгнившего локалки
Той колючки ржавый злой кусок
Я отрезал, намотал на палку,
В сейфе спрятал и закрыл замок.

Литературный Кисловодск. Май 2012 года - N46

Борис Поляков

Хабаровск

ВЕСНА В ГОРОДЕ

"Будь здоров!" - говорят мне трамваи,
Когда я, глядя в солнце, чихну.
Даже город становится в мае
Не на город похож - на весну!

На листве тополей придорожных
Нет ни пыли, ни смога - свежа.
Стало холоду в городе сложно -
Он в таёжные дебри сбежал.

Там и тут расцветают на клумбах
Не обёртки уже, а цветы.
У железнодорожного клуба
Парень с девушкой снова на "ты".

И прохожие будто от спячки
Пробудились - улыбчив народ.
Даже я позабыл про болячки
И такой же - весны пешеход.

Дует с речки приятная свежесть,
На газонах трава зелена...
Город в мае, на солнышке нежась,
Каждым камнем напомнит: "Весна!"

2011г.

КОММУНАЛКА

Прогорклым маслом
пахнет в коммуналке,
И старостью, и бедностью, и дном...
Спирт есть в бутылке
из-под минералки,
А значит, спать не будет нынче дом.

Над лампочкой скопилась паутина -
Колышется ажурный абажур.
А форточка стучит, как гильотина,
Играют тени в разности фигур.

Обыденная, в общем, обстановка,
Нет повода вторгаться здесь стиху.
И только у Петровича обновка -
Висит петля кручёная вверху.

2011г.

ИКАР

Почему-то решили:
нет больше на свете Икара,
Мол, стремился на свет
и сгорел, как простой мотылёк.
Только гляньте: сидит на скамейке - беззубый и старый,
Тлеет в жёлтых губах
самокрутки больной уголёк.

Да, он к солнцу летал. Не достиг...
Обломал свои крылья.
Жизнь сложилась не так, как предрёк умудрённый Дедал.
Древнегреческий миф
обернулся российскою былью,
И не помнит Икар,
о полёте ли с детства мечтал...

Наставлял он детей, а теперь -
непоседливых внуков,
Что негоже летать,
не доделав земные дела.
Да к тому же упасть с высоты -
нестерпимая мука,
Рана в сердце его
до сих пор зарасти не смогла.

Тлеет едкий табак, и в дыму
всё мерещится небо,
Не забыть никогда, как прекрасен свободный полёт.
Разлилась по костям
стариковская памяти нега:
Окрылённый юнец
никогда-никогда не умрёт!

2011г.

* * *

Допит коньяк,
    увяли хризантемы,
пуста строка.
    Не доказали жизнью теорему
наверняка,
    Не отвратили чудом неизбежность,
не отвели,
    Лишь расплескали и любовь, и нежность -
не донесли.
    Вторая за день пачка никотина -
всему итог.
    Так и не стали целым "половины".
Не хочет Бог?
    Бессонна ночь порою, но рефлексы
уже мертвы.
    Опошлена любовь животным сексом...
Такие вы?

2011г.

* * *

За каждой строчкой
притаилась вечность,
Но я боюсь за строчку заглянуть.
Боюсь восьмёрок -
цифра "бесконечность"
Куда-то вверх указывает путь.
А я - земной. Во всех своих обидах,
В курении на кухне поутру.
Лишь иногда я важничал для вида:
Погибнет тело - духом не умру.

Настанет время - стлеют даже строки,
И Вечность - только слово в словаре.
И в новом нескончаемом потоке
Растают запятые и тире...
Но я в дыму отчаянной махорки
Опять пишу, и сразу невдомёк,
Что снова вечность отворяет створки
И заглянуть зовёт на огонёк.

2012 г.

ИЗМОРОЗЬ

Ветви пудрой сахарной обсыпал
Утренний кондитер Дед Мороз,
Но его стряпнёй не будешь сытый,
Только взор порадуешь до слёз.

Кто-то скажет: "Это вам не сахар!
Это бриллиантовый ажур!"
Пусть и так...
Украсил Дед с размахом
Ветви, окна - ювелирный сюр.

Ну, а в ком фантазия убога,
Скажет просто: "Изморозь сильна" -
И потащит валенки к порогу,
Где нальют игристого вина.

2012 г.

ПРЕДВЕСЕННЕЕ

Под вялым солнцем,
несмотря на холод,
Сугробы вянут - короток их век.
Лёд на реке внезапностью расколот:
Опять весна?
Ах, бедный, бедный снег...

Кому-то грустно,
кто-то счастьем полон:
На масленицу вкусные блины!
Недолго деревам осталось голо
Взирать на мир - полшага до весны.

Я ж, как сугроб,
нахмурив серобровье,
Не рад весёлой песне воробья:
Зима меня наполнила любовью,
Весна всё отнимает - беден я...

2012 г.

ДЖУЛЬЕТТА

Ты на балконе, как Джульетта,
Что ждёт Ромео своего,
В такую рань полураздета
И не скрываешь ничего.

Волнует утренний румянец
Мою стареющую грудь.
Задумчив глаз открытых глянец -
Посмей подобное забудь!

Я напишу стихотворенье
(Как мне иначе быть собой?),
Джульетта, чудное виденье,
Непостижимый ангел мой!

2012 г..

ХАРОН

У Харона скопилось немало монет,
Но он всё ещё новую лодку не купит
И всё так же в лохмотьях везёт на тот свет
Души грешных людей, с телесами их вкупе

Раскошелься, Харон! Прикупил бы паром
Или яхту приличную с дизельной тягой.
Я вот беден, как мышь,
но пишу не пером,
А нормальною ручкой на белой бумаге.

И не хмурься! - Тоска,
наконец улыбнись! -
Пассажирам твоим
будет легче намного.
И к тому же не ты
реквизируешь жизнь,
Ты всего лишь слуга у жестокого Бога.

2012 г.

ВДОХНОВЕНИЕ

Мне только ночь даёт чернил для ручки,
А месяц с войском звёзд - заменят свет.
И этого довольно самоучке,
Которого призвание - поэт.

Вдохну морозной тьмы,
расправлю плечи -
И сам собою льётся рифмосказ.
Тем более заняться ночью нечем:
Не спать же, массажируя матрас.

Я встречу утро багажом приличным:
Блокнот измаран, в пепельнице - стог.
Бессонницу утешил на отлично
И с ямбами управился, как смог.

Готовь же, ночь, ещё чернил погуще,
С тобой дружить условился навек.
Я как поэт по сути всемогущий,
Пусть и весьма убог как человек.

2012 г.

Исанна Вороновская

Моздок

ДОРОГА - МОЙ ДОМ

В местном дурдоме глухо, как в танке,
там человек человеку - сучара или пустое без имени тело,
глядящее в никуда.
Вот беднячка затюканная,
замурованная в саму себя.
Молитвы её мыком зовутся,
она по-зверьи призывает смерть.
От скорби и боли дайте испить ей
воду забвения, которая слаще и пьяней вина.
Пусть иней черствеет в провале рта,
но ей грезится радуга и благостный сад...
А за окном безбытным
снег с грязью пополам.

СОЛДАТ И ТОЛСТОЙ

Проклятый Толстой,
ты учил, что только любя врагов познаешь Бога.
Нас, утрамбованных
в свинцовую давильню, учили только убивать и умирать.
Закалённая сталь, закалённая тварь, изъеденная вшами,
злое мясо войны,
мы не просили пощады.
Мы стали огнём и железом,
печаль и мечты развеяв по ветру.

* * *

Не бейте в живот спящего в снегу.
Он, в шубейке на рыбьем меху,
хватает воздух
ртом трущобным.
В глазах тоска оловянного солдатика,
в них божьей искры нет.

Анатолий Марласов

Кисловодск

* * *

Я был один... Пустынная стезя
Вела меня в печальное унынье.
Врачи мои показывали спины,
И улыбались глупые мужчины,
И опускали женщины глаза.

Я вынужден был всё-таки идти
Туда, куда вело предназначенье.
И, понимая то, что я не гений,
Я пел не гимны, а по настроенью.
И не сбивался с верного пути.

Но был один... А кто сказал, что боль
Простого, извините, человека
Не излучает, как мерцанье - печка
И сахар, рафинированный, в вечность,
И вечность, растворимую, как соль?..

* * *

И гаснут, гаснут фонари,
Как и твои уста.
Ты мне, пожалуйста, не ври,
Не ври, пожалуйста...

Пожалуйста, не надо мне
Сто обожателей -
И по зиме, и по весне
Не ври, пожалуйста.

И летом тоже говори
Мне только правду лишь,
И даже осенью не ври,
Не ври, пожалуйста!

* * *

Не милости прошу у Бога,
А независимости, той,
Чтоб жизни дальняя дорога
Казалась маленькой тропой.
А то, что было, как мгновенье,
Как очень узкая тропа,
Родило вдруг стихотворенье,
В котором вся моя судьба.

* * *

Даже если жена
И ехида-подруга,
То причём тут страна,
Эта мрачная ругань?

Пусть летят облака,
Пусть тревожно от снега,
Но весною река
Лёд глотает от смеха...

* * *

Вот и последняя страница
Моей истории любви,
Она не может повториться,
Как ни пытаюсь, но, увы.
Она исписана небрежно,
Она писалась наспех, но
Хранит чарующую нежность,
Как крепость - старое вино.
Она прочитана. И всё же
Я возвращаюсь к ней опять,
Чтобы итоги подытожить
И непонятное понять.

* * *

Что этот мир тревожный значит
В сравненье с выдуманным мной!
В нём дети никогда не плачут,
Никто им не грозит войной.
В нём солнце пляшет и ликует:
Все тучи я убрал рукой,
В нём даже ветер злой не дует,
Уйдя на пенсию-покой.
Мир мой изысканно вальяжен.
А он таким не может быть,
Он моей выдумкой наряжен
И приказал недолго жить.
А мир тревожными ветрами
Гудит сиреною над нами...

* * *

Затихает заснеженный день,
Проясняется небо и звёзды.
Как глаза ребятишек из детских яслей,
Блестят удивлённо!
А метель, что весь день
завывала волчицей,
Улеглась на пороге у дома,
Словно белый кутёнок.

Затихает огромный наш дом...
Дочь моя спит, ручонки раскинув.
Тихо так... Я стою у окна
И смотрю на безмолвное небо
До боли в глазах и до боли
Где-то в области сердца...
Отчего эта боль?

* * *

Иронизирующий след
Моей души, моей стихии
Сведёт, наверное, на нет
Мои стихи... Они простые.

Сегодня пишут все не так,
А нервно, дробно, барабанном,
Наивно, весело и странно,
За деньги пишут. Просто так...
И все, как правило, поют:
Кто дребезжащим козлетоном,
Кто строя лад по камертону,
Кто душу выплеснув свою...

Иронизирующий бой,
Мой желчный смех - моя утеха,
Хотя давно уж не до смеха,
Но что поделаешь с собой?

Всё реже мы играем туш,
Всё чаще платим неустойку.
Как можно верить в перестройку,
Не веря в перестройку душ?

Иронизирующий слог -
Моя надёжная защита,
И ты, мой критик, не ищи-ка
Мою тропинку средь дорог.

И раствориться в облаках,
Иль навести на душу глянец...
Я не смогу теперь и глянуть
На недостойных свысока.

Иронизирующий лёд,
Конечно, всё-таки растает,
И на душе прекрасно станет -
Наш мир ирония спасёт!

Марина Гончаровская

Минводы

* * *

Так значит, я еще жива?
Не всё сжевали жернова,
Раз пью весну смертельной дозой
И воровато жму к груди
Зари увянувшую розу...
Противоядье, погоди!

Тяжёлый короб за плечами -
Преклонных лет, ума печалей...
Стигмат любви на стебле ночи -
Субстрат души моей, бескровно Кровоточит
и верить хочет -
(Набором истин безусловных
Сыта по горло) - в ересь снов... -
Не обессудь же, суть основ!

Форматы снов творим мы сами...
Не заручившись небесами,
Скользим из старости оков
В легчайший мир, столь неподлунный,
Сколь с незапамятных лет юный...

Пред Вашим юным светлым взглядом,
В нём, не боюсь сравненья, - рядом...
Мы с Вами сопредельны снами! -

Не по меже неразволочны,
Но поделившись небесами, -
Струит рассвет заката пламя,
Смешав законы дня и ночи...

В снах всё, что не случится с нами.
Очнувшись в явь поодиночке,
Накроет времени цунами
И разнесет к исходной точке:

Вас - в Ваш рассвет,
Мне - править строчки
В почтенной роли "Старой дамы"...
Как будто мне и дела нет...

* * *

Ты для меня святая виртуальность,
Мой бред и боль.
Привычная обыденность, реальность:
Ты - для другой!

За что ей даровал такое счастье
(Господь, прости...)
С ним - дни и ночи, нежность и участье
Переплести?..

За что мне испытаньем это счастье -
Таясь любить? -
Взгляд пригубить,
Как в таинстве причастья,
И... день прожить...

* * *

В запретной теме - вплоть До плоти в плоть...
Где цель и средства спутаны небрежно -
Всё без узды, обречено, безбрежно -
В неразволочном выдохе: "Люби..."

Изнанка оборотная любви:
Инстинкт и Дух схлестнутся неизбежно.
Суть - изнутри,
а судят больше внешним...
Где двое - антиподы -
Я и Ты;

Где 50 на 50 лечь решкой
В клеть тел из состояния души.
Оттуда возвращаешься не прежним:
Не королевой, но уже не пешкой -
Под фиговый листочек: "Не греши!" -

Предавшему ты предан был, но - прежде!..
Вскользь приговором взгляда, столь небрежным, -
Горят обетованные надежды -
Последние спасенья корабли.
Оставь край этот выжженной земли...
Бумажные кораблики любви -
безгрешны...

ПЛАЧ ПО ЛЕТУ

Последним лучиком приветным
Целует, умирая, лето...
Порхнет синичкой из горсти -
Последним выдохом: "Прости!.."

Не оставляй меня одну
На этом людном перекрестке!
Почуяв лета слабину,
Осенний ветер, парень хлесткий,

Вслед свистнул скоротечным парам -
Курортно-пряничным бульваром,
Платьишко прочь с души рванул:
В запале "палку перегнул"...

Ах ветер, нынче ты в ударе,
Раз скрипача в потёртой паре,
При скрипочке и божьем даре,
В "скрипичный ключ" дугой согнул!

Облагораживая нравы,
За грошик правый, Боже правый,
На ветер мучал тот струну...
Подайте ж, граждане, ему!

Под перекрестьем взглядов хлёстких
Я по тебе тоски хлебну -
Заместо "горькой" у киоска
Пустившись "в тяжкие" - ко дну! -

Не оставляй меня одну
На суд давно минувших вёсен,
На "с распростертым": просим, просим! -
Врасплох застигнувшую осень!..
Живой мне не вменяй в вину:
Тепла во мне живое просит,
А ты мне - белым флагом проседь -
На милость старости-врагу!..

От "милостей" таких в кавычках
Бегу к свистящей электричке -
Железный нос её пока
Целует бампер тупика!

Запрыгнувши в последний миг,
Переназначу время года! -
Весны под слякоть с непогодой
Нам, осень, хватит на двоих!

С высот низвергнутых высот
В застройках человечьих сот
За примиренье двух подходов
Всплакнет растроганно природа -
От тупика из Кислых Вод -
Дождём - до тупика в Минводах!

* * *

Не под птичью стальную трель
Электричек - сверлом в виски -
Ходит следом двойная тень;
И я путаю целый день,
Где моя тень, где - черный зверь
Тени - чёрной по Нём тоски.

Не бинтуй, зари полоса,
Ран земных в пламень райских роз!
Лучше птах согрей в небесах:
На мороз метеопрогноз!

Ибо мёрзнет слезой роса
С роз, которые Ей принёс!
Он развесит Ей словеса...
Он в мой нерв до кости пророс...

Нитью - нерв. Кукловодом - страсть!
Впереди - вожделенной - кость!
(И всегда впереди она!)
Наглодалась - голодной - всласть! -

Разминулись мы, юный гость:
Жадно жизни хмельную злость
Пьёшь взахлёб. В страсти - честь, до дна!
Ни жена я тебе, ни мать...
Грел порог - вот и приросло!
С мясом - времечко - отдирать,
С воем! - бабское ремесло.

Не винись - не давал зарок!
Молода Она! Ты - из слов и ласк!
В шепоток: "Знаю, всё, что мог..."
Я свое взяла. Ей - как Бог подаст...

* * *

А в снах звенит заблудшая капель;
А явь - в глаза - пыль мороси с порога!
Полжизни за тепло!
Полцарства за апрель!
Всё золото, опавшее под ноги,
В ночь утекло! -
Под утро - прах и прель -
На скатерти накатанной дороги
К тебе, весна, мимозе-недотроге,
Через крещенской проруби купель!

Сергей Козьминых

Михайловск

СТИЛЬ ПИСЬМА

С нами Вечный Двигатель стрижей!
Триста лет они всё в выси.
Десять тысяч лет прошло уже,
Миллион - как отдалённый выстрел

Ах, птицы - сон души моей!
-Стремительны в своём полёте.
Зовут-горланят во всю глотку
Сквозь наслоенья лет и дней.

Меня - в поэзии найдёте...
В янтарной капле - комаром,
Но всё равно на грани взлёта -
На грани выкрика в окно!..

Восток мне в душу заглянул:
"...одна на всех - и стерхов стая,
И вишня, что цветёт-взлетает
В Неиссякаемость одну..."

ВОЗЗРЕНИЕ

Настроил почерк - душу разбудил
Цветеньем вишни и нарциссов...
Стих в прозе - со страницы чистой -
О плотской "Поэтической" любви... -

Подснежники бахилами примял
В саду подслеповатый Гений:
Заведомо он всё "навскидку" знал
От истины до "диких заблуждений".

Печатают его и матерят
За скупость и за сухость слова.
Ему звонят и просят снова
"Поэтизировать" - на злобу дня.

"Примитивист?.." - Но скажет чуть -
И ни убавить, ни прибавить.
Слова его - в Галактике живут,
В трагедии, восторге и забаве...

Стихи его - до Питера дошли:
Горланит яро среди буден.
Ему на Пасху сорок будет:
"Мы - Крохи непричесанной любви!.."

КРУГОВОРОТ...

В Семиречьи - истончали реки.
В одночасье - измельчал народ:
Либо я - Поэт, начала века
С истиной своей - наоборот.

Со своим аршином - либо Вечность?!
Жар пустыни, уток серых лёт.
Пусть Восток легендами живёт -
Мне б свою Вселенную вновь встретить!

Как случилось: в сорок лет забыто,
Где я рос и чем всегда дышал?
Казахстан - отрочества обитель:
Тайна гор, Балхаш и Кара-тал.

Будь, Пустыня! Ты опять со мною!
Внове всё, как с чистого листа.
Память... Степи, Мать и Элиста -
Но теперь уже над Элистою...
Бог весть где, но заново живые:
СССР, и гордая звезда,
Алатау - пики гор святые,
Впаянные в сердце навсегда.

ЗАВЕЩАНИЕ...

Что даст синице Чёрный Кот,
Сверчок, четвёртый, пятый?.. -
В вязанке хвороста за хатой
Игра с пристрастием идёт...

И даже на порядок выше,
Где девушка в мечтах живёт:
Хрусталь, рояль, букет на крышке...
И снова тот же самый кот.

Я позвоню по телефону,
Хотя и знаю наперёд:
В "высоких" отношеньях - лёд,
Гудки протяжные: "нет дома".

Азарт борьбы и степень риска:
Родня кукует у ворот!
В стихах моих, как в чёрном списке, -
...Стотретьим - Чёрный Кот идёт...

ВЗЛЕТ!..

Потолок... Выше мне не взлететь.
Мой масштаб - Горный Пик от Орлана.
Мой подъём - в предзакатную медь...
Моё сердце - открытая рана.

Мне немыслимо жить без границ
Вертикальных, предельно открытых.
Робкий стих - и в "Серебряный Свиток"!
Хутора... И пещеры столиц...

Мне так горестно жить без тепла
Сопредельных поэтов из стаи.
Ты меня измотала дотла,
Изабелла - Форель Золотая!

P.S.
Ничего! Я когда-то вернусь
На умытые светом просторы -
В свой заштопанный речкою город...
Ваш покорный слуга -
    Горный Гусь...

ОТ И ДО!

Мальки играют в мелководьи.
Крылаты ласточки в игре...
Мне душу тем не отогреть,
Что я сугубо - в хороводе.

От рыбы красной на порогах
До тьмы оленьей на пути -
Ищу в сугробах и восторге
Поэзии своей мотив.

Чудовищный диктат природы -
От гор до плёса в серебре.
Там снежный барс по снегу ходит...
И этим я уже согрет.

Пусть видимость Вселенской Мощи -
Отец, адепт какой-то силы.
Поэт с его молчуньей милой,
Шалаш, в её девичьей роще... -

Поэзии своей мотив
Ищу в восторгах и тревоге -
До взлёта вожака в пути
От хрипа сёмги - на порогах.

Андрей Канев

Сыктывкар

* * *

Я искупаю прошлое сегодня, -
Его лишь настоящим искупить.
В нём призраки нешуточные бродят,
И их не позабыть, не позабыть!

Там ангелы тревожат мою душу,
Там демон половицами скрипит.
Там я, войны хоть не герой, не трушу:
Ведь пуля в спину всё ещё летит...

Высоким делом величают в люди,
А подлым словом низвергают ниц.
Ласкал я чьи-то шёлковые груди,
Мотался по окраинам столиц.

Пил виноградных вин хмельное зелье,
Знал вкус кубинских жгучих табаков.
Был заводилой скорби и веселья...
А ныне не сорвать с души оков.

Я искупаю прошлое сегодня,
Когда в далёких странах сыновья,
Обувшись в мои латаные бродни,
Мотаются, давно забыв меня...

* * *

Вот, начинаю привыкать к хорошему.
Мне нравится, мой незабвенный дом.
Природа стелет мне ковры порошею,
Когда к нему мы с суженной идём.

Когда белеет вся в снегу акация,
И тополя раскидисто светлы,
И пишет свои дерзкие реляции
Позёмка, подчинённая зимы.

Тепло твоим дыханием овеяно,
И подаёшь ты к чаю пирожки.
Я вспоминаю, ездили в Дивеево:
Дорожкой знаков пятились флажки.

Подай мне руку: я привык к хорошему,
Былое в моей памяти сотри.
Наступят дни весенние, погожие,
У нас их будет, точно знаю - три...

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО

На Рождество
    куличи напекают и сайки.
На Рождество
    дуют с запада стыло ветра.
На Рождество
    по селу на расписанных санках
Едет к закату по горкам, смеясь, детвора.

Звёзды усыпали небо своею судьбою,
Люди завидуют этой небесной судьбе...
И не сойтись никогда Магомеду с горою,
И никогда не забыть, не забыть о тебе.

На Рождество я уеду в далёкие страны.
На Рождество буду весел и, может быть, бит.
Где-то заколют во благо святого барана...
Лишь по тебе моё сердце саднит и саднит.

Свечи затеплятся в храме
    во славу Рожденья
Для православного люда
    святого Христа.
Кто-то прочтёт...
    и забудется стихотворенье.
В сердце останется боль,
    без тебя пустота...

Вадим Говоров

Сыктывкар

* * *

Нет ничего чернее, чем земля,
Оплаканная горем матерей,
Нет ничего чернее, чем земля,
Укрывшая собой своих детей.

Нет хуже смерти в траурных шелках,
Такой нарядной и такой нагой.
Её несём мы вечно на руках
И не избавимся никак от ноши той...

* * *

Ах, какое небо голубое!
Как сочна зелёная трава!
Как прекрасно всё вокруг земное,
Даже чуть кружится голова.

Краски ярки, звуки умиляют,
Запах чуден, мир так многолик.
Непрестанно этим восхищает,
Непрестанно, то есть каждый миг.

Каждый миг рождает вдохновенье,
Растворяясь чувствами в груди.
Разве может быть ещё сравненье?
-Только счастье этому сродни.

Николай Герасимов

Сыктывкар

* * *

Непогода пройдёт,
и пройдёт чередой твоя жизнь,
Будет солнце светить,
будут вьюги лицо обжигать,
На любых перепутьях
царевною ты удержись,
Не забудь, как умела
свои "шалаши" обживать.

Не забудь, как на краешке света легко, безоглядно жила,
Сыктывкарскую глушь,
воркутинский простор не забудь.
Пусть надежда и вера твои
осеняют дела -
Для меня ты всегда
журавлём прилетающим будь!

* * *

Уезжают друзья с Северов,
Словно птицы, на юг улетают.
Новый круг, новый край, новый кров
На широтах иных обретают.

То один, то другой - в перелёт...
Ну, а наша судьба - оставаться,
Обживать этот снег, этот лёд -
И за тысячи вёрст не теряться!

Сергей Каплан

1954 - 2010

МАРИНЕ АРСЕНЬЕВНЕ ТАРКОВСКОЙ

Александр, Арсений, Андрей -
крик, иголкой застрявший в гортани
у страны тиранической дряни,
забуревшей на красной заре.

Александр, Арсений, Андрей.
...Говорящие звезды созвучий
прожигают пространство сквозь тучи,
каждый звук - в миллион фонарей.

Александр, Арсений, Андрей...
А, Эр, Эн - три чарующих звука:
вдохновение, рана и мука,
а разлука - острей и острей.

Александр, Арсений, Андрей.
Три отца моих, три моих сына.
Слышу в имени ясном МАРИНА -
АЛЕКСАНДР, АРСЕНИЙ, АНДРЕЙ.

1992

* * *

Меня уже и нет,
А ты люби меня,
Ты верь, что я к тебе
Хотя бы на чуть-чуть
Вот-вот сейчас зайду
Из бешеного дня,
И рядом погрущу,
И рядом помолчу.

Меня уже и нет,
Но есть мои слова -
Они и тут, и там,
Как шарики, висят,
И душу не скребут,
И весят лишь едва,
А форточку открой -
И вздрогнут, и взлетят.

Но только позовешь -
Они опять с тобой,
Как голуби к губам,
И будут ворковать -
Малиновый, седой,
Зеленый и рябой...
Все голуби, шары -
Они мои слова.

Но только без любви,
Конечно, не понять,
Зачем и этот стих,
Зачем и звук и цвет.
Меня уже и нет,
А ты люби меня.
Ты все ж люби меня,
Хотя меня и нет.

* * *

В набежавшем январе
зажигаюсь от апреля,
от его шальной капели
средь метели на дворе.

Наливаю в кружку чай
или хлеб ломтями режу -
радость слушаю всё реже,
чаще слушаю печаль.

Жду апреля, жду-пожду,
и февраль сливаю с мартом.
Про себя ругаю матом
передряги и нужду.

А когда придет апрель,
я до дури подобрею,
может, бороду побрею,
может, дверь сниму с петель,

и впущу к себе весну,
с потолка сошкурю копоть,
и начну сосульки лопать,
и стихи писать начну.

1986

* * *

Все ближе, ближе к сорока.
И на хвосте несет сорока,
Что чашу друг испил до срока.
Ушел. Не дрогнула рука.

Прошедшего лиловый цвет
Цветет на нашем общем поле
С коричневым оттенком боли
И с синим отсветом побед.

Кольцом багровым вкруг виска
След поцелуя или дула?
Жизнь вопросительно-сутула...
Все ближе, ближе к сорока.

1990

МОЕЙ ЛЮБИМОЙ

...И когда над лесом тонконогим
молния распорет небосвод -
я взлечу над скатертью дороги,
над безглазой хмуростью болот.

Свет мой потускнеет понемножку
и потом среди живых огней
я останусь тенью на окошке
старенькой избушечки твоей.

Не губи себя в паучьих стенах,
весели себя огнями дня,
растеряй мое тепло в изменах,
разлюби, но не забудь меня.

1992

* * *

Никогда мне не выучить воздух апреля -
ускользает невнятно из марта и в май...
(О, кондитерской фабрики дух карамельный:
отойдёшь на сто метров - потерянный рай.)

Сладкий воздух берёзовых клейких листочков,
пряный обморок первой травы у ручья.
На весеннем ветру я сменил оболочку,
и прошедшая зимняя нынче - ничья.

Дремлют где-то за маем июньские нюни,
и июльские ульи жарою гудят,
ветер августа - густо настоянный - дунет,
сдует жизнь нашу к осени чуть погодя...

А пока: неизученный воздух апреля,
а пока незаученный привкус любви.
Отбивает судьбу барабанчик капели,
и стремительно жизнь улетает. Лови!

Виталий Василенко

Ростов-на-Дону

* * *

Почему меня терпят с трудом?
Потому что повсюду - дурдом?!
А на мне проявляются лихо
и уродство, и неразбериха?!

Только с кем-то наладишь контакт,
замечаешь, опять всё не так,
как отметил однажды Высоцкий.
Бездуховно всё как-то, по-скотски.

* * *

Кто - за тело, кто - за душу.
Дух, как будто, не при чём.
Смертный к духу равнодушен:
дух не в курсе, что - почём.

Сшибают душу с телом,
сюжеты громоздят.
Увы, такое дело
на Небе не простят.

* * *

Как прорвать мне блокаду?
По-другому писать?
Ублажать, кого надо?
Там, где надо - лизать?
Всем подыскивать ключик?
Мэтра звать километр?
И закуску с горючим
поставлять не в пример?

Так и делали раньше.
Поменялись названья,
кличут выпивку ланчем,
не грозит истязанье.
Тиражей, правда, нету:
разучились читать.
На диктат партбилета
можно тоже чихать.

Но другие напасти
закрепились на свете:
браконьерские пасти,
интернетские сети.
На тщеславные конкурсы
с адресами мобил
даже лучше не торкайся:
это холод могил.

Хоть редакции многие
поменяли состав,
обивать их пороги я
после круга устал.

* * *

Стою утёсом на своём
и раздражаю суетливых,
вгоняю в бешенство крикливых
и не дрожу перед зверьём.

Как волны, бились об меня,
теперь в обход пробили русло.
Позицию не изменял,
но почему-то очень грустно.
И пусто. Рядом никого.
Позицией лишён общенья.
Сложился текст под некролог.
Ведь нету жизни без движенья.

Но, если сделаю хоть шаг,
пойдут такие измененья,
что не поддастся измеренью
земная дрожь и гром в ушах.

* * *

Кому нужна свобода слова?!
Моей судьбы она - основа.
А вот госслужащий, чиновник
рот открывать и не моги.
Начальство сушит вам мозги,
а ты сопи подобострастно.
У подчинённых жизнь прекрасна,
от мафии до босоты,
не открывайте только рты.

Конечно, ежели зевнуть
или когда дадут жевнуть,
приоткрывайте рот, но зубы
держите по макушку в супе
или поглубже в каше, в хлебе.
Дозволено мечтать о небе
в горах, на отдыхе, на море.
Там, на просторе, хоть ори,
а здесь поменьше говори.

А каково творить поэту,
когда нужды в свободе нету?!
Из подворотни смотрят косо,
им стыдно, всё же, без вопросов
на свете белом проживать,
но как плодиться, что жевать?!

* * *

Прокофьев умер в тот же день,
когда скончался Сталин.
Рёв паровозов и гудков
его не провожал.
Я дирижировал "Гавот".
В живых ещё застал их.
В тот день десятый из годков
до рёбрышек дрожал.

Спустя полвека в этот день
ушла поутру мама,
а в тот же вечер сам познал
и скальпель, и наркоз.
Кошмарный марта пятый день,
чудовищная драма,
ворота вечности, вокзал
последних горьких слёз.

* * *

Кто останавливал коня,
не побоится и меня,
а в подожжённую избушку
пошлёт такую же подружку.

Их столько, хватких и упёртых,
видавших виды, ушлых, тёртых,
что речь о женской вкусовщине,
где просто места нет мужчине,

и оголтелые фанатки
ножом пропалывают грядки,
уничтожая сорняки,
не пропуская и строки.

Конечно, есть и дверь, и выход,
и после вдоха - краткий выдох.
Их можно и не замечать,
передавать другим в печать.

* * *

Есть желаемое и действительное,
а послушный самообман
на фантазии ослепительные
напускает и свой туман.

Опыт есть, что поверят легче так,
вроде творческого подхода,
и болезни успешно лечатся,
и довольна сама природа.

Правда, если успех зазнается,
может он всё испортить враз,
и Батуми в стихах узнается,
"как бы ни был красив Шираз".

* * *

Что-то хреново, братцы.
Ноги тащу едва.
Видимо, разобраться
какая-то рвётся тварь.

Гонит пульс аритмия,
крутит в самой крови.
Чем это кончится? Миром?
Кто заключит пари?!

* * *

Я оказался слабым звеном,
как в известной игре.
Впрочем, и на пути земном
притормозить не грех.

Как покрышки, сменить стезю,
в колею уронить слезу,
только лучше, чтобы глаза
не смотрели с тоской назад.

Впереди твой асфальт и грязь,
ямы, пробки твои, ухабы.
Повезёт - проживёшь, смеясь,
или будет не жизнь, а как бы.

Николай Чайковский

Горловка

* * *

Возвращаются птицы в зеленые гнезда,
В бузину, в сосняки, в камыши,
В эту пору граненные звезды
Ночь спешит зажигать и тушить.
В эту пору, как девичий сон,
Пыл иллюзий туманен и краток.
И снова врывается шорох лесов
В страницы идейных тетрадок.

12.03.1969

* * *

Я шатаюсь в зарослях дождя,
И вокруг ни следа, ни дороги,
В вышине по всем швам трещат
Голубые когда-то чертоги.
Я устал, я промок, я обмяк.
Вскоре дождь растянулся плашмя...
До чего же прекрасен мир!

Гольма. 31.03.1969

* * *

Ну и пусть ошибусь
До конца, до предела.
Пусть!
Из сотен возможных
Я выбрал одну,
Но чтоб эта дорога
Меня завертела,
И чтоб изредка все ж
Видел я вышину.
А дойду или нет,
Сомневаться не надо,
И не надо грустить,
Если я упаду.
За любовь у любимых
Не просят награды:
Я люблю,
Я пою,
Я иду.

10.04.1969

* * *

На вершинах снег,
На вершинах свет,
А в долине темным-темно.
Словно в толщу вод
Не проник рассвет.
На морское дно. На морское дно.
Среди трав густых
И цветов гвоздик
Старомодный корабль затонул,
То ль усталые люди
Перестали грести,
То ли шкипер от рома уснул.
Не будите - нет!
В ледяной рассвет
Пусть проснется команда вся
И увидит вдруг,
что и моря нет,
И на реях горят паруса.

11.09.1969

ДВА РУЧЬЯ

Два ручья холоднее кинжала
С ледников Гизе-Вцека сбежали.
В первом: звон, чистота хрусталя,
Во втором - растворилась земля.
Тот с объятий гранита, тот - с глины,
С шумом вырвались оба в долину,
Стало влажно в долине от брызг,
Они в русле едином слились.
Они встретились, что за беда,
Что в реке помутнела вода?
Ведь не только гремучее дно -
У них небо и солнце одно.

6.09.1969

Литературный Кисловодск. Сентябрь 2012 года - N47

Андрей Канев

Сыктывкар

* * *

Спешат календарные даты,
Как будто составы в ночи.
В них едут простые ребята
Похожие, как кирпичи.

из них моя Родина строит
Врагам непреступный рубеж.
Солдаты вдруг станут героями
из бронзовых страшных одежд.

Пока же вагоны весёлые
несутся в кромешной ночи.
их жёны, не ставшие вдовами, -
Пока ни одна не кричит...

Пока ещё катится силушка
По неполонённой Руси.
и чтоб не прибавить могилушек,
Пощады у Бога проси!

* * *

Чтобы настроиться на поэтический лад,
Нужно, как скрипка, свой срок отлежать в темноте,
Чтобы вернуть свою стылую память назад,
Чтоб оказаться на нужной судьбе высоте.

Чтобы чехол кто-то сдёрнул упрямой рукой,
К струнам коснулся и звонко качнул камертон.
Чтобы нарушился миропорядок простой.
Чтобы догрыз своё яблоко старый ньютон.

Если же будет потерян тревожный смычок,
Струны порвутся под тяжестью сыгранных нот,
Стану поэзии трепетной я палачом,
Что утирает над плахою выспренний пот.

Сам четвертую сознание, душу и ум,
Сам отнесу умерщвленное слово к земле,
Что это, что это за безответственный шум,
Всё нарастает в колючей моей голове?

Мамины руки поправят подушку мою,
Мамины песни до детства проводят меня,
Тихо усну и во сне запою, запою
Скрипкой в ночи в самом сердце степного костра.

* * *

ладони снежные твои.
люблю я их прикосновенье,
Как будто лёд порой весенней
Ручьями светлыми звенит.

Смотрю на то, как ходишь ты,
Как будто с детскостью ленивой,
Чуть-чуть качнёшь пшеничной гривой.
и пахнешь будто бы цветы.

* * *

изгиб реки, укутавшейся в снег.
Вдали сосновый бор в опушке снега.
Смотрю, и теплит душу мою нега,
и затихает мыслей скорый бег.

Теперь я понимаю, почему
Перо в деревне тянется к бумаге.
Везут на дровнях сено по селу,
за ним пурга таит себя в овраге.

над избами дымок струится в небо.
Там перекрестья самолетных струй.
Смотрю, и тешит мою душу нега,
и шепчется любимой: "не горюй."

лохматый пес на бронзовой цепи
Хранит покой хозяйского удела.
Во мне еще так много всего спит,
и сделал я лишь половину дела.

Вдруг мир взорвался звуком в тишине:
Куда-то трактор потащил телегу...
Смотрю, и тешит мою душу нега,
и в очередь толпятся строфы мне.

Анатолий Марласов

Кисловодск

ВЕТЕР

Шел по городу артист,
расстегнув рубашку.
Был душой он светел, чист -
Все в нем нараспашку.

ничего он не таил,
раздавал подарки -
листья желтые дарил,
Словно контрамарки.

Только дунет - листья вниз
Так и сыпет с веток.
ну и ветер - вот артист!
не видать уж лета.

Весь он ягодами пах,
лесом и грибами,
нёс в стремительных руках
небо с облаками.

долго сцену выбирал,
Выбрал - площадь в центре
и такое выдавал
искренно и ценно!..

* * *
Читать стихи, как в боль свою поверить,
Я не люблю читать свои стихи...
Когда невмоготу - иду к деревьям,
Что так неодинаково тихи.

Сосна молчит печально и сурово,
Ей не сказать, душою покривив,
она как бы оценивает слово
и отвергает выспренний мотив.

Берёзка верит искренно и чисто.
Её ли можно, люди, обмануть?
С прекрасным звоном облетают листья
и обнажают истинную суть.

А дуб стоит, как вологодский дядя,
Которому приходится кричать,
он нависает над моей тетрадью
и ставит достоверную печать.

Печаль и радость им доверить можно -
они так сострадательны к чужим.
Читать стихи? но это очень сложно!
давайте, как деревья, помолчим...

ПЕСНЯ

открою природы чудесные тайны
и сердце открою для чистой любви -
Берёзы россии, как струны гитары,
А ветры россии, как пальцы мои.

Припев:
и музыка, и музыка
Звучит, звучит во мне,
Широкая и русская -
Под стать моей стране.
и музыка, и музыка
звучит у нас у всех,
душевная и русская
и чистая, как снег.

и хлынут ручьи, как печальные слезы,
и ты свои чувства, мой друг, не таи,
Как струны гитары - березы, березы,
А ветры России, как пальцы твои.
Припев.

Мы все исполняем душевные песни,
о чем-то хорошем, о чем-то родном.
Березы и ветры, давайте все вместе,
Все вместе о Родине нашей споем.
Припев.

РОЖДЕНИЕ БЕРЕЗОВОЙ РОЩИ

Березовая роща в снегу -
Это логическое продолжение снега...
Я шел по полю как на лыжах...
и вдруг - чудо!
Березовая роща.

Как она появилась?
В заснеженное поле упал метеорит,
он поднял вверх столб земли и снега.
Каким-то непонятным для человеческого мышления образом,
Из снега образовались стволы,
А из земли - ветви.

Так появилась березовая роща.
Пусть кто-нибудь объяснит мне это иначе!

* * *

Чуть заикаясь от восторга,
Ты говоришь мне про Кавказ -
Про магазины курорторга,
ну и про горы пару фраз.

А я не знаю - мне сердиться
или совсем наоборот -
Ведь это ж надо умудриться
Жить на Кавказе целый год!

и после чушь нести про платья,
Про свитера и джемпера,
Скажи, не врезалась ли в память
Тебе хотя б одна гора?

Ты не бродила по ущельям,
Под звездным небом не спала,
Ты не следила за пареньем
Высокогорного орла?
но ты бормочешь с извиненьем,
Что было некогда: дела...

ВОРОБЕЙ

не пойму я, хоть убей,
лишь морской волною пьяный:
"Ты откуда, воробей,
Посредине океана?

где родимое село,
Пашня, свежая пшеница,
Что же в море привело,
Чем тут можешь поживиться?

Ты к сообществу привык,
Промышляя в серой стайке.
не пугает тебя крик
Белоснежных этих чаек?

Теплоход наш, как Антей,
оторвался от землицы,
ну а ты-то, воробей,
Сухопутнейшая птица,

Что ты в море, вдалеке
от своих собратьев юрких?
захотел бы - и в реке
Помочил спокойно клювик.

не пойму я, хоть убей,
Чем земля родная плоше?"
и ответил воробей:
"А зато тут нету кошек!"

* * *

"Россия - есть чудная,
но глупая страна" -
Сказала мне, не знаю,
но только не жена...

В какой-то загранице,
не помню - за какой,
давал я кушать птице
нетрезвою рукой.
и мне сказала птица,
наверно, какаду:
"Пора уж помолиться,
Предчувствуя беду".
и я ответил: " Знаешь,
Твои слова, как гимн.
Меня не испугаешь
известием таким.
готов и умереть я,
но так хотелось мне -
не в этих имяреках,
А в русской стороне.

Чтобы не ваши слезы -
их пальмы не прольют, -
А русские березы.
Пусть не сочтут за труд,
В сибирские морозы
Поэта помянуть".

Сергей Козьминых

Михайловск

В ДВА НОЧИ

Я служил при Белой Королеве -
"офицер при шахматном дворе",
До "Час Зет" - среди "других" затерян...
где-то "чёрный" джокер - в контригре.

Может не настолько всё и сложно,
Коли Время - да расставит по местам!
Только кони огнедышащие там,
Только пешка - с паспортом подложным! -

и привратник - в шаге первобытном -
Серо-красная фигура на реке:
В череде магических событий -
С саквояжем золота в руке...

Между прочим, так давно играют
от начала, до заката дней -
никогда там не воздастся мне.
ледяные взоры не растают...

Вся надежда на забытую Принцессу! -
Рыбкой сирою стоит под перекатом
До поры - вне исторических процессов:
ферзевая пешка в белом платье...

ПРОРОК

Бабье лето с привкусом весны...
Первый снег, как майский смех, растает! -
Больше сантиментов никаких:
Я - один из Поднебесной Стаи...

Пусть зависим от немыслимых причин,
Сроков жизни, ровно льдины талой, -
Есть ответ, когда ответов мало:
Я один - от Поднебесных Сил!

Может быть, в кармане ни шиша...
ничего, что чёрен, ровно ворон, -
Беспредельна вечная душа.
Я вернусь, как запоздалый "скорый".

и прочту, как с чистого листа
гений набело каракулями пишет, -
"CO2" - нет, кислородом дышит
на астрологический Кристалл...

Спирт - водой отнюдь не запивает
"Огнедышащий" - как попросту рожден -
Ходит, на штанины наступая,
Вестник отступающих времен.

ПОЭТИКА ПОДВОРОТНИ

Украдено пространство у стиха:
Всё перепродано и стёрто.
Восстановили впопыхах
Акустику, задор и чёрта...

Семь словоблудок и позёр
Слова тасуют так и эдак:
Всю пустоту свою поведав,
Свели к абсурду разговор:

"Вот, мол - поэтика была,
Шестидесятники слагали... " -
Такие вот, братан, дела:
Поэтов нет - одни медали... -

...и нахрена они нужны?!
А дальше - тяму не хватило:
Свели всё дочки и сыны
От "многоточек" - до могилы...

БОЕЦ

По-новой выбрался на ринг,
Когда-то "ярый и колючий", -
Весьма помятый господин,
Который снова тут получит:

100 грамм внимания толпы,
700 свечей от света рампы,
3 дюжины газетных штампов... -
Кумир... - за 20лет забыт?..

...Виски посеребрила вьюга,
но сердце "львиное" в груди.
Ты все же выйди, брат, из круга!
...не выходи... не выходи!

Пусть лучше вынесут тебя,
Зачинщик сотен диких споров...
Ждут у Дворца 15 "Скорых":
"Тут долгожитель", - говорят.

ЭЗОТЕРИК

У меня украли триста лет:
Запретили говорить, как зверю...
Я впотьмах угадывал свой свет,
Я в свою действительность поверил.

лишь сейчас, по выкрикам других,
По следам, по ниточкам, по точкам -
Я, как волк в ночи, сосредоточен,
Как подранок восстанавливаю стих...

У меня вдали, за двести миль,
Осторожна, ровно тень в пустыне,
Тот же наш вынашивая стиль, -
Тайна где-то в лисьем взгляде стынет...

Всё что есть приходит к нам оттуда:
города, войска, инфраструктура...
некий гуру в Вечности прикурит,
Оперевшись о галактик груду:

"...приползло с издёрганным вопросом,
Сотню зим отращивая перья,
Как утёнок гадкий, под откосом
Безыскусное крылатое безверье...

УЗРЕТЬ!..

Он хлопал крыльями, и криком
Болоту явно надоел.
и вот над топью многоликой
Однажды утром вдруг взлетел?! -

Воочью видели в полете
По-над кувшинками - орла!
и как Природа-мать смогла
Создать торжественное что-то?

Я тожеть слышал об орланах,
Мол, где-то что-то вдалеке... -
Стихи бывают в дальних странах,
Как крик зорянки на реке...

и в самом деле, краем глаза
не превзойдённого никем
Увидеть - чёткого в стихе -
Мне современника ни разу

не довелось... Хотя хотелось
Хоть заподозрить... - ни фига! -
Поганки, Цапли - мелюзга,
Шныряют камышовки смело...

ну, пусть - "Орлан!"... А где поэты?
и я ни к чёрту не готов.
Зато хотя бы знаю это -
Что самый маленький зато!

"По-э-зия!" - сплошная жуть.
найти поэта средь болота?!
Благообразным - хоть на йоту!
"Стихообразным" - хоть чуть-чуть...

(надеюсь всё-таки узреть
Стихи - чтоб самому взлететь!)

Наталья Окенчиц

Михайловск

В ЛЕСУ

Антонине Петровне (подруге)
Я летом нынешним опять
Ходила в лес, где страшно очень.
Когда душа бродить захочет,
Её так сразу не унять.

Я беззащитною была -
Совсем одна в лесной пучине.
Теперь в лесу холодный иней.
Орешек белочка взяла
Доверчиво из тёплых рук.
Мы с ней смотрели друг на друга.
и мир обрушился вокруг
От одиночества-испуга.

16.12.2011

ОЗЕРО СЧАСТЬЯ

Озера синь рябая.
Дно застилает илом.
А на прибрежных сваях
Доски - сплошным настилом.

ляжешь на доски эти,
Бросишь рыбёшкам хлеба.
Рядом резвятся дети.
Кто же счастливым не был?

нужно такую малость:
Бережно жить на свете,
Солнце роняет блики,
Детство зовет упрямо...
Кажется - вдруг окликнет
и приголубит мама.

ВИЖУ...

Мне гордиться уже нечем:
Время словно метёт в кучу
Красоту, и мечту, и вечер,
на котором была лучшей.

Только эта любовь к миру
Зацепилась в душе тайной.
настроенье кричит: "Вира!",
Даже если дела - "майна".

А в лесу зелень всё выше,
Под ногами хрустят палки...
Крот из норки своей вышел.
Он слепой. Мне его жалко.

Подбираюсь к нему ближе -
не заметил, грызёт жадно.
Боже мой, я весь мир вижу!
Я ещё поживу, ладно?

ЗИМА СПЕШИТ...

Уйдёт поспешная зима,
и мир покроется листвою.
А дальше - мокрая волна
Спасёт от солнечного зноя.

Там осень в парки позовёт,
Раскроет жёлтые аллеи.
и снова самый новый год
Распишет белой акварелью
и улицу, и двор, и дом,
Холмы, покатые откосы...
Скатает душу в снежный ком
и в тайны мирозданья бросит.

СТЫЛАЯ ЧЕРЕШНЯ

Мороз и ветер - "два в одном."
цветет до времени черешня
на этом свете безутешном,
где воют волки за селом.

Вдвоём напали на одну
лихие дети непогоды.
А в бесконечном небосводе
Сменилось солнце на луну.

Черешня всё перенесёт.
В корнях уже достанет силы.
Её бы только не спилили
Со зла в неурожайный год.

СЕКРЕТ

Поэты тех времён в альбомах дам
неплохо рисовали лошадей.
и прятали красавицы от мам
Рисунки, что дошли до наших дней.

Как хочется забросить все дела,
С любимым прокатиться налегке -
Подальше, за окраину села,
Чтоб мучилась рука в его руке!

. Зимой на тройке, в маленьких санях!
Как тесно в мире трепетной душе.
А я каталась с мальчиком на днях
По трассе на разболтанном "Порше".

О ПРОШЛОМ, О ЛЮБВИ...

Стихи сочиняли поэты.
не ездили автомобили,
А мчались по свету кареты -
По две лошадиные силы.

А в мире прекрасном и бренном
Природу не мучили люди.
лишь только любовь неизменна:
От сердца была, есть и будет:

Сверкает и гаснет кометой
Великая тайна земная...
А люди, как прежде, при этом
То подвиг, то грех совершают.

МЯЧИК

Свою жизнь проживаю не так.
Всё могло быть, возможно, иначе.
Уплывает стремительно мячик
на глазах у беспечных зевак.

Стало ясно: всё нужно самой.
Даже если погода плохая.
Я от страха глаза закрываю
и в пучину лечу за судьбой.

Подхватила стихия - вода.
Кто-то смотрит и, кажется, плачет.
Показалось - я попросту мячик,
Что не тонет нигде никогда.

ПРЕВРАЩЕНИЕ

Я тоже ребёнком была
С глазами большими, лучистыми.
Обман принимала за истину,
не знала заведомо зла.

Снежинки ловила с небес,
Росу собирала в ладони,
Ходила по ягоды в лес
и думала: "Время не тронет".

А этой последней весной
Природа не шутит со мною.
Я стану опять молодою,
Когда-нибудь в жизни другой...

ПОРТРЕТ

У каждого своё лицо,
им каждый запросто владеет.
но, Боже мой, оно стареет!..
и ты становишься творцом
Своих непрошенных морщин,
и свой портрет рисуешь ими...
К закату жизни станут злыми
Портреты тех, кто зло чинил.

ЛУНА-ЧАСЫ

Полная луна опять напомнила
Жёлтые настенные часы.
Мир духовный золотом наполнила,
Тем, что не положишь на весы.
Стрелок нет и нет делений-чёрточек.
Время измеряется в мирах.
Если хочешь жить без червоточины -
Ты увидишь вечность на часах!

ХОТЕЛОСЬ БЫ...

Прокатиться на саночках всё же
Этой самой пушистой зимой.
и ответить погромче Серёже,
Что он сильный, единственный мой!
и по-русски бы водочки тоже.
и смеяться, и падать в объятья.
Пусть подумает добрый прохожий:
"Ах, какое бесстыжее счастье."

ПОЭТЕССЕ

Я назвала тебя сестрою,
Сама не знаю почему.
и поманила за собою
В такую, право, кутерьму.

но ты не бросилась за мною,
Остановилась у черты.
Сестра, умытая весною,
Какая славненькая ты!

Продолжит запросто с лихвою
Две жизни время теребить.
Ты назовёшь меня сестрою
Когда-нибудь.
не может быть!

31.12.2010

Я ДОЛЖНА

В мире нашем уже не сложно
Отыскать непростую суть.
Всё казалось: "Мне кто-то должен".
Оказалось, что я - чуть-чуть.

Я должна! Виноград срываю.
Всем раздам своего вина.
Если я всё ещё живая, -
Значит, всё ещё я должна.

ПОПРАВКА

Мне сказали: "О душе пишешь."
Мол, зануда ты у нас, плакса.
но духовность обретёт нишу,
Даже если там лежат баксы.

Разгулялись по весне ночи.
наступаю всё на те - грабли.
Кто поставил на душе прочерк?
Бесконечности значок ставлю!

Тамара Андрусенко

Липецк

* * *

Меня теперь
не трогают цветы,
подаренные им
(какой-то холод источают).

Не распускаясь,
бутоны увядают,
лист будто неживой -
застывший, тёмный,
нет запаха -
он словно запечатан
во флаконе.

С недоумением
смотрю на них:
ведь я люблю цветы...

02.2012

* * *

крещенский День застыл
в торжественности тихой.
Слюдистой пылью
блещет снег.

Я у окна.
Шаль белая
скользнула по плечу,
и аромат свечи
расплавленной
с ночи плывет ...

2012

* * *

Роса сияньем утренним
рассыпалась по парку,
сверкает на траве,
на арках.
Зацепишь ветку -
скатится,
прильнет к лицу,
намочит платье...
Рукой смахнешь
и улыбнешься дню.

2012

НЕБО ПЛАКАЛО

Слезы печали
в окна стучали,
дробно по крышам,
ступенчатым крышам,
по веточкам тонким
скользили тихонько
в унылой сырости дня...

Дождик льется,
бормочет
и гонит печаль.

В каждой капле
вопрос невесомый,
но ранящий.

Многообразие сосудов:
Бокалы узкие высокие,
Плотные широкие,
Хрупкие -
крупные и малые,
Наполненные
цветом алым,
Белым, желтым,
Нежно-розовым,
и солнцем...

Разогреты запахи.
Чтоб удержать их,
Ночью закрываются
Тюльпаны.

Так хочется снега,
Сугробов до крыши,
холодного ветра,
Мятежного неба
и воя метели,
ломящейся в двери...
и солнца
В проталинах
Меж облаков.

Очнись же, Природа,
Взбунтуй, обнови
Всё, что стало
Привычным,
Застойным,
Послушным.

Жду перемен!

2011

* * *

О как ничтожны мы, малы
пред бесконечностью Вселенной!
С талантами и добротой
сердечной,
с жестокостью нечеловечной,
влюбленные и разлюбившие,
с достатком или без.
как ни доказывай
у рта ты с пеной
особенность свою,
пред Нею все равны.

* * *

холодным металлом
солнце блещет,
лохмотья туч и редкий снег
несет декабрьский ветер,
вороны заслонили небо
плотной сеткой.

Тревожно, холодно
уходит год.

Фигуры двойников
переставляются
по черно-белым
меткам

под аккомпанемент
угодливой лавины слов.

Нет перемен,
и веры нет.
Опустошенность...

* * *

люблю смотреть я
из окна,
когда, холодный, свежий,
Являешься ты
Поутру,
Скользишь по льду
иль, как ребенок,
Не обходишь
лужи.

Торопишься, летишь,
хочешь успеть
Девчонку-хохотушку
Завертеть,

С собакой поиграть,
Позволив ей себя хватать,
или загнать
Воробушков
Под крышу,

С восторгом
Прокатиться с горки
На санях, иль
В бабу превратиться снежную...
Сколько утех!

Очаровательный,
любимый
Первый снег
Непостоянный...

10.11.2011 Кисловодск

* * *

Осень...

Ворох листьев.
А вместо солнца
Яркий бересклет.

Осенний цвет
Дарит тепло
Прохладным теням.

Я небо трогаю
Рукой -

Оно так близко.

Туман и влага
По утрам.

Воскресли запахи
Земные -
То хризантемы,
Поздние клематисы
цветут - ползут
По перекладинам
На крышу.

Я слышу
Засыпающую осень...

2011

Юрий Краснокутский

Ставрополь

ВРЕМЯ БОЛЬШИХ СКОРОСТЕЙ

Мчится улитка по горной дороге -
лучше на брюхе, какие тут ноги!
Но обгоняет её черепаха -
Входит в вираж и не чувствует страха.

Гонится тигр за своей антилопой,
Если достанет, ушами не хлопай!
Но не нужны этой жертве слова -
Адреналином полна голова.

клочьями пена свисает из пасти.
В мире нас ждут и другие напасти.
Жизнь познаётся в упорной борьбе,
мы не хотим подчиняться судьбе.

Формула страха и формула боли
В чём-то тождественны между собою,
Сердце отчаянно бьётся в груди.
миг! И спасение ждёт впереди.

Скорости выше, от века до века,
Бешеный ритм покорил человека.
Нам не хватает порою минутки,
А оказалось, отстали на сутки.

Тем, кто свои упрощал интересы,
Трудно сегодня поспеть за прогрессом,
Если следить ты за этим устал,
То и от жизни надолго отстал.

Скорости звука, ракеты и света
Так далеки от приятного ветра.
Вот бы обратно мгновенья вернуть:
В тихую воду спокойно нырнуть,

милую встретить, дождаться зари,
Глядя в глаза, о любви говорить...
Только опять телефоны звонят,
Блики рекламы куда-то манят.

И никуда нам отсюда не деться,
лишь иногда вдруг сжимается сердце.
мы же с тобой из двадцатого века,
Там было проще понять человека.

В рёве турбин растворились слова,
Словно прошлась по мозгам булава.
То ли ещё нам с тобой ожидать!
Вот как пришлось за прогресс пострадать...

СТАРИК И ДОЖДЬ

Под чёрным зонтом
По асфальту и лужам
В пальтишке простом
По туману и стуже
Плетётся старик -
Никому он не нужен.
лицо выражает
Страданье и муки.
Наверное, есть
Где-то дети и внуки.
Но их отношенья
Не очень просты,
В руках у него
Полевые цветы.
Идёт на кладбище,
Где там, у стены,
могилу отыщет
любимой жены.
Положит цветы,
Посидит на скамейке,
от чёрной плиты
оторваться не смея,
Смешаются слёзы
С водой дождевой,
ромашки, как звёзды,
Сольются с травой.
Потом наш старик
Возвратится в свой дом,
И дверь отворит
И закроет с трудом.
Тихонько застонет,
да, детям не нужен,
И время припомнит
когда был ей мужем.

9 марта 2012 г.

ВРЕМЕНА ГОДА

(Транзит "Осень - Весна")
Приходит осень много лет,
меня встречая на углу,
И жёлтый лист, входной билет,
Прилип к холодному стеклу.

А рядом с ним потоки слёз
дождя, который тихо плачет.
казалось, это не всерьёз,
Что время всё переиначит.

Неумолим круговорот
И смена всех времён природы.
Вот снова осень у ворот
Стучится, как в былые годы.

Я к ней был раньше равнодушен:
Ну, что мне проку в октябре.
Но листопад мне срочно нужен
С травой в холодном серебре.

люблю бродить по листьям клёнов
В прозрачной тишине небес;
цветным пожаром опалённый,
Пылает сквер и ближний лес.

Вся жизнь - движенье по спирали:
Пройдут и осень, и морозы,
И как бы мы ни запирались,
цветущий май разбудит грозы.

Но за окном пока апрель,
Скворцы галдят неугомонно,
Уже проснулся тучный шмель,
По стёклам ползает со звоном.

как долго дремлющая сила
Весной в природе оживает,
И доброй дозы хлорофилла
живая клетка поджидает.

5 апреля 2012 г.

Полина Измайлова

Ставрополь

НАСЛЕДСТВО КОРОЛЯ ЛИРА

о, как наивен был прославленный король,
Из лживых уст елей, как песнь, внимая,
И как искусно обыграли роль
Наследницы, гордыню прославляя.

отец с пристрастьем дочерям внимал,
Но не узрел, что две из них притворы.
В тот горький час король не осознал,
Что невзначай открыл сундук Пандоры.

о горе тем, что красоту словес
оценит выше красоты душевной
И, вознеся тщеславье до небес,
Себя лишит любви благословенной.

Вот так, наследие при жизни поделив,
Узнаешь, чем наследуемый жив.

20.05.12

ВЕСЕННИЕ МЕТАМОРФОЗЫ

Весна - закоренелый циник:
Украдкой созерцая мир,
Вдыхая аромат глициний,
С надеждой грезит, что любим.

А вот романтик неуёмный,
Весь мир восторженно любя,
Грустит о том с улыбкой томной,
Что ничего вернуть нельзя.

Весна любого растревожит,
Настроит на особый лад,
Надежду в душах приумножит, -
И потому ей каждый рад!

ЗЕМНАЯ БЛАГОДАТЬ

Всех благ дарованных безбрежность
Так велика, что нет границ.
моя душа, питая нежность,
Клонится перед миром ниц.

о, путник, временно пришедший
В земную щедрую юдоль,
Блажен пребудешь ты, обретший
К земле нетленную любовь.

КАКОВ УДЕЛ

Куда ни глянь - народ повсюду грешный,
Не может с искушеньем совладать.
В Раю пребудет благодать конечно,
Поскольку людям рая не видать.

А в преисподней будет перебор,
Как говорится, будет Ад кромешный,
И в очерёдности, чтоб не возник там спор,
Сам о себе возьмёт заботу грешный.

СПЕШИТЕ ЖИТЬ

Пока обучишься ты сам всему, что надо,
Пока познаешь этой жизни суть
И подоспеет мудрости награда,
Уже, глядишь, пора в последний путь.

А посему, гони с пристрастьем леность,
Заполни созиданьем каждый час:
Навряд ли выше ты отыщешь ценность,
Чем жизни след, зависящий от нас.

БЕССМЕРТИЕ

Вода ручья по сути первозданна,
Струится он в речные берега,
И вместе с ней стал частью океана,
А жизнь, струясь, уводит в никуда.

А может, нет, а может быть, струится
она в крови всех тех, кого любил,
И в ком живёт твоей любви частица,
Коль ты ручьи святые породил.

ГРЕХИ ПО НАСЛЕДСТВУ

Хотелось бы попасть, конечно, в Рай,
да вот грехов с годами накопилось...
Но уповаем мы на Божью милость
И зрим себя среди небесных стай.

Представьте ж на мгновение, что Ева
Во гневе змею отповедь дала
И не вкусила яблоко от древа...
Была ль тогда б земля населена!?

ВЕСЬ МИР ВО МНЕ

С. Подольскому
У путника я вопрошаю:
"В чужбине скучно ли тебе?"
А он в ответ: "Я не скучаю,
Поскольку я живу в себе".

Ступаю прочь и восхищаюсь,
Его ответ звучит во мне.
Я в его сути обретаюсь,
И я, как он, живу в себе.

26.05.12

Алла Чотчаева

Кисловодск

В ПУТИ

Снова тревожный гудок электрички
будит в рассвет и торопит вперёд.
Бешеным поездом снова по "встречке"
суетный день, как всегда, настаёт.

Там, впереди - полустанок. заманчиво
осень роняет листву на пути,
словно мне истину шепчет запальчиво:
в жизни транзитной себя не найти.

В спешке покину вагон электрички,
в поле широком останусь одна,
сердцем свободно вздохну непривычно
и исчерпаю блаженство до дна.

Дальше пойду по траве вдоль дороги.
В рощу, быть может, сверну по пути.
Напрочь забуду дела и тревоги:
доли счастливей искать - не найти!

2011 г.

НОЧНОЙ ВИЗИТ

Захлопнулась калитка. Может, ветер?
А может, в безвозвратные края,
покинув навсегда меня поспешно,
шагнула в осень молодость моя.

Напрасно я терзалась до рассвета.
Мне не понятен всё же был разлад.
ловила каждый шорох, замирая,
но отзывался только листопад.

И у окна холодными ночами,
понурившись, стояла долго я
в надежде- вот откроется калитка
и возвратится молодость моя.

И вот однажды сердце вдруг забилось -
калитка тихо скрипнула в ночи.
Вошла неспешно в дом седая дама-
освоилась, участливо молчит.

2012 г.

ЗАТЕРЯННЫЙ РАЙ

Мой затерянный рай,
сердцу милый мотив, -
он повсюду со мной,
до него не дойти:
так понятен и прост,
и словами правдив.
Но дороги туда
мне уже не найти.

Там - рассвет серебром,
жемчугами роса,
лист, кленовый резной,
на скамейке лежит.
Там иначе горят
по ночам небеса,
По-другому поёт,
вдаль речушка бежит.

Там - родные глаза,
мой беспечный приют.
Там остались весна
и сиреневый сад.
Там теперь я - никто,
там всегда меня ждут.
Жаль, дороги уже
не найти мне назад.

Там остались весна и сиреневый сад!
жаль, дороги уже не найти мне назад!

2012 г.

МОЙ ЗАГАДОЧНЫЙ МИР

Мир наполнен тобой от зари до заката.
В каждом шорохе дня ты повсюду со мной,
То рассветом взойдёшь в жемчугах и агатах,
То росинкой взгрустнёшь над увядшей листвой.

Ветерком всколыхнёшься
над сумрачным садом,
Лист кленовый сорвёшь,
принесёшь для меня,
Очаруешь своим завлекательным взглядом,
За собой в отдалённую рощу маня.

Только, знаю, однажды осенней порою
Отшумит и замрёт мой загадочный мир.
Ты уйдёшь, и на землю с опавшей листвою
Налетит тишина на неслыханный пир.

Мир наполнен тобой от зари до заката.
Значит, счастлива я и безмерно богата.

2012 г.

ТЫ УШЕЛ

Ты ушёл, и город опустел, -
краски жизни вдруг куда-то делись,
звуки на осколки разлетелись.
Знаю, ты разлуки не хотел.

Ты ушёл, и город опустел, -
что-то очень важное как будто
вдруг во мне уснуло беспробудно.
Знаю, ты печали не хотел.

Ты ушёл, и город опустел,
и меня уже совсем не стало,
словно сердце биться перестало.
Знаю, ты мне боли не хотел.

Ты ушёл, и город опустел. -
Знаю, ты мне боли не хотел.

2012 г.

КРУГ ДРУЗЕЙ

Круг друзей становится всё уже,
Словно тает сердце с каждым днём.
кто сошёл с дистанции, кто - хуже...
Все чего-то в этом мире ждём.

ждём не громкой славы, не забвенья -
нас уже ничем не удивить.
Дай ещё немного вдохновенья,
коль друзей уже не воскресить.

2012 г.

НОМЕР В ТЕЛЕФОННОЙ КНИЖКЕ

Я порываюсь вновь набрать
знакомый номер.
Его владелец - давний друг -
недавно умер.

И был уход тот так нелеп
и неожидан.
А за окном февральский лёд
в стекло нанизан.

А за окном, как прежде, снег
идёт, вздыхает-
он утешенья тёплых слов
совсем не знает.

Я удалила навсегда
сегодня номер:
его владелец, давний друг,
недавно умер.

В ГОРОДЕ

В городе, кроме неба,
больше обзора нет.
Лентою меж домами
еле струится свет.

Высятся небоскрёбы,
мир, заслонив собой.
не золотятся дали
утреннею зарёй.

Здесь не пленят закаты-
всюду бетон стеной.
Звёздное небо тает
каплей над головой.

В городе, кроме неба,
больше обзора нет.

2012 г.

Иван Наумов

Ставрополь

ЧЬЯ БОЛЬ СИЛЬНЕЕ?

Я видел, как горят стихи,
как превращались в пепел строчки,
написанные от руки,
ночных бессонных бдений дочки.

В шального пламени руках
стихи, под властью чьей-то воли,
как "ведьмы" в средние века,
сгорая, корчились от боли.

И в стороне от лишних глаз,
Притихший дворик озаряли
И, ярко вспыхнув в первый раз,
В жестоких муках умирали.

Рассвет уж руки распростер,
но в сердце боль засела прочно
У той, кто бросила в костер
Подаренные кем-то строчки.

31.03.2012

СВЕТЛЫЙ СОН

Закончен день, на все похожий дни,
Улегся шум шагов чужих за дверью,
И остаемся мы с собой одни,
И ищем смысл, кто в вере, кто в безверье.

От жизни ожидаем ярких вех,
стремясь отгородиться от неврозов.
И сыплет дождь, переходящий в снег,
на листья неопавшие березок.

Идем по жизни без поводыря,
Одолевая время и пространство,
на лучшее, порой, надеясь зря:
Достал ноябрь своим непостоянством!

Мечтаем и во сне, и наяву
Преодолеть колдобины и рифы,
Чтоб как-то удержаться на плаву,
Цепляясь за развенчанные мифы.

Ты думаешь о чем в сей поздний час,
когда уже и осень на излете?
И все ж костер надежды не погас:
Душа у нас куда моложе плоти.

Дряхлеет тело. Все ему не так.
Уже и на этаж взойдешь с одышкой.
Давно мы с бега перешли на шаг,
но поддаемся возрасту не слишком.

И пусть тебе приснится светлый сон:
В нем сбудется все то, о чем мечтаешь...
А то что я пишу тебе письмо,
Ты этого, конечно, не узнаешь.

12.11.2011

ВОССТАНЬ ИЗ ПЕПЛА

Завалило мой сад порошей,
белоснежной периной ровной.
Может, я не совсем хороший,
только прошлое наше помню.

Мы привыкли идти по краю,
по обманчивой кромке острой,
не вела та дорога к раю,
не жилось нам с тобою просто.

Ты устала на слово верить,
наступая на те же грабли,
в суете не заметив двери,
где скрывается счастье бабье.

Может, это моя ошибка,
что не смог стать тебе опорой,
что надежда казалась зыбкой
в то, что всё утрясется скоро.

жизнь за это накажет строго,
долю кары сполна отмерит.
кто-то молит усердно Бога,
кто-то вовсе в него не верит.

Ты устала идти вслепую,
опасаясь скатиться в яму.
не сумел проторить тропу я,
чтоб шагала по ней ты прямо,

наливалась, как вишня, соком,
распускалась, как в марте, почки...
Только ставка была высокой,
непосильной для одиночки.

Говорят, что любовь не может
возродиться на пепелище.
Ты, как прежде, мне всех дороже,
хоть, возможно, другого ищешь.

Только точки над i расставить
я хотел бы с тобой, не скрою.
Значит, истина здесь простая:
двери в счастье находят двое.

20.02.2012

ВРЕМЯ КАМНИ СОБИРАТЬ

Известно всем, что жизнь у нас одна,
Такое свыше выдано нам право:
к любви - измены горькую приправу,
А все кричат: "О, времена! О, нравы!",
И было так в любые времена,
И Жизнь нам мстит за право жить сполна.

Мы прячемся за веские слова,
но я сейчас перечислять не стану
Все совершенства пушкинской Татьяны:
Они на нас воздействуют едва,
Зато в душе моральные изъяны
Растут, как в поле, сорная трава.

Забыли мы заветы мудрецов:
Так с давних пор устроено на свете,
Что лада не найдут отцы и дети,
Мы перестали чтить своих отцов,
Хотя они ж за это и в ответе -
не мы рождали их, в конце концов.

Встает дилемма - жить или играть
слепую роль в божественном сюжете,
когда на протяжении столетий
Лишь богу суждено за все карать,
А людям быть за все грехи в ответе:
настало время камни собирать.

29.12.2011

Инна Мещерская

Будённовск

* * *

Что такое ЛЮБОВЬ? -
не любя не понять.
Это пламя в душе
Со слезами в глазах.
Это вечная радость
И вечная боль...
И обретший её
Потеряет покой...

* * *

Жду тебя и буду ждать,
Сколько б жизни ни осталось.
Через вечность буду ждать,
Через годы, через старость.

Через тысячу замков,
Через "нет" и расстоянья.
Через сорок-сороков,
Через боль и испытанья.

Буду ждать тебя всегда,
Чтобы ты не обманулся,
Чтоб когда-нибудь "тогда..."
Всё-таки ко мне вернулся...

Жду тебя! Живу и жду!
От тебя ж такая малость:
Ты люби меня, мой друг,
Так люби, чтобы дождалась.

хоть на миг, всего лишь раз
Подари мне счастья птицу,
Чтобы взгляд любимых глаз...
И в руках держать синицу...

СЕРДЦЕ ГЕРДЫ

Я поняла тебя без лишних слов.
не надо сожалений, маеты.
Сюжет, написанный судьбой, не нов:
В нём есть отдельно я, отдельно ты.

мне ж просто захотелось помечтать,
Сыграть последний такт любви с тобой.
И в облаках, как птица, полетать,
Поспорив с нелетающей судьбой.

Ты знаешь, был прекрасен сей полёт.
но задышали небеса грозой.
как птица, я ударилась об лёд
холодных фраз, не сказанных тобой...

И сердце Герды льдом сковала боль.
И пеленой закрылись небеса.
И крылья, что подарены тобой,
Поникли, как при штиле паруса.

Сюжет, написанный судьбой, мне дан.
В нём от тебя всё дальше я лечу.
И табор торопящихся цыган
меня уж ждёт. И я тушу свечу...

16 мая 2012 г.

* * *

не спеши, подожди, постой...
Оглянись, посмотри вослед!
неужели количество зим
Не оставило в жизни след.
неужели твоя душа
Так черства и не плачет там,
Где бродили вдвоём с тобой
По знакомым лишь нам местам?
Неужели январский снег
Не напомнит тебе поры,
Тех прогулок по вечерам
По заснеженным тропам зимы?
Раскололась чаша судьбы.
Только память у нас одна:
как ни больно, но в памяти ты
И в сугробах белых зима.

* * *

кулис уж нет, и тайны все раскрыты.
Но почему ж так грустно на душе?
Не потому ль, что все слова забыты,
И зрители, и мы уже не те?

Театр жизни. Он приносит роли,
В актёры привлекая нас порой.
И невозможно жить без этой боли,
Что пульсом в сердце вносит непокой...

ДВЕ ДУШИ

На город мой опять спустилась ночь,
И суета сует уходит прочь.
И в тишине немой я жду ответ:
"Что скажешь, ночь, поможешь или нет?"

Там, далеко, за морем, у земли,
Где сонные застыли корабли,
Не спит душа в полночной тишине,
хоть не одна, но тянется ко мне.

Я знаю, ночь, ты сможешь нам помочь,
Замедлишь время, расстоянье - прочь.
И в вышине, над тёмною водой,
Ты, ночь, поможешь встретиться с судьбой.

Полёт любви! Ночное рандеву.
"Где ж ты, мой милый?" Я тебя зову!
Пусть наши души в сей полночный час
кружит любовь, да не покинет нас!

Над городом твоим встаёт рассвет.
Я далеко. И встречи нашей нет.
Лишь две мечты, объятые огнём,
Сияют нам в величии своём.

Алексей Сазонов

Белая Калитва

* * *

Небо в синих незабудках
Косо село на дома...
Я прислушался к рассудку
И решил сойти с ума.

Я решил уйти с вершины,
Там где снег и ветер лют,
В заповедные долины,
Где блаженные живут...

Распиликались клаксоны,
размигался светофор...
Я бросаюсь за препоны -
В неизведанный простор

... Что случилось?! Тривиально -
Те же люди и дома...
Я по прежнему - нормальный,
зато мир сошёл с ума!

БАНАЛЬНЫЕ МЫСЛИ

глупо, тут нет секрета,
лезть в воду, не зная брода.
Даже холодное, лето -
лучшее время года.

здравым советам внемля,
Не затыкайте уши!
звёзды не греют землю,
Но согревают душу.

Красивое - это грустно.
Любовь - это страх потери...
Во все времена искусство
Стучит в закрытые двери.

Скучно единообразное.
Плохо ходить раздетым.
Твердя об одном, все разные
Имеют в виду предметы.

Нищий и от полтинника
Может познать блаженство.
Даже святые иноки
Плачут о несовершенстве...

от колыбели - к тризне
Надежда всех за нос водит.
Мудрые смысл жизни
Ищут и не находят.

Судьба - фейерверк случайностей -
Нас лепит, как пекарь тесто.
Бог создал людские странности,
Чтоб жизнь не казалась пресной.

грешнику - смысл каяться,
Вору - точить отмычки.
Что от тебя останется,
Если убрать привычки?!

Многие бородатые,
Только не все - Толстые.
Чаще бывали распятыми
Преступники, чем святые...

Когда говорит оружие,
Тогда и законы - немы.
Блаженны умом недужные,
Но сами они - проблема!

В воздухе тает сказанное,
Написанное - остаётся.
Правда бывает разною;
Истиной что зовётся?

Свои у каждого сложности.
Квартира - ещё не крепость!
Бумага - символ надёжности:
хранит любую нелепость!..

КТО КОГО?

Всё пройдёт, что сердцу мило.
Жизнь права, и смерть права!
На заброшенных могилах
К солнцу тянется трава:

рви её, топчи ногами,
Торжествуй, пока живой! -
верх она возьмёт над нами,
Прорастёт над головой...

* * *

Дунул ветер, пыль взметнул с земли.
Зажурчали листья, потекли,
Заструились, жалобно вздыхая,
солнечными брызгами сверкая,
Образуя в голубых высотах
водопады и водовороты -
Бурные, как горная река...
ветер...
листья...
солнце...
Облака...

Виталий Асланянц

Лермонтов

НЕПОГОДА

Снова хмурится небо.
Дождь стучит по дороге.
Листья жёлтые сносят
ручейки под уклон.
Отчего ты сегодня
пребываешь в тревоге?
Может быть, есть причина -
чёрных туч эшелон.

В этот день непогожий
я иду через лужи.
Без зонта в сером ливне
весь до нитки промок.
и скажу без утайки:
этот дождь мне не нужен.
от холодного ветра
я изрядно продрок.

дождевые потоки
и в твоё бьют окошко.
По стеклу вниз стекает
полноводный ручей.
Выкрою я минутку,
забегу на немножко.
Чёрным чаем душистым
ты меня отогрей.

СВИСТИТ-ПОЕТ...

Свистит-поёт метелица
сегодня за окном.
мне до сих пор не верится,
Что мы с тобой - вдвоём.

мы шли сквозь встреч мгновения
и месяцы разлук.
Был счастлив, без сомнения,
Твоих касаясь рук.

В разряды гроз весенние,
В сухой июльский зной
дарил мне вдохновение
Прекрасный образ твой.

Ковром вокруг снег стелется,
Без устали метёт.
Свистит-поёт метелица.
Так пусть себе поёт.

ПРИШЛА ОСЕНЬ

Вот и осень пришла.
лист роняют берёзы.
Ты стоишь у окна.
Так задумчив твой взгляд.
Утром росы в траве,
Как жемчужные слёзы.
А на улице вновь -
Золотой листопад.

Стали ночи длинней.
В небе - туч хороводы.
А пустеющий парк
отряхнул листьев груз.
и приходится нам
Ждать ненастной погоды.
напевает в ветвях
Ветер осени блюз.

ПЕРСЕЙ

В лабиринте звёзд над головой
Светится созвездие Персей.
он плывёт, плывёт передо мной
из далёкой юности моей.

В небе я всегда его искал
и, конечно, быстро находил.
Я тебя без устали ласкал.
Я тебя безудержно любил.

Смотрит из далёкой высоты
Переменной яркости Алголь...
В целом мире всех милее ты.
Сердца радость, грусть моя и боль.

Словно притягающий магнит,
Наши взгляды приковал Персей.
А душа любовь к тебе хранит
С той далёкой юности моей.

ПРОЩАНЬЕ

Расцвеченный вечерними огнями
Гудел моторами аэропорт.
Пожертвовав насущными делами,
Пришла ты проводить меня в полёт.

И помню, как под своды терминала
В последний раз входили мы с тобой.
Ты мне с грустинкой лёгкой вдруг сказала:
"Мы больше не увидимся с тобой".

Когда над крышей аэровокзала
Проходит борт в прощальном вираже,
Я помню те слова, что ты сказала.
И больше их не скажешь мне уже.

УТРО

Слышнее стали утренние звуки,
И горизонт раскрасила заря.
Сегодня, после долгих лет разлуки,
Впервые я попал в твои края.

И был ошеломлён от чувств избытка,
когда передо мной возник твой двор:
Со смазанными петлями калитка,
С окрашенным штакетником забор.

Вот слышится: в кустах птиц щебетанье,
малиновки рулады с высока.
И от волненья затаив дыханье,
нажму я кнопку электрозвонка.

И может быть (я жду в надежде зыбкой),
Откинув шторки, выглянешь в окно.
Лицо твоё засветится улыбкой.
Ах, как же мы не виделись давно.

БЕЛОЕ ПЛАТЬЕ

Снова пары в танце завертело.
музыка плывёт со всех сторон.
Ты ко мне подходишь в платье белом,
С розовыми розами купон.

Смущена, а на лице - сомненье.
Хочешь пригласить на Белый вальс.
Я сражён. Спустя всего мгновенье
Этот танец поглощает нас.

В вальсе мы проходим круг за кругом.
нас с тобой мелодия ведёт.
не знакомы мы пока друг с другом.
Верю: радость встреч ещё нас ждёт.

С той поры немало пролетело.
может быть, сегодня не сезон.
В памяти встаёшь ты в платье белом,
С розовыми розами купон.

Виталий Василенко

Ростов-на-Дону

БОЛЬНИЧНАЯ ТЕТРАДЬ

* * *

Покорён я огромностью зала,
вышиной своего потолка.
Позади бесприютность вокзала,
где народец шпыняет в бока.
Отштормило семью, отвертело.
Вместо смерчей - покой, благодать.
Пятилетка мытарств отлетела,
ни крыла, ни пера не видать.

* * *

Таких перемен,
как в последние эти три года,
я четверть века не переживал,
не проживал, не переносил.
И собраться не мог я, мне пелось,
писалось урывками.
А собратья по цеху не тратили попусту сил.

А иные и вовсе себя показали
весьма деловыми и прыткими...
Я не ждал вдохновенья прихода
и музу о том не просил,
и не вёл переписку с Лягушкою,
Щукою, Рыбкою.
Перерыв этот мне только
творческой смертью грозил:

жить я мог бы и так,
соревнуясь от скуки с улиткою.
Что ж вернуло к столу?
Честолюбья, тщеславия зуд?!
Но фактически я
колобком ото всех укатился.
Может быть, надоело
в своём ковыряться носу,
или дух направляет меня
делать то, для чего я родился?!

27.06.04

* * *

ни там, ни там, ни там меня давно уж нет.
ни там, ни там, ни там меня к себе не ждут.
я никому не шлю
свой пламенный привет,
поскольку убеждён: там это вам не тут.

А там, и там, и там меняется состав.
Заглянешь иногда - не знают, кто такой.
зачем же начинать, как с чистого листа,
когда милей всего свобода и покой?!

22.01.06

* * *

от меня крайне мало зависит.
не прикажет никто и не свистнет.
нет за мной ни структур, ни штыков.
раньше было, да всё уже сплыло,
нет среды, что меня позабыла.
мир, пожалуй, всегда был таков.

Как же быть? Доживать потихоньку
и себя проявлять полегоньку,
чтобы числить могли на плаву?
Так годков этак на десять хватит,
если сердце НЗ не растратит,
чтобы точкой закончить главу.

28.06.04

* * *

Сегодня брали у меня из вены кровь:
врачу не ясно, что со мной
и чем я болен,
и страх под ложечкой
возник при этом вновь,
и я, потея, ждал невыносимой боли.

но не дождался.
стыд солдатику и срам.
Так точно жду,
когда сверло подводят к зубу.
Давали б мужикам
армейские сто грамм,
сбегались бы толпой,
как в молодости к клубу.

У женщин всё не так:
смелее слабый пол.
Врачам отбою нет
от жаждущих лечиться,
и спорят с червяком корова и волчица,
врываясь в кабинет -
кто первый на укол.

28.06.04

* * *

Мне о другом теперь не пишется...
Уходит в вечность коридор.
в больнице города не слышится,
и суета мирская - вздор.

здесь преднебесье и предадовость,
поскольку - каждому своё.
Иной анализ больше радует,
чем тот, кто в ящике поёт.

29.03.05.

* * *

Люди бродят, как тени,
нет ни сил, ни мочи.
на больничной постели
темперамент молчит.

взгляд вползает по стенке,
бороздит потолок:
то ли жизни застенки,
то ли смерти порог.

17.02.05

* * *

Особенно "лётным" в то утро был лёд:
в больнице закончился славный полёт.
Лодыжку скрепили холодным титаном.
Хромает она, опираясь на трость,
к тому ж обернулся саднящею раной
в распухшей лодыжке
непрошенный гость.

одно утешает, могло быть и хуже.
над нами судьбина зловещая кружит,
стремителен кармы когтистый налёт.
она поняла, что судьба промахнулась,
когда от наркоза в больнице проснулась:
ко льду на шоссе не пустил этот лёд!

17.05.05

* * *

в больнице был - и следом в госпиталь:
там больше денег и лекарств.
Что недодал ему Ты, Господи?!
Каких напастей и мытарств?!

на полосе препятствий каверзной
каких он рвов не одолел?!
А может быть, какой-то твари злой
он больше жизни надоел?!

06.05

* * *

Я укрылся от сует,
на меня никто не ставит,
постепенно время старит,
затемняя белый свет.

я всё чаще в стороне
и всё больше наблюдатель,
и совсем уж не мечтатель,
не пророк в родной стране.

20.03.05

Литературный Кисловодск. Февраль 2013 года - N48-49

Борис Поляков

Хабаровск

* * *

С неба льётся
химически правильный дождь,
С астрономией сверившись,
солнце ползёт.
Почему ж так неправильно
бьёт меня дрожь?
И не по конституции
так не везёт?

рассчитал все углы,
горы чисел свернул -
Счастье точно по гОСТу
должно быть сейчас!
но темнеет в глазах,
и в ушах слышен гул...
неужели рождён
не в положенный час?

Жизнь мою подчеркнёт
непрощающий Word,
Обозначит будильник
сигналом финал.
я неправилен тем,
что обидчив и горд,
Что так сильно любил
и любовь потерял...

2012 г.

ОКТЯБРЬСКОЕ

Казалось мне счастье возможным,
И листья желтели о том,
И был мой октябрь не тревожным,
А словно король - в золотом.

Кричали, казалось, мне птицы,
Сбиваясь в осмысленный клин:
"Не может любовь твоя сниться!.."
не может... реальна, как сплин.

Скукожились листья, поблёкли,
Дожди беспрестанно кровят.
На счастье надеяться мог ли
Мужчина времен октябрят?

2012 г.

МОРСКОЕ

горело море от зарницы,
Пылали красным берега.
Теперь мне часто море снится
И ламинарии стога.

Сквозь сотни миль,
прокравшись в дрёму,
Струится воздух соляной
И дразнит запахом знакомым,
В ночи беседует со мной.

Быть может, больше в жизни бренной
Я в море ног не замочу,
Но память снов моих нетленна,
В них чайкой вольною лечу...

2012 г.

* * *

Ночные струи воздуха душистого
Переплелись в поток довольно душный.
Палитра неба тёмная, но чистая,
И даже в некой степени воздушна.

Срываясь с веток, пенье полуночное
Не падает на землю, а порхает.
Нет перевода у меня подстрочного,
Но думаю, что песня неплохая.

Под крышу возвращаться мне не хочется.
Ночное небо - чем оно не крыша?!
К тому же дома - только одиночество,
Которое стихов моих не слышит.

2012 г.

Валерий Тищенко

МНЕ СНИТСЯ...

Мне снится клевер придорожный
и лес осенний и грибной,
и след лисицы осторожной,
и у дупла осиный рой.

Мне снится, как залив сверкает
огнями звёздных светлячков,
костёр искристый согревает
теплом нетрезвых рыбаков.

Мне снится запах голубичный
и первоцвет дурман-травы,
лесной посёлок пограничный,
ночное уханье совы...

Мне снится мир, который щедро
всё дарит людям, не тая:
женьшень, багульник, клюква, кедры...
Мне снится Родина моя!

Мне снится снег - январский, млечный,
блестящий в свете фонарей.
Проснусь - и ветер бесконечный,
и слизь декабрьских дождей...

Снежана Андрианова

* * *

Я Золушка на жизненном балу:
Всегда спешу в урочный час уйти,
И будет принц прекрасный поутру
над туфелькой вздыхать, а я - в пути...

А дома ждут привычные дела.
Вот только доброй феи в крёстных нет;
И вместо чувств - остывшая зола,
И в башмачке - окурки сигарет...

* * *

Опять в голодную толпу
Бросаю строчки, как монеты.
но для того я и живу,
Как, в общем-то, и все поэты.

Стихи - не деньги. Что копить?!
Мы их как душу отдавали.
А наши души - не купить!
но сытые поймут едва ли!..

Виталий Ключанский

УЕЗЖАЮ

Облетает яблоневый цвет.
Ах, какие будут урожаи!
Я б хотел покинуть этот свет,
но пока что просто уезжаю.

В этот год суровая зима
засушила дерева верхушку.
Я б и сам хотел сойти с ума,
но боюсь, повяжут и - в психушку.

Яблони засушенную ветвь
отрублю, что голову горгоне.
Я бы мог от счастья зареветь,
только горе прочь бесслёзно гонит

от домашних, от иных тревог
и от слова глупого тревога...
Я не Пушкин и, увы, не Блок,
мне осталось жить еще так много.

ПОСЛЕДНЕЕ

Как долго тянет ветер ноту.
Как листья ветру вторят шумом.
Казалось - вот мотивчик, вот он!
но новой песни не пишу я.

А потому что не у ветра
привык искать свои мотивы,
а у загадочного некто,
что не вмещается в картины.

Он где-то там стоит, за дверью
подъезда, пахнущего вечным,
и я, на грош себе не веря,
ему-то верю бесконечно.

Он ходит исстари доныне,
свидетель ада и нирваны,
а я - всего лишь глас в пустыне,
я - след вчерашний каравана.

Тяни по следу ноту, ветер.
Послушно, листья, трепещите.
Я спел - и нет меня на свете.
Следа напрасно не ищите.

Тамара Андрусенко

Липецк

* * *

"Кажется минуту назад было лето..."
А. Лобу Антунеш

Как запахли вдруг розы
В последние осени дни,
Когда солнца тепло
Ласкает,
И захлебываясь от тоски,
С криком птиц косяки
Истаивают.

Ароматы плывут,
Заполняют
Пространство в тиши -
Эти запахи впереди
Или рядом со мной
Будоражат
Память о лете.

2012 г.

* * *

Гале и Валере
Она вернется к вам
Холодною снежинкой,
Дождём весенним
Или полевым цветком,
Иль радугой раскинется
над вашим домом,
Скользнёт с улыбкой
Солнечным лучом,

Укутает туманом
Ранним утром,
Прошелестит в листве берез,
И в миллиарде звезд
Узнаете вы ту, одну,
Которая вас любит.

2012 г.

* * *

Я не люблю декабрь,
Застывший, серый.
Листва примёрзшая
Без цвета, без движенья.

Беззвучна тишина.
А в Питере - снега.
И отражает
Подмёрзшая река
Огни, дома старинные,
Соборов купола
И грацию мостов.
Дворцы в сиянии
голубовато-белом.

Как он красив зимой
В ночное время!
Шуршит по площадям
Колючая позёмка,
И музыкой звучит
Скольжение машин
сквозь снежный хруст.

Питер. Декабрь 2012 г.

* * *

Вот под окном орех,
А за орехом церковь
с перезвоном голубым.
Любимая сирень
ещё в листве приметной.
на горизонте -
зелёная гора.

А за окном живёт семья:
Он и Она, да Кошка Дуся,
похожая на них.
Дом удивительный:
покойно и легко,
как будто в нём была
уже когда-то.
Картины, книги, лёгкий аромат -
то хризантемы в вазе на столе,
их жёлтый цвет сияет.
Вопросы, разговоры, чтение стихов,
вино, улыбки - что за праздник!
но время истекло.
Оставив малую частицу,
я унесла тепло, их не спросив.

30.10.2010

Исанна Вороновская

Моздок

В ПУТИ

Тула тусклая
скрипучая от пыли и трамваев
встретила ржавою дружелюбностью
сказала - радуйся
случайному и уличному
ведь всё недолго и невелико
И я свободная от огорчений Вчера
и неумолимостей Завтра
тороплюсь бездумно безадресно
зачеркивая тупики
и на городских окраинах
выбрасываю вопросы
как камни из карманов

ЗВЕРИНЕЦ

Эти звери похожи
на муляжи или призраки
сидят вжимаясь в углы
или кружат по клеткам
наматывая километры и годы
у них нет никаких примет
только слащавые клички
и инвентарные номера
В застеклённой клетке
живут притихшие диковинные птицы
клюют свои горькие зерна
и совсем не поют своих песен
Ведь у них подрезаны крылья
чтобы не улетели
А вместо солнца их согревает
желтый фонарь
Здесь слон в нещадных цепях
обученный болью
в обшарпанной клетке качает
свое скоробленное оцепененье
Маленькие боги
мощь муштрою смиряют усердно
стальные узлы отекают тоской
исходят беспамятством нищие глаза
Долго долго будет стареть он
в тихие шорохи полуснов погружённый

ВОКЗАЛЫ

надежды вокзалов непобедимы
и пусть напрасны дороги по кругу
и мы возвращаемся
на свои станции порожняком
в мягкость нежных застенков и рук
где хлопотливые обряды дня
выкрикивают исчезающий день
и время стирает большие числа
наших надежд

Надежда Арясова

Минеральные Воды

ПОЭТИЧЕСКАЯ ГРУСТЬ

Грустит перо, когда затихло слово,
И струны молчаливые грустят.
В душе поэта тяжкие оковы
опять тяжелым бременем висят.

Молчит поэт: зачем же пустословить,
Когда на сердце вдохновенья нет?
Сомненья в муках нужно подготовить,
Чтоб в темноте увидеть добрый свет.

Ворвётся муза, словно вестник лета,
освободит молчанье от оков.
И зазвенит опять в душе поэта
родник любви, родник его стихов.

8.02.2012

ЖИЗНЬ - ЭТО БОРЬБА

жизнь прошла моя лёгкой походкой
С чистым сердцем и светлой душой.
И казалась удачной находкой,
В бездорожье, в разрухе большой.

Время в тёмных отрезках кружилось
То пурга, то дожди, то метель.
И в полоски зигзага ложилось,
Создавая во всём канитель.

Только свет, что добро излучает,
Помогал выбрать правильный путь.
Не позволил от чёрных печалей
В лабиринты обрыва свернуть.

Доброта сопрягалась с терпеньем,
Силы духа боролись со злом,
разлетались обломки сомненья,
Что не благостно, чуждо - на слом.

Только в этом отрезке коротком
Вспомнить можно с улыбкой о том,
Как со светлой и лёгкой походкой
жизнь шагала тернистым путём.

8.01.2008

РАДУГА ЖИЗНИ

росла я в детстве, как травинка,
Вдыхала жизни аромат.
Бежала из дому тропинка
В тенистый яблоневый сад.

Там ручейки меня поили,
Цветы в лугах ласкали взгляд.
Деревья фруктами кормили,
И пел мне песни листопад.

Мне звёзды мудрость посылали,
И солнце освещало путь.
Манили ласковые дали
Куда-нибудь, куда-нибудь.

Природа щедро мне дарила
Свою волшебную красу.
Ту, что сквозь годы до могилы
С собой по жизни пронесу.

ОСЕННИЙ КАЛЕЙДОСКОП

На серебристых паутинках
Играет ветер полонез.
И в ярких праздничных косынках
Кружась, поёт осенний лес.

Наполнен красками природы
Калейдоскоп прекрасных дней.
Дыханье утренней прохлады
Горит в рябине всё сильней.

Нас осень в гости приглашает,
Послушать леса "а капель",
Где в листьях радуга играет
И брызжет неба акварель.

Тоску, усталость исцеляя,
Душа поёт в благоговенье.
Насытит осень золотая
Меня волшебным вдохновением.

10.10.2012

ЗАКАТ

В горизонте вечернего света,
Подпалив коромысла покат
Пересохшего знойного лета,
Догорает вишнёвый закат.

Вот уж сумрачный бархатный лучик
одиноко сверкнул между век.
По темнеющей россыпи тучек
К горизонту прильнул и померк.

Всё уходит бесследно когда-то:
Горе, радость, порывы души.
Грешно было, а может быть, свято,
Не узнать в потаённой тиши...

отчужденностью гложет утрата,
Не вернуть нам былого тепла.
Разноцветные блики заката,
Извиваясь, сгорели дотла.

Декабрь 2009 г.

* * *

Стучал ты в калитку и в ветхий заборчик,
И прятал букет за спиной.
Но я все держала закрытым замочек
от воли безудержной встречи с тобой.

В окошко я видела взгляд твой лучистый.
Как счастьем светилась и пела душа!
И весь небосвод под луной серебристой
о доле счастливой моей предвещал.

И сделать бы мне в западне одиночества
Всего лишь один, лишь один поворот,
Чтоб сбылся тот сон и святое пророчество,
Мечты моей дальний полет.

закралось мне в душу лихое сомнение,
Боясь подчиниться судьбе.
И я отказала, не веря в спасение,
Скорей не тебе, а себе.

Февраль 2010 г.

Григорий Пилипенко

Кисловодск

ОСЕНЬ

Средь густых деревьев приумолкли птицы,
Осень заползла к ним рыжею лисицей,
Обжилася в чаще и машет хвостом.
Дом её теперь там, под желтым кустом.

После дней погожих тучи солнце скрыли.
Налетели вихри, листья закружили.
Шаловливый ветер начал что-то злиться
И сорвал с деревьев последние листья.

Своей чередою всё идет в природе:
Голые деревья стоят в хороводе,
Расстались с листвою, жёлтою, багряной,
Будто собралися всей толпою в баню.

Стоят обреченно, им не до веселья:
Предстоит купанье под дождем осенним.
А на них смотрели и птицы, и люди:
Вот какие стали! Что же еще будет?

над тихою речкой по утрам туманы.
Улетели птицы в далекие страны.
вид голых деревьев как-то душу ранит,
А холодный ветер в ветках хулиганит.

Вера Данилова

Пятигорск - Москва

ПОЖАТИЕ ХВОЙНОЙ РУКИ

Я стану сосной -
на крутом берегу,
где ветер поет по весне.
И песню венчальную
я сберегу,
слова повторяя во сне.

далекого грома
услышу раскат
и шорохи сонной реки.
Встречаю восход,
провожаю закат -
пожатием хвойной руки.

И роза ветров
зацветёт для меня
лучистым соцветьем дорог.
А после, смолистой
слезой отзвеня,
я лягу на чей-то порог...

СКАЖИ МНЕ, ОСЕНЬ!

скажи мне, осень, те слова,
Которых я не знала раньше.
или придумай их сама,
ведь ты мудрей меня и старше.

верни мне, осень, те слова,
что я нечаянно забыла,
когда нагрянула зима,
я печку ими затопила.

найди мне, осень, те слова,
что потерялись в суматохе,
когда житейские дела
петлю накинули на вздохе.

Ты собери мне те слова,
в ладонь которые поместишь.
ведь знаешь только ты одна,
кому в ночи звездою светишь.

Я БУДУ ЖДАТЬ!

Я буду долго ждать тебя,
и сотню свеч сожгу за вечер,
слова уныло теребя
и нервно вздёргивая плечи.

Я буду ждать под шорох свеч,
отодвигая дни и ночи,
усильем вздернувшихся плеч
на завтра взгляд сосредоточив.

Я жду сегодня, как вчера,
и завтра буду ждать в надежде,
скрипеть обломочком пера,
писать слова одни и те же.

Проходят дни, а я все жду,
свечей сгоревших не считая.
Я счет давно уж не веду
и на ромашках не гадаю.

Литературный Кисловодск. Июнь 2013 года - N50

Татьяна Норландер

Санкт-Петербург

* * *

По комнате осколки бытия
разбросаны.
Уютный запах кофе.
И сушек россыпь, и лимон,
и бутерброд.
И смех девчонки рыжей,
И народ, пришедший на огонёк
С соседом,
И все другие: Наши, Мы, Друзья.
И Новый год, огни, мороз и хвоя.
А дальше: двое, двое, трое...
И снова двое.
С сыном маленьким,
Уснувшим
после боя
часов.
От прошлого закрыты на засов.
И в дверь давно не раздаётся стук.
Продукты на столе остались
как резервы.
И я стучусь в закрытые консервы,
И в банке глухо исчезает звук.

Андрей Канев

Сыктывкар

* * *

Глазом прожектор скользнул по "колючке",
Лай расколол тишину.
Хочется, хочется, хочется случки
Сытому вдрызг кобелю.

Нары скрипучие, нары плакучие -
Мягок ребристый горбыль.
Спят на них, корчатся зэки вонючие -
Нашей истории пыль.

Видимо, снится им родина светлая,
Взгляд соколиный Вождя...
Где же шатаешься ты, неприметная,
Сучка для мобкобеля?

Пёс изошёлся весь лаем и хрипами,
Людям мешает он спать.
Завтра займутся делами Великого...
Чёрт вашу за ногу мать!

Сосенки-ёлочки, кубики-полочки,
Брёвна терзает топор.
Стук этот всё ещё, словно иголочка,
В сердце сидит до сих пор.

Выйдет амнистия, выйдет, родимая.
Скинутся все по рублю,
Купят овчарочку некобелимую
Сытому вдрызг кобелю.

Пусть насладится он ею, натешится...
С древа истории в крик
Память, как веточки,
временем счешется...
Символ - усатый старик.

Ну, а пока светотень - по "колючке",
Вой теребит тишину -
Хочется, хочется, хочется сучку
Сытому вдрызг кобелю.

* * *

Хочу домой, и нет предела страсти.
Хочу, чтоб лес, и поле, и река.
И я, московский проигравший кастинг,
На зло всему упился коньяка.

Хочу домой, пускай порвутся связи
С людьми, что не становятся живей.
Не получилось мне из грязи в князи.
На родину хочу, в страну друзей.

Хочу домой, мечтаю, снится мама
И улицы, и девочка-строка...
В моих стихах нет питерского шарма
И, как у колобка, грязны бока.

Хочу домой, там родина, там ценят,
Встречают по уму, не по столу.
Столичным городам я отдал цену
Двойную, да за что вот, не пойму.

Хочу домой, хочу не самолётом,
А так, чтобы вагонный перестук...
Хочу домой, но не пускает что-то,
Ненужность встреч да суетность разлук...

* * *

Изгиб реки, укутавшейся в снег.
Вдали сосновый бор в опушке снега.
Смотрю, и теплит душу мою нега.
И затихает мыслей скорый бег.

Теперь я понимаю почему
Перо в деревне тянется к бумаге.
Везут на дровнях сено по селу,
За ним пурга таит себя в овраге.

Над избами дымок струится в небо -
Там перекрестья самолетных струй.
Смотрю, и тешит мою душу нега,
И шепчется любимой: "Не горюй..."

Лохматый пес на бронзовой цепи
Хранит покой хозяйского удела.
Во мне еще так много всего спит,
И сделал я лишь половину дела.

Вдруг мир взорвался звуком в тишине:
Куда-то трактор потащил телегу.
Смотрю, и тешит мою душу нега,
И в очередь толпятся строфы мне...

* * *

Когда поют девчонки про любовь,
Когда заходит солнце за пригорок,
Когда ещё далёк-далёк Покров,
А урожай ни сладок и не горек, -
Распахнуты заставенки души,
Растворены речным потокам шлюзы.
Заточены под нож карандаши,
Шипит иголка на пластинке блюза...
Так чай с морошкой золотисто чист,
Как будто нежный промысел младенца.
Дорога, словно шелковистый плис,
Утоптана и пятками, и сердцем.
Тихонько вянет розовый букет,
И бабушка сказит, вращая прялку...
А сын растёт и меньше ест конфет,
Любимая устала от подарков.

Когда ещё далёк-далёк Покров,
А урожай ни сладок и не горек, -
Тогда поют девчонки про любовь,
И солнышко заходит за пригорок...

* * *

Когда враги теснят ряды,
в них легче попадать.
Когда заря ещё под горн не пляшет,
в окопах тёплой каши
с бойцами похлебать...
Ведь всё равно победы будут нашими!

Мы все однополчане
не выживших полков,
однополчане за чертой заката.
За той чертой
всё больше наших мужиков...
Мы скоро тоже будем там, ребята.

На облаках пушистых
присядем у костра,
потравим байки о былых дозорах...
Как долго помиралося,
как жизнь была быстра,
ну и чуть-чуть о бабах в разговорах.

Одну цигарку пыхнем на колхоз,
патроны посчитаем в магазинах...
Любимая, не надо стылых слёз,
в полку живые есть ещё мужчины.

Екатерина Полумискова

Ставрополь

* * *

Я понимаю, это не любовь,
а только взглядов соприкосновенье
и безвозвратность каждого мгновенья
с досадной недосказанностью слов.

Не слёзы, а дождинки по стеклу -
после грозы неистовой в апреле.
Ещё Амур не выпустил стрелу,
а только держит нас с тобой в прицеле.

А если так, то это не беда,
и мы с тобой ни в чем не виноваты.
И, значит, мы никем и никогда
не будем за любовь свою распяты.

И лишь когда спадёт ночная мгла,
и метеоры чиркнут по Стожарам,
два наших сердца догорят дотла,
объяты на двоих одним пожаром.

* * *

Королева привоза -
Рыжий локон и ножки,
Как голландская роза
Среди дынь и картошки,

Средь петрушки с укропом
Да изделий из теста,
Предпочла всем Европам
Это бойкое место.

Отчего ж в кулуарах
Так всегда говорится:
"Торговать на базарах
не пристало царицам!"

Даже тем, за кордоном, -
Ни за рубль, ни за веру.
Даже русским Мадоннам.
Даже в новую эру.

* * *

Отель у моря. Сонный берег.
Цепочка скал. Пустынный пляж.
И зной... Безжизненный пейзаж!
Чужой до боли, до истерик,
и до безумия "не наш".

Подогнанный под стиль "экзотик"
ближневосточный колорит:
на солнце выцветший гранит,
и неба выгоревший зонтик
предусмотрительно раскрыт.

И словно скарабеи, крабы
земной усердно катят шар
в жару через пески, ухабы...
И в юбках клетчатых арабы
спешат под вечер на базар.

Здесь мир иной, свои законы,
и власть зыбучего песка.
А днем - смертельная тоска,
на стенах - шустрые гекконы,
на завтрак - чай без молока,
с клубничным джемом бутерброды,
глазунья или же омлет.
И выхода другого нет:
печать колониальной моды
иль независимости свет?

Одно спасение - прогулки
под звездным небом при луне,
рыбачий парус на волне,
у ног - прибоя рокот гулкий,
да степь цветущая. во сне!

* * *

Весенние сумерки в дом наш прокрались.
Я нравлюсь тебе в этом платье, скажи?
Опять ты про кризис,
а я - про физалис,
да так, что извилины в узел связались,
поди - развяжи!

Что мне остаётся? Задёрнуть гардины
и слушать рассказы и сплетни про свет,
про русскую баню, про то, что едим мы.
Вот дождь барабанит. Ему всё едино -
Что есть мы, что нет.

Взгляни мне в глаза и забудь на минуту
про всё, что ты знаешь, про весь этот бред -
про бизнес, про цены на нефть,
про валюту. -
И ночь промелькнёт, облетая под утро,
как сакуры цвет.

А там, по ту сторону шара земного,
вчерашний едва завершается день.
Обвал котировок? Об этом - ни слова!
Весна! И давно распуститься готова
у дома сирень!

Пока будет город в сиреневой блузке,
не "падать" рублю, как не плыть кораблю
по руслам сухим наших улочек узких.
Быть может, я всё ещё мыслю по-русски?
По-русски люблю?

По-русски живу. Ты прости, я не верю
в зависимость счастья от игр биржевых.
Успех эфемерен в финансовой сфере:
сегодня - сверхприбыли, завтра - потери,
остаться б в живых!

Пойми, этот мир обезумел от злата
и ждёт наказанья. Мы сядем в ковчег.
И память о том, что любили когда-то,
нам будет наградой и вечной расплатой
за этот побег.

* * *

Месяц серебряным неводом
Ловит под утро созвездия.
Осень - как Дух Возмездия.
Только бежать мне некуда.

Головоломками странными
Чаша судьбы наполнена.
Между людьми и странами
Счастья не будет поровну.

Светом пространство залито.
Но не пройти мне заново
Там, где холодное зарево
В небе играет скерцо.
Не отогрелось за лето
Моё изумрудное сердце.

Анатолий Марласов

Кисловодск

* * *

А вы видали северное небо?
Оно собой напоминает невод:
Водой переливается в нем воздух
И рыбьей чешуей сверкают звезды.
О невод чешут круглые бока
Диковинные рыбы-облака.

А вы видали северное небо?
Оно прелестно, как одежда Евы.
В нем тысяча оттенков, тонких линий,
А ночью - украшает месяц-бивень.

Но почему не слышу я ответа?
Так вы видали это небо летом?
В подзорную трубу - в отверстье чума?
Прекрасней чуда не могу придумать.
Оно как будто спеленало чум,
Оставив нам дыхания чуть-чуть.

* * *

Всё было тихо и спокойно -
Ну, прямо, Божья благодать,
Когда тревогой с тёплых коек
Сорвало заспанных солдат,

Когда они, ругнув тревогу,
А заодно и старшину,
Ушли как будто ненадолго-
На самом деле, на войну...

ВЕТЕРАНАМ

Дорогие ветераны,
Снова вместе за столом.
Кто-то в рюмки, кто в стаканы -
Значит, все-таки живем!

Да, побаливает печень
И не так стучат сердца,
Как хотелось. Мы их лечим
До печального конца.

Вот мы встретились сегодня,
Может песню запоем...
Сколько Господу угодно,
Столько мы и проживем.

Так что мы еще живые,
Если люди помнят нас.
Ну и что ж, что пожилые,
Чуть живые - в самый раз!

МОЛИТВА

Господи, ну, прояви ты милость
К неодушевлённым этим птицам.
Я хочу, безбожник, помолиться,
Чтоб они взлетали и садились!

Все - без обречённого трагизма -
От малышек до орлов-громадин...
Чтоб ошибок не было в романе,
Смертью обнаруженной и жизнью.

А ещё хочу просить я честно
Бога (Он ведь с небом синим связан!)
Чтоб не допускал он, ах, ни разу
В аэропортах задержки рейсов.

Я хочу - не больше и не меньше,
Не скрываю ни мечту, ни тайну:
Пусть всегда летит по расписанью
Самая любимая из женщин!

Лучший Спец по чуду и наитью
Не ответил на мою молитву.

* * *

Все хорошо, все так как прежде,
Все та же молодость стиха,
Но я иду уже, как Брежнев,
И, как Черненко, задыха...

Конечно, это черный юмор,
Но понимаю четко то,
Что если я бы завтра умер -
Не удивился бы никто.

И, может, только Саша Шишкин
Меня бы с Пушкиным сравнил:
"Марласов Анатолий, ишь ты, -
В седую вечность угодил!"

И, может, только Волчек Вова
Сказал бы мудро и светло:
"Вначале было все же слово -
Оно-то к смерти привело!"

И, может, только Г.Казанцев
Воскликнул с горя: "Ё-моё!
Живут же всякие засранцы,
А этот умер, да и всё!"

И, может, только Саша Гербер,
Мой старый и надежный друг,
Заплакал бы на их-то Эльбе
И сам вступил бы в мёртвый круг.

И, может, только... Это значит,
Но я уверен только в том,
Что лишь жена моя заплачет,
Как о субъекте дорогом.

Наталья Окенчиц

Михайловск

ДВЕ НАКИДКИ

... Две накидки на плечи:
Шаль шерстяная и небо звёздное.
Как разгулялся вечер!..
Счастье пришло, ранимое, позднее.

Вот я стою, растерянная.
А впереди - дорога.
Одна накидка потеряна.
А вторая от Бога...

ВМЕСТЕ С ПРИРОДОЙ

Беспокойно берёза зашумела листвою.
Подошла к ней, прижалась,
говорю: "Я с тобою..."
Осень листья срывает и бросает повсюду...
Я с тобою, берёзка, двадцать лет ещё буду.

Это, кажется, много или всё-таки мало?
Помню - в детстве цыганка
нам с подружкой гадала.

Нет уже той цыганки.
Мы с подругой не дети.
Все сбылись предсказанья...
Я уйду в тридцать третьем?..

Солнце прячется, стынет
неуютное небо.
Для синичек в ладони
крошки вкусного хлеба.

А для белок - орешки.
Буду с ними в ненастье.
Ах, природа, природа...
Моё тихое счастье...

НЕПОГОДА В НЕБЕ

Вечер. Ветер. Мелкий дождь.
Ты сидишь и кофе пьёшь.
По окну вода струится.
В небе - маленькая птица.
Холодно бедняге там,
Голодно бедняге там.
Есть и воля, и полёт,
Но никто её не ждёт.

ЩЕНОК

Он родился в лесу - псиной.
Был комочком смешным, тёплым.
Рядом пруд зарастал тиной.
Дяди сытые шли, тёти...

Мать-собачка ушла как-то,
В неизбежность его бросив.
И ругают щенка матом.
Он всего лишь поесть просит.

Как ему поступить, люди?
Он живой и скулит сильно.
Передали: "Дожди будут.
Вероятней всего, ливни".

БЕСКРАЙНЯЯ ДУША

Для души ограждения нет.
Знать, она бесконечно большая!
Это в ней зародился рассвет.
В ней летит поднебесная стая.

Поместились леса и поля,
Удивляя своей новизною.
В ней цветы прорастают весною,
И вращается наша Земля.

Ты, душа, необычный багаж.
Вот и думаешь ветреной ночью:
"Если душу такую предашь -
Она станет малюсенькой точкой... "

ПРИХОД ВЕСНЫ

Как бывало, птенцом малым
Посижу на пеньке старом.
Я весну обожать стала:
И тепло, и снежок талый...

Ты меня не зови лучше,
Дай сказать красоте этой:
"Моя жизнь на Земле - случай,
Переход от весны к лету".

Скоро мир обретёт листья.
Звонко тает лесной иней...
Согревают меня мысли.
Управляет любовь ими.

ПОЧЕМУ?

Почему ничего не боюсь?
Вот и я оказалась сильной.
Как поспешно проходят ливни,
Так бесследно проходит грусть.

Это кто мне нелегкий путь
Уготовил на свете белом?
Почему я уже успела
"Не бояться, не верить?.." Жуть...

Стала круглой луна, как сыр.
К ней крадётся лисицей бурою,
Достигая другого уровня,
Хрупкой женщины сильный мир.

"Успокойся - себя прошу -
На простую смени одежду.
Оставайся такой, как прежде".
А за окнами страшный шум.

ЗА РУКУ...

Фрактал - супругу
Убегает дорога вдаль.
Там закат. Он пылает заревом.
Я сама бы умчалась. Жаль...
Это ты меня держишь за руку.

Праздник мая. Бушует страсть.
В тёплом небе летают шарики.
Я бы в небо сама взвилась!
Что же ты меня держишь за руку?

Стали плохо идти дела.
Корни в почве. Там нет фонариков.
Я бы в землю уже ушла.
Только ты меня держишь за руку.

КАМЕНЬ

О здоровье стихи пишем,
Но сугробом оно тает.
Я во сне иногда слышу -
Приближается звон рая.

Там светло, не нужны деньги.
Только истину я знаю:
Я однажды была в детстве -
Вот что было моим раем!

Часто мы не поймём сами,
Как прекрасна Земля наша.
Каждый прячет в душе камень.
Непосильна порой ноша.

ПРИРОДА ЛЕЧИТ...

Не ходите со мной в будни:
Не по-доброму там дразнят.
Я сегодня в лесу буду,
Где природа даёт праздник.

Я сегодня пойду полем,
Поднимусь вот на ту гору...
И не будет в душе боли,
Что штормует сейчас морем.

Я сегодня опять стану
У природы просить силы.
Мне залечит она раны.
Хочешь, вместе пойдём, милый?

Виктор Алексеев

Село Новозаведенное

ЮБИЛЕЙ ЛЮБВИ

Галине Сапроновой

НОСТАЛЬГИЯ

Жизнь - одна канва сравнений.
Знаю точно, без труда.
Улетела без сомнений
Уравнений чехарда.

После выходок "прикольных"
(Посмотреть в "свое" окно),
Что в тени каштанов школьных
Двоек нет давным-давно.

Дамба в поле, как поляна,
Вмиг наполнится опять.
Наш "спецназ" С.Борохтянов
Будет всех девчат спасать.

Только вряд ли повторится,
Хоть к Венере улетай.
Светлой Юности страницы
Льются в сердце через край.

Нет линеек и в помине,
Не учить предметов рать.
Даже старосте - Галине
Вечер школьный не собрать.

ГЛАЗА

Покорить вершину так приятно:
Шла вперед по жизни, напролом.
Пролетали годы безвозвратно.
Но жалеть не стоит о былом.

От судьбы подарки принимала,
(Носит от рожденья и поныне):
Ведь судьба глаза всем раздавала.
Подарила карие - Галине.

В очереди некогда стоять.
Может быть и были голубые.
Но судьбу не надо обвинять,
Что достались волосы льняные.

Ничего с судьбою не поделаешь.
В мире появились чудеса:
Под волос копною бело-белою
Расплескались карие глаза.

Шанса большего судьба не даст.
Не резон перечить небесам.
Так и ходит по земле "контраст",
Не стыкуя волосы к глазам.

И по жизни уж который год
В этом мире с истинами старыми
По знакомым улицам идёт,
Удивляя всех глазами карими.

17.08.12

А БЫЛО ЛИ?

Был ли выпуск в семьдесят девятом?
Каштаны, может, скажете, цвели?
"Отличники" - отличные ребята -
Девчатам говорили о любви?

А в той парадной липовой аллее,
Где липы очень грустные стоят,
Не говорил Сергей тихоне Нелли,
Что не забудет ее скромный взгляд.

И миг любви был необычно близок,
Но встреч никто "беспечных" не искал.
Иван Галине не писал записок
И даже о любви не намекал.

Ждали все надёжного совета,
Не считая прожиты года.
Думали, расстанемся на лето,
Только оказалось - навсегда.

Все пошли неведомой дорогой.
Каждый - уникальною, своей.
Все мудрее становясь во многом,
Но забыв про юность и друзей.

Мы не грезим встречей долгожданной,
Созидая собственный уют.
Но у школы липы и каштаны
Всё равно нас терпеливо ждут.

22.01.2013

* * *

Прошло немало времени,
Но много лет подряд
С твоим слагаем именем
Твой искрометный взгляд.

Поклонники, пусть бывшие,
Посмотрят грустно вслед,
Хотя тебя не слышали
Уже так много лет.

Живи всегда цветущею
Вдали от всех забот.
Пусть внуки тебя слушают,
И жизнь вперед идет.

Пусть с этим трудно справиться,
Нисколько не жалей.
И |продолжай всем нравиться,
Забудь про юбилей.

Не старайся взрослою казаться,
Вдаль по жизни ты смотри смелей.
Продолжай все также улыбаться:
Ну какой в "семнадцать" юбилей?

2012г.

Владимир Горбань

Пятигорск

* * *

Человечество издревле
восхваляло все союзы.
И пословицу сложило -
"батьку бить гуртом сподручно".
Но сначала били зверя,
чтоб самим залезть в их шкуры.
С тех далёких дней примерных
появилась честь мундира.
По сей день мундиры кормят
всех чиновников исправно.
Потому для них союзы -
это скатерть-самобранка.

Союз женщины и мужа
крепят небом и печатью.
И приветствуют их браки
поздравлением сердечным
и подарком от души.
Но с печалью сверхприскорбной
принимают весть развода.

А ведь как оно бывает?!
Уж давно в семейной паре
нет любви - она остыла.
Поистратились их чувства,
накопились и обиды,
жизнь супругов - хоть топись.
Но развод бывает долгим,
в муках тянутся их годы.
Муж такой жену считает
личной собственностью в доме,
словно вещь, ласкавшей сердце,
приобрёл давно на торге.
Ни за что он не позволит,
чтоб какой-то там соперник
получал с женой усладу.

Жена жаждет лишь развода,
муж её терять не хочет
и, лупя её изрядно,
приговаривает впрок:
"Сепаратного развода
пожелала ты, бандитка.
Я тебе повыбью зубы,
коль не кинешь мысль свободы".

Время тянется в скандалах,
драки тихнут ненадолго.
В паузах таких затишья
из цветного драгметалла
муж любимой ставит зубы,
им же выбитые прежде.
С облегчением вздыхают
утомлённые соседи.
В долгий мир они не верят,
ведь жена скандальной пары
жаждет только лишь развода.

Что-то схожее творится
на прекрасном нашем Юге.
Кровь и слёзы полнят реки
незабвенного Кавказа.
Дохлестнув уж до порога
нашей северной столицы,
будоражат всю Россию.
И Москва давно познала
горе горькое и слёзы,
породнившиеся с домом
исстрадавшейся в неволе,
молодой кавказской дамы.
Год какой? Не знаем счёта, -
просит женщина развода.
Муж её усердно лупит
и бандиткой обзывает.
Брат и сын уже восстали -
нам союз такой обрыдел,
в нём мы видим больше горя.
Но "хозяина" упорство
добавляет слёз и крови.

Автор просит женщин мира
снять платки с голов печальных
и под ноги бросить дружно
всех воюющих сторон.

ОБЛАКА

Земли нетленные покровы
Известны всем, как облака.
Они земле - всегда оковы,
А нам желанные слегка.

Мы в них питаем вдохновенье,
Без них и жизнь нам не полна.
Природной правды подношенье
Веками лепит облака.

Они подчас, как горе, темны,
Потом нежны - почти фата,
В своём движенье неуёмны -
Всех вод небесная мечта.

То расставания, то встречи,
Меж вас и злоба, и любовь.
Громами гневны ваши речи
И в зорях часто на вас кровь.

Вы в жаркий день степной отарой
Сосёте свод голубизны,
В ночах луне - лампаде старой -
Готовы роль играть чадры.

Высот священные мерила -
Пример для мыслей все века.
В вас вдохновение и сила,
Хоть просто всем вы - облака.

* * *

Выскочит у нашего интеллигента что-то из головы,
и сразу он размашисто проводит рукавом под носом
и при этом приговаривает:
"Надо б немедленно первачка стопку жахнуть,
а то и это из головы выскочит".

ЧЁРНОЕ СОЛНЦЕ

Река, стеснённая горами,
В ущелье косу заплела.
А высоко под облаками
Кружила в полдень тень орла.

Парил надменно царь небесный,
На лёд вершин бросая взгляд.
Короне гор с долиной тесной
Царь птиц сегодня был не рад.

Томимый жаждой крови свежей,
Искал он жертву с высоты.
Но вдруг там барс тропинкой снежной
С реки щенят повёл в кусты.

Вмиг взгляд орла холодный вспыхнул.
Он был как молнии огонь.
И брошен клёкот стоном хриплым:
Моя добыча, мол, не тронь!

А барс, заслышав голос с неба,
Надыбил шерсть, оскалил пасть,
Задравши морду - страх изведал,
Увидел - тень к земле неслась.

Мгновенно барс, прогнувши спину,
Когтями лап принял врага,
И перья царские в долину,
Схватив волной, несла река.

Но царь небес, взмахнув крылами,
Метнулся к крайнему щенку,
И вмиг зажав его когтями,
Понёс стрелой через реку.

Тут барс завыл, рванулся следом,
Потом - к оставшимся, двоим,
И сам следил за чёрным небом,
Укрыв их корпусом своим.

И с той минуты барс так предан,
Всё бродит тяжко между плит.
И всё следит за чёрным небом,
Где солнце чёрное стоит.

Ольга Евтушенко

Ставрополь

УЛИЦА МОЕГО ДЕТСТВА

Крышу нашего дома я увидела с пригорка деревенского кладбища, куда мы каждую весну приезжаем поклониться могилам предков.
Вымытая многолетними дождями и выгоревшая на солнце, она белела среди других построек слева на краю улицы, на которой проходило мое детство.
Нет, оно не проходило, оно бегало и прыгало,играло и резвилось, разбивало в кровь коленки и купалось до одури в речке, оно взрослело и набиралось сил для неведомого будущего.

То ли старость подступила так близко, что жизнь уже не казалась бесконечной, то ли пронзительный холодный ветер разбередил сокровенные воспоминания,
но меня понесло по знакомой дороге вниз под гору...
Затем - по хлипкому мостику через речушку. Дальше - по узкой извилистой тропинке через выгон - в проулок. А там - мимо чужих подворий, третий с краю - наш дом.

Я осторожно приоткрыла покосившуюся калитку и вошла во двор.
С тех пор как мы здесь не живем, кажется, всё осталось на своих местах: те же ставни, ступеньки, двери, мозаичные окошки веранды;
даже лестница приставлена к стене так, будто кто-то только что взобрался по ней на чердак.
Лишь по отсутствию в окнах всегда накрахмаленных занавесок, да побитой градом и облупившейся побелке на стенах можно было предположить об отсутствии в этом доме жизни.

Вдоль дома я прошла по дорожке, посыпанной золой, к летней кухне.
Над нею время потрудилось более безжалостно: и без того низенькие оконца, почти уткнулись в землю,
под провалившейся крышей по диагонали лежала балка, на которой висела когда-то моя колыбель.

На всё это я смотрела сквозь пелену слёз и не замечала, как сильные порывы весеннего ветра уносили нахлынувшие рыдания к вершине старой скрипучей акации, росшей около кухни.
Под нею когда-то была слеплена из глины летняя печка, на которой бабушка варила всевозможные варенья и, в качестве поощрения, угощала нас пенкой.

Частенько, вдоволь набегавшись по пыльным закоулкам, мы гурьбой неслись на речку - это летом.
Зимой на этой же речке с восхищением любовались причудливыми ледяными дворцами, выросшими за одну ночь на "бурунчиках" - так мы называли мелководные каменистые перекаты.

Казалось, границы всего мира не простирались за пределы улицы, на которой прошло детство. А там - за очертаниями скалистого берега Кубани - конец света.
Но этих впечатлений, переживаний, познаний хватило на всю жизнь!..

Я вернулась к калитке и вдруг в куче жухлой листвы увидела молодой стебель тюльпана.
Он еще не успел расцвести (было слишком холодно), но чувствовалось, что под первыми по-настоящему весенними лучами солнца он раскроет свой упругий бутон во всей своей красе.

Вот она - сила жизни и исцеляющая сила памяти!

* * *

Загляните в глаза женщине...
Что там?
Вечный страх, крик о помощи,
Или трын-травы густой заросли
Обжигают вас дикой дерзостью?!

Загляните в глаза женщине
И не делайте скорых выводов,
А возьмите её за руку
И ведите прочь от
Старости и усталости,
Бездуховности и порочности,
Мимо черствости и жестокости,
Через сто ветров, через снег и мглу
В дом, где свет свечей поглощает тьму.
Приведите её в этот чистый дом,
Где нет пошлости и банальности,
Допьяна напоите нежностью,
Дайте веру в жизнь -
И уже потом

Загляните в глаза женщине...
Что там?
Тот ли страх, крик о помощи?
Или, кроме слез благодарности,
Еще искры любви и верности?!

Август 1990г.

* * *

Люблю кладбищенский покой
За скорбь и жажду покаянья:
Здесь душ безмолвное сиянье
Царит над грешною землей.

Люблю могилы и кресты
За равноправие и братство,
За строгость скромного убранства
И неуместность суеты...

Люблю церквушек купола
За то, что чудом уцелели,
За то, что в них, как в колыбели,
Звонят, звонят колокола...

Но если б даже, Боже мой,
Я это всё не полюбила,
Мне обеспечена могила
И тот кладбищенский покой,

Где вместе с душами других
Покойников - сестер и братьев -
Я буду вспоминать и плакать
О горькой участи живых!

Март 1993г.

ГЕРОИ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Листая классиков сатиры,
Вы их найдете не однажды,
Они бессмертны и ретивы,
Знакомые нам персонажи:

Рвачи, хапуги, интриганы,
Воры, льстецы, приспособленцы...
Питаясь ложью и обманом,
Они заразней всех инфекций!

Из "грязи в князи" вылезая,
Везде свои имея "руки",
Ни сна, ни отдыха не знают,
И не испытывают муки...

Бесстыдство, алчность и пороки
Их жизней движущая сила,
Как будто никогда уроки
Судьба им не преподносила!

2007г.

УЛИЦА МОЕГО ДЕТСТВА

Я помню всех, тогда живущих по соседству,
На безымянной улице родной,
Как символ памяти,
как весточка из детства
Пророс цветок над жухлою листвой.

Он словно факел в катакомбах быта
И лучик света в лабиринте дней,
Душа ликует: все не позабыто,
И сердце бьется перед встречею сильней!

Цветок пророс сквозь кучу лжи и хлама
Назло ветрам, природе вопреки!
Вот так настойчиво, болезненно, упрямо
Наружу к свету тянутся стихи...

Февраль 2011г.

Любовь Петрова

Новопавловск

БАБЬЕ ЛЕТО

Я связала из паутины платье,
Украсила бисером из дождинок,
Листья жёлтые вышила гладью
И в этом осеннем наряде
Вышла в сад погулять.

Я тишины не нарушу.
Слышу, как шепчутся листья:
"Осень пришла". Невольно
Я, замерев от счастья,
Душу слезой очищаю.

* * *

День зимний к вечеру клонился,
Звенела в небе тишина.
Я слышала, как снег ложился
На землю хлопьями большими.
Умолкли звуки,
Даже мысли
Кружились вяло в голове.
И сладко стало и спокойно
Моей заснеженной душе.

* * *

Вот когда всё успокоится,
И мы вернёмся к себе домой,
Однажды вечером всё вспомнится:
Зима, метелица, снег голубой,
Улыбка, взгляд
И тот зовущий поцелуй,
Рук сильных нежные прикосновенья.
Благодарю судьбу за эти вечера,
За проведённые с тобой
Чудесные мгновения.

* * *

Густая летняя ночь...
Мелькнёт и вязнет,
Как в болоте,
Мысль,
И звёзд сиянье
Смутными точками
Едва пробивается
Сквозь не успевшую осесть пыль.

* * *

Как прожить без тебя, мой милый?
Может, стать мне плакучей ивой?
Иль голубкою сизокрылой?
Ты б увидел меня, услышал,
Догадался и всё бы понял.
Я бы крылья свои сложила
И упала в твои ладони.

* * *

Уходя в тот далёкий вечер,
Ты забрал навсегда с собой
Два моих любимых цвета -
Розовый и голубой.

С той поры лет немало минуло,
Ты давно возвратился домой,
Но ко мне с тобой не вернулись
Цвет розовый, цвет голубой.

Ты не вернулся,
А просто пришёл,
Потому что не получилось с той,
А третью ты не нашёл.

Я и сейчас жду, что вернёшься,
И будет всё, как прежде.
Но месяцы, годы проходят -
И тает, и тает надежда.

* * *

Невыносимо так любить
И знать, что никогда
Не быть нам вместе.
Другую не сложить, а эту не допеть
Начатую в далёком детстве песню.
И мучаемся оба, и пытаемся
В давно прошедшее
на миг лишь заглянуть,
Отчаянно за прошлое цепляемся.
Не повернуть нам время вспять,
Не повернуть!

* * *

Вместе быть в горе и в радости
Друг другу мы обещали.
Но не делились радости,
Лишь умножались печали.

Свои у каждого будни,
Свои у каждого праздники.
Вроде бы вместе прожили,
А вот дороги разные!

* * *

Перепутав осень и весну,
Расцвёл подснежник
На холодном осеннем ветру,
Маленький, белый и нежный.

И я поняла:
Вопреки всем земным законам,
Среди осени вдруг заглянет весна -
И захочется жить снова.

Иван Наумов

Ставрополь

ЗАПЛУТАВШЕЕ СЧАСТЬЕ

В мире прекрасном, мире жестоком
Жизни подвластны судьбам и срокам.
Что-то так просто не происходит:
"Кто-то теряет, кто-то находит".

В чередованье кроется тайна:
Закономерно или случайно
(Сведений этих не проверяем)
Реже находим, чаще теряем.

Где, за какою спрятаны дверью
Эти находки, эти потери,
И по наводке иль по приметам
Кто-то находит ключик заветный?

В сумерках долгих прячется вечер...
Счастье непрочно, горе не вечно.
Тянется время, жизнь пролетает,
Где-то в потёмках счастье плутает.

2008г.

ГДЕ ТЫ, МИЛАЯ?

Эх, куда вы делись,
Славные денечки,
Буйные утехи,
Трепетные ночки!

Встать бы на рассвете,
Солнцу поклониться,
Сбросить с груза жизни
Годиков под тридцать!

Полететь бы снова
Птицей синекрылой,
Как во сне забытом,
На крылечко к милой!

Я б к груди прижался
Головой усталой
И навзрыд заплакал,
Как ребенок малый...

Но расправить крылья
Не достанет силы,
Нет того крылечка,
Нет давно и милой...

2004г.

ПЕРЕКЛИЧКА

ВЕРБОНЬКА
(Галина Стругунова)
- Я твоя милая!
Я ненаглядная!
Я твой земной первоцвет!
Вербонька белая,
ночка желанная,
с зоренькой ясной рассвет!

Соком наполнены
губоньки алые,
щёчек тугих белизна,
а под ракитою
реченька малая
с чистой водой, как слеза.

Я бы к тебе прибежала
по мостику
(нету настила на нём!)
гостьей случайною,
редкою гостьею
в платье венчальном одном.

Только теченье
несёт свои быстрые
воды к другим берегам,
и под ракитою
нет нашей пристани:
скрыл серебристый туман.

Серденько мается,
стонет без устали,
болью томится в груди.
Льются над берегом
песенки грустные
о разнесчастной любви...
НЕ СУДЬБА
(Иван Наумов)
- Вербонька белая, грустное дерево.
Талая в речке вода.
Жизнь развела нас с тобой, как два берега,
Нам не сойтись никогда.

Солнцем апрельским едва ли обласканный,
Кудри сжигаю в золе...
Ты же, сияя весенними красками,
Гордо царишь на земле.

Рано иль поздно, но, как это водится,
Люди друг друга найдут.
Только лишь с берегом берег не сходится,
Хоть и всегда на виду.

Если когда-то и свяжут их мостиком,
Ближе не станут они.
Знаем друг друга мы пять уже с хвостиком,
Только, как прежде, одни.

Кто из нас правый, а кто из нас левый,
Нам не узнать никогда...
Стать ты не сможешь моей королевой -
Нас разделяет вода.

Нежная девонька, хрупкая веточка -
свешены рученьки вниз.
Белая вербонька, чья-то невесточка -
смелой природы каприз.

Солнцем согретая, ветром обласкана -
вся в ожерельях росы.
Осенью ранней с туманом сосватана -
тянутся грустью часы...

2010г.

БЛОНДИНКА ЗА РУЛЕМ

Они такие милые -
Пером не описать!
Им наплевать на линии,
Езду по полосам.

Сережки с бриллиантами,
Гламурные очки,
С актерскими талантами,
В езде не новички.

Рулят, куда глядят глаза:
Им знаки не указ!
Где нужно жать на тормоза -
Отважно жмут на газ!

С крутыми иномарками -
Тандемы красоты...
Всем мужикам - подарками,
С патрульными - на "ты".

Опасно-восхитительны,
Ходы их - королём.
Водилы, будьте бдительны:
Блондинка за рулём!

ДО НОВОЙ ВСТРЕЧИ

Окончен бал, замолк оркестр,
погасли свечи,
До новой встречи, милый друг,
до новой встречи!
Зачем рыдать, закинув руки
мне на плечи?
Ещё не вечер, ещё не вечер...

В большом, расцвеченном огнями
белом зале
Мы радость встречи
в первый раз с тобой познали.
Под плач оркестра
и волшебный звук рояля
Мы танцевали, мы танцевали...

А за окном пушистый снег
опять кружится,
Лохматым войлоком
на землю он ложится.
И этот праздник,
хоть не долго он продлится,
Нам будет сниться, нам будет сниться...

Тепло объятий не остудят и морозы.
И пусть под снежною фатой
дрожат берёзы,
Ты улыбнись и поскорее вытри слёзы.
Цвети, как розы, цвети, как розы...

Светлана Колбасина

Георгиевск

ТЕБЯ ЗОВУ

Рвусь к тебе! Зову! О, дай ответ,
Цепи разрывая мирозданья!..
Льют созвездия холодный свет,
Нет ответа на мои страданья.

То ли слишком многого хочу,
То ли я тобой уже забыта...
Сердцем охладеть уж не могу:
В космос шлю призыв, как Аэлита.

Дозволенья преломив дугу,
В высший разум плачем проникаю.
А твердят, что это тяжкий грех -
На себя проклятье навлекаю.

Если б рядом был со мною ты,
А не одиночества рассветы,
Стала б я тогда писать стихи,
В них искать спасенье и ответы?..

Нужно сердцем в строчках отражать
Скорбь, израненной души стенанья,
Чтобы все простилися грехи, -
Трудное же это покаянье.

Но на чистый лист ложится боль,
Вязью букв закованная в строки,
И светлеет на душе чуть-чуть.
В этом знак. Божественные токи.

ВСТРЕЧА

Тебя нежданно привела дорога.
Давненько мы не виделись - лет шесть.
Ну что ж столбом стоим всё у порога?
Входи, садись, отведай то что есть.

Ты проверяешь: всё ль со мной в порядке?
О чём я мыслю, чем теперь живу?
Психолог! Ищешь в буднях, как в тетрадке
Причин поступков хрупкую канву.

А Осень отправляет листья в небыль,
Одев в парчовый, радостный наряд.
Живёшь вдали, и здесь давно уж не был...
Так холоден усталый, умный взгляд.

Какой меня ты видишь? Стылой, старой?
Ровесницы стареют побыстрей.
А ведь могли бы стать семейной парой...
Нелепо и смешно теперь, ей-ей!

Прости, задумалась, в былом витаю:
Вишнёвой, прежней улицей брожу,
О старой нашей школе вспоминаю.
Теперь я прошлым очень дорожу.

Мне детство только вместе с солнцем снится.
Кусты сирени, привокзальный сквер...
Как крепко я могла б в тебя влюбиться...
Не веришь? Ну и зря! Не вру, поверь!

Да всё ж не обошла нас счастья птица,
Коснулась голубым своим крылом.
В другого суждено было влюбиться.
Ты руку предложил другой потом.

С тобой не оборвались нити дружбы.
Хранятся где-то долго про запас,
Чтоб изредка среди рутинной службы
Короткой встречей радовать вдруг нас.

Тебя нежданно привела дорога,
О прошлом чтобы вместе погрустить.
Иль тайный страх, предчувствия, тревога,
Что больше встречи может и не быть.

* * *

Девчонка красоты обыкновенной, -
Неброской, неприметной в пустоте,
Нам голосом из недр глубин Вселенной
Проникновенно пела о мечте.

Ей очень шла одежда голубая,
Что оттеняла цвет льняных волос,
И облик в неземной вдруг превращая,
Враз образ утверждала девы грёз.

Весь зал затих, звучаньем покорённый.
Чуть ворковала, плакала струна,
А голос тихий, лунный, окрылённый
Нам счастье предлагал испить до дна.

Забыть про все печали в бренном мире,
А помнить и желать одно: Любовь!
И Вечности объятья станут шире,
И ближе звёзд мерцающий покров.

Умолкла дева, стих и звук аккорда.
Но всё равно звучал... звучит во мне!
Теперь убеждена и знаю твёрдо:
Жизнь удалась. Я счастлива вполне.

Ведь я люблю! Всегда тебя любила.
О силе чувства знаю не из книг.
Сейчас одна, но это было, было...
Как откровенен девы пенья миг!

* * *

Все твердят, что танцует вальс Осень
С зябким ветром, то с тихим дождём.
Может быть. Листопад, небес просинь, -
Все попарно. Кружатся вдвоём.

Я ловлю зачарованной сказки
Пригласительный листик-билет.
Клён их тихо ронял без опаски,
Знал: возьму и приду на банкет.

Мне так хочется в вальсе кружиться
С ветром, с небом, ну просто с листком.
Взять: холодных росинок напиться,
Целоваться с пурпурным цветком.

Прикоснуться ладошкой к туману,
Заглянуть серой речке в глаза.
Может быть, я мудрее чуть стану,
Коль охватит прощанья краса.

Валерий Шавырко

Минводы

* * *

Стираются дни как волна под волной.
Жизнь - вечной загадкой,
но что-то ведь значит...
И всюду идут неприметно со мной
Печаль-невезенье и радость-удача...

Соперницы две - две несхожих сестры,
А разницы нет между ними по сути:
Мгновения жизни - мгновенья игры...
Что будет - решат эти странные судьи.

То в буднях растают, то выйдут опять,
Свое проявленье до времени пряча.
А вдруг не смогу, не смогу распознать,
Считать что удачей, а что неудачей?

Успех и победа - светясь и звеня -
Несут как на крыльях.
В несчастье - не верю!
Но вдруг оступлюсь - и накажет меня
Внезапным паденьем, досадной потерей.

Закружит, ударит однажды, да так,
Что я захлебнусь, от отчаянья плача!..
И кажется мне: не подняться никак!
Но время пройдет - улыбнется удача!

Сомненья с надеждой в себе я ношу,
Иду как умею по жизни-игре я,
Гадаю: как будет? И тихо прошу,
День завтрашний чтобы ко мне был добрее...

Захватят мечты: если бы... если бы...
Но как ни старайся - все будет иначе.
И что ждет на этой ступеньке судьбы?
Быть может, удар, а, быть может, удача?

Как все мимолетно: вот было - и нет.
Прошло через вас и исчезло куда-то...
И только оставило в памяти след:
Кому-то - награда, кому-то - расплата...

Вновь случай, извечный слепой поводырь,
Проносится мимо дыханьем горячим,
И тени стирая невзгод и беды,
Приходит удача, приходит удача!

ПРОЩАНИЕ

Столько было таких историй,
И вот снова - что за дела?
На учениях где-то в море
Наша лодка на грунт легла...

Но как раньше уже не будет!
Всколыхнет как торпедный пуск
Вашу мысль и сердца разбудит
Наше краткое имя - "Курск"...

Мы привыкли наивно верить.
Кто решил, что нам можно знать?
Кто дал право кому-то мерить,
Что скрывает морская гладь?

Вы не смейте прощаться прежде,
Чем успеем мы все сказать!
Ни доверию, ни надежде
Не положено умирать!

Нет политиков клоунады!
Нет раскладки штабных интриг!
Нет - когда-то потом - награды!
Есть лишь жизни последний миг!

Отзвучат, ведь не бесконечны,
Лепет сводок и версий вздор.
Только нам теперь с вами вечный
И немой вести разговор...

И искать, все искать ответы...
Что успели мы, а что - нет?
Кто ответит за все за это?
Кто-то должен ведь дать ответ!

Ваши нам не увидеть лица.
Но не надо напрасных слез!
Никогда уже не пробиться
Нам с последним сигналом SOS!

Жизнь, свобода гуляют ветром
Где-то прямо над головой...
Но сквозь эти сто восемь метров
Не прорваться душе самой!

Не пройти! Но в поспешность строчки
Вы не верьте! Здесь не конец!
Точки три, три тире, три точки -
Угасающий ритм сердец...

Пусть когда-то уйдут печали -
Вам живым ходить по земле!
Остаемся под толщей стали
Мы одни в тишине, во мгле...

Ожиданье пройдет, бесспорно,
И качнет вдруг морскую гладь,
Поднимаясь, наш призрак черный -
Словно время пошло вдруг вспять!..

И кому-то он будет страшен...
И послышится перезвон -
В небо души взметнутся наши,
Промелькнув чередой имен!

Лишь тогда - и никак не раньше -
Примем мы ваш прощальный взгляд...
А пока пусть все тайны наши
Волны Баренца сохранят!

Георгий Мединцев

Ессентуки

НОЧНОЙ ДОЖДЬ

В слепых мерцаниях минут
Дождя серебряные струны
С восторгом небу гимн поют,
И благодарный мир подлунный
Им дарит сладостный приют.

Внимает звукам тем природа,
Дар Божий сладостно приняв,
Прозренья ждёт от небосвода.
Восток зарёй уже объят,
И пламенеют хладны воды,
И травы влажные блестят.

Земля ждёт солнечного света,
Чтоб после ночи быть согретой
И в блеске дня сиять, сиять,
И колоситься, и цвести,
И людям счастие нести!

21.12.2012

ВЕСНА

Прошла метельная зима,
И снег растаял,
Ручьями звонкими, журча,
Сбежал до мая.

И солнце оком ярким зрит,
Тепло нам дарит.
На южных склонах уж парит
Земля сырая.

И вновь черёмуха цветёт,
Благоухая.
И снова реченька течёт,
Волной блистая.

Прошла метельная зима.
Душа пылает.
Цветут сады, густы леса,
И кровь играет.

9.02.2013

ПОЭТ

Давно, по божьему веленью,
На землю опустилась ночь
И сном окутала селенья,
Прогнав на отдых солнце прочь.

И свет огней погашен строго,
Но там, в одном окне, светло,
Где за столом поэт в восторге
Сидит, напряг своё чело;

Плетёт узор из слов и строчек,
Пером огранивает их:
Где уберёт, а где подточит -
И соловьем взлетает стих.

14.9.2012

ОКЕАН

Вздыхал устало океан.
Седой волной прибой плескался...
И бризом я к тебе ласкался,
И обнимал твой дивный стан,

И сердцем зрел: тебе я люб,
И пил нектар с прелестных губ,
Как пчёлка с алого цветка,
Его коснувшися слегка,

Покинув улей свой с утра...
Луча блеснула лишь искра -
И счастье жизни я постиг.
О, как же сладок этот миг!

18.8.2012

МУЗЫКА ГОР

Давно, в далёкие года
Был молод, помню я, тогда,
Не раз в ночи мечтам внимал
А летом в горы уезжал,

Томимый юности желаньем
И страстной жаждою познанья.
Я зрел с заснеженной вершины
Кавказа дивные картины,

И слушал музыку небес,
И песни слушал Серафима.
Внизу внимал тем звукам лес.
Молчали горы и долины.
Сверкали льдом края стремнины.

И я в восторге, чуть дыша
(Волненьем полнилась душа),
Как лист осины, трепетал
И звукам тем рукоплескал
В молчанье среди серых скал.

И лишь ручьи, спеша, звенели,
Вздымая влаги хладной пыль,
Веков рассказывая быль.
Мгновенья словно онемели

Пред ликом вечного Эльбруса,
И в сердце юного уруса
Была божественна она.
Теперь во мне звучит струна
Тех чудных звуков неземных,
Что слышал я в горах родных.

ВЕЧЕР В ЕССЕНТУКАХ

В соке брусничном уже облака.
Дремлет игривый эол.
Пламенем алым пылает река.
Вечер неслышно пришёл,

Свежестью дышит в затылок, в лицо.
Неба окрасился шёлк
Звёздной, сияющей дивно пыльцой.
Шум наконец-то умолк...

Над Машуком золотится луна.
Город зажёг фонари.
Плещет в Подкумке студёном волна
В искрах последних зари.

ВДОХНОВЕНИЕ НОЧИ

Погас пылающий закат,
Осыпав небо серым пеплом.
И тень легла на дол и сад.
И, как всегда бывает летом,
Проходит в небе звёзд парад.

И властно ночь, окинув взглядом
Кавказа снежные хребты,
Нам дарит нежную прохладу
И будит чудные мечты.

Луна, роняя капли света,
Хранит молчание в тиши.
Блокнот раскрыться уж спешит...
Перо смычком в руке поэта
Выводит музыку души.

Она звучит, как гимны маю...
Мысль разгорается. И вот
Строками дивными в блокнот
Ложится красота земная.

Евгения Еремеева

РАЙ РОССИЙСКИХ ЛЕСОВ

Еду поездом я. Разбежались туманы,
Ветер песни поёт, лист, срываясь, летит,
Проплывают вдали крыши Ясной Поляны,
И душа Льва Толстого над ними кружит.

Люди в поезде спят - осень в сон их вогнала,
Нет им дела совсем до российских берёз.
А я осень люблю, и любви этой мало:
Она трогает душу, тревожит до слёз...

Через час иль другой
меня встретит столица.
Синий взор не могу от берёзок отнять.
И куда ни взгляну - даль из яркого ситца.
Ах, как хочется мне те берёзки обнять!

Рай российских лесов
волшебством своим манит.
Машинист, тормозни и оставь здесь меня!
Что же это со мной?
Слёзы взор мой туманят.
Почему же я плачу средь ясного дня?

СЕРДЦЕ СОГРЕЙ!

Нежное солнышко мая,
Пух тополиный летит.
Лёгкою, белою стаей
Он на аллеях кружит.

Я отложу всю работу
И по аллеям пройдусь.
Прочь о насущном заботы!
В сумерках в дом я вернусь.

Буду ходить, вспоминая
Юности верных друзей.
Нежное солнышко мая,
Сердце моё ты согрей!

НЕ УХОДИ

Брожу в заброшенном садочке.
Кругом осенние листочки.
И под ногами жёлтый лист.
Я слышу ветра тонкий свист:

Свистит, шумит сухой листвою,
Колышет свежей сединою,
В постель старается загнать.
Шепчу ему: "Иду я спать".

А осень просит за спиной:
- Не уходи, побудь со мной!
Ей подмигнула: "Подожди,
Вот запоют твои дожди,
И под зонтом мы мерить лужи
С тобой пойдём до самой стужи".

Прошли большие холода.
Снега ещё в красе.
Гудят устало провода
В нарядной кисее.

С кустов, деревьев кружева -
Вот-вот они спадут.
Для нас закончилась зима,
Снегов больших приют.

Сквозь пелену седых небес
Пробьётся тёплый луч,
Разгонит над родным селом
Остатки снежных туч.

КРУЖЕВА

Говорят, я похожа на лучик.
Но порой погружаюсь я в осень,
Будто кто-то на крыльях могучих
Меня в разные жизни уносит. -

То лучом я на волнах качаюсь,
То сливаюсь с листвой порыжелой,
Но годам я своим улыбаюсь,
Словно дыням на грядке созрелым.

И живу я в согласье с природой,
И любовь ещё в сердце жива,
И судьбе моей плыть пароходом -
Пусть весна ей плетёт кружева!

АНГЕЛ

Заснеженная улица,
Дорожка чуть видна.
Иду, дышу и радуюсь,
Что я здесь не одна.

Пришло к нам утро ясное,
Я продолжаю жить.
И всё в зиме прекрасное
Мне хочется любить:

Белеющие крыши,
Серебряный простор...
Мне Ангел нынче свыше
Крыло своё простёр...

ПОСЛЕ ЛЕТНЕГО ДОЖДЯ

Затихли грома раскаты,
Недолго радует тишь.
Вылетели воробьята,
Драку затеяли. Кыш!

Выплыло жаркое солнце,
Блюдцами лужи вокруг,
Глиняно-ржавые донца -
Радугою в полукруг.

Щиплет влажную траву
Вымытый дождиком конь.
В окнах дома напротив
Лучи рисуют огонь!

* * *

Ветер стонет за окошком,
Осень, холода...
Под черешней спит лукошко -
Пусто? Не беда!

В тёмно-синие чернила
Облачилась ночь,
И земля уже остыла -
Мне ей не помочь.

И костры дымят седые,
Едкие до слёз.
Две девчонки, две подружки,
Плачут у берез.

* * *

День настал, запахло сеном,
Пряной мятой луговой.
Небосвод покрылся пеной,
Луч там дремлет золотой.

Нет росы на сочных травах,
А бурёнки всласть жуют.
У копыт букашки - лавой
Весело снуют, снуют.

Громкий выстрел кнутовища -
Разбудило эхо луг.
Эй, погонщик, тише, тише! -
Свист кнута мне режет слух.

ПРОГУЛКА

Полыхает осень,
Кустик жаром пышет.
Мы с тобой, подруга,
Полной грудью дышим.

Отпускает роща
Листья у дороги...
В красоте осенней
Утопают ноги.

Небушко над нами
В синеву одето.
Говорят, недавно
Здесь гуляло лето...

КАПРИЗНАЯ ВЕСНА

Весны капризное начало -
Промозглый ветер да туман.
И вороньё кричит устало:
"Весны обман! Какой обман!"

И невидимкой стало солнце,
И зябнут первые цветы,
И тусклым кажется оконце -
За ним не видно суеты.

ДУМАЙ ОБО МНЕ

За окном поскрипывает бричка,
И село готовится ко сну.
Я присяду, как ночная птичка,
И лицо водой ополосну.

Ламп в селе никто не зажигает,
Лунный свет в окошечки проник.
И сосед на лавочке вздыхает:
Стелет ночь свой жёлтый половик.

Я приду к тебе, но чуть попозже -
Посидим в тиши мы при луне.
Знаю я, томленье тебя гложет.
Я приду, ты думай обо мне.

Валентина Боровик

Пятигорск

ПОНЯТНО МНЕ

Как у нас всё просто, у людей:
Рождаемся, живём и умираем.
От аистов до белых журавлей
Едва-едва прозреть лишь успеваем.

Земные вёсны, звёздные мгновенья,
Снегов круженье, светлый листопад,
Не допуская душ оледененье,
Колоколами вечности звенят.

Я утро раннее люблю и росы.
Косынкою плывущий над рекой туман.
И все вчера возникшие вопросы
Сегодня отменил ветрище-хулиган.

Он к вечеру окреп и с чувством опьяненья
Носился вихрем, пел, стонал, свистал
И учащал моё сердцебиенье,
Мне мир людей понятней, ближе стал.

И мы из года в год и тысячи веков
Под вечными живыми небесами,
В волненьи выходя душой из берегов,
Шумим и мечемся - зачем не зная сами.

Движение грядущих лет
Неумолимо, хоть незримо,
Грозой в закат или рассвет
Идёт неспешно и неотвратимо.

А дни текущие вперёд бегут,
Дорожкой снежной стелятся.
След ускользающих минут
Стирает дней метелица.

Как быстротечно настоящее:
Цветы весны и слёзы осени,
Всё, постоянно уходящее, -
Листвой оделись, уже и сбросили.

А прошлое горами синими
Взирает с пройденных высот,
Сердцами светлыми, неоценимыми
В года грядущие меня несёт.

И быстро с горочки летит и катится
Её сиятельство - земная жизнь.
Своё возьмёт, за всё расплатится,
Её за крылышки теперь держи...

ТВОРЧЕСКИЙ ПОРЫВ

За кухонным столом творила поэтесса...
А на плите подбито было ею тесто.
Варились яйца, курица, морковь,
Но строчки возникали вновь и вновь.

Она, представьте, обо всём забыла -
Поэзия в виски ей рифмой била.
К стихам у дамы давний интерес,
И творческий увлёк её процесс.

А тесто хлюпало, пузырилось, вздыхало,
Всё поднималось, тяжело дышало:
"Хозяйка! Я ищу другое место!" -
Уплыть решило дрожжевое тесто.

Кастрюли край оно перешагнуло -
Плита в большой лепёшке утонула.
А поэтесса - ночи было мало -
Очки поправив, что-то всё писала.

Уж курица давным-давно сварилась.
Морковь и яйца случаю дивились:
Не жаль ей, видно, собственной руки,
Ведёт себя рассудку вопреки.

Ну, наконец, перо освободилось.
Ужасно, что с хозяйкой приключилось -
И корвалол пила, и жалобно скулила -
Ведь тесто всё пространство залепило.

Тут поэтесса, бросив полотенце,
Вторично успокоив своё сердце,
Схватила чистые блокнотные листочки...
И вот я вам читаю эти строчки.

РОКОВОЙ СОВЕТ

В страданиях, смятении поэт:
Ни слов, ни рифмы нет и нет!
И, сидя над блокнотом чистым,
Решил пойти к специалистам.

Учёный муж, приват-доцент,
Подумав, заострил акцент:
- Ешьте тёмный шоколад,
Пейте красное вино -
Рифмы хором затрубят,
Застучат стихом в окно.

Вдохновения гормон
Потечёт со всех сторон.
Если так оно случится,
Суждено стихам родиться.

Приняв за истину совет,
Наш новоявленный поэт
Решил добыть свою синицу,
А если повезёт - жар-птицу.

Он рьяно пил своё вино...
Уж затемно к нему в окно
Решила Муза постучаться -
С поэтом надо же общаться!

Она была всерьёз уязвлена
Той силой действия вина:
Ведь не узнал её поэт
И на приветствие в ответ
Неделикатно отмахнулся
И снова к рюмке потянулся.

Обиженная Муза изрекла:
Я редкой гостьей у тебя была.
Надеялась, что будешь рад...
Прощай! Зачем тебе в поэты -
Бессонница, волнение, всё это?
Куда приятнее - вино и шоколад!

Поэта жаль - финал печальный.
Так шоколад у нас ненатуральный!
И в том ещё печали глубина,
Что нет у нас хорошего вина!

Литературный Кисловодск. Сентябрь 2013 года - N51

Андрей Канев

Сыктывкар

* * *

Жизнь такая злая Моська,
И кусача и громка,
Матов полная авоська
Про меня, про мужика,

Что такой я и такой-то,
Что кретин и идиот.
Застрелить меня из "Кольта"
И дерьма насыпать в рот!

И тогда всем будет счастье.
Флаги до неба взметнут!
И про каждую Параську
Песнь красивую споют...

* * *

Не хочу долежать до времён,
где кресты на дрова,
Где опять подорвут
православные храмы Отчизны.
Пусть взовьётся над Вымью рекою
по ветру зола,
Что останется вам от моей
состоявшейся жизни.

Пусть летит над водой, над сиренью,
над стылым посёлком,
Растворяясь в молекулах
родины малой моей.
Не хотелось бы мне,
чтобы рыскали горные волки
И в зинданах держали бы
внуков моих сыновей.

И пока я живу,
мои руки удержат "Макара".
И пока я дышу,
пусть страшится меня вороньё.
Пусть обломится подлое жало
любого кинжала
О гранёное войнами
глупое сердце моё...

Екатерина Полумискова

Ставрополь

* * *

"Всё возвратится на круги своя... "
Ходить кругами - доля, знать, такая,
И, основным инстинктам потакая,
доказывать первичность бытия.

А после, у судьбы на острие,
Назло ветрам из Ветхого Завета,
Бранить Того, Кто выдумал всё это -
И основной инстинкт, и бытие...

* * *

Когда в час пик людские реки
на время поглощают нас,
вокруг не различает глаз
кафе, ларьки, "комки", аптеки.

И на асфальте наши тени
сливаются. И нет сомнений,
что мы как белки в колесе,
верней, в потоке, как и все.

Сначала - весело и пёстро,
от чьих-то взоров горячо,
и ощущается так остро
и чей-то локоть, и плечо.

Но вскоре чудится, что люди
в такой немыслимой запруде,
сжимаясь в общее кольцо,
как будто - на одно лицо.
И невдомёк, как ни крути,
что "дважды в реку не войти".

Не раствори в толпе, о, Боже!
Но средь полночной тишины
лицо луны одно и то же
глядит на нас со стороны
и проливает тот же свет
четыре миллиарда лет.

И отлегло... Сама Селена
нас лицезреть беспеременно
обречена. А мы всё те же -
иуды, бездари, невежи...

* * *

Здравствуй, дед! Что вздыхаешь уныло?
Всё "второго пришествия" ждёшь?
То что было когда-то - уплыло,
Перепутались правда и ложь.

И уже не смущает Европу
русской тройки размашистый бег.
Аккурат к Мировому Потопу
Перестроили Ноев Ковчег.

Нет свирелей? Так пусть под литавры
Поплывёт новой эры ладья.
Ну а то, что явились кентавры
Вместо ангелов - Бог им судья.

* * *

На Казанскую - холодно.
Ветер морозный,
триколором играя, полотнище рвёт -
вопреки триединству.
Но... каяться поздно.
Оттого ли безмолвствует снова народ?

Ветру всё нипочём -
бесшабашный проказник,
он по снежному городу мечется зря.
Был один - стал другой -
государственный праздник
в первых числах неистового ноября.

Не беда, что сегодня неймётся кому-то:
ведь родную историю вспомнить - не грех.
В знак того, что когда-то посеяли "смуту",
нынче манною с неба срывается снег.

И скорбим о былом...
Непривычно и дико.
Варшавянки мотив
кто-то вспомнит не в лад.
И как будто не к месту алеет гвоздика.
И в Андреевском Храме к обедне звонят.

* * *

Моя душа скользит на грани дня
Меж золотыми факелами клёнов.
Горят листвы багряные знамёна
Во славу древних Праздников Огня.

А горизонт почти исчез из вида,
В лучах закатных отпылав сполна.
И к тайному Святилищу Друидов
В затменье полном катится луна.

Под светом звезд Медведицы Большой
Хочу забыться - только на мгновенье!
И, заглянув в другое измеренье,
К твоей душе прильнуть своей душой.

Не беспокойся за меня. Не надо!
Мне б только знать, что там,
в стране теней.
Ты слышишь этот шорох листопада
И звонкую речушку средь камней.

Поговорим... Нам не наговориться,
Как ручейкам, несущимся с горы,
Как листьям в вышине
не накружиться,
Сорвавшимся с деревьев до поры.

Глаза в глаза, и сердце с сердцем рядом.
Летим, летим! И все печали - прочь!
Не беспокойся за меня. Не надо!
Хотя бы в эту колдовскую ночь.

Очнусь... Как горько пустоту руками
Ощупывать в безмолвии лесов...
И между нами -
вновь гранитный камень.
И мчит по небу свора Гончих Псов.

* * *

Ах, зачем мне эта ноша?
Надоест - возьму да брошу,
словно камешек с души.
То баллады, то сонеты -
ни за мелкую монету.
Всё равно спасенья нету,
только знай себе, пиши.

Ты, Поэт, за всё в ответе!
Жизнь безбедную на свете
обещают те и эти
в бесконечной суете.
А попробуй разобраться -
кто же прав, скажите, братцы?
Знать, не эти и не те.

А на кухнях и в маршрутках
век минувший в спорах жутких
вспоминают через "ять".
Всё тогда горело ярко.
Если ж нынче станет жарко,
сможет каждая кухарка
государством управлять!

И зачем ей эта плаха,
эта шапка Мономаха -
не спасающий от краха,
но вдвойне опасный груз?
Мир, авось, не завтра рухнет.
Те же, кто на "властной кухне",
далеки, увы, от Муз.

Видно, так и дальше будет.
И всегда мечтают люди,
чтобы счастье им на блюде
подносили трижды в день.
При своей оставшись ноше,
я пишу (мой жребий брошен!) -
о грядущем и о прошлом,
и о том, что луг не скошен,
и о том, что под окошком
Расцветёт вот-вот сирень.

Борис Поляков

Хабаровск

ОФИЦИАЛЬЩИНА И... КИТАЙ

1. ДО
Идя в бомонд, шнурки поглажу,
расправлю мятое лицо
И шевелюру напомажу,
Чтоб быть (пусть внешне) молодцом.

И перед зеркалом правдивым
Отрепетирую слова:
должна предельно быть красивой
Моя минута торжества!

И все дворовые какашки
Я обойду (на туфлях - блеск).
Вся сигарета - ползатяжки:
Такой поэта гложет стресс.

В душе уже о лаврах грёзы
(Но не о тех, с чем варят суп).
"Цветы подарят? Точно. Розы!"
Поэт величествен... и глуп.

2.ПОСЛЕ
Обычная пошлая пьянка
(Вначале - скучнейший доклад).
Ах, вот ты какая, изнанка
Приёмов, торжеств и наград!

Халявное хлещут винище
Кумиры газет областных.
А библиотекари нище
Скорбят о запасах съестных.

Бренчат и тоскливо гнусавят
Нетрезвые барды (Афган),
Их вряд ли кто слушает - славят
Великого (Богом нам дан!).

В карманы "без палева" прячут
Конфеты писательницы:
Небось, голодают и плачут
Их дети, мужья и отцы.

я мог бы сказать, что безгрешен,
Но нет, тоже выпил вина,
Но тошно мне стало от плеши
Великого (богом дана!).

И я, растворив по-английски
Себя из такой ерунды,
Подумал: "Насколько же низки
Великих земные труды!"

Конечно же, вляпался в лужу,
И ветер всего растрепал...
Но лоск внешний больше не нужен!
В поэзии это ль искал?

Эх, сяду за старый компьютер
И другу письмо напишу!
Съем холестериновый бутер
(Увы, этим делом грешу...).

И друг мне ответит по "мылу",
заценит стихи и рассказ...
Не много мне радостей было,
Но этот "бомонд" - не про нас.

2012г.

ВЕЛИКАЯ КИТАЙСКАЯ СТЕНА. ГОЛОВА ДРАКОНА.

В г.Цинхуандао (КНР) есть участок Великой китайской стены, который примыкает к самому морю, этот участок именуют Головой дракона.
драконьи позвонки - зубцы стены,
На десять тысяч вёрст драконье тело.
На чёрной чешуе его видны
Следы веков, касанья рук умелых.

дракон был жаден - скольких он пожрал!
Костями устлан путь Стены Великой.
Но всё ж дракон набеги отражал,
Огнём плевал в любые вражьи клики.

Спал император, бодрствовала рать,
Строители, как прежде, рвали жилы...
дракон устал бессчётно пожирать:
"Пусть в Поднебесной люди будут живы!"

Подполз он к морю, голову склонил,
давай лакать солёную прохладу...
Об этом флейта жалобно звенит
В чертогах императорского сада.

Как вам известно: если солона
В каком-нибудь источнике водица,
То выпей сколь угодно, хоть до дна, -
Таким питьём вовеки не напиться.

Вот потому дракон всё пьёт и пьёт...
Века идут, спина его ветшает.
Живёт без войн бесчисленный народ,
Строительство Стены не завершает.

Китай гостям из разных вотчин рад.
И я там был, и пиво пил хмельное,
И слышал флейту, видел чудный сад...
И сам Дракон поговорил со мною.

2012г.

БОЛЬНИЦА

1
Пилюли, горькие микстуры,
Врачи, анализы, шприцы...
И лёгкий бред температуры,
И в хладном морге мертвецы.

здесь нет нечаянного вдоха
Или напрасного "прости".
Не хорошо здесь и не плохо,
Иначе: "выжить" и "спасти".

По коридору бродят тени,
И стонут ночью, боль гоня.
Они - не сонмы привидений,
Они похожи на меня.

2
"У НАС НЕ КУРЯТ!" -
Большими буквами,
Противным голосом,
И даже по капельницам
льётся раствор,
Химической едкостью
Внушающий истину:
"У нас не курят!"

А вот я закурил! -
Назло Главврачу,
Назло Больнице,
Назло самому
Раку легких -

И седое никотиновое облако
Уносит толику боли
В окно туалета...

"У нас не курят!" -
Всероссийская борьба с курением.

3
Ночью даже Больница
Неприкаянно спит,
Видеть грёзы стремится
Даже то, что болит.

Спит дежурный на вахте,
В ординаторской спят,
Нет стерильности: в вате
Блохи мирно сопят.

Спят врачи, пациенты,
Спят медсестры - всё спит.
И не спит лишь аренда:
лезет вверх и хрипит...

4
Блоха упруга и упряма,
Пружинит, скачет, ищет кровь.
На человеческие драмы
Ей наплевать.
Не видя снов,
Она в полёте хищном дремлет -
Неуловимый алчный гремлин.

В инфекционном ей привольно:
Энцефалит, ангина, тиф.
Одни в бреду, другим так больно! -
Не до блохи.
Прыжок игрив,
В нем торжество победы скрытой:
Блоха сегодня будет сытой.

5
На поправку!
А как же иначе!
Хватит хворей!
Довольно болеть!
Получила инфекция сдачи!
Сдюжил, выжил я, смог уцелеть.

лист больничный итожит казённо:
"От" и "до" не способен к труду.
А мне кажется, мир заоконный
Болью больше я не подведу.

Распахнулись больничные двери.
здравствуй, жизнь, по тебе я скучал!
Я в хорошее всё-таки верил,
Телеса доверяя врачам.

2013г.

Валентина Монжаренко

Ставрополь

ДОЖДЬ

По стёклам дождь - похож на дрожь,
а на душе такая слякоть!
Невольно хочется заплакать -
так бесконечно вечен дождь.

Безбрежье медленной воды,
куда ни глянь - одно и то же:
вода, вода, вода - о, Боже! -
нерукотворный знак беды.

Он, как судьба и приговор,
берёт живое на измор
мелодией неприхотливой.
Судьбу, увы, не смыть дождём.
Порой мы долго чуда ждём,
но как оно неторопливо!

ПОДСОЛНУХИ

Живу я то горько, то солоно,
с душой, исцарапанной кошками,
А вот у соседки - подсолнухи
желтеют весь день под окошками.

Секрет ли три семечка вызнали,
судьбой ли случайно занесены? -
Три семечка в солнышки вызрели
и смотрят до одури весело.

И пчёлы хлопочут над золотом,
и птицам - доступное лакомство.
Хозяйка степенная молодо
ладонью их трогает радостно.

Дивится округа той малости,
что стала душевной отрадою,
и, полнясь хорошею завистью,
к подсолнухам тянется взглядами.

В чужом палисаде подсолнухи -
что им до окрестной риторики!
И жаром рассыпались всполохи,
ложась на соседние дворики.

* * *

Наконец-то звонок! -
Телефонная трель!
звонко чист и высок,
словно юный апрель.

Я лечу! Я - кричу
до почти немоты!
Вдруг - как сдуло свечу:
Думала - это ты...

1997г.

ТЕНИ

Стеариновые пятна
на столе и на полу.
Пляс теней невероятный
на стене, как на балу.

Над землёю негасима
звёзд причудливая вязь,
нитка звуков клавесина
где-то там оборвалась

и дрожит ещё, и дышит,
и колышется едва,
будто тише, тише, тише
сказки лунные слова.

Одиноко, страшно в мире
в час глухой полночный мне.
И всю ночь у нас в квартире
тени пляшут на стене.

И плетёт свечное пламя
хитрых духов кутерьму,
и над нами, и под нами
разливая ночи тьму.

ГРОЗА

Я только раз видала море
в крутых объятиях грозы:
две страшных силы в страстном споре
сошлись на лезвии косы.

И в этой схватке бесшабашной
ни ночи не было, ни дня.
Понять - нельзя,
увидеть - страшно
воды стихию и огня.

Крушили яростные сшибки
величия могучий дух. -
Чью правоту и чьи ошибки
сводила вечность в общий круг?

К МУЗЕ

Неодолимая, как сон,
и, как дорога, бесконечна,
необъяснима и беспечна,
и нестерпимая, как стон.

О, моя горестная муза!
моя священная сестра! -
Не обернись же мне обузой
у запоздалого костра.

КОЛЫБЕЛЬНАЯ

Осыпает крошевом
звёздным вышина.
Спи, моя хорошая,
в мире - тишина.

И дрожат веснушками
звёздочки в реке.
Спи, моя послушная,
на моей руке.

На тебя в окошечко
месяц поглядел.
Спи, моя хорошечка, -
завтра много дел.

Спи, родная самая,
слёзы взор слепят, -
завтра папа с мамою
увезут тебя.

Глупыми увёртками
не убавить слёз.
Спи. А вздохи тёткины -
это не всерьёз.

1972г.

Анатолий Марласов

Кисловодск

* * *

В моей судьбе впечатан Север,
И я, взращённый на "югах",
Не научился жать и сеять,
И различать цветы в лугах.

зато могу закинуть невод
Не в озеро, а в облака,
И, вытащив на берег небо,
Ему пощекотать бока.

АНЬ ТОРОВО

Едем в гости - северное чудо,
Важенки вперёд стремятся важно.
мчат олени нас, примчатся к чуму,
"Ань торово, - нам хозяин скажет, -

Был Ваш путь, однако, очень длинный,
Ночевали в "чуме", куропатки?"
Ань торово - будет строганина,
Ань торово - будет всё в порядке!

Из любого ненецкого рода
Улыбнётся старый Вам и малый.
Нет гостеприимнее народа,
Чем народ Полярного Ямала.

* * *

Художники, я Вам дарю пейзаж -
Посёлок Севера во всём великолепье!
Искусный иней так прекрасно лепит
Воздушного посёлка сей мираж.

Подвешены за ниточки дома -
за тоненькие ниточки из дыма,
Качаются дома, а между ними
Качаются сугробов закрома.

Но тишина искусственной была -
И вдруг через какое-то мгновенье
Выстреливают белые олени
Из переулка, словно из ствола.

Собаки вслед бегут, и что им страх,
Когда хвосты их, как полки из сабель,
А нарта, как игрушечный корабль,
Несётся на воздушных парусах!

Ведёт его весёлый капитан,
Оленей погоняя, словно пленниц,
И, кажется, орнаментальный ненец
Пересекает бурный океан.

он бдительно разглядывает путь -
И не мешает на ресницах иней.
Сияние мерцает, будто финиш,
Который он возьмёт когда-нибудь.

НА ХАЛМЕРЕ {1}

Халмер, халмер - нерусское кладбище,
Суровые и стылые места.
Висят гробы, меж - ветер свищет,
И не видать привычного креста.

Повсюду над пристанищем последним
от даже тихих свистов ветерка
Звон колокольчиков, как будто все мы едем
На нартах, догоняя облака.

Разгадываю всё же постепенно
Смысл ритуала: "Всё с собой возьми -
Вот кости убиенного оленя,
Чтобы он там Хозяина возил".

Хорей, похожий на большую цаплю,
И кружка алюминиевая тут:

А вдруг придётся выпить "апой каплю" {2} -
И жди, когда посуду подадут.

Халмер, халмер- представить это трудно,
Поверьте мне на слово, это так -
Висят гробы средь белоснежной тундры,
Как нарты без оленей и собак.

Взметнулась над халмером туча чёрных
Прожорливых, прозорливых ворон,
И мой попутчик нервно вздрогнул:
"Дёрнем?"
И оглянулся, а со всех сторон

Ползла под ветром к нам пыльца седая
И заползала в наши башмаки,
морозило, но я сказал: "Не знаю,
Как можно пить среди таких могил?"

Попутчик ныл: "Ну, что стоим без толку -
Носы и щёки побелели вон".
мы уходили к дымному посёлку,
И в спины нас толкал печальный звон...

{1} Халмер - ненецкое кладбище
{2} Апой каплю - водка

* * *

Помяните, березы,
Вы меня, не виня, -
Ваши светлые слезы
Будут чище меня.

Я, наверно, великий
И большой "охламон" -
Я раздаривал книги
Для нездешних времен.

* * *

Сейчас так модно - сохранять природу,
огородить волшебною рукой,
А не она ль грозить людскому роду
отторгнуть от себя весь род людской?

И неизвестно кто кого - поверьте:
У каждого оружие свое.
Природа не позволит своей смерти -
Бессмертная порода у неё.

* * *

Для детей писать дано
очень умно и смешно,
Потому что по-иному
Для детей пишите, но...

Все на свете дети эти -
Удивительные дети!
Для детей всегда вот так:
Или очень, иль никак.

ГОРЕ МАШУК

Ты дорог мне, старик печальный,
Тем, что на каменной груди
Поэт великий, но опальный,
Увидел солнце впереди.

оно в последний раз блеснуло
В его задумчивых глазах
И закатилось, и уснуло,
И ожило в его стихах!

* * *

Я запрячу грусть свою
В старые калоши,
очень весело спою,
Ничего не утаю -
Я такой хороший!

Я запрячу юный смех
В новые ботинки
И пойду на первый снег,
Удивляя вся и всех, -
Я такой противный!

"Я противник полумер", -
Говорю, смеясь, я.
Я и сложный, как Гомер,
И простой, как Вася!

* * *

Стих лет прошедших ты не вороши,
он твой еще, но ты уже не вправе:
В нем моментальный оттиск той души,
Которую теперь уж не исправить.

Я уважаю всех мастеровых -
Лудить, паять, наверное, от бога,
Но ни за что не трогай старый стих,
Как старое оружие, не трогай.

Хотелось бы его перепаять
И переправить, словно переплавить,
И новое оружие создать,
Такое, что ахти! Но ты не вправе.

Елена Ядрина

ст. Зольская

У ВЕСНЫ ВЗАЙМЫ

Подтянувши ржавую струну
По октаве,
Дирижёрской палочкой взмахнув,
осень правит.

Приведён в поблёкший унисон
Тон оркестра.
И софитной медью подпалён
фрак маэстро.

звукоряд дождливых нот вразброс
На пюпитре -
Пропоёт ноябрь туманно "в нос",
После вытрет.

Приглашает жухлый баритон
Прогуляться
По тональностям ведущих в сон
модуляций.

завитки скрипичного ключа
Ветер кружит
И кладёт, аллеи щекоча,
Рябью в лужи.

отыграв пассажно кружева
Декаданса,
Увязает падшая листва
В грязных танцах.

опуская небо, потускнел
Бас органа
В колебаньях мрачных децибел
Тучи рваной.

Но мотив любви дымком витал
В ложе сквера
И оваций сдержанность сорвал
С плеч партера*.

за четыре такта до зимы
Двое в зале
У весны мелодию взаймы
напевали...

*Партер - (здесь в двух значениях)
1. Нижний этаж зрительного зала перед сценой.
2. Плоская открытая часть парка с газонами, цветниками.

ДИЧАЮ

Как же я по тебе скучаю!
замечаю:
не случайно
стал мой разум от мыслей пьяным,
как с кальяном
постоянно...

Как же я по тебе тоскую!
Сводит скулы!
Я рискую
потерять от любви рассудок -
бить посуду
скоро буду.

Скоро буду кричать от боли,
поневоле -
сердце колет.
Как же я по тебе скучаю!
Я дичаю
от отчаянья...

РУМБА*

Вечер ползёт, непривычно длинный, -
Гадкой рептилией в щель тоски.
Ветер вдоль снов приглашает чинно
Гладкой тропой то в бордель, то в скит.

Вечность, устав, опустила руки:
Сильной быть - тоже большая честь.
Верность - под юбку.
Блудливость - в брюки
Стильной деталью. А швов не счесть.

Жирность кроваво-молочной боли
Слишком высокий даёт процент.
Живность гурману - еда, не боле:
Слитком жестокость - эквивалент.

Трупы надежд схороню, как нищих, -
медный последний пятак пропью.
Трубы горят - лью печаль-винище:
мерный стакан шириной с бадью.

Сладость утрат - смысловая бездна:
Важно не то, что несут слова.
Слабость огня, как ни жаль, уместна -
Влажно в печи, и мокры дрова.

Спички пылают чуть дольше счастья -
Жаркие вспышки на щепках грёз.
Списки претензий по большей части -
Жалкие сноски бездарных проз.

Ритмы латино мне ближе к телу.
Пряною румбой пропах матрац.
рифмы - на простынь! И ближе к делу!
Пьяною строчкой качнём абзац.

Даришь мне мир, отнимая право
равных наград после равных драк.
Давишь бетон, гнёшь подковы, браво! -
разных настырных чудес мастак!

Смог убедить - эгоизм за гранью.
Дурно запахло - любовь гниёт.
Смог дымных ссор перекрыл дыханье:
Душно - надрежу у горла вход.

* Румба (испан. "путь") - латиноамериканский танец, страстный, отражающий отношения между мужчиной и женщиной, чаще танец несчастной любви.

* * *

Господи!.. Я же бро-ше-на!..
Господи!.. Я же сильная!
Я стерплю даже крайность чувств.
Упрекать не желаю любимого.
Промолчу. Промолчу.

Господи!.. Я же глупая.
Сердце соткано ниткой - лён.
он схватился за плеть, а я хлюпаю
Всё о нём, всё о нём.

Господи!.. Я же грешная.
Крест потерь весь свой век тащу.
Поделом, по заслугам, конечно, мне.
не ропщу, не ропщу.

Господи!.. Может, к лучшему -
знать, взимаешь с меня долги.
но остаться в живых в этом случае
Помоги! Помоги...

Господи!.. Я же битая.
Так ужель, на сей раз невмочь?..
Колыбельной спасаюсь молитвою
День и ночь, день и ночь.

Господи!.. Ты судья ему.
но, молю, боль не множь на боль.
Взять за счастье в любви на себя вину
Мне позволь, мне позволь.

Господи!.. Налюбилась я.
наглоталась любви сполна.
Упаси от неё, будь же милостив!
Не нужна, не нужна.

Господи!.. Я же мудрая.
Не пойду от обид на месть.
Право правым остаться ему даю.
Пусть, как есть. Пусть, как есть...

Господи!.. Я же бро..ше..на!..
Посреди безразличья - вплавь.
Только ты не оставь меня, Боже мой.
Не оставь! Не оставь!..

Юрий Коленко

с. Турксад

* * *

Стояли около парфюмерного магазина -
В Киеве, на Крещатике,
толпы, потоки машин,
снежная каша под ногами.

Я сказал: этот магазин -
Собрание всех красивых слов на свете...
Ты улыбнулась.

О, милая! О, суть жизни! Где ты! Где всё!
Но день тот стоит на своём месте.
Только вспомнишь -
Начинает идти, как фильм,
Пока не падает напряжение.

* * *

Солнце садится
за бетонной громадой шлюза.
На воде, на небе, в воздухе
Пыль жаркого дня, дымок вечера, мерек,
На теле - тёплое молоко лета.

Длинная баржа с углём
тормозит перед
воротами камеры,
мягко касается стенки и причаливает,
ждёт, пока шлюз откроют.

Над ней на стене -
досужие надписи матросов,
Среди них чей-то вздох,
белой кистью начертанный:
"Женщина - это лакомство, вроде омара!"

* * *

Солнце глянуло в декабре утром
И мало занятного обнаружило.
Что тут освещать, на чём блестеть,
с чем играть?

Руины трав, ещё не засыпанные снегом,
Деревья чёрные, ветки голые,
палые серые листья,
Мокрые доски и ржавые сетки заборов,

велено было облакам
тусклую прикрыть картину,
а светило утешить летом южного
полушария,
тем более, что зелёный Эдем там
его же лучей дело.

* * *

Очередь в сберкассе.
Старенькие и пожилые
Женщины. Реже - мужчины-пенсионеры.
морщины, шажки, бумажка от глаз
подальше,
ухо к звуку поближе.

Зрелище не вдохновляет,
но если
присмотреться -
за спиной у каждого
огромный роман. Эпопея.
И название то же - война и мир,

Позади необозримая экономика
цеха, шахты и домны
комбинаты, дороги,
рожь и пшеница,
его, вот этого старичка, создание -

и тех, кто лёг в землю
забывчивой страны,
одного волокло время
по его жизненной дороге,
другой сам придумал судьбу
и в эпоху был погружён,
как Муму в пруд,
сто пудов терпения у героя было,
повертелся немало, если уж выжил,
и не одиночкой,
а ещё детей народил и поднял,
вопреки всем конармиям
медных всадников,
скачущим по нашим головам...

В эпилоге все персонажи
Встречаются в сбербанке
И получают пособие.

Ольга Евтушенко

Ставрополь

СТИХИ - Я

Ночь так тиха...
Возможно ли представить,
Что час назад здесь бесновался гром,
А молния расплавленным хлыстом
Поверить в дьявола могла меня заставить?!

Стихия воем изошлась,
Но, вволю нарыдавшись ливнем,
Затихла наконец и улеглась...

Я нахожу в стихии утешенье,
Освобожденье от тревоги и тоски...
Разрядка чувств -
и вот они, стихи, -
Как гром и молния,
как ливень очищенья!

ТАЙНА

Ночь - мохнатая черная кошка -
Лунный глаз на меня таращит.
Ей, наверно, не спится тоже,
Как и мне, в этом царстве спящем.

Заскулила душа, завыла,
Значит, в ней поселились черти,
Если я о любви забыла,
Рассуждая о Жизни и Смерти.

Жизнь - иллюзия, вечности призрак,
Смерть же - более чем реальна!
Кошка черная - верный признак:
Миром правят загадки и тайны.

...Я пытаюсь проникнуть в тайну,
Напрягаясь мудреной мыслью...
Просто - я на Земле случайно,
Вот и весь моей жизни смысл!

НЕКРАСИВАЯ ДЕВОЧКА

"...Что есть красота
И почему ее обожествляют люди?
Сосуд она, в котором пустота,
Или огонь, мерцающий в сосуде?"
Н. Заболоцкий

В той некрасивой девочке с портрета,
Написанного гением пера
И грустным наблюдением поэта,
Я узнаю недавнюю себя.

Мир полон красок для нее, покуда,
Охваченная счастьем бытия,
Ее душа, как огонек в сосуде,
Наружу рвется, света не тая.

"Ни тени зависти, ни умысла худого"
Пока не знает девочка. Но мне,
Мне, взрослой женщине, знакомо,
Как заживо сгорать в таком огне!

Как обнаружить вдруг,
что жизнь жестока,
Несправедлива, тускла и пуста,
И что в душе нет никакого проку:
Ведь миром властвует иная красота!

ИСПОВЕДЬ

Перед жизнью, перед смертью ли
Мне легко, как никогда...
Всё, во что когда-то верила,
Унесла с собой вода.

Оглянусь душой на прошлое -
Ни обиды, ни стыда,
Только запах сена - скошены
Звонкой юности года.

Жарким летом детство выцвело
Васильками на ветру,
Я на счастье босоногое
С тихой завистью смотрю...

А потом кружила-маяла
Осень красною листвой,
Всё как будто понимала я
Беспокойной головой...

Теплотой, заботой, ласкою
Сердце сладко налилось,
Дочь растет, а счастье женское
Глухотой отозвалось...

Мне не надо ни прощения,
Ни красивых льстивых слов,
Перед жизнью, перед смертью ли
Заслужила я любовь!

ЖЕНСКОЕ КОВАРСТВО

Я знаю - это тяжкий грех:
Хитрить, лукавить, притворяться,
Не быть влюбленной, а казаться,
Хотя на сердце стылый снег...

Но беспощадной быть, как зной,
Любовных мук не замечая,
В груди тщеславие венчая
С обворожительной луной...

Мне пить приятно эту смесь -
Мучений чьих-то и желаний
Глотками взглядов-ожиданий
Еще несбывшихся надежд.

...И снова повод подавать
Мечтам, любви, воображенью,
Хмельному головокруженью,
Корысть же мастерски скрывать

Движеньем тела, лестью слов,
Чарующей улыбкой, вздохом...
Стать не случайностью, а роком
И героиней сладких снов.

Будить сомнения и страх,
Исчезнув вдруг, уж не вернуться,
Но на прощанье оглянуться -
И все развеять в пух и прах!

* * *

Я люблю тебя страшной любовью,
Что любовью и не назовешь,
Я люблю тебя с криком и болью -
Ты уже никогда не придешь.

Я люблю тебя неотвратимо -
Так в последний предсмертный час
Жизнь безжалостно и незримо
Навсегда покидает нас.

Я не вспомню тебя с надеждой:
Разве боль можно так вспоминать?
Я забуду тебя, мой нежный,
Чтобы больше не умирать!

Валентина Боровик

Пятигорск

КАК ЗНАТЬ

И взор, так много говорящий,
И жар души моей летящей
Остыли, пеплом замело.
Не будет больше ничего.

Холодный ветер листья гонит,
Берёзку гнёт, печально стонет,
Скребёт ветвями по стеклу.
И я тоскую по теплу,
Шальному солнцу золотому,
Три дня не выхожу из дома.

Как жить - ума не приложу.
Но никому не одолжу
Ни дня своей тоски, тревоги.
Быть может вы, всевидящие боги,
Прольётесь солнечным дождём,
Иль упадёте снегом белым
морозным утром заиндевелым.

Как знать! Каким заветным днём
Душа очнётся и проснётся,
лучистым взглядом улыбнётся.
Как знать?! Чем явится
земная благодать?!..

любви запутана дорога,
Её не познаны пути.
лишь у случайного порога
Она смогла тебя найти.

Она чиста перед собою,
Перед людьми она права,
Пришла дорогой непрямою
И выбор сделала сама.

любовь - сердечная забота,
Души работа на износ,
Чувств высочайшего полёта,
Тревог, отчаянья и слёз.

Она всегда сама находит
И занимает рубежи.
И всё, что с нами происходит,
мы называем просто "жизнь".

* * *

Найди меня, рассветный луч!
Ты светел, царственно могуч,
Ты к нам идёшь послом от солнца,
Так загляни в моё оконце.

Пообещай, космическое чудо,
Когда в глухой печали буду,
Ты разольёшь (на всё своя причина!)
Благоухание сирени и жасмина.

А если время склонится к морозам,
Ты нарисуешь голубые розы
Узором нежным ледяным -
Витраж оконный, вьюжный дым.

ласкаешь ты леса и воды,
Творишь природу. Ты и сам - природа.
Твой свет - рождение любви,
мне руку, лучик, протяни!

РЕКА ВРЕМЁН

Соблюдая законы природы,
Время крутит своё колесо -
Где мгновения, там уж и годы,
Всё рекою времён унесло.

В мириадах дорог и событий,
Где и вы в многоточьях судьбы
Человеческих жизненных нитей
Промелькнёте в сиянье звезды.

Только память - счастливая данность -
Тянет жизни безмерную нить,
Обеспечит мгновений сохранность
И поможет ваш путь проследить.

Пусть молекулой, даже не каплей,
Вас несёт временная река,
Будь вы даже болотною цаплей,
Ваша жизнь под звездой высока.

Соткан мир из любви и страданий,
Он надеждой и верой прошит.
Вашу жизнь до последних признаний
Ваше время успешно домчит.

ЛИСТЬЯ ЛЕТЯТ

Небо осеннее, тучи в смятении,
Вздыблен, воздушный кипит океан.
Ищет спасения в вечном движении
Уму непослушный ветер-буян.

Гонимые ветром в порыве ответном
Листья сквозь время кружат и кружат.
В своём многоцветном танце заветном
Летящее племя - хмельной листопад.

Буйствуют, сердятся, знают: всё стерпится,
Ночки лихие. листья летят...
Сердцу не верится, сердце надеется -
Там над стихией звёзды горят.

ТУМАНЫ СТЕЛЯТ ПУТЬ

Приходят жёлтые дожди,
Туманы стелят путь.
И дни прохладою свежи -
Поры осенней суть.

Меня уводит в глубину
Прошедшей жизни той,
где пью живую тишину
И слышу голос твой.

В безлунной ночи забытьё
Под шелестящий дождь
Приходит прошлое моё.
Куда ты с ним бредёшь?

Не зная правила игры,
И дней забывши счёт,
В какие жизни и миры
Ты совершишь полёт?

Всё, что ушло так далеко,
Былого часом не вернуть.
И сколько раз себя легко
Простить и... сколько раз убить!

Приходят жёлтые дожди,
Туманы стелят путь
Прости... Немного подожди,
С тропы последней не свернуть!

Любовь Петрова

Новопавловск

* * *

Как из боли мне этой выбраться,
Зачеркнуть все дороги в прошлое?
Как, любимый мой, мне забыть тебя,
Жить начать без тебя, хороший мой?

Не вернуть тепла хмурой осенью,
По стеклу окна слёзы катятся.
Нам осталось одно хорошее -
Всех простить и самим покаяться.

* * *

Как в болоте, барахтаюсь в прошлом я,
Не найти никак места ровного.
Лезут мысли всё нехорошие:
Что забыть хотела, всё помню я.

День забрезжит - на кочку выберусь,
Чуть вздохну - к иконе с повинною.
А луна взойдёт - куда ни взгляну -
Топь кругом да глаза совиные.

Видно, многое мне прощается,
Если прошлое следом гонится.
Знать, мне каяться - не раскаяться,
И до смерти всё будет помниться.

Как бы мне суметь себя приподнять,
Из болота на сушу вытащить,
У камина тёплого сесть, у огня,
И себя терпеливо выслушать?

А когда вдруг зарёю раннею
Звон разбудит меня колокольный,
Я пойму, что рождаюсь заново,
Ни добра и ни зла не помня.

* * *

Мы созданы, чтобы нас любили, -
Красивых и некрасивых,
Блондинок, брюнеток и рыжих,
Болтливых и молчаливых.

Болтаем мы от безделья.
Вы рот поцелуем закройте,
Свои протяните руки,
Погладьте волосы молча,
скорей обнимите за плечи,
Охапки цветов подарите!..

* * *

Отшумели вёсны,
Отгремело лето,
Пролетела молодость,
Как - и не заметила.

Мягко, потихоньку
Вдруг подкралась осень.
Вот и подморозило:
Волосы, как озимь.

Вот и отшумело,
Вот и отгулялось.
Может быть, всё это
Просто показалось?

Знаешь, так уж водится:
После снегопада
солнышко пригреет,
снег в душе растает.

Расцветёшь, как вишня,
Всем другим на зависть,
И вернётся молодость,
И отступит старость.

ЗИМА В ПЕРЕСЛАВЛЕ-ЗАЛЕССКОМ

Злилась зима.
В злости её неуёмной
Видела я,
Как металась по улицам тёмным,

В окна швыряла
Пригоршни снега колючего,
Ветки ломала
дуба могучего.

Билась о стены
древнего города славного.
Вдруг испугалась,
Что пропустила главное.
словно очнулась
И замолчала пристыжено:
- Что же я злилась
И на кого так обижена?

А старый город седой
Звон заливал колокольный,
Тихо вставала заря,
День разгорался новый.

Всё улеглось в душе,
Отбушевали страсти:
Скоро конец ненастью,
Скоро весна уже...

ВЕСЕННЕЕ ОПЬЯНЕНИЕ

Напоила цветом липовым весна.
Захмелела я, опять мне не до сна.
Закрутилась-завертелась карусель.
Виновата в этом я или апрель?

Снова хочется смеяться мне и петь,
Были б крылья за спиною - полететь,
С силой бешеною снова полюбить,
Все приличия на свете позабыть.

Рассмеяться бы невзгодам всем в ответ,
Заплести бы в косы яблоневый цвет,
И в весенней суматохе закружить,
обо всех годах прошедших позабыть!

Захмелела, напилась я допьяна -
Напоила цветом липовым весна...

УТРО

Разгорелась заря над городом.
Напоила прохладой утренней.
Тихо звал из собора старого
Колокольный звон к заутрене.

Задохнулась душа от нежности,
Всё, что было хорошего, вспомнила.
Захмелев от утренней свежести,
Всю себя добротой заполнила.

Светлана Колбасина

Георгиевск

ПРОЩАНИЕ

могучим килем рассекая
Свинцово-чёрную волну,
Уходит бриг, во мраке тая...
Ну что ж. Рукой вослед махну, -

Видать, судьба моя такая.
Пустынной станет ширь морская.
И облака - не паруса -
Причудливо вдали мелькая,
Скользнут. Да чаек голоса
Услышу, о былом вздыхая.

Впредь парус ветер не расправит
Упругой силою своей.
о чём-то горько шепелявит
Волна, стирая след друзей.
А бриг уходит, тает, тает.

* * *

Серебро пролила вниз луна, -
Разбудила враз таинства ночи.
По-иному вся бухта видна:
Тени стали ясней и короче.

Скалы в море хотят утонуть, -
окунулись в прибрежные воды.
И волна, поднимаясь чуть-чуть,
Наклонённые лижет их своды.

И волна тихо галькой шуршит
о далёких неведомых странах,
где усталое небо лежит
На песчаных холмистых диванах.

можно лунною тропкой уйти,
Ряби зыбкой ногою касаясь,
Бриг затерянный в море найти
И уплыть навсегда, не прощаясь.

МОНОЛОГ ЛЁТЧИКА-ИСПЫТАТЕЛЯ

Светлой памяти Гудкова Олега Васильевича
Я прямо веду, и МиГ покоряет
Пространство небес и Времени срок.
Но снова в режиме сбой. Вновь вращает -
Упрямец МиГ впал в воздушный поток.

Стань птицею неба, груда металла!
Мотор, а не ветер пусть вдаль несёт.
Бесцельно порхать тебе не пристало.
Послушай, как импульс мощи зовёт.

Ты в серию выйдешь, груда металла!
Весь опыт пилота кину я в бой.
Таких вот "капризных" знал здесь немало.
Из штопора в небо взвейся свечой!

Дрожишь и вращаясь падаешь к точке, -
Пометил рок там, где рынка накал.
Где тётка торгует в пёстром платочке, -
У ней я картошку, помнится, брал.

Ну что же. Придётся сердцем исправить
Каприза причину. Мой самолёт
За город, подальше в поле направить -
И там оборвать навеки полёт.

Стань птицею неба, груда металла!
Мотор, а не ветер пусть вдаль несёт.
Бесцельно порхать тебе не пристало.
Послушай, как импульс крови зовёт.

* * *

Ржавая, тёмная охра воды -
Старой, усталой лужи.
Ты посмотри, куда мы забрели.
Здесь нам никто не нужен.

Сталкером слыл ты давно для меня, -
Вновь вот пора настала:
Нас Неизвестность, призывно звеня,
В дали вдвоём позвала.

Чужд, насторожен разверзнутый мир.
Стынут осколки стали,
Что рикошетом от раненых лир
Тихо к ногам упали.

Скомканных струн то ли всхлип, то ли стон.
Сумрачный свет - мерцанье.
Может ведь статься, что это лишь сон.
Или самопознанье?

Здесь обнажённое чувство волной
Сеет души смятенье.
Слушай, не бойся! осилим с тобой
Странное приключенье.

Ржавая, тёмная охра воды -
Старой, усталой лужи.
Как мы с тобою сюда забрели?
Здесь нам никто не нужен.

* * *

В небе пеплом остынет заря.
Вязкий сумрак сомкнут фонари,
Золотой свет покоя даря.
А тропа уведёт от двери,

В тайну ночи тихонько маня.
И не зная зачем, почему,
Буду я от себя убегать,
Торопливо шагая во тьму,
Всё пытаясь увидеть, понять
То, чего до сих пор не пойму.

Разольёт свет луна - ночи страж.
Звёзды искрами глянут меж вежд.
И неясный, манящий мираж
Неразрушенных болью надежд
В сердце вызовет лёгкий кураж.

Хорошо, что надежда жива, -
У меня ничего больше нет.
Ног коснётся густая трава,
Куст жасминовый дарит букет, -
И почувствую, что не мертва.

Да, есть к жизни ещё интерес!
Позабыть бы, что было вчера,
Всё затмивший развеять бы стресс.
Но вдруг змейкою сгинет тропа,
И в мечтах чётко глянет регресс.
Знаю - пеплом остыла заря.

Полина Измайлова

Ставрополь

ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ

На тонкой грани мирозданья
Мы встретились, на перепутье.
случайным было ли свиданье,
Какими будут наши судьбы!?

Но, чью-то волю выполняя,
над нами Ангелы летали.
Небесная кружилась стая,
держа венцы над головами.

Немыслимо горели свечи
Обвенчанных весной каштанов,
И нежные тонули речи
В воздушных облаках обманов.

И как мираж качнулось ложе
Венчальное над головами.
И в страхе я взмолилась: "Боже,
Владыка, смилуйся над нами!"

Но я, оставшись без ответа,
Твоей любви не отвергаю.
Повтором Ветхого Завета
Запретный плод я вновь срываю.

Теперь тропой от Ада к Раю
Пойдём по кругу бесконечно.
И эти две дороги сразу
В судьбе останутся навечно.

решенье принято, ступай!
О, струны вечности, играйте!
Но не спеши за мною в рай,
Я буду ждать в Аду у данте.

Там отыщи среди кругов
У Миноса мою обитель.
Он там - судья моих грехов
И мой духовный покровитель.

И, если сможешь доказать,
Что мы в любви греха не знаем,
Тогда позволит он забрать
Меня в предел земного рая.

И мы, сквозь скорби все пройдя,
своей любви предать не сможем,
И, вопреки всему, любя,
Мы вместе путь свой подытожим.

26.06.12

КРЫЛЬЯ

два крыла моих надежд
Вынесут двоих.
Мой любви источник свеж
И краёв достиг.

Пригуби, любимый мой,
Иль испей до дна.
Он печаль уймёт и боль,
Так любовь сильна.

Только крылья не проси,
Не смогу отдать.
Это суть моей души -
Я должна летать.

1.06.12

ТЕРЗАНИЯ

То ненависть пылает, то любовь,
То уничтожить хочешь, то возвысить.
Я не хочу от сих страстей зависеть,
Что без ума вдруг овладеют мной.

Я не хочу желаньем быть томима,
От взгляда и от слова трепетать.
Сама собой хочу я обладать.
Прошу, мой друг,
ступайте молча мимо.

1.06.12

ПРЕДЧУВСТВИЕ

Ваших мыслей потаённый след
Я среди тайных знаков распознаю.
Желанных ваших я боюсь побед,
Себя боюсь, поскольку не святая.

Боюсь затем не посмотреть в глаза
И сокрушаться, что иду по кругу.
И ты, и я - мы знаем, что нельзя,
Но с каждым вздохом
ближе мы друг к другу.

30.05.12

НЕ УХОДИ...

Не уходи, сомкнув уста немые.
Пусть наша повесть длится вне времён.
Давай покинем тяготы земные
И крылья наших ангелов возьмём.

Не уходи, сомкнув уста немые,
И не верши в сердцах поспешный суд.
о, не спеши! У нас пути иные!
Уйдёшь, смолчишь - и ангелы умрут.

1.06.12

БЫЛО...

сам воздух был пропитан нежностью,
И вечер тих, и ночь темна,
И горизонт манил безбрежностью,
Когда тобою я жила.

ходили тропками заветными
В лесу мы вдоль и поперёк.
И ты часами предрассветными
Налюбоваться мной не мог.

Что было в прошлом, то уж сгинуло,
И боль, и радость - всё прошло.
Но каждый раз закат рябиновый
Мне дарит прежнее тепло.

6.06.12

КОГДА ТЫ РЯДОМ...

Когда ты рядом был, я пребывала в неге,
она питала щедро дни мои.
Часы стремились в ежедневном беге,
Даря и множа радости любви.

Когда ты рядом был, мои дремали музы,
Давая растворяться мне в тебе,
И день за днём крепчали наши узы,
Всё лучшее верша в нашей судьбе.

Но пробил час, и мы теперь в разлуке.
Вернулись музы, долг взимать с меня.
Тоски моей превозмогая муки,
Творю во славу уходящим дням.

30.05.12

ТАИНСТВО

Ты душу мне разбередил стихами,
И сразу мыслей потаённых вязь
Вдруг зародила близость между нами,
Неясных признаков невидимую связь.

о это поэтическое бденье,
Души творенье, истины зерно.
Твоей души в мою проникновенье,
Вериг любовных прочное звено.

Пусть наяву не будет между нами
Лобзаний нежных и горячих слов,
Но искра уж отмечена листами,
светящимися таинством стихов.

08.01.2012

ПРИМИРЕНИЕ

Давай зажжём сегодня свечи
И изопьём бокал вина.
Давай сегодня, в этот вечер,
Простим друг другу всё сполна!

свеча горящая пусть явит
Былую повесть ранних грёз.
Пусть нами в этот вечер правит
святая ночь с эскортом звёзд.

Пусть ты и я под небом звёздным,
Как люди первые в Раю,
Пред оком праведным и грозным
Друг другу скажем: "Я люблю!"

14.05.2011

Иван Наумов

Ставрополь

НАРКОТИКИ ВЕСНЫ

Гнезда пока что ласточка не вьет,
А если быть точнее, то не лепит,
И зимних дней тоскливый хоровод
Напомнит нам с тобой мечту о лете.

надежда нам закиснуть не даёт
и от тоски излечивает, вроде...
да жаль, в мечтах о лучшем, каждый год
земная жизнь по капельке уходит.

и этому альтернативы нет,
как дней неудержимому мельканью.
наркотики весны мы много лет
используем без страха привыканья.

ну, а весна приносит нам любовь:
Они уже давно на пару ходят, -
И с чистых будем начинать листов,
И гимны петь проснувшейся природе.

2013г.

МНЕ НРАВЯТСЯ ТВОИ СТИХИ

к тебе приходит в гости только дождь,
От сердца к сердцу строя шаткий мостик.
А я решил узнать, как ты живешь,
Без писем и звонков явившись в гости.

Мне нравится читать твои стихи,
Твои со строчкой действенные дерби,
как будто я по тропочкам глухим
заглядываю в девственные дебри.

Я ими потихонечку лечусь
От скуки и обыденности буден,
Хоть в них всегда проскальзывает грусть,
но все же на душе отрадней будет.

Я слышу в них родные голоса,
Обрывки рассуждений и эмоций...
И, расправляя крылья-паруса,
Примчусь на них к тебе без карт и лоций.

2012г.

НЕ НЕВОЛЬ ТЫ МЕНЯ...

не неволь ты меня, не неволь,
не тверди мне, что любишь и ценишь,
не развеешь сердечную боль
И утрату собой не заменишь.

Я ведь просто с тобою дружу.
Постарайся понять, если сможешь:
на свиданья к тебе прихожу,
Только душу ты мне не тревожишь.

не рождается в сердце любовь,
не волнуют ненужные встречи,
Потому и разлуку с тобой
Я, скорее всего, не замечу.

2009г.

ОТ СЕРДЦА К СЕРДЦУ...

Мы все делили на двоих,
Но в полутьме софитов зала
Ты "нет!" мне гордое сказала,
Рассудок потеряв на миг.

казалось, снятие оков
решит проблему всех болезней,
но знала ль цену ты последствий
Некстати выпорхнувших слов?

Вдогонку внутренней борьбе
Ты сердцу мысли поверяла,
И громко музыка играла,
но было ль весело тебе?

А дни катились чередой,
Поодиночке мы страдали.
В туманной мгле терялись дали
И грусть просилась на постой.

И только в нереальных снах
Друг к другу приходили в гости,
От сердца к сердцу строя мостик,
Но утро все стирало в прах.

В каких ты прячешься краях,
души скрывая катаклизмы,
Не прибегая даже к письмам?
И все же твердо верю я:

Что дней тоскливых череда
Сотрется в пыль, и вечер лунный
другие сердца тронет струны,
И ты мне тихо скажешь "да!"

2013г.

И НЕ НУЖЕН НАМ КТО-ТО ЕЩЁ

Мы с тобою вдвоем на обрыве крутом,
А под нами струится река.
И вокруг тишина. Мягко светит луна,
Пробивая в ночи облака.

Легкий шепот реки да ночные сверчки...
Ты легонько прильнула к груди.
Только блики колец, только стуки сердец,
Только пьяная ночь впереди.

Так сидеть бы всегда - не часы, а года -
В тихий вечер плечо о плечо.
Пусть проносятся дни, мы с тобою одни,
И не нужен нам кто-то ещё.

2013г.

ДАВНО РАСТАЯЛА СВЕЧА

Ты руку сбросила с плеча
И от колечка отказалась.
давно растаяла свеча,
А боль по-прежнему осталась.

Закат безумствовал вдали,
когда навек прощались двое.
А за оградой соловьи
рыдали не для нас с тобою.

2009г.

Валентина Шаляпина

с. Александровское

С ЛЮБОВЬЮ И ТРЕПЕТОМ

... Как прекрасно, увидеть благодатную красоту жизни в матушке-природе: запахах, звуках, осенней усталости кротких сумерек, дыхании неба... Постоять, присмотреться, прислушаться и понять наконец, как много тебе даровано!

СОЛНЕЧНАЯ РЕКА

Плавала я рыбкою в реке.
Солнышко играло на песке.
Птицы пели. Где-то комары
Прятались в низинке от жары.

Мирно было и светло вокруг.
Слышала я дятла дробный стук.
лошади паслись невдалеке...
Я купалась в солнечной реке!

ВДВОЕМ

Прошу, побудь сияющим лучом
И освети весь путь, мне Богом данный!
я расцвету жасминовым кустом,
Врата открою в сад благоуханный!

Прошу, побудь горячим угольком:
Я отогреюсь... Стану обновленной!
зажгу свечу в саду влюбленных.
Мы храм воздвигнем нежности...
Вдвоем!
Прошу, побудь...

* * *

Так печален тополь с золотистой кроной!
И трава пожухла, а была зеленой...
лишь осенний ветер листьями играет,
Паутинок тонких ниточки срывает.

И ползут туманы в дали голубые...
Вот и снова осень, с ней - дожди седые...
Журавли курлычут, тишину пугая...
Мне бы тоже в лето с журавлиной стаей!

ОБЛАКА НАД СТЕПЬЮ

Ещё всё спит в природе
Миг зари!
лишь облака,
как сказочные пташки,
летят над степью,
Словно сизари...
И держат в каждом клюве
По ромашке!

МАМА!

Ты радость, ты пристань,
Ты солнце моё!
Ты нежность, ты светлость, -
повсюду тепло...
Мне рядом с тобою
Надёжно, легко!

МОЛИТВА

Я "Отче наш..." шепчу.
осенний день уходит.
Смолкает пташек сладкий перезвон.
ложится снова синь прохладная
в природе,
закат плывёт за долгий горизонт.

Я посмотрю вокруг
и попрошу у Бога,
Чтоб всем хватило радости сполна,
Чтоб щедрости для всех
И света было много,
земля была теплом одарена!

ПРОСНУТЬСЯ С НЕЖНОСТЬЮ В ДУШЕ

Так хочется в твоей любви купаться,
Вновь замирать в объятиях твоих,
Чтоб был родник надежды - на двоих.
Так хочется в твоей любви купаться!

И чувства наши в слитках золотых,
Исполненные красоты и граций!
Так хочется в твоей любви купаться,
Вновь замирать в объятиях твоих!

* * *

Тихо! Сердце рождено для боли,
для высокой боли, для любви...
Я хочу, как все, счастливой доли
И живу по Божьей мудрой воле,
слышу сердца стук в моей крови...

* * *

Я не готова к старости, увы,
да только мчатся мои годы-кони!
Посеребрило полотно судьбы...
Морщинка, знаю, мои губы тронет...

ВРЕМЯ - ПЕСОК

Живём! Мечтаем!
Трудимся... И вдруг -
душа уходит...
слово остается!
И остается тихий сердца стук...
Лишь нити связи
с бренным миром,
рвутся!..

Николай Никулин

Кисловодск

СТРИЖИ

который год!
двадцатый год! -
стрижей стремительный полёт
Я наблюдаю за окном.
Жильё для них - высотный дом.
карниз - двенадцатый этаж!
Оттуда ежедневный пилотаж!

Там, под карнизом, гнёзда свили,
стремительным полётом небо расчертили.
Наполнили округу шумом, пеньем.
Любуюсь их полётом каждый день я!

По кругу их полёт и взад-вперёд,
Вверх-вниз и снова в рассыпную,
На радостную их игру гляжу я.
Быстрые и шумные стрижи
Воспевают лето, солнце, жизнь!

30 июня 2013

* * *

Л. П.

Я забыл, почти забыл,
Что нравилась она, её любил...
Я в Камышине на Волге тогда жил.
И текстильный строил комбинат
разных тканей, и шелков, и ситца.
Много из Иваново приехало девчат,
Не хватало даже девушкам ребят -
Было бы грешно здесь не влюбиться...

Упрекнула: "Как же вы забыли?
Мне казалось, вы меня любили!"

до сих пор помнит меня,
Чувств не скрыла и огня!
Пятьдесят с тех пор промчалось лет,
Пятьдесят годов горел огонь и свет!
Я на поезд до Камышина возьму билет,
Чтоб поехать и обнять любовь,
В молодость свою вернуться вновь!

17 июня 2013

НИЗКО ЛАСТОЧКИ ЛЕТАЮТ

Низко ласточки летают,
Надо мной почти порхают.
говорят в народе, что к дождю
низкий их полёт.
Каждый день в тени под сорок,
Молния сверкнула...
Видно, скоро
по приметам
долгожданный дождь пойдёт!

7 августа 2012

ЛУННЫЙ ЛЕТНИЙ ВЕЧЕР

Оранжевый висит на небе таз,
гвоздями крепко к небу приколочен.
В полночный тёплый летний час
Влюблённых на земле чарует очи...
Не отвести от красоты мне глаз!

4 августа 2012

МУЗА

Муза разбудила в пять утра
И меня с постели подняла.
сел за стол и начал рифмовать слова:
Я её прихода ждал ещё вчера.
долго не было её, красавицы моей.
с ней теплей,
и жизнь с ней веселей!
Положил ладонь на её руку и обнял.
сколько в ней, друзья мои, огня!
Муза, за грехи меня, прошу, прости!
снова посвящаю я тебе стихи!

5 декабря 2012

УТРО РАННЕЕ

Утро раннее. Зорька алая,
Восходит солнце над землёй.
Край милый, родина малая,
Еду увидеться с тобой!

В село, где в поле рожь колышется,
где синие, как небо, васильки.
где богатырские есть родники.
А за околицею песни слышатся...

29 июня 2013

НА МАЛОЙ РОДИНЕ

Иду под Графщино к реке,
Там где на Няньге перекаты.
Здесь по утрам,
в июне на заре
ловили окуней мы с братом.

Увы! Нет братьев уже десять лет,
Исчезло Графщино
с карты России.
А мне всё видится зари рассвет,
И по лугам бежим к реке босые...

АНАТОЛИЮ МОРОЗОВУ

Автору и исполнителю песен
Он талантлив, рассудителен во всём,
ладно скроен, собою речист.
На селе молва о нём -
Первый на селе гармонист.

давно знает большое село
Голос красивый его.
Голоса красивей нет -
Слушали его концерт.

В песни и в музыку влюблён,
А характером горяч и лих.
Вольным казаком рождён -
Может постоять за двоих.

Он душою красив и чист,
духом и телом здоров.
Он солист, гармонист, он артист -
Автор дивных песенных слов.

Пением своим радует людей.
Жизнь становится от песен веселей.
Во всех песнях боль слышна,
Что разрушено село и страна.

Пусть мечта его сбудется скорей,
По деревне отсыпать дорогу, -
Мы с гармонью пойдём по ней.
Нам для счастья надо немного.

И скажу вам мысль такую:
Не сравнится с ним и расторгуев.
Вся попса близко не годится -
Пусть село талантами гордится!

20 августа 2012

Любовь Соболева

с. Алексеевское

КАК ПРОЖИТЬ?

Как прожить,
Чтоб не упроститься до нуля,
Не уплотниться, как земля,
Не любить насильно,
Не работать непосильно
Не упасть до рабства,
Не потерять благородства,
Совесть не потерять,
Цену себе знать?..

Пока опыта наберёшься,
Старость подкрадётся,
Я уже опытен, умен...
А кому теперь нужен?

БЕРЕГ МОЙ

У тебя, может, берег.
У меня - бережок.
У тебя, может, остров,
У меня - островок.

У тебя, может, сейнер,
У меня - туфли "лодка",
Ты живешь, где бьет гейзер,
Я - в безводной слободке.

У тебя, может, доля.
Получше моей,
Живешь ты у моря,
А я - у степей.

ДУШЕВНЫЕ РАНЫ

Почему-то душевные раны
Не стирают времен жернова.
Я ношу их, как воин погоны,
На плечах, где сидит голова.

По идее - она и виною,
Что занозы сидят в груди.
Не думаю ж я спиною
Как мне дальше по жизни идти.

Сердце мое шлет сигналы
Для спасения к голове,
А она только ставит галы:
"Принят СОС, ждем помощь извне".

А кто мне в этом поможет?
Да только я сама.
И кто мне помощь предложит?
Только она, голова.

ДОМ

Хата - что школа большая,
Но детского шума здесь нет.
Не сказать, что стоит пустая,
Но главным здесь должен быть дед.

Бабке одной не под силу
Тянуть его виды на жительство,
Приходится тянуть жилу,
Сочетая молоток с сочинительством.

Чуть-чуть иногда получается,
А чаще всего нет.
Прошу Одина: мол, не терпится,
Подскажи, дай совет!

ЖАЛОСТЬ

"Слезу роняет жалость":
Душу как бы латает,
Эти заплатки такая малость,
Сердце духом тает.

От заплаток след остается.
Надолго, засекречено,
Уже и слезы меньше льются...
А шрамы, боль - увековечены

Жалость в глазах отражается,
Бороздами на лице,
Надолго в душе уживается,
Не думая о моем конце.

Я ХОТЕЛА ПОПЕТЬ

Я хотела попеть
ради праздника песни,
да со всеми посидеть:
за застольем круг тесен.

Но песня пропала,
сел голос совсем,
Что-то в горле застряло -
Не пью и не ем.

Что-то челюсти сдвинуло,
А слёзы, что град.
застолье покинула,
Это одна из наград.

А сколько их было -
"Орденов" и "медалей".
Меня жизнь наградила,
Впору "откинуть сандалии".

ЗА ГРОШ - АЛТЫН

"Купить бы за грош алтын.
с баем расплатиться,
да, рок дьяволу сын,
Придется поступиться.

Я пойду в косцы,
Много сена накошу,
свяжу с концами концы,
долг баю погашу.

да еще разбогатею,
Много денег заимею,
сватов зашлю к баю:
Его дочь в женах иметь мечтаю.

И бай помирится со мной,
Приползет ко мне с клюкой,
И пойдет все на лад", -
Мечтал баев раб.

ПЕЛ НЕ СПОРО

Пел он не споро,
И помрет не скоро.
Не тужился, не кривлялся,
Не бодрился, не упивался,
Жил неспеша, жена хороша,
деток не нажил,
Одну ее всю жизнь нежил.

А она-то, любимая,
Не привела ни единого:
Ни сына, ни дочь, -
сама для него день и ночь.

ВОРОН ДАВНИШНИЙ

Ну, проживу я триста лет,
Как ворон, тот давнишний.
родных и близких почти нет,
Я - трофей никудышний.

хорошо, если ходячий,
При памяти, своем уме...
Чистоплюй
не хвост собачий,
Так и живи себе:

Не возбраняется - хоть тыщу.
свои найдутся, не забудут,
ради состояния разыщут,
Убраться чтобы - раздобудут...

ЗА СТОЛОМ

Я одна за столом:
Бог никого не послал,
На столе на моем
Всё, что Бог дал.

Ни богато, ни бедно, -
Чтобы выжить всего лишь.
разносолы - уж вредно,
Пост у меня всю жизнь.

А мы выдюжим всё:
Ели ж тюрю в далёком,
раз такое житьё -
доживем - назло срокам.

ГРУШИ

Никудышные груши,
Но они уродились.
Навешу лапшу на уши,
скажу: "Пригодились"

сахар на что?
В том-то и дело:
Лето прошло,
Вся фрукта поспела...

соберу свои груши:
Божий стол не во грех,
Не в укор летней суши,
груши - лучше из всех!

Галина Иващенко

Кисловодск - Владивосток

ЗДОРОВЫЙ СОВЕТ

Займись-ка йогой, милый друг!
Искоренишь любой недуг.
Вернешь красу, былую стать!
Не вздумай ныть или проспать!

С восходом солнца поднимайся,
Водой холодной обливайся
И беспощадный бой с собой
Начни безжалостной рукой.

Уйми нытье и оправданья,
Что немочь - суть заболеванья.
В обнимку с ленью ты бессилен!
Врага бездельем не осилишь!

Гормон активности буди
И на зарядку выходи.
Вдохни энергию природы!
Поверь, не старят тебя годы.
Ты молод, свеж и жизнью правишь -
И только так себя исправишь!

В КИСЛОВОДСКЕ

Живу в божественном раю,
С восходом солнышка встаю,
С дроздами весело пою,
Что захочу, то сделаю.

ЗЕРКАЛЬНЫЙ ПРУД

От утренней хандры очнитесь
И в пруд зеркальный окунитесь.
Прохлада тело освежит,
Кровь в организме оживит.

И жизнь подарит на мгновенье
Минуток редких наслажденье.
Лучами солнышко осушит,
Согреет сладкой лаской душу,
А благодатная вода
Подарит долгие года!

* * *

К нам мудрость с возрастом приходит.
Взамен - лишает красоты.
Тускнеет взор, но сердце просит
любви, участья, доброты.

* * *

Пусть жизнь - как горестная песня,
Судьбу напрасно не вини.
Умри в страданьях и воскресни,
И жить по-новому начни!

* * *

Не унывай в тоске и стуже,
Забытый Богом и людьми.
Найди того, кому ты нужен,
Кто погибает без любви.

* * *

Слов возмущенных не бросай на ветер:
Никто за наши беды не в ответе.

НЕХОРОШИЕ ПРИВЫЧКИ

Ем и ем. Зачем, не знаю! -
Килограммы набираю.
Каждый день себя ругаю.
Похудеть всю жизнь мечтаю.
Попоститься обещаю,
За столом - все забываю!
На продукты налегаю.
Ем и ем. Зачем, не знаю!

Не могу остановиться.
Слой за слоем жир копится,
Ну, куда это годится?!
Если дальше так пойдет -
Стану я как бегемот!

Горько плачу, но мечтаю:
Скоро стану я худая!
С понедельника начну,
Жизнь свою переменю.

На рассвете утром встану,
Пресс качать я не устану.
Вечером в бассейн пойду,
Жир противный изведу!
В руки вмиг себя возьму,
Лень свою переломлю!

Понедельник наступил -
Измениться нету сил!
Ем и ем. Зачем, не знаю!
Вот такая я больная.
В муке горькой пропадаю:
Почему я не худая?
Муж твердит, что много сплю,
Пью, курю, поесть люблю...

* * *

По жаре зачем плестись,
Укорачивая жизнь?
загляни к ручью в прохладу,
Дай душе своей отраду.

* * *

да, осень жизни нас не красит,
Уж голова стала седой.
дряхлеет плоть, но, к удивленью,
душа осталась молодой!

* * *

Баю, баюшки-баю,
колыбельную спою.
На дворе стало темно,
звезды смотрятся в окно.
Поскорей ложись в кровать,
Пришло время сладко спать.
сны попрятались за шторы.
Тише, тише разговоры.

Ангелы с небес летят,
На свиданье к нам спешат.
Глазки за день так устали!
Позабудь про все печали.
Радость завтрашнего дня
Ждет тебя и ждет меня.

Баю, баюшки-баю,
колыбельную пою.
На дворе давно темно,
Месяц смотрится в окно.

Виталий Василенко

Ростов-на-Дону

АБХАЗСКИЙ ДНЕВНИК

* * *

Пишу не роман с продолженьем,
а лишь стихотворный дневник,
и сам к дневнику уваженьем,
конечно, ещё не проник...

Пестрит за страницей страница
толпою бесхитростных строк,
и паста сквозь шарик струится,
чтоб слово наполнилось в срок.

Вечернее мягкое солнце
едва пробивает лозу,
и гроздья висят у оконца,
и я под лозою внизу.

Темней, что ни день, "Изабелла",
и осенью юным вином
расскажет она непременно,
как летом росла под окном.

И после шестого бокала,
когда кто-нибудь запоёт,
на фоне простого вокала
и мой силуэт промелькнёт.

14.08.09

* * *

На российской проходной
я торчал, как неродной.
Два часа на солнцепёке
метров сто, с поклажей, пёхом.

На меня ушла минута,
а другие, почему-то,
у окошка, где проверка,
проторчали чуть не час.
И со звёздочками дама
добросовестно, упрямо
всю компьютерную базу
вызывала каждый раз.

А толпа всё прибывала,
напряженье нарастало,
и у самого окна
вдоль стены сползла одна.

7.08.09

* * *

Почему не пустить поезда до Сухума,
для машин не построить ещё один мост?
Если этим займутся и Путин, и Дума,
пограничных проблем поубавится рост.

На границе стоим,
как за водкой когда-то,
и до драки доходит на подходе к окну,
в давке весь политес исчезает куда-то.
- Куда прёшь?! - слышишь фразу,
и только одну.

От стояния ноги твердеют, как сваи,
дня четыре колени при сгибе скрипят.
Видно, слушать проклятья
ещё не устали,
да и женщины, дети не шибко вопят.

9.08.09

* * *

А люди всё едут и едут,
и берег уже не пустой,
по давнему яркому следу,
ведущему в светлый застой.

Тогда здесь не знали границу,
ходили в Сухум поезда,
и видом на озеро Рицу
ты мог насладиться всегда.

Вот пальма с дырой от снаряда,
вот дерево в оспинах пуль,
и корпус обугленный рядом,
и скверик, побритый под нуль.

Так много военных развалин,
что рук не хватает на все.
Конец нападавших бесславен,
но страшен кровавый посев.

7.08.09

Клавдия Манохина

Новомосковск

НАДЕЖДА

Ищу я в доме твои следы.
Где же ты, милый мой, где же ты?
ведь был ты со мною, был же вот здесь!
глаза я открыла, а ты вдруг исчез.

Умом понимаю, что это лишь сон.
Но так захотелось, чтоб долгим был он.
во сне, как при жизни, целуешь меня.
Ты нежный, весёлый. Как счастлива я!

Тебя я спросила: "Ты жив? Ты со мной?"
Но ты мне в ответ покачал головой.
Проснулась. Одна. Я жива и здорова.
в каком чудо-сне мы увидимся снова?

ПЕРВЫЙ ПОЦЕЛУЙ

В меня влюбились! Парень хоть куда!
Недели две мы дружески встречались.
До дому с танцев провожал всегда.
Скажу по-честному, пока не целовались.

мне говорила мать: "Оставь его".
(Мне слышать было больно и обидно.)
"Ты маленькая, он такой большой,
Тебя из-за него совсем не видно".

Дистанцию со мной он соблюдал,
Пока ему терпеть не надоело.
Прижал к берёзке, так поцеловал!
От дерзости я просто обалдела.

Зачем-то крикнула: "Ты что пристал?"
И, вырываясь, в дом к себе направилась.
Иду и думаю: "хоть бы догнал!"
Чего скрывать, когда до слёз понравилось.

* * *

Весёлая, прекрасная пора,
Ну, почему проносится так быстро?
Щелчок - кнута пастушечьего выстрел -
И за спиною памяти гора.

Вот "пятачок" у дома дяди Вани:
Тут стар и млад, но больше молодёжь.
дед не ворчал, сидел до зорьки с нами.
сейчас такого места не найдёшь.

Под балалаечку да под гитару
Как лихо танцевали мы кадриль!
Весёлый дед, хоть и в рубашке старой,
Но с нами танцевал, обняв костыль.

Не повторяясь сыпались частушки -
Всё больше про разлуку да любовь.
И как отбили парня у подружки,
Какая у кого будет свекровь.

Мы рассыпались с "пятачка" на пары:
Уже рассвет, пора, пора домой.
На мне его пиджак, о Боже мой!
Да чем же так наполнены карманы?

Карманы яблок! да ещё каких!
Грушовка и анис их называли.
Как ароматом веяло от них!
Вкуснее этих яблок мы не знали!

Промчалась молодость. Кому её не жаль?
Воспоминания в слова-стихи ложатся.
И чаще, чаще светлая печаль
старается у сердца задержаться.

БАБУЛЯ

Как будто наяву
я вижу жизнь прошедшую.
Мы были молоды и счастливы с тобой
Под соловьиные,
под трели сумасшедшие.
Как повстречались,
как ухаживал за мной!

Вначале звал меня, как и положено.
с рожденьем сына перешёл на "Мать":
Мать, на сегодня все дела отложены.
Мать, собери-ка сына: мы - гулять!

Мне как-то сразу слово "мать" понравилось.
И с этим обращеньем я смирилась.
Акценты дочка сына переставила,
И сразу я в "бабулю" превратилась.

- Бабуля, приглашай детей
и стол накрой.
Бабуля, проводила всех? Устала?
Бабуля, посиди минуточку со мной.
Мне скучно без тебя, родная, стало.

Бабуля! Как же я тебя люблю!
Не говори, что ты уже седая.
Я с этим никогда не примирюсь.
знай, для меня всегда ты молодая.

...Ушло-прошло. Осталась я одна.
В слезах по нём,
я в церкви ставлю свечи.
Но как заплачу, чудится всегда:
"Бабуля! Не грусти, мне будет легче".

Литературный Кисловодск. Январь 2014 года - N52

Андрей Канев

Сыктывкар

* * *

Название станции,
как леденец за щекою.
Щекочет язык
сладкой прелестью нежного слова.
Дома за перроном
столпились гуртом над рекою,
Брела по просёлочной улочке
грустно корова.

Вокзал представлял из себя
заграничного лоха.
Автобус пыхтел,
замутив карболитовый воздух. -
С бутылкою пива не в том
направлении Лёха
Брёл, местный алкаш и придурок,
с проклятием: "Сдох бы..."

Ютились домишки,
гордясь трёхэтажностью роста,
К двум вышкам, одной телефонной.
другой для экрана.
И жить здесь, наверное,
было и будет не просто,
Здесь, как и везде,
поселилась российская драма.

Я шёл по бульвару
с дорожной просёлочной пылью,
Я жил на колёсах, пил чай, балагурил...
Но столько во всём этом
чувствовал фальши,
Что и не спасли даже карты до дури.

Судьбы проводница изъяла билетик.
А поезд несётся, стуча километры,
За что эта горечь разлуки, ответь мне,
Столбы, что обуты в бетонные гетры...

На этом перроне, откуда брела ты,
Остались следы наши рядом друг с другом.
Но, видно, прошлись по ним злые солдаты
Разлук и печалей подкованным цугом.

За тем светофором десятки перронов,
И людно на них, и собачно, и детно,
Но нет там тебя, и без всяких пардонов
Сорву я стоп-кран: всё равно безбилетный...

От горечи встречи тебя не избавил,
От чёрной разлуки, как голос вороний.
За пыльным окном этот поезд оставил
Перрон, и вокзал, и тебя на перроне...

* * *

Размахнулся божий отрок веслом,
Замутилась и зазыбилась гладь -
Только лодка набрела на бревно...
Научиться бы мне в воздух шмалять.

А то нет ведь, наведу не в промах,
Словно выведу словцо на крыле.
Полыхнёт неугомонно в стволах -
Сбитый селезень лежит на земле.

Зябко выверну ему потроха...
Ты меня оборони от греха,
Ты возьми меня в любовь навсегда,
А не то вокруг одна лебеда.

Были б лебеди - другой коленкор.
Я бы, может, не завяз в камыше
И не расстреливал бы уток в упор,
Будто дыры зашивая в душе.

Что там озеро, бердашек в руках?
Что там жизнь?
Когда не в жизнь без любви.
Весь в грехах, как шелудивый в репьях,
Сбитый селезень лежит во крови...

Борис Поляков

Хабаровск

НЕНАВИЖУ

Я ненавижу навсегда прощаться,
В лоб целовать и комкать горсть земли,
Но знаю точно, здесь нам не остаться,
Уйдём туда, куда уже ушли
Те, кто был лучше, те, о ком мы помним.
И будут нам бросать сырые комья...

Я ненавижу пить три стопки кряду,
не чокаясь, без песни за столом.
наследства никакого мне не надо,
Завещанный в селе не нужен дом.
Я ненавижу!.. Только знаю: будет.
Увы, мы все - лишь смертные, лишь люди.

2013г.

ЛОЖЬ

Привык к тому, насколько люди лживы.
И это страшно, в этом нет зерна.
Я думал раньше: только Богом живы,
А правит нами явно сатана.

Не хочется быть частью этой стаи:
Ведь с детства мне внушалось - мир хорош.
Однако буйным цветом расцветают
Разврат, жестокость, мелочность и ложь.

Как оставаться честным в мире этом?
Как быть собой, когда в почёте грим?
Всё тяжелей приветствовать рассветы
И слушать ложь от тех, кто был любим.

2013г.

* * *

На стропилах под самой крышей
Крылья хлопают день-деньской,
Разговор голубиный слышен -
Эти звуки и есть покой.

И не нужен мне пляж солёный.
Заграница мне не нужна,
Мне б признания птиц влюблённых
И душевная тишина...

2013г.

* * *

Дорога под ногами умерла
И превратилась в высохшую реку.
На ней вся жизнь: свершённые дела,
Всё, для чего родятся человеком.

Тупик невидим, вроде нет его,
Но не могу вперёд ступить ни шагу.
И рядом нет, по сути, никого,
Кто б зародил в душе моей отвагу.

Путей назад я тоже не ищу:
Ведь знаю точно - жизнь необратима.
Так и стою на месте, пыль топчу,
И что-то вновь проходит мимо... мимо...

2013г.

* * *

Я приходил, когда во мне нуждались,
И уходил, когда не нужен был.
Порой молчат задумчивые дали,
Порой кричат надгробия могил.

Я вновь вернусь, когда пора настанет,
Когда дороги образуют крест.
Бывает миг негаданных свиданий
При возвращеньи из нежданных мест.

Но звякнет таймер, намекая грубо:
"Пора уйти", - безропотно уйду,
Неся в душе, что сердцу стало любо, -
Упавшую из космоса звезду.

2013г.

ВОЙ

Волчий вой, затравленный и сирый,
По спине прошёлся холодочком,
он звучит как будто не от мира
Этой лунной, этой мёртвой ночкой.

Ветра нет, безмолвны даже кроны,
Птиц не слышно, шорохи умолкли...
Только вой я слышу отдалённый,
Рассуждая в ужасе: "А волк ли?.."

И тоска такая сердце гложет,
Что и сам завыл бы, как волчище.
Слышу песнь, которая тревожит,
Ужасает, выхода не ищет...

2013г.

ПОДВАЛ

С каких-то труб уныло каплет влага.
Такая тьма - хоть вынимай зрачки.
И запахи!..
Воняет кислой брагой.
И шорохи!..
Надеюсь, что сверчки...

И разве можно жить в таком вертепе?!
Но всё-таки живут.
В эпоху лжи
Одни стремятся в золотые цепи,
Другие тут - подвальные бомжи.

2013г.

ТУМАН

Туман свернулся: видимо, прокис,
Осел в болото, чтобы отдышаться.
Глядят метёлки трав болотных вниз -
Общаются с туманом, может статься.

Осталось жить ему, как ни крути,
Совсем немного: солнце на подходе.
Исповедимы торные пути...
Туман, бледнея, будто бы уходит.

Так иногда уходят и друзья:
Сидят в болоте, строчки не напишут...
Вполне возможно, так исчезну я -
Что и камыш болотный не услышит.

2013г.

Валентина Монжаренко

Ставрополь

* * *

Ещё зима не настоящая,
и молодой нестоек лёд.
Ещё горит звезда летящая,
хоть обречён её полёт.

Ещё дрожит в ночи мелодия,
слетая в чуткую ладонь,
и на рябиновых соплодиях
предсмертный теплится огонь.

Придёт всё позже, с вьюгой белою
былое выстудит насквозь.
А до поры зима несмелая,
и мы с тобой
    ещё не врозь.

* * *

Ах, как хочется быть маленькой,
чтобы вновь под Новый год
ставить на ночь к ёлке валенки
и водить бы хоровод!

Не считать бы лет расплёсканных,
жизнь зазряшно не корить,
на крылечке, крытом блёстками,
вновь себя тебе дарить.

1968г.

ХРИЗАНТЕМЫ

Ах, какие цветы!
В них печали осенние,
в них извечна гармония светлой души.
Не томят их раздумья о вечном спасении, -
оттого так пленительны, так хороши!

Что им страсти мирские!
    О всех не наплачешься.
Им пока несказанно, безмерно везло.
Всё своим чередом, час пробьёт - обозначатся
в опечаленных взорах досада и зло.

Отойдут и они, горделиво-несмелые,
перезвон по усопшим - по ком, не поймёшь.
Кто-то вымолвит:
    "Красит вас изморозь белая".
Покривившим душой
    да простится их ложь.

Что-то тайное вечно в их душах туманится,
то ль мольба, то ли сердца щемящий испуг.
На прощанье, на память
    лишь запах останется
горьковато-полынной прелюдией вьюг.

МОЙ ПУШКИН

Как Пушкина читает Лановой!
Приёмник источает дух мажорный,
вещая мне единственной волной,
что Пушкин подъезжает под Ижоры.

Вот он взлетает птицей на крыльцо,
и не Вельяшева, а я встречаю
поэта, наливаю чашку чаю,
а он к моей щеке приник лицом.

И так порывист, весел и речист,
и пылок так, и так безмерно нежен!
И взгляд его по-детски безмятежен,
и, как пред Богом, сам душою чист.

Ещё не с ним пока что Натали.
Над Чёрной речкой снег кружится белый . .
Ах, если б так!
    Но из своей дали
предотвратить беду я не успела!

Ну, а пока всё просто и легко.
лошадки у крылечка замирают,
и псы ижорские так заполошно лают,
и между нами время не легло...

И словно Пушкин, а не Лановой,
через века несёт мне весть благую,
И ямщичок с похмелки всё богует,
и длится жизнь за радиоволной.

ПИРОГИ

Безе, эклеры на Руси не в моде,
здесь подают к застолью пироги.
Любимцами слывут у нас в народе -
с мясцом, с капустой да из кураги.

Всю ночь хозяйки ворожат над тестом,
перебивают, кутают да мнут,
к тому же, как капризную невесту,
от глаза - от дурного - берегут.

Когда ж в квашонке тесту станет тесно,
что на вожжах уже не удержать,
мать говорила нам: "Созрело тесто,
теперь и в печку в самый раз сажать".

И вот на зорьке дух течёт по дому,
когда ещё так сладко спит семья.
Теперь и мне те таинства знакомы,
им в полной мере знаю цену я.

А пироги горячи да румяны,
на тонких блюдах важно возлежат,
и, запахом притянутые пряным,
как пчёлы, дети у стола кружат.

Тот аромат порой нещадно дразнит,
всплывает счастьем, канувшим во мглу:
стол с пирогами
    в каждый шумный праздник
и мама, прикорнувшая в углу.

СВЯТКИ

Ну, кадрилит по двору метель!
Сами вытанцовывают ноги.
Распушили белую постель
снежные царевны-недотроги.

Распустили косы на ветрах:
надоела грусть-тоска девичья, -
и плывут в морозкиных дарах
в ледяные замки их величья.

А уж там готовы зеркала,
ковшик с воском, звонкие колечки.
Ни одна свой час не проспала,
загадав заветные словечки.

А бураны, серебром звеня,
пред девицами ломают шапки,
по полям бескрайним вензеля
пишут белогривые лошадки.

Ай да ночка -
    выверт гулевой!
грешным нам такого не увидеть.
Что там за окошком? -
    Бури вой...
Чур меня, нечистая, изыди!

СВЯТАЯ НОЧЬ

Свет-Светозарный мой, белыми розами
землю осыпал январь.
В небе высоком, ожжённом морозами,
месяц затеплил фонарь.

Слышишь, плывёт колокольными звонами
эхо полночных молитв?
Белый простор под покровами сонными,
видишь, забыться манит.

Ночь необычная - БОГОЯВЛЕНСКАЯ,
сверху - огонь, снизу - лёд.
Над горизонтом звезда Вифлеемская
скоро, я знаю, взойдёт.

Ангелы спустятся, мир наш наполнится
свежим дыханием роз,
и под разлив перегудов на звонницах
ступит на землю Христос.

Войны отступят, простимся с болезнями,
будут работа и кров,
и помянём благодарными песнями
В сердце Иисусову кровь.

хлебом, вином ли, плодами ли спелыми
праздник святой довершить?
Свет-Светозарный, не знаю, успеем ли
мы до той сказки дожить.

Екатерина Полумискова

Ставрополь

* * *

Ненастье неделю продлится
и выкрасит мир в белизну.
И только зима, как волчица,
порой будет выть на луну.

И снег, ослепительно мелкий,
приблизит к земле небеса,
скрывая все те недоделки,
что раньше бросались в глаза.

Сравняет и выбелит мелом
все ямы, канавы и рвы,
дорожки в саду запустелом,
на клумбах - плешины травы.

И пруд, как стекло, станет гладок,
а даль - безупречно светла.
И этот вселенский порядок
природа для нас навела!

* * *

Созданием гордым и смелым
считается кошка не зря...
На дереве заиндевелом
однажды, в конце января,

бездомная кошка во мраке
искала спасенья в ночи.
Быть может, загнали собаки,
"сородичи" или "бичи"?

Но, словно с высокого трона,
на землю смотрела она.
И дерева снежная крона
была ей в защиту дана.

Какого искала ответа?
Какие ей виделись сны?
Лишь ветви качались от ветра
в безжизненном блеске луны.

ЗИМА В ПОДМОСКОВЬЕ

В эту снежную глушь снова тянет меня -
из сетей мегаполиса в лес настоящий.
Так привычно, как в детстве,
    петляет лыжня
и к заветной калитке выводит из чащи.

И нетронутый снег мой печатает след
на газетной сугроба странице.
Снова в доме твоём зажигается свет.
И с ветвей, осыпаясь, искрится
колкий иней растраченных лет.

И в камине запляшет весёлый огонь,
непроглядную зимнюю ночь раздвигая.
И горячей ладони коснётся ладонь,
словно в танце, закружится память нагая.

И совсем не беда, что крепчает мороз,
оставляя узор на окошке.
И по пояс в сугроб куст рябиновый врос.
И мурлычет у ног твоих кошка.
И всё тот же на привязи пёс.

Не уйти мне от этих несбыточных снов,
что даны мне судьбой,
    как на счастье подкова.
Я забуду названья чужих городов
и страну по ту сторону шара земного.

Я не в силах поверить,
    что с прошлым игра
не сулит ни побед, ни награды.
Мы расстались с тобою как будто вчера
под Москвой, посреди снегопада.
Значит, нам повстречаться пора.

Вновь зима в Подмосковье -
    незваная грусть.
Снежный плен. холода. Бездорожье.
Я в Россию с любовью вернусь, я вернусь
к тем, кто мне всех на свете дороже.

* * *

Как трудно быть самим собой!
Но разве быть намного проще
Небесной чашей голубой
Над опустевшей белой рощей?

Всё суть - пространства кривизна.
Берёз немая белизна,
И бирюзы звенящей терем.
И лишь тебе дано познать,
Что он во времени затерян
Или, быть может, растворён
В одном из тысячи времен.

А ты попробуй, разберись,
Где чаши дно, где неба высь?
И след неясный на снегу,
И на березах - иней колкий,
И на далёком берегу -
Души алмазные осколки.

И ты пытаешься сложить
Из них подобие мозаик,
Поэт, мемуарист, прозаик, -
Рисованную жизнь прожить,

Не получается. Художник
Меняет краски и холсты,
И не монах, и не безбожник -
Бежит от праздной суеты.

И снова в бездне голубой -
Немая белизна березы,
И неисполненные грёзы
О том, как быть самим собой.

* * *

Вновь непогода. Похолодание.
Рейсы отложены. Зал ожидания.
Ставрополь. Аэропорт.
Кружится над припорошенным зданием
туч неуместный эскорт.

Сны или, может быть, воспоминания
тенью проносятся прочь.
Несостоявшимся нашим свиданием
обеспокоена ночь.

Что же мне делать? Погода нелётная.
Может, вернуться назад?
Словно судьба моя бесповоротная,
стрелки упрямо стоят.

Знаю, что это молчание грозное
не бесконечно, как дождь.
Там, где во власти дыханья морозного
светится небо, безоблачно звёздное,
ты меня ждёшь!

* * *

Я помню, в детстве было неизменно
стремленье обогнать свои года.
А комната казалась мне Вселенной,
и день казался вечностью тогда.

А нынче годы мимо пролетают
снежинками в февральскую пургу.
Поймаю - на ладони тут же тают,
их очертаний вспомнить не могу.

Мелькают, друг на друга все похожи,
и событийный смешивают ряд.
"Что было раньше, ну а что - чуть позже,
не всё ль равно?" - снежинки говорят.

И вот, послушны ветра дуновеньям,
десятилетья канут в пустоту.
И вечность, что покажется мгновеньем,
ужели явит детскую мечту?

Но память не заснежится метелью,
что сердцу близко, взвесив на весах:
вот мама мне поёт над колыбелью,
и вязнет время в стрелках на часах.

Татьяна Норландер

Санкт-Петербург

* * *

Памяти С.К.
Чайная чашка, сахар, хлеб.
И помечтать чуть-чуть
    неспеша.
Утром, над прохладной рекой,
Убежала прогуляться душа.

Черёмуха, вишня, потом рябина -
Короток цветения век.
На ветках ягоды зреют.
Книгой - стал человек.

* * *

Презрев забавы, хобби, моды,
Я шёл по улице Свободы.
Смотрю - забор, а в нём дыра,
Которой не было вчера.

Когда в заборе дырка есть,
В неё необходимо влезть.
С минуту постояв, скучая,
Я в дырку влез, забот не зная.

Упал, ушибся. Мне потом
Помог подняться военком...
Шёл дождь. Мы ехали в милицию.
Туда же мчалась моя мама...
Подросток. Лето. Мелодрама.

Елена Ядрина

ст. Зольская

БЕДНАЯ ДЕВОЧКА

Если вы начинаете с самопожертвования ради того, кого любите, то закончите ненавистью к тому, кому принесли жертву.
Д.Б. Шоу
Бедная девочка, бедная,
Что он с тобою сделал?..
Солнце монетою медною
За горизонтом село...

Стойкая девочка, сильная,
Разве тебе он нужен?
Небо дождями обильными
Топит надежду в лужах.

Тихая девочка, кроткая...
В душу плевок не первый...
Ветер фальшивыми нотками
Строит аккорд на нервах.

Бедная девочка, бедная...
Дико терпеть и странно...
Море солёной пеною
Свежие мочит раны

Милая девочка, нежная...
Даром слова и слёзы...
Иней холодной одеждою
За ночь укутал розы.

Добрая девочка, щедрая,
Сколько ещё позволишь?..
И в пустоту пещерную -
Жизнь посвятить... Всего лишь...

Юрий Попов

Ставрополь

* * *

Из неформального поэта -
В наформалиненную куклу!
Что больше не поднимет век.
Навстречу не протянет руку.
Не скажет: "Здравствуй, Человек!.."
Не будет ласково шептать
Над ухом выцветшие строчки...
Сошёлся Свет в последней точке
Неровным клином журавлей...
Свихнулся, склинился на Ней!..
И клинит
    клинно
        и ременно
Тугим ярмом ползучих дней...
Как жгучий яд течёт по венам.
Сгущая сумерки теней...
Ты веришь в Яхве, Бафомета.
Ваала. Заратустру. Ктулху...
Но сердцем каменеет век,
Меняя встречи на разлуку...
...Бровей знакомую излуку,
Анаморфизм зрачков змеиных
Я буду в памяти хранить.
Я - не умру... Я буду жить!
Тянуть зелёную резину
Бездарно-суматошных дней...
... И тихо забывать о Ней...
Ты зришь в конце Тоннеля Свет?!.
В моём тоннеле света нет...

Осип Черкасов

Ессентуки

ВОСЬМОЕ МАРТА

Восьмое марта празднуют бомжи
На свалке, позади арбузной клетки.
Уставшие от тупости ножи
С костей счищают сгнившие объедки.

Разбитый ящик заменяет стол,
Нагревшись, пиво пенится шампанским.
Им не до роз сейчас, не до тостов -
Напиться б в хлам
    да бредить по-шамански.

Сивуха и дешевое вино...
Пропитый смех доносится с помойки.
И очень не по-божески давно
Всё в жизни их - на бомжеской попойке.

А ночью, когда все перепились -
Ни похмелиться, ни догнаться нечем -
Бомжихе бомж за сломанную жисть
С размаху всадит "розочку" под печень.

Анатолий Филатов

Георгиевск

СУДЬБА

Задумал Всевышний
    заключить меня в плоть:
Появилась какая-то необходимость.
Наступило время -
    и раздался мой вопль,
Вечное таинство ещё раз повторилось.

Наделили чудом под названием жизнь.
Посадили на землю - корабль космический.
Хочешь - работай,
    а хочешь - всю жизнь учись.
Кому это надо? - Вопрос риторический.

Путешествуй вокруг солнца
    временем с год.
На первый взгляд тут ничего интересного.
Но много таит в себе один оборот
Этого долгого пути поднебесного.

Предоставили на выбор: рай или ад.
Два полушария: северное, южное.
Весну и лето - сто восемьдесят два дня.
Осень и зиму - сырое и вьюжное.

Быстро вращаемся вокруг земной оси.
Подставляем бока
    тёплым лучам солнечным.
Читаем молитву: "господи, мя спаси!"
Нарушаем заветы с утра до полночи.

Казалось: зачем чего-то ещё желать?
Но то что есть нас уже не устраивает.
Толкает душа другие миры искать.
Противится сердце - вот и побаливает.

Видимо, чувствует, что это неспроста,
Поселили на самом краю галактики.
Кто-то заметил: "С ними одна маята.
Пусть живут пока здесь,
    сёстры да братики".

Подпиливая сук, на котором сидим,
живём, о будущем не слишком-то думая.
Себе подобных
    чрезмерным числом плодим -
Одна из ошибок, большая и грубая.

Пытался как-то Мальтус образумить мир.
Сколько на него за то грехов навешали!
Много в истории планеты "чёрных дыр",
Одних свели с ума, а другие потешились.

Смертен человек, и жизнь его коротка.
Волен он и ограничен одновременно.
жаждой познания рвётся за облака,
    Но долго планеты своей будет пленником.

Когда завершится задуманный им полёт,
Найдёт он на Марсе следы пребывания.
Посмотрит, подумает, конечно, поймёт:
Напрасны его все труды и старания.

Здесь его предки жили и давным-давно
Её погубили и срочно покинули.
Кто бросился к свету, кто - где темно,
Часть Земля приняла, остальные сгинули.

5.02.2008

ДРУЖЕСКИ

Б.В.С.
Вроде бы с немалым интересом
Я всегда стихи твои читал.
Правда, в тот момент ни чувств, ни веса
Часто, хоть убей, не замечал.

Сделано добротно, но знакомо:
Быте, небе, юности, любви.
И не то, чтоб всуе, снежным комом.
Но без шарма, что ни говори.

То ли мне вниманья не хватало,
То ль к тебе завышен потолок.
Может быть, в периоде усталом
Ни принять, ни оценить не мог?

Но недаром говорят, что время
Всё расставит по своим местам.
Не всегда ведь солнце мило греет,
гениальность явит простота.

Месяца перебирали чётки,
Поменяли мыслей строй года.
Стали вырисовываться чётче
Зёрна стихотворного труда.

А когда на свет явилась книга:
Сторона, да пятая притом.
Вот тогда увидел я литбрига
В нашем городишке небольшом.

НА УЛИЦЕ ГРИБОЕДОВА

Здесь воздух чище и душа спокойней.
Окраина. Уютный уголок.
За речкой лес, за ним - полоской - поле.
А по утрам пылающий восток.

Широкие неслись когда-то воды,
И слышен был их шум издалека.
Теперь внизу дома да огороды,
Бетонные Подкумка берега.

Пологий спуск петляет вниз по склону,
Туда где вёснами Аптекарский цвёл сад,
Приукрашая местность, как Мадонну,
Тому каких-то двести лет назад.

К реке - направо, к городу - налево.
Два берега оврага-тупика.
Пороховые погреба в их чреве
Истлели, как и эра казака.

Засыпан ров. Следов как не бывало.
Лишь сильный дождь покажет иногда:
Должно же быть вот здесь воды немало,
Но в пять минут - уходит в никуда.

Чуть в стороне Никольской церкви лики,
И дом, где был печатями скреплён
Союз Восточной грузии с Россией,
Но время - ржа, и ей повержен он.

Окраина - центр старины глубокой.
До центра нового рукой подать.
История от той поры далёкой
К истории, что набирает стать.

ПАТРИАРХ

Георгиевск. Лермонтова, 45.
Во дворе растёт тополь -
свидетель рождения Георгиевской крепости.
Стоит, опиленный, обрубленный,
жестокость переживший войн,
Под зноем утренним, полуденным...
Зимой - морозный ветра вой.

Стоит. Где терпит, где любуется,
Как жизнь-река из года в год
То злобно носится, беснуется,
То тихой заводью течёт.

И как под кроной, летом буйною,
Двора скрывается покой.
А у ствола с корой чугунною
С Раевским Пушкин молодой.

И сомневающийся Лермонтов:
"То ль ехать в полк, то ль в Пятигорск?" -
С взлетевшей вверх судьбой-монетою
Вон там вдали, наискосок.

Он в памяти хранит старательно
Завет старинный, как закон:
Кто чёрств душой - дорога скатертью,
Кто чист - то до земли поклон...

Одной из главных улиц города
Пройти - спокойно не пройду.
Здесь двухвековый тополь смолоду
Стоит, как память, на посту!

Ольга Евтушенко

Ставрополь

ЖЕНСКАЯ ДОЛЯ

Я теряю смысл жизни
В повседневности унылой,
Все безвольней погружаясь
В теплый омут мыльной пены,
Я давно уже забыла,
Для чего живу на свете,
Только стирка да уборка
Никому не нужной пыли...
Нет! Не верю я в высоты
женского предназначенья,
Зная праздники и будни
Этой незавидной доли!
А любовь? Любовь, должно быть,
Лишь для тех, кто мимолетней
Блика молнии на небе
Или облака воздушней...
И детей мы все рожаем
Для того, чтоб было легче
Пережить всю безысходность
И порочность женской сути.

СЕМЕЙНОЕ "СЧАСТЬЕ"

Слух напряжен, да так, что каждый звук
Дробится на отдельные куски!
Я испытала сотую из мук -
Из сотен узнавать твои шаги.

Вот-вот зайдешь и бросишь мне: "Привет!"
А я, оглохнув наконец на миг,
Отчаянно кивну в ответ,
Ты к этому кивку давно привык.

И я, привыкнув к твоему "Привет!",
От ожиданья выбившись из сил,
Однажды брошу искренне в ответ:
"Уж лучше б ты совсем не приходил!"

* * *

Надоело мне жить
    в мире призрачных снов,
А потребность любить
    принимать за любовь.

Но чем дальше живу,
тем мудрей становлюсь:
знаю правду одну,
за неё и молюсь.

Я бессильна нарушить закон бытия -
Эту землю когда-то покину и я,
зная правду одну, за неё и молясь:
Если ты - это я, если я - это ты,
    То от этого нам никуда не уйти!

* * *

От одних мужчин рождаются дети,
От других - стихи, как крылья.
Я знала и тех, и этих,
И, в общем-то, всех любила.

Одних - за тепло и ласку,
за то, что себя - забыла,
Других - за мечту и сказку,
за то, что себя - открыла!

И в этом греха не вижу,
Мой взгляд также чист и светел...
Неправдой себя обижу,
зачем тогда жить на свете?!

* * *

Душой - в раю,
    Сознанием - в аду,
А тело сводит судорогой страсти.
Того, кто расчленил меня на части,
Ещё безумнее люблю!

С одним - в раю,
С другим - в аду...
Я навсегда прикована цепями
К столбу бесчестья и печали,
Но от того ещё сильней люблю!

ДРУГУ

Пожалуй, жизнь моя немного значит,
Но для тебя, мой друг, поверь,
Хочу стать символом Удачи
И оправданием потерь.

Хлестнет обидой, как и прежде,
Ты сразу вспомни обо мне,
Мой долг - быть символом Надежды
В твоей изменчивой судьбе.

Я разделю с тобой невзгоды,
Умножу радость светлых дней,
Я буду символом Свободы
В свершенье помыслов и дел.

Но если от душевной муки
Ты не найдешь во мне покой,
Я стану символом Разлуки,
И мы расстанемся с тобой.

МОЛИТВА

Что творится с Россией, о Господи!
И зачем я свидетель тому,
Как она, не поднявшись из пропасти,
Искушает опять Сатану;

Как сквозь хмель разудалой веселости
Боль и мука темнеют в глазах,
Как мольба одинокого голоса
Застывает на скорбных устах;

Как во чреве с надеждой и нежностью
Она носит таких сыновей,
Что ее растерзали как грешницу
На сто тысяч мельчайших частей?

Что творится с Россией?
    О Господи!
Помоги, защити, сохрани
От людской кровожадной жестокости
И лукавых сетей сатаны!

НЕКРАСИВАЯ ДЕВОЧКА

"...Что есть красота
И почему ее обожествляют люди?
Сосуд она, в котором пустота.
Или огонь, мерцающий в сосуде?"
Н. Заболоцкий
В той некрасивой девочке с портрета,
Записанного гением пера
И грустным наблюдением поэта,
Я узнаю недавнюю себя.

Мир полон красок для нее, покуда,
Охваченная счастьем бытия,
Её душа, как огонек в сосуде,
Наружу рвется, света не тая.

"Ни тени зависти, ни умысла худого"
Пока не знает девочка. Но мне,
Мне, взрослой женщине, знакомо,
Как заживо сгорать в таком огне!

Как обнаружить вдруг,
    что жизнь жестока,
Несправедлива, тускла и пуста,
И что в душе нет никакого проку,
Ведь в мире властвует иная красота!

Все так. Но чистый этот пламень,
Испепелив сомнения и страх
И даже горечь разочарований,
Вновь оживает радостью в глазах.

И в этот миг любой из вас рассудит,
Что есть на самом деле красота:
Огонь она, мерцающий в сосуде,
Или сосуд, в котором пустота?..

Иван Наумов

Ставрополь

АРФЕ

На стихотворение Арфы "Одиночество"
На шершавой стене
    в мягком свете лучей,
Посылаемых солнцем апреля,
Вдруг привиделось мне
    (наяву, не во сне) -
Накарябано: "Витя + Нелли".

Лишь всего пара слов,
    лишь намек на любовь,
Может, шутка, а может, пророчество...
Только день стал светлей,
    ярче краски аллей,
И забыто на миг одиночество.

...Сердце сдавит тоска -
    пистолет у виска,
Жизнь покажется шуткой нелепою...
Только вспомни, мой друг,
    трепет ласковых рук,
Ничего не кляня и не требуя.

Жизнь не вотчина грёз,
    просто смена полос,
Есть у них равновесие зыбкое...
Пусть ударов не счесть,
    принимай всё, как есть,
И тебе не расстаться с улыбкою.

КАК ЧАСТО МЫ ЛЮБИМЫХ ПРЕДАЕМ!

"Мы от рождения растём деревьями..."
Анатолий Агурицев
Мы от рождения растём деревьями,
В лесном сообществе и дышим и живём,
Друг с другом связаны корнями древними,
Мы здесь и радости, и беды познаём.

Как часто мы любимых предаём,
Приносим смуту и разор родному дому,
Скребём по сердцу равнодушья остриём,
грешим и каемся, и режем по живому.

Не ценим тех, с кем рядом мы живём,
И лишь когда наступит отчуждение,
Заламываем руки, слезы льём,
Чтоб запоздало вымолить прощение.

Но час пробьёт - и слёзы лей, не лей,
Нас не услышат стены равнодушные...
Вот так мы остаёмся без друзей,
Несчастные и никому не нужные.

Но шепчет мне опавшая листва,
Над временем утратившая власть,
О том, что память прошлого жива:
Нам наши корни не дадут пропасть!

И снова вскорости взойдём мы порослью,
Свой крест, согбенные, по жизни понесём.
И пусть уходит кто-то, хлопнув дверью:
Мы остаёмся. В вере и в безверье...

Но коль придётся всё же выбирать,
Меня за то, любимая, прости!
Я унесу с собой, хоть в ад, хоть в рай
Комок земли, зажав его в горсти.

НЕ ДОРОЖУ!

Я имиджем своим не дорожу,
душа от гнёта комплексов не стонет,
за пазухою камня не держу:
Я перед вами весь, как на ладони.

до обходных путей я не дорос:
Уж лучше быть персоною нон грата,
Чем отвечать на каверзный вопрос
Изысканною фальшью дипломата.

Я королям молиться не привык,
Мне чинопочитанье не подходит,
Я точно не из тех, кого язык
до бед и потрясений не доводит.

но если кто мою заденет честь,
Подсыпав в правду лживости отраву,
останусь я таким, какой я есть:
несдержанным, колючим, своенравным,

И, не вступая в торг с самим собой,
Я выплесну поток скандальных строчек
И выдержу жестокий встречный бой,
Вспоров огнем кинжальным
    призрак ночи.

Я имиджем своим не дорожу
И по ветру не направляю лыжи,
от страха перед сильным не дрожу
И слабого так просто не обижу.

Любовь Петрова

Новопавловск

* * *

Моему отцу, Тимофееву Константину Николаевичу, ст. лейтенанту Белорусского фронта посвящается
Слёзы катились по впалым щекам, -
Исхлестали словами обидными:
Мол, совсем не герой ты, а просто хам,
Нацепил, мол, медали для вида ты...

низко голову опустил
Лейтенант Белорусского первого.
он всего лишь продать попросил
Молока да буханку серого.

А медали он заслужил,
Шёл к победе с надеждой и верою.
И спасла его вера - вернулся живым
Лейтенант Белорусского первого.

он обиды на них не держал, всё прощал:
Жизнь такая - и злая и нервная,
А ночами не спал. Всё вздыхал и вздыхал
Лейтенант Белорусского первого.

* * *

Смородина, что растёт за окном,
шепнула мне: "наклонись" -
И протянула ладони.
А там безмятежным сном,
Свернувшись калачиком,
Спит листик зелёный.

* * *

Из грустного мокрого окна
Меня зовет лоза винограда:
"Поднимайся скорее, пора,
нам с тобой одеваться надо.
Мне - в светло-зелёное,
Тебе - в голубое,
но непременно новое
И непременно обеим".

* * *

Солнечный лучик
Скользнул по руке
И остановился,
Притаился.
Потом пополз осторожно,
Пощупал всё, что можно.
наверное, недоволен остался:
Скрылся, не попрощался.

* * *

озорной солнечный лучик
Спрятала злая, чёрная туча.
Потом подумала, отпустила,
Вслед посмотрела:
наверное, подобрела.

* * *

Каждая маленькая дождинка -
Это чья-то слезинка.
Ты думаешь: попасть на небо - удача?
Видишь, там тоже плачут.

* * *

Я не люблю, когда весной
Трактором землю пашут.
Мне кажется, ей очень больно,
И она тихонечко плачет.

НЕПОГОДА

Люблю, когда бушует непогода,
Злой ветер разрывает тучи в клочья,
И мечутся они нестройным хороводом,
Заплаканные и испуганные очень.

Деревья, прогибаясь до земли,
Ветвями голыми цепляясь друг за друга,
Скрипят и стонут, как больные старики
От охватившего внезапно их недуга.

От страха хохотом зашелся гром.
В трубе свистит и воет ветер жутко.
И папа скажет, потушив огонь:
"Стихия разыгралась не на шутку".

"Идите, дети, спать, -
    шепнёт нам мать устало, -
Не бойтесь, всё затихнет до утра!" -
Целуя нас и поправляя одеяло.
И папа в печку дров подкинет для тепла.

Я эту нежность пронесла сквозь годы.
Люблю, когда бушует непогода.

ОДИНОЧЕСТВО

Как я одна эту жизнь доживала,
знает лишь Бог.
Только бы выстоять, выжить молила.
Видно, помог.

Тайные встречи с тобой
серой тоской вышивала
В грешные мысли горько-солёные
слезы вплетала.

Старые ноты забытых мелодий
перебирала.
На пожелтевшие фото смотрела
и вспоминала.

Годы летели,
усталое сердце считало,
Прожитой жизни страницы
устало листало.

Всё позабыть, не вспоминать
память просила.
Видно, не слышала память меня.
Я не забыла.

В ЗАЩИТУ ПОЭТОВ

Ты нетерпимым был.
Всё что случилось - быль.
Есть у тебя власть,
Ты наглумился всласть.

Белый мне свет мил.
Срок у меня мал.
Мне бы такой стих -
Враз бы тебя смял.

Видишь, друзей полк.
Думаю, будет толк.
Не разевай пасть -
Не выпадает масть.

"Кузькину" вспомним мать,
Всю закулисную муть,
Да как начнём гнать,
Да как начнём гнуть!

Елена Крылова

Пятигорск

МАТРЁНИНЫ ГУСИ

Матрёна всегда рыбаков уважала, -
Тайком самогоном их часто снабжала.
И вот, как-то летом, налив бутылёк,
Отправилась к ним
    погостить на денёк.
А перед уходом хмельное зерно,
Не думая, выкинула под окно.

Когда же под вечер
    Матрёна вернулась,
Калитку открыв, она ужаснулась!
Гусиные трупы лежали в траве...
"Ой, мамочки!
    Может, почудилось мне? -
В отчаянии закричала она, -
Похоже, я птиц отравила сама!"

Горюя и слёзы на них проливая,
Гусей общипала она у сарая:
"Придется их завтра в саду закопать, -
Решила Матрёна. -
    Пойду лучше спать".

... С рассветом проснулись
    в тот день рыбаки,
Глядят и не верят глазам: вдоль реки,
- Не может быть!
    Господи, наш ты Иисусе! -
Навстречу шагают к ним голые гуси!

- Заканчивать с выпивкой,
    видно, пора,
А то не такое увидишь с утра, -
Сказал самый старший. -
Вам ясно, ребята?
А это ведь были Матрёны гусята!
Очнулись в сарае они, у дверей,
И к речке своей поспешили скорей!

Литературный Кисловодск. Май 2014 года - N53

Борис Поляков

Хабаровск

ОСЕННЕЕ НАСТРОЕНИЕ

В траве пожухлой замерло движенье,
Не копошится живность: холода.
Осеннее гнетёт преображенье,
Хоть кажется нам чудом иногда.

Прекрасен лес, от увяданья рыжий,
Величественны космы серых туч,
Но всё ж зима становится к нам ближе,
Всё реже ласки дарит солнца луч.

У оптимиста есть ответ до срока:
За осенью придёт зима, а там
Весенние капели недалёко,
Дарующие яркость небесам.

А я отвечу менее наивно,
Не замечая чуда желтизны:
Зима, весна... Метаморфозы дивны
Не все, увы, дотянут до весны.

2011г.

ВРЕМЯ

У Времени пята жестка - ломает спины,
Не жалуя седин, способна пнуть и сплином.
И Время самоё - отродье сатаны.

Младенец лишь рождён,
а Время уж хлопочет:
Скорее в немощь лет
младенца ввергнуть хочет,
Торопит жить, любить,
цветные видеть сны...

Ему я доверял, я думал - мой товарищ
Бесплотный изувер
(коварней адской твари!),

И Время-"друг" сперва
шло под руку со мной.
Теперь оно бежит, пинками подгоняет
И жалости простой к упавшему не знает,
Торопится укрыть взор мутной пеленой.

А главная беда - оно бессмертно, вечно,
Но лишь из-за него всё в мире скоротечно,
И молодой побег уже назавтра - тлен.
Бороться не берусь я с этим лицемером,
Оно всё время лжёт, ему давно нет веры.
Давай же, Время-враг!
Сдаюсь без боя в плен...

2011г.

ЛАЗУРЬ

На небе осени - последняя лазурь
И, с жёлто-красным лесом сочетаясь,
Наивно ждёт эпоху зябких бурь,
Когда средь туч не видно, как светает.

Пока тепло, пока не льёт с небес,
Спешат убраться птицы в чуждый климат.
Капризна осень: то чарует лес,
То будто у неё случился климакс...

Лазурь небес хочу запомнить я,
Запечатлеть, как фото на сетчатке:
Ведь требует красот душа моя,
Уставшая играть со мною в прятки.

Все ловят кожей позднее тепло,
Прозрачной синевой как будто дышат.
Пропустит всё лазурное стекло,
Бог наконец-то все мольбы услышит.

2011г.

НА ЛОДКЕ

Плыву на лодке по реке неспешно,
Волны упругой взрезываю плоть.
Нависший берег - леса мрак кромешный,
Туда попасть - не приведи Господь.

Луна роняет в воду отраженье,
Колышется, гримасничает, пьёт.
И прямо на неё моё движенье -
Никак Селену не перечеркнёт.

Какие-то проснувшиеся рыбы,
Выныривая, рушат тишину.
На это глядя, безмятежны глыбы,
У берега лесистого в плену.

Куда плыву - не ведает и полночь,
А я - тем паче, взбалмошен маршрут.
Упругие разрезанные волны
Куда-то лодку и меня несут...

2014г.

* * *

Соль морская, боль людская
Всё едино, всё вода.
ОТ себя не отпускает
Эта внешняя среда.

Бронхи рвёт - удушье давит,
Лишь слезам свободен ход.
Для чего мне душу дали? -
Только стонет и ревёт!

Окунусь я в соль морскую,
Пригублю людскую боль,
Быть непонятым рискуя,
Хрипло выдохну: "Доколь!"

2014г.

* * *

Век холеричен, всеми правит гонка
За златом, за чинами, за шмотьём.
И рвутся судьбы, спряденные тонко,
Мечты иные из обрывков вьём.

А где ж мечты, которые не схватишь?
Душа когда-то ими лишь жила.
Фантазией кредиты не оплатишь,
Но без фантазий жизнь так тяжела!

Век хаотичен, только мы не пешки!
Вполне возможно душу сохранить!
И нечего роптать: мол, парки в спешке
Плели моей судьбы златую нить.

2014г.

ЛЕДЯНОЕ

Ночь беззвёздна и так холодна,
На термометре минус солидный.
На работу не вышла луна -
Ничего дальше носа не видно.

В стылых пальцах мерцает "бычок"
И пытается сладить с морозом.
"Ах, наивнейший ты дурачок!" -
Усмехаюсь не очень тверёзо.

За спиною послышался хруст -
Приближается кто-то, однако.
Склад извилин (от холода?) пуст,
Словно брюхо дырявого бака.

Подходи, незнакомец, давай,
Потолкуем с тобой о погоде.
Видишь сам, ночь Крещенья - не май,
Остальные беседы - не в моде.

Разошёлся Морозко, шалит
И тепло ли мне, падло, не спросит.
А душа нестерпимо болит,
И метелью её не заносит.

2014г.

ПЯТНИЦА

Город в пятницу выпил, огнём засветил,
Светофорит нетрезво он на перекрёстках.
Бесталанны сегодня шуты на подмостках,
Потому что пьяны.
С ними город и пил.

Лихорадит немного бетонную плоть,
В каждой клети пульсация злых децибелов.
Светят фары ночные так осоловело,
Не допустит, надеюсь, аварий Господь.

Муравьи (то есть мы) хаотичны (пьяны!),
Кто-то тащит из дома, а кто-то - напротив.
Нынче пятница -
праздник разнузданной плоти
И, возможно, ударный денёк сатаны.

Город, можно сказать, всю неделю пахал,
Деловит был, бумажен и бюрократичен,
Потому что сегодня - не время приличий,
Нынче - пятница,
нынче и скромник - нахал.

А похмелье придёт...
Непременно! Вот-вот!
Заболит голова, утопая в работе.
Только в пятницу думают лишь о субботе...
Нынче - пятница. Город отчаянно пьёт...

* * *

Детей у Бога множество на свете,
И всех он помнит, каждым дорожит.
Но только непутёвые мы дети,
Нам лишь бы сытно и безбедно жить.

О Боге вспоминаем мы в минуты
Уныния, разлуки и беды.
Когда есть хлеб, одеты и обуты,
В молитве нет особенной нужды.

И Бог в печали видно пребывает:
Быть может, он депрессией разбит.
Бессмертная душа - она живая,
Но только дремлет... или вовсе спит.

2013г.

ЗИМНЕЕ СОЛНЦЕ

В небе светят лучезарно
Апельсиновые дольки.
Куражу - как в день базарный,
Нет сомнения нисколько.

Не беда, что стужа правит
Этим миром обелённым,
Солнце быть собою вправе
Даже снежно-заоконно.

Луч, от снега отражённый,
Так смешно в носу щекочет!
Не стесняется короны
Закадычный друг до ночи.

Льёт и льёт оно приветы
На простывшие сугробы -
Будто вновь вернулось лето,
Отогреть нам души чтобы.

2013г.

Елена Ядрина

ст. Зольская

КУТАЮСЬ В НЕЖНОСТЬ

1

Где ты, детство былое, девчоночье
С жёлтым бантиком, в клёш-юбчоночке?
Может, стриженной накриво чёлочкой
Вдруг осыпалось на палас.
Может, заперто в ящик с Мальвиною
За кулисами нафталинными.
Да и зрители зал тот покинули -
Распугал их всех Карабас.

С ветром детство умчалось, наверное,
В город северный, вслед за Гердою, -
В замке льда заморожено, бедное.
Королевою всех снегов.
Может, детство моё лунноликое
В полночь юности стало тыковкой
Иль разбилось хрустальными бликами -
С ножки Золушки - об любовь.

Может, рядом с Сестрицей Алёнушкой
Злою ведьмою - камнем к донышку -
Не видать за кувшинками солнышка,
И козлёночка голос смолк.
Или шло с Красной Шапочкой по лесу
Детство к бабушке в избу-горницу
И, отстав, не находит околицу,
Или съел его Серый Волк...

Может в травы за речкою брошено,
Взращено дождём, солнцем скошено -
Уронила Принцесса горошину,
Ни к чему перин пышный стог.
Может, в кружеве Спящей Красавицы
Детство нежно спит, улыбается -
В снах его шелковистых курчавится
Чёлки срезанный завиток.

2

Чувства, чувства - кружева...
Сердце сеткой вяжет,
Вьёт петельки волшебства
Из махровой пряжи.

Чувства, чувства - скручен пух.
Разверну клубочек,
Наберу на спицах двух
Или на крючочек.

Чувства, чувства - бахрома...
Кромка золотая.
Стёжкой ленточка-тесьма
Край переплетает.

Чувства, чувства - шаль души.
Нежность паутинки...
Не забыть бы про режим
Деликатной стирки.

3

Над домом полная луна...
И я бессонницей полна...
И длится ночь...
И мне невмочь...
Уж слишком небо светлое...
И бьётся сердце бедное
От буйства чувств!
Я выть хочу!
Луна, до края полная
Моей тоской любовною...

4

За снегами, снегами этими,
Долог путь, только век наш скор...
Мы друг друга как будто встретили,
А не виделись до сих пор...

За снегами, снегами белыми,
Бледен рай, только ярки сны...
Друг без друга что раньше делали?
Друг без друга как жили мы?

За снегами, снегами вечными,
Смерть легка, только в тягость жизнь...
Кем ты будешь мне,
первый встречный мой?
Кем я буду тебе, скажи?

За снегами, снегами ровными...
Пристань здесь, но рублю концы.
Близнецы мы с тобой некровные,
Но сиамские близнецы.

За снегами, снегами нежными...
Манят чувства, да держит страх.
Расстелил колыбель ты снежную
Сердце мне отогрел в снегах.

5

Кутаюсь в нежность махровую -
Солнцем дарована в снах мне.
Черпаю утро молочное,
Свежесть глоточками пью.
Трогаю небо мохнатое,
Облако ватою пахнет.
Зорюшку сельско-голосую
Тёплыми росами лью.

Шепчутся кроны лоскутные,
Ветер попутный мне в спину -
Дёргает платье отчаянно,
Тащит к окраине, в яр.
Высятся звоны колоннами,
В травы бездонные кинусь.
Выплачусь плетью ракитовой,
В душу молитвами - жар.

Ведаю долю казачью -
Предки назначили,
Племя.
Полон колодезь водицею -
Песни, традиции
Мест.
Верю всем сердцем лиловым я,
Что поцелована
В темя.
Греюсь у Бога за пазухой,
Миром помазана
В крест.

Хлопают грозы ресницами,
Синь над станицею
Ниже.
Дразнятся ливни весенние,
Речку веселием
Рвут.
Прыгают волны барашками,
Берег ромашковый
Лижут.
Помню, запруду с ребятами
Рыли когда-то мы
Тут.

Держится домик побеленный -
Детством повеяло
Ранним.
Нянчила сказки бабулины,
Пряча баулами
Впрок.
Мая победного ждали мы,
Дед мой с медалями,
В званье -
К холмику однополчанина -
Поступью раненных
Ног.

Выросла русской Алёною,
В край свой вплетённая
лентой.
Меряю жизнью прогулочной
Ветви-проулочки -
Чту.
С ношей готовлюсь к метелям я
Петь колыбельную -
День тот
Явит мне счастье бескрайнее,
Нежу заранее.
Жду.

6

лечь на весь день в постель с блокнотом,
Жадно писать стихи и ноты,
Мысли ваять без слов, без жестов -
Разве не в этом суть блаженства?!

Чистых листов простор манящий,
С каждой строкой твой плен всё слаще!
Бурный поток чернильных линий,
Будто бы чувств ушат пролили!

Буква за буквой - слог... и слово...
Новый порыв со строчкой новой!
шанс ощутить размах полёта -
лечь на весь день в постель с блокнотом!

Олег Воропаев

Новопавловск

* * *

День прожит, а что в копилке? -
Дрязги, скука и враньё...
Руки тянутся к бутылке.
За окошком - вороньё.
В дневнике - пора итогов:
где-то княжил, где-то был...
Перебраться бы за город...
Да дорогу позабыл.

* * *

Она не ты. Но если - ночь,
а на столе вино и свечи,
я обмануть себя не прочь:
она не ты, но всё же лечит
от памяти другой ночи,
где голос был нежней и ближе.
Она умна - она молчит...
И легче выжить...

* * *

Этот зал ожиданья
Никого не спасёт.
На путях мирозданья
Ожиданья не в счет.

В привокзальном буфете
Горьковатый портвейн
К шоколадной конфете
Заказать поскорей.

И, хмелея привычно,
Наполняться верней
Холодком безразличья
Семафорных огней.

* * *

Оплавляется волос воск.
Нервы клавишей - в мой мозг.
Высекает она огня плоть
Из тангейзеровых нот.
Недотрогой глядит - а ну, тронь!
Амазонка - она. рояль - конь...
Алкогольного сна бред.
Не со мною была. Нет.

* * *

Неожиданно выиграть! Во что - всё равно!
Только крупно, чтоб сердце замерло.
А потом слоняться и пить вино
У театра абсурда с тремя вокзалами.

Ночевать неизвестно где... С кем?
Не снимая штанов - не всё равно ли?
С тонконогими шлюхами столько тем -
От Захер-Мазоха до причин меланхолии.

Или проще, в уходящий состав вскочив,
И в Сибири где-нибудь ли, в Калмыкии
В грязный скрежет и колёсно-пустой мотив
Пеленать сиротство своё дикое.

Если спросишь, ну, вдруг, зачем это всё -
Полупьяный припадок
и нервное празднество
По судьбе непридуманный снег несёт,
Новогодний... А впрочем, какая разница!

* * *

Был дождь и малых капель шорох
На дне курортного квартала.
Был дождь и малых капель шорох
В пролётах выщербленных крыш.
Немая судорожность боли
В заломленных суставах окон.
Немая судорожность боли
В квартале вымокших афиш.

* * *

Нам не осталось даже немного
Тихого счастья вечером снежным,
Чтобы в окошке луна и дорога,
И разговоры о чём-то нежном.

Всё наизнанку, всё по-другому -
Нервные взгляды, беглые встречи...
Не извиняйся, режь по-живому,
Это, случается, тоже лечит.

Поздно считаться - кто неподсуден,
Поздно считаться - кто непорочен...
Просто от боли выжженных судеб
руки распались в холоде ночи,

И не осталось даже немного
Нежного света снежного утра...
Тихое счастье - это от Бога.
Долго ли?.. Коротко?.. - Не было будто.

* * *

Кончается зима, и в парке неуютно
от сырости и перебранки птиц.
И лужи, стекленеющие утром,
таращатся провалами глазниц.

Холодная земля под снегом порыжелым
Не гонит вод в артерии ручьев.
И небо, нарисованное мелом,
бесчувственно-ничьё...

Наталья Астафьева

СЕРДЦЕ МОЛОДОЕ

Я смеялась долго и счастливо
в месяц солнца, в месяц светлых глаз,
потому что искрой из огнива
девочка-смеюнчик родилась.

самое веселое дитя,
ямочки от смеха на щеках...
между кочек с думой о птенцах
кулики на севере сидят.

я тебе пытаюсь рассказать
о тех днях, когда ты завязалась,
о тех днях, когда я так смеялась,
как лишь ты умеешь хохотать,
как еще моя смеялась мать,

когда я, вскричав, на свет явилась.
Дочка родилась - вот это милость!
мне такое счастье и не снилось.
мне хотелось счастья хоть бы малость,
мне же дочь, живая дочь досталась.
За дитя тебе спасибо, милый!
долго и счастливо я смеялась.

1959

* * *

Воры, воры, вор на воре.
Государство все в разоре.
Дохляки давно подохли.
мир без сердца, будь ты проклят!

Лезут вверх напропалую.
слабым словом протестую.
Не победить мне волю злую.

3 сентября 1999

* * *

Я жду прихода солнца,
чтоб в комнату вошло,
чтоб светом пронизало
померкшее стекло.

Так ждет его сквозь листья
зеленый хлорофилл
и под водою нильский
зеленый крокодил.

Приди скорее, солнце,
и кровь мне обнови -
нет жизни мне без света,
нет жизни без любви!

12 сентября 2007

* * *

Мы с тобой стоим над бездной,
скоро вихрь нас оборвет,
мы же радостью совместной
светимся, как солнцем плод.

Равновесье, совмещенье
непохожих двух натур.
стоицизм - наше отмщенье
времени в эпоху сюр.

14 февраля 2008

* * *

Наш мир - ненастоящий.
Наш мир - как понарошку.
Наш мир - театр абсурда.
Наш мир - театрик кукол.

Наш мир - это игрушка
В руках у примитивов.
Они берут на мушку
всех умных и строптивых.

23 февраля 2006

* * *

Как дух, паривший над водою,
трудился, сущий мир творя, -
трудилось сердце молодое,
не зная ни на миг покоя,
и крови целые моря
вращенье гнало круговое.

Так было. И за годом год,
и до сих пор не уставая,
оно стучит, струи гоняя
горячих, алых, бурных вод.

И я - совсем как молодая,
тружусь, хоть смерть близка, вот-вот.

начало 90-х

Владимир Британишский

ЗАЛИВ. ЗАКАТ

Там человек сгорел.
Фет
Гляжу в лицо, но не видать лица -
лишь отблески залива и заката,
и призрак негасимого отца,
как призрак неизменного Кронштадта

на горизонте: где-то и нигде.
А солнце голову все ниже клонит.
Как человек, идущий по воде,
свет движется - и не горит, не тонет.

И волны света по волнам воды
скользят и ускользают - зыбь на зыби.
И небеса - не злы и не добры,
с глазами звезд - ни добрыми, ни злыми.

А я стою смотрю со стороны,
как неумершее не умирает,
как шар неопалимой купины
там, вдалеке, горит и не сгорает.

Май 1978

* * *

Моя мама девчоночкой
лет четырнадцати
торопилась:
ей так не терпелось вырасти
и гулять, как лучшие барышни Гатчины,
не с какими-то зряшными неудачниками,
нет, нет, нет! только с летчиками,
с авиаторами,
что взлетали в воздух
и дух захватывали.

А всю жизнь прожила она
за художником.
И ходил он в кепке -
не в шлеме кожаном.

Скипидаром пропахший,
он с одержимостью
занимался нелепейшим делом -
живописью.

Был упорным, талантливым,
по всей видимости,
и взлетел, взлетел,
но - годам к семидесяти!

1982-1988

* * *

В годы войны
выяснилось, как велика Россия.
между Тюменью и Омском,
вдоль железной дороги
и даже далеко в стороне от нее,
через каждые 10-12 километров
стояли деревни,
в избах топились печи,
людей пускали погреться,
пожить.

1970-е

КАМНИ

Не говорите мне, что жизнью не кипит,
что холодна как лед природа минерала.
Я не поверю вам:
ведь жил хребет Урала,
и он мои слова примером подтвердит.

Да, жил и минерал.
Он был раствором, газом,
он магмой бешеной
кипел в груди земной,
но протекли века -
стал углерод алмазом,
и вот он под стеклом
лежит передо мной.

На яшму я взгляну
и на кристалл пирита,
на бурый железняк,
на огненный гранат
и думаю о том, как много пережито
любым из тех камней,
что здесь теперь лежат.

Свердловск, 1945

КРЕПОСТНАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ

Ах, Россия екатерининская,
вся в барокко и в рококо!
Но для некоторых - тернистая.
Рай и пекло. Как для кого.

Новый Рим и новая Греция,
где склонилась ниже травы
крепостная интеллигенция -
образованные рабы.

Образованный - не забава ли!
Все умеет: читать-писать,
на запятках ездить за барином
или пятки ему чесать.

Все умеет: ломать комедию,
на басу играть, на альте,
а пошлешь его в академию -
пишет красками на холсте.

Итальянца нанять ли, немца ли -
тем пришлось бы платить сполна.
Крепостная интеллигенция -
чуть не даром служит она.

Если ж барин изволит гневаться,
есть на ком сорвать ему гнев:
крепостная интеллигенция -
образумить ее не грех!

музыканты, актеры, певчие -
это им почитай что честь,
если их порой по-отечески
на конюшне велят посечь.

Обе скрипки секут - и первую,
и вторую, баса, альта,
декоратора, архитектора,
карлика, дурака, шута.

Подзатыльники да пощечины,
колотушки, пинки, щипки...
Позабыли о пугачевщине?
Будут новые бунтовщики!

Но пока что попытки тщетные
непокорным впрок не идут.
Но пока что кому-то - в Щепкины,
а кому-то - в петлю и в пруд.

Раболепствуя и лакействуя,
задыхаясь, желчью давясь,
крепостная интеллигенция -
ненавидит барскую власть!

Март 1985

* * *

Ей руки за спиной скрутили,
забили снегом дерзкий рот,
морозом по башке хватили,
но не убили. Жизнь - живет!

Она свернулась, как пружина,
легла внутри семян и спор,
она таилась, недвижима,
и выдержала до сих пор.

Весна пришла. Свершились сроки.
И день от радости ослеп.
И на обочине дороги
водою набухает след.

Проверенные на живучесть,
упрямо тянутся ростки -
идут искать иную участь
из царства гнета и тоски.

Весна растет неудержимо,
и, гордость прежнюю забыв,
обломки старого режима
уходят льдинами в залив.

7-9 марта 1954

Дмитрий Глебов

Ставрополь

В МИНУТЫ...

В минуты счастья ты прекрасна!
И пусть со мной ты не согласна,
В минуты горя, я не спорю,
Резка бываешь в разговоре.

В минуты нежности - прелестна!
В минуты страсти - поднебесна!
В минуты лжи - коварна, лестна.
Ну, расскажи мне, только честно...

Не верю я, что ты такая:
Ведь я тебя немножко знаю.
меня ты любишь скромно, тайно.
Солгать лишь заставляет крайность.

Твои несветские манеры
Во мне не укрепляют веры,
Но всё равно тебе я верю,
Что ты находка, не потеря...

01.03.1982

УЛЫБНИСЬ МНЕ

Улыбнись мне, раскрой секреты,
Не пытайся меня обмануть,
Я в глазах твоих серого цвета
Хочу растворяться, тонуть...

Улыбнись мне - и я растаю,
Как щербет, на губах твоих,
Я в глазах твоих нежность читаю,
Дыханье своё затаив.

Улыбнись мне! Прошу, не надо
Никогда о былом грустить!
Всё что было - тебе в награду...
Не держи его, отпусти...

Улыбнись мне - и я забуду
О ненастьях ушедших дней,
И в улыбке случится чудо!
Подари же улыбку мне...

15.06.1997

СЧАСТЛИВЫХ ДНЕЙ...

Счастливых дней желанья мимолётны.
От нежных вечеров
остался вкус помады.
момент падений,
разочарований, взлетов
Судьба преподносила нам в награду.

Пересеченье наших жизней, судеб:
С меридианом параллель сроднилась,
Поставив крест на глобусе и чуде...
Рассвет. Луна за горизонт уединилась.

И сожалений нет, остались только грёзы,
Чередованье дней, ночей и лет,
И вид осыпавшейся в вазе розы,
И проще прозы - высохший букет.

Долить воды - как мёртвому припарка.
Но как забыть прекрасное? Не смею...
И розы выбросить мне также жалко,
Как жалко то, что всё храню в себе я.

18.06.1997

ДЫХАНЬЕ СЛОВ

Размытых чувств,
истрёпанных эмоций,
Уж не осталось слов, я не сержусь.
Ну, что же? Пусть останется на сердце
След пустоты - лишь чистоты
любовь и грусть.

Нет, не забытых глаз,
не понятой улыбки,
А вещих наважденья снов боюсь...
И как бы не свершилось той ошибки,
Я твоему дыханию молюсь.

Над пропастью души своей стою,
Над бездною судьбы
шагнуть я не решусь...
Лишь об одном судьбу молю -
Оставь ЛЮБОВЬ
из всех доступных чувств.

25.04.2003

АТРАКС

Не оставь меня равнодушным,
Подними хоть сердца осколок -
И я стану ручным и послушным,
Как персидской породы котёнок.

И я стану таким, как захочешь,
И я буду с тобой, как сумею.
Ты меня, как вода камень, точишь,
А пройдёшь - оглянуться не смею.

Я забуду, как падают листья,
Не увижу, как кончится лето.
Пусть мечты мои не сбылись,
Я опять не засну до рассвета.

Пусть невечными будут страданья,
И обнять тебя дрогнет рука.
И в телах не остынет желанье,
И слеза не падёт на рукав.

9.05.2003

ОБЪЯТЬЯ ГОР

Вдали от дома, на чужбине
Неделю я существовал.
Порою близкими, родными
Казались мне обломки скал.

За окнами шумящий Терек
Ташлу напоминает мне.
Живу и не могу поверить,
Что есть река его родней.

Луна - безвременный скиталец,
Ночное небо, россыпь звёзд...
На дне души моей остались
Вкус хлеба, шум родных берёз.

Родной простор, он необъятен,
Прекрасен и необозрим.
Но вырвусь я из гор объятий,
Вернусь на родину, к родным.

Построю дом, засею землю,
Всё будет просто, без затей,
И будет сад, плодов деревья,
Женюсь и выращу детей!

Всё будет так, как и мечталось,
Как я мечтаю до сих пор.
Живу и верю: мне осталось
Из объятий вырваться у гор.

14.07.1979

Юрий Коленко

с. Турксад

* * *

Во всём виноват Запад, - говорят бывшие,
но не уточняют,
и хотя сами конкретные пацаны -
не хотят пояснять.

Между тем, Запад -
он большой, длинный,
сколько ни скачи -

понятие растягивается,
вот уже Европу проехали,
а Запад, оказывается, дальше,
Америка за плечами осталась,
а Запад не кончается,
впереди ещё Китай, Индия,
и снова молчаливые наши края...

Что ж это получается?
Не Запад - мы сами виноваты?

* * *

Первый тёплый денёк весны,
а вчера ещё дрожали,
враг - ветер леденящий -
стал освежающим другом,
не найти, как вчера, нигде под забором
или в тёмном углу
забытого льда земляного со снегом,
пригретые тюльпаны, нарциссы
в рост двинулись снова,
в свитере жарко - долой,
только рубашка,
солнце высокое в грязь впивается -
разбудить семена,
амурчики-купидончики
с луками-стрелами -
невидимые зашевелились
в зимних глазах,
вот-вот выпорхнут и развяжут
плодотворную войну
с немалыми жертвами
счастливыми.

ИЗ ТОК-ШОУ

- Чем же хороша эта местность?
- Лакомый кусочек. Много богатых людей
Здесь живёт.
Банки. Дорогая земля.
Текут живописные
финансовые потоки.
Словом, администрировать
должен свой человек,
надёжный и эффективный,
мало понимающий, что же происходит.

* * *

Высунулся из окопа и получил пулю,
а комвзвода повезло:
стоит на бруствере с пистолетом и кричит,
ты угасаешь,
а он всё ещё беззвучно: а-а-а!
Ещё одна, две, три атаки - и он...

Но, как правило,
одного раза достаточно.

На войне? Нет, всегда,
и в мире, и на миру,
и в политике, и в науке.

А вот благоразумный
никогда не возникнет:
все эти пули, штурмы, атаки,
проблемы -
несерьёзно, только жить мешает.

Море забвения плещется за спиной:
выкинули - мирно плывёшь между
землёй и небом,
и баюкает тебя
душевный народный туман.

* * *

Случайные встречи...
Ах, как мы обдумываем их!
Напрягаем ясновидение: что, где, когда,
во сколько требуется выйти,
чтобы пройти здесь и появиться там?
Ясное дело - прежде всего
идти по делам,
а не просто тупо торчать.
Неприкрыто искать:
всё должно быть маловероятным,
а ещё лучше - совсем невозможным.

А что вычислений много проделано -
кого на премьере
интересуют репетиции!
Не глядя, разглядели.
Первым взглядом вдохнуть,
а впереди ещё интересней:
естественно, как в сказке,
очутиться рядом,
обменяться парочкой слов.
Легко сказать, а надо
всё рассчитать и предвидеть,
пару раз промахнуться, дождаться,
и всё же пожать
нерешительные пальцы.

Тамара Андрусенко

Липецк

ДВА ПЕЙЗАЖА

I

Греция. Жара.
Оливковые рощи
на обрыве.
Наверх, к усадьбе,
желтая тропа,
впечатана в песок.
Низкий забор,
за ним -
тенистый парк
скрывает дом,
трава, что изумруд,
ухожена,
превращена в газоны,
свечами,
ближе к дому,
каллы алые
в листве темно-зеленой,
плетеный стол,
букет цветов
в смущенной вазе,
и тишина...
Лишь море
шелестит волной.

II

У нас - зима.
От солнца только свет.
Снег падает, искрится
пейзаж наш
бело-серебристый,
и тоже тишина...

Июнь расцвечен
красною калиной,
малиновым
цветением болот.
Сияют желтизной
края обрывистого берега,
синь неба
по реке плывет,
и плотный аромат лугов
парит...
Не жарко.
Частые дожди
с грозой иль без,
с ненастьем или
тишиной прохладной.

Мой милый уголок,
мой Рай земной
в громадине Вселенной.

2012

* * *

"сокровища чувств"
В.Клемм
Мне нравится,
когда под утро,
свежее от свежести,
не открывая глаз,
улавливаю
в нежной тишине
дыханье
расцветающего дня,
тепло рассвета.

С улыбкой жду
разлива
солнечного света
и шепчу:
"Спасибо, что живу!"

2014

* * *

Я теряюсь
в пространстве,
в этом тихом
огромном доме,
необычном
картинном убранстве
в чудной зелени,
в свете солнечном
днем, ночью,
в блеске огней,
в тишине
со стеснением сердца.

2014

* * *

...оранжерейныйрай прошлого
В.Набоков
Милан.
Ночная улица пустынна.
ведет на площадь,
где театр "Ля Скал",

Прикосновение легкое руки
(прошло так много лет... )
я помню.

2013

* * *

...душа притаилась, судьба вздохнула.
В.Набоков
Вы посвятили мне
стихотворение,
ворвавшись
в жизнь мою.

Слова-слова...
Для вас они чисты,
но для другого -
разрушительная сила.

Сомнение скользнуло
черной лентой,
фантазии хлестнули,
разум вдруг померк.

Ведь каждый
слышит то,
что хочет слышать,
к сожалению.

2013

* * *

...пронзительная грусть.
В.Набоков
Отцвели малиновым
болота,
жухнут травы,
но еще цветут в полях
последние цветы.

Частый дождик
с бархатным туманом,
небо сгустком
поглощает
птичьи косяки.

На заплатах
скошенной травы
роса стеклярусом
вперемешку
с бусами рябины.

И широкий ветер
в облаках,
с серебристым запахом
полынным.

2013

* * *

...восклицательный блеск
В.Набоков
И снова лето.
Соломенные шляпки,
разноцветные панамки.
Пахнет смолой,
горячей и сладкой.
Солнце сквозь ветки
веселым накрапом
скользит по платью,
тени застыли,
словно впечатаны,
бабочки дышат,
ветром ласкаемы.
Иду цветами...

2014

* * *

Сюжет для молчания
В.Клемм
На Рождество
пал снег с небес.
От света фонарей
он, розовый и теплый,
раскрасил веточки
кустов и кружевом
заплел заборы,
заставил петь
виолончелью провода
и расстелился
скатертью на крыше,
мохнатый можжевельник
в хризантемы превратил,
на ели шапки нахлобучил
и приглушил
рассыпчатые звуки
стайки птиц,
дал изморози зацвести
на круче...

2013

Иван Наумов

Ставрополь

НЕ ПОНЯТЬ

Мне судьбу не понять,
Чьими нитками вышита,
Где тут мать-благодать,
А где мачеха-выжига.

Мой мятущийся стих -
Дань сегодняшним веяньям,
Хоть и сам я возник
Из прошедшего времени.

Без руля и ветрил
Мчусь по заводи илистой,
Для себя я открыл
Путь к успеху извилистый.

Мне бы плыть по морям
К островам неизведанным,
Не бросать якоря
Перед всякими бедами.

Чтоб поэзии храм
Стал освоенным островом,
Чтоб безликим стихам
Никогда не потворствовать.

Чтобы слезы не лить
Над крутыми дорогами.
О себе возвестить
Незатертыми строками.

2001г.

В ЭТУ НОЧЬ...

Я тебе напишу, что в твой сон
я уже не приду:
Мы давно не вдвоем,
хоть об этом сейчас я жалею...
Снова осень грустит
почерневшею грушей в саду
И опавшей листвой,
разукрасившей в парке аллеи.

Пообвисли знамена,
когда-то зовущие в бой,
На рассвете горнисты, как прежде,
"зорю" не играют,
Ветер пепел развеял костра,
где сгорали с тобой,
Балансируя тонко на грани
меж адом и раем.

Для тебя я не стал тем
единственным в мире плечом,
Что всегда подставляют,
от бед и лишений спасая,
Не оставив в несчастье
один на один с палачом...
А ведь были с тобой
на пороге цветущего мая.

И прощенья уже не прошу я
в последней строке:
Мы дорогу себе друг без друга
давно выбираем...
Дорогая рука не в моей утопает руке,
И "Страдания" нам гармонист
никогда не сыграет.

Вот уж время к утру,
только чувство вины не проходит...
В эту грустную ночь,
разорвав за окном тишину,
Дождь стучит по стеклу,
отбивая обрывки мелодий,
заставляя понять,
что сегодня уже не усну.

2013г.

ПРОФИЛЬ НА СТЕКЛЕ

Нам метроном отсчитывает дни
С рождения и до ухода в вечность.
Мы видим неба звездного огни,
Чьи горизонты канут в бесконечность.

Мы видим, как кочуют облака,
И слушаем весенние мотивы...
Вот бабочка колдует у цветка,
Вот тихих рек бескрайние разливы.

У жизни и изнанка есть, и дно,
И яркие, раскрученные бренды.
И это все бесплатно нам дано -
В бессрочное владенье, не в аренду.

Порой впадая в пагубную страсть,
Мы это все внезапно забываем.
И, отдавая души в чью-то власть,
О как порочны часто мы бываем!

Не всем дано умение творить,
Но каждый должен заниматься делом.
И нужно просто жизнь благодарить
за то, что нас крылом своим пригрела.

... Встречая полновесную зарю,
Я на стекле твой профиль нарисую.
Я не всегда по делу говорю,
Но вот Творца не поминаю всуе.

2014г.

СТАТЬ ЧЕЛОВЕКОМ

Я бросаю снежок из вчерашнего дня
В день грядущий,
в холодную матовость неба...
Что нас ждет впереди?
Что так гложет меня?
Как решится проблема
насущного хлеба?

Окружающий мир, как всегда, многолик.
Для кого-то он прост,
для кого-то сверхсложен.
Он и добрый и злой. Он и мал и велик.
И явленья его разгадать невозможно.

Всех волнует вопрос,
для чего мы живем?
Мы владыки земли
или только лишь гости?
Нас впустили в сей мир,
как мальков в водоем,
И в нюансах его разобраться не просто.

Научившись ходить,
все стремятся вперед,
Из затонов глухих
выбираясь на стрежень.
Совершенен ли наш человеческий род,
Оправдал ли природой
заложенный стержень?

И, кочуя в пространстве
по звездным полям,
Где проблемы земли
проявляются остро,
Мы лишь накипь её, а сама-то земля
В необъятной Вселенной
лишь маленький остров.

И теряя порой человеческий вид,
Проповедуем зло, что нередко бывает.
Лев не трогает лань, если только он сыт,
Лишь один человек без нужды убивает.

Став царями природы - боимся жены,
Кулаков, пересудов, вчерашнего снега...
И, признаться к стыду,
мы немало должны
Перенять от зверей,
чтобы стать человеком.

2014г.

ВОЛК УБИВАЕТ МОЛЧА

Высыпав соль на раны,
боль предсказать несложно:
нам с голубых экранов
пудрят мозги безбожно.

Быль распинают хором,
славу побед ничтожа.
Ворону только ворон
выклевать глаз не может.

И, прикрывая шляпой
кладбище черных мыслей,
грязной пятнают лапой
всё, что осталось чистым.

Правду вгоняя в лужи,
пенку с навара снимут.
Мертвым хулы не нужно -
сраму они не имут.

Ложью не снимешь порчу
с кривды, что стала нормой.
Волк убивает молча,
впившись клыками в горло.

В сложные годы века
рабство в конфликте с волей...
Время - великий лекарь -
Сердце спасет от боли.

Скипетр судьбы капризной
грех покарает строго.
Только за правду жизни
нужно сражаться много.

Хоть допекают раны,
но не поникли плечи.
Я, опустив забрало,
ринусь без страха в сечу.

2014г.

Ольга Евтушенко

Ставрополь

ДЕНЬ РОЖДЕНЬЯ

Не по сезону вечно я одета,
И, кажется, вся жизнь моя врасплох,
Хоть родилась зимою, а не летом,
Но вот бегу за ним, бегу, сбиваясь с ног!

Я так спешила, так всегда спешила,
Любовь не прятала и не таила чувств -
Душа до сроку вымерзла, застыла,
Как розовый в цветах под снегом куст.

Не по сезону вечно я одета...
Ну, почему, откуда и зачем
Живет во мне отчаянное лето,
Когда в окно так ломится метель?

Я не впущу её, хоть раз не пожалею, -
Пусть пуще злится старая зима!
И верой в счастье душу отогрею:
Кто мне поможет? Только я сама!

...Опять оденусь в шелк не по сезону -
Осудят люди, не осудит Бог.
И, как всегда, без страха брошусь в омут,
Как жизнь, меня застигшая врасплох!

КРИК ДУШИ

Окно с решеткой. Жизнь - одни проблемы.
Дверь на замке - и чувства взаперти.
Меня гнетут "большие перемены",
За тем ли было суждено войти

В огромный мир с рассветом и закатом,
С пьянящим запахом
разбуженной весны,
С неповторимым грозовым раскатом
И тихим шелестом
желтеющей листвы?!

Я не хотела быть живою погребенной
В плену бетонных улиц и домов,
И мне не стать послушно-несмышленой
В экспериментах обезумевших "чинов"!

Что остается? Только осознанье
Того, что я живая и живу,
Но эта жизнь - сплошное наказанье
за нежелание вступать в борьбу

за право - жить во что бы то ни стало,
за право - чувствовать,
надеяться, любить.
О Боже, Боже! Как же я устала
Быть не самой собой, а кем-то быть!..

* * *

Что терзает меня?
Безнадежности плен
Иль исчезнувший в бездне
зря прожитый день?

Или та безысходность,
Что бродит во мне,
Как неузнанный кто-то
в предутреннем сне?

Что меня угнетает? Стремлений тщета
Или всё истребляющая суета?
Иль сознанье того, что под натиском лжи
Мы покорно хороним порывы души?!

* * *

В лесу осеннем среди елок
Березка белая стояла
И добродушно, без иголок,
О чем-то грустно напевала...

Тем не понятен нежный шорох
Её предчувствий безотрадных,
И лап тяжелых нервный всполох
Сорвал желтеющее платье!

... А ствол её ещё стройнее
На фоне зелени богатой:
Как правда голая, белеет
Так искренне и виновато...

НЕСБЫТОЧНОЕ

Как хотелось бы жить,
полной грудью вдыхая
зелень свежих полей и небесную синь,
И над бренностью мира
свободно витая,
Верить в неистребимость
желаний и сил!

Как хотелось бы жить,
ни о чем не жалея,
Не испытывать горечь обид и разлук,
Лишь от нежности светлой
всем сердцем хмелея,
Растворяться в объятьях
пленительных рук!

Как хотелось бы жить,
не изведав терзаний
О несбывшемся счастье
промчавшихся лет,
И не видеть в глазах
только непониманье,
И не слышать в ответ
безнадежное "нет"!

Как хотелось бы жить
с миром в полном согласье,
Не сжиматься в комок
от бездушья и лжи,
А разрушить все то,
что претит, - в одночасье,
Не изранив своей беззащитной души!

* * *

Собравшись в дальнюю дорогу,
Присядь, подумай, не спеши,
Почувствуй, друг мой, хоть немного
Движение своей души...

Вся наша жизнь и есть дорога,
В ней важно все, но не забудь:
Дорога в храм, дорога к Богу, -
Пожалуй, самый верный путь!

Юрий Селиванов

Минеральные Воды

* * *

Я был геологом отпетым,
И на стоянках жег костры,
Смотрел на небо до рассвета
И видел там антимиры.

Другие их не замечали
И ели пресную еду.
Миры в преддверии блистали,
И предвещали нам беду.

Ночь неразборчиво шептала,
Стекала сталью по реке.
Палатка у реки стояла,
И чай дымился в котелке.

Нам звезды родины мигали,
Меняя красный свой накал.
Их граждане не понимали,
И я их цвет не понимал.

Под утро изморозь ложилась
На опустевшее жилье.
Беда действительно случилась:
Мы не заметили ее.

О ПОЭЗИИ

Когда то в давние года
Мы по проселкам ездили,
Стихи читали в поездах,
И пили за поэзию.

Кто за поэзию не пьет,
Ссылаясь на приметы,
Тот смысла жизни не поймет,
Как лучшие поэты.

Он не пойдет за поворот,
Погрязнет весь в нюансах
И будет ждать за годом год
Карьеры и "финансов".

Не ценит рифм аристократ,
Не знает мук профессии:
Когда ты сказочно богат,
Тебе не до поэзии.

А если засосал вдруг быт
И все надежды рухнули,
То нужно друга пригласить
И выпить с ним на кухне.

Ему костюм сто лет носить.
Квартирка маловата:
Поэт, живущий на Руси,
Не может быть богатым.

Поэт и бедность - брат с сестрой:
Живут в жилье турлучном.
Они ругаются порой,
Но все же неразлучны.

Я не приверженец примет
Прошедших и грядущих,
Но знаю точно: наш поэт,
Не может быть непьющим.

ПЛАНКТОН

Он говорил мне так:
Довольно соплей и лирики,
Жизнь прекрасна, чудак,
Зачем тебе лезть в политики!

Там хорошо без тебя.
Войска проверяют баллистику.
Военные пусть шалят,
Лишь бы не лезли в политику.

В кресле сидеть хорошо
И трубы тянуть в Европу...
Планктон на болотную шел,
Искать приключенья на ж...пу.

Студенты лабают рок,
От "кокса" глаза навыкате.
Не важно, что баба пьет,
Лишь бы не лезла в политику.

Повестками поощрены
Опальные аналитики.
Планктону запрещены
Походы в большую политику.

* * *

Наш паровоз вперед лети...
(Из песни)
Говорили нам гайдары
Про какие то отборы.
Уходили коммунары,
Приходили крохоборы.

Холуи пошли в министры,
Начались метаморфозы!
Покрестили атеистов,
Развернули паровозы.

Кучерявые побрились,
Стало больше кабинетов.
Планы Партии сменились -
И названья партбилетов.

БЕССМЕРТИЕ

Убегают облака вдаль.
Мне холодною зимой жаль
Говорливость молодых рек
И лежащий на полях снег.

А весною поплывет лед,
Он послушно свой черед ждет,
Проплывает, как моя жизнь,
По извилистым путям вниз.

На чернеющем снегу след...
Сколько талых пронеслось лет!
В ожидании любви лес.
И бессмертие - оно есть.

ПАМЯТЬ

Листает память прошлые года:
Устроено так сердце человека...
Гудят на перегонах поезда,
И едет комсомол на стройки века.

Шумят леса. В мартенах варят сталь.
И родина крепчает год от года.
Уходят рельсы в голубую даль,
И над тайгой дымок от парохода.

Белеют перелески и поля,
Студенты пиво пьют в вагоне спальном:
Там, за окошком, родина моя,
хоть это все давно не актуально...

И хочется усталых стариков
Увидеть снова в жизни молодыми,
Когда они стояли у станков
И бескорыстно родину любили.

Ушли герои прожитых годов.
А новые "герои" - к власти рвутся,
Но помнят мостовые городов
Следы кровавых русских революций.

И по стране, куда не бросить взгляд,
Чиновничье постыдное всесилье.
Зеленые купюры шелестят,
И верит в деньги нищая Россия.

Мне вера в деньги в принципе чужда:
Они не самоцель, а только средство.
Уверовали села, города
И даже две старушки по соседству.

Я "верующим" все-таки не стал.
Менялась на глазах моих эпоха.
В стране, где вместо Бога капитал,
"Безбожнику" живется очень плохо.

Я верю, что на склоне "смутных лет"
Получат все отдельные квартиры,
Отменят деньги, скажут: "Бога нет!"
И станут управдомами банкиры.

* * *

Льются косые дожди,
Ветры листвою играют.
Сколько еще впереди -
звезды полночные знают.

знает, наверно, весна,
Сколько любви нашей длиться.
В небе застыла луна.
Ясень в окошко стучится.

ЕСТЬГОРОД

Есть город на карте земли,
С годами все ближе и ближе,
Где небо, и полки для книжек,
И в небе плывут корабли...

Есть город на карте земли,
Где с трубами старые крыши.
С годами все ближе и ближе.
Есть город на карте земли...

* * *

В сердце солдата трусости нет.
Новой атакой бредит рассвет.
Жизнь затихает, спит человек.
Судьбы считает прожитый век:

Медью патрона, хлеба куском,
Стуком вагона, бритым виском.
Ночью бессонной, ритмом атак,
рамой оконной вычерчен знак.

Век быстротечен, век не судим,
Бесчеловечен и не любим.
Замерла рота, значит пора:
Встала пехота с криком "Ура!"...

Так на рассвете, падая в снег,
Песней неспетой кончится век.

2000г.

Юрий Овечкин

Новопавловск

ДУША КОПТИТ

Всё благозвучнее, всё взвешеннее речь,
Взгляд застеклённых глаз,
естественно, мудрее,
Сухая строгость в развороте плеч
Ласкает глаз, кому-то сердце грея...

Но нет уже желанья громко спеть,
Умыть лицо студёною водою,
Без пищи лишний час перетерпеть,
Рвануться, чтоб догнать, - за молодою...

Душа коптит, а не горит огнём,
Кровь, как вода, течёт, уже не грея,
Ленивей становлюсь я с каждым днём,
А это значит, с каждым днём старею...

СУЕТА СУЕТ

От рождения до тризны
Остановок нет,
То, что мы считаем жизнью -
Суета сует...

Мельтешим в бою отважном
Между «да» и «нет»:
Неотложно! Архиважно! -
Суета сует...

Боговерца утешает
Вечной жизни свет,
Атеисту ум мешает -
Суета сует...

Одержимы сверхидеей
«Следа на земле»...
Наследить, увы, сумеем -
Суета сует...

Птица в пепел превратится;
Был орёл - и нет...
Растворит кирпич водица -
суета сует...

От рожденья до кончины
Передышки нет;
Не ищи судьбы причины -
Суета сует!

ШАГ ЗА ШАГОМ

Обуздать судьбу не просто
без надёжных рычагов...
Не построишь счастья остров
без друзей и без врагов!

Чтоб поймать свой миг удачи,
лезешь в драку, бьёшь с плеча,
получая в «репу» сдачу,
начинаешь различать

громкость крика,
ужас стона,
алфавит от «А» до «Я»,
изворотливость Закона:
быль - чужая, боль - твоя...

Слева - лёд, а справа - пламя,
птица счастья впереди...
Удержать бы чести знамя,
да не сказка,
жизнь, поди...

Миг за мигом,
шаг за шагом,
до небытия черты,
переполненный отвагой,
жизнь растрачиваешь ты...

И ВСЁ НЕ ТО, И ВСЁ НЕ ТАК

Течёт незримо дней поток,
Пейзаж лица меняя,
Нагорье лба, равнины щёк
В овраги превращая...

Когда-то чёрный, лес густой
Стал серым перелеском,
В пещере рта не блеска строй,
А жести разновесы...

Ни нежный звук, ни грома глас
Не достигают слуха,
Лишь немощь рук и слабость глаз,
Да непослушность внуков

Тревожат, возбуждая нас,
Приводят мысль в движение
И заставляют каждый раз
Взрываться раздражением:

И всё не то, и всё не так,
Не так, как в прежнем быте...
А что был сам шалить мастак,
Так то ... давно забыто!

Текут незримо дни мои,
Стирая лет отроги.
Тускнеют в небе звёзд огни.
И ... вечность на пороге.

* * *

Не просто угадать в морщинах и сединах
Следы былой чарующей красы:
Так завершается незримый поединок
закатного луча и утренней росы...

НЕСБЫТОЧНОЕ СЧАСТЬЕ

Утро зябкое. рассвет.
Светлый луч над горизонтом...
Часа в жизни лучше нет,
когда ты встречаешь солнце.

Без посредников, без слов,
без назойливой рекламы,
после неги, после снов,
в полотне оконной рамы

или где-то у реки
сквозь москитное оконце,
из-под поднятой руки
взглядом ты встречаешь солнце...

От восторга млеет грудь,
и слеза блестит алмазом,
спазмом - радость, спазмом - грусть,
буря всех эмоций разом...

Так бы радоваться, жить!
Только редко кто умеет
оценить и... дорожить
тем, что в жизни он имеет.

Мир гармонией живёт,
мир гармонией прекрасен,
нас же червь живьём жуёт,
червь неутолённой страсти...

Червь познанья, червь незнанья,
червь страданья, червь сомненья,
червь позора, лени, мщенья,
искушенья, нетерпенья,
злобы червь и непрощенья,
власти червь и червь безвластья,
червь грозящего ненастья,
червь несбыточного счастья...

НЕСИ, МОТОР, НЕСИ!

Мой мотор ещё надёжен,
Сбоев не даёт.
ритм работы - молодёжный,
лёгок мой полёт...

Я лечу, народ смущая:
- Сгинешь, пропадешь! -
Кто-то твёрдо обещает:
- Век не доживёшь...

Только мне в моём полёте
Дышится легко,
Горизонт из мыслелёта
Виден далеко...

Мне в моём полёте виден
Весь подлунный мир:
Кто в фаворе, кто в обиде,
Кто пока кумир,

Кто раскован, кто закован,
Кто подачки ждёт,
Кто - по новому закону -
Хорошо живёт.

Всех и вся, как на ладони,
Вижу сверху я:
Кто в законе, кто в загоне,
Кто в дерьме увяз...

Ты неси меня над миром,
Совесть — мой мотор,
Над чумой, над грешным пиром
В солнечный простор...

В круг друзей, до смерти верных,
Встанем ты и я,
Чтоб не знала больше скверны
русская земля...

Неужели мы не сможем
Отстоять её?
Неужели не сумеем
Сохранить своё?..

Вознеси же, постарайся,
Выше чёрных гор,
Не сбивайся, не сдавайся,
Верный мой мотор!

Литературный Кисловодск. сентябрь 2014 года - N54

Борис Поляков

Хабаровск

БЕССОННИЦА

25-ЛЕТИЮ АВАРИИ НА ЧАЭС
Надо мною радионуклиды
Вьются, как назойливая гнусь.
Годы мчатся, гибнут Атлантиды,
Только я в пространстве остаюсь.

Земляника пахла земляникой,
И в прудах вода была мокра,
Но повсюду смерть была - безлика,
Бессловесна. Кажется - вчера.

Превратилась в Лету речка Припять,
И горит, горит звезда Полынь.
За ушедших негрешно и выпить.
Вспомнив ту апрельскую теплынь.

Это позже землянику ели,
Зная, что аукнется потом,
А тогда, в чернобыльском апреле.
Были мы в неведенье святом.

Мне уже под сорок. Слишком занят,
Чтоб назначить телу капремонт.
Атлантиды гибнут, меркнет память,
Но всё так же манит горизонт...

2011г.

ВЕЧЕР

День выдохся - вчерашнее ситро,
А новый вечер - вяленое нечто.
Хотя бы пива требует нутро,
Коль жизнь обжечь сегодня больше нечем.

В троллейбусе, как водится, аншлаг
(В такое время все с работы едут),
И он плетется в сумрак кое-как,
Пренебрегая догмы Архимеда.

А фонарям плевать на темноту:
Стоят, мигают, будто бы флиртуя.
Я, преодолевая тошноту,
В окно им иронично салютую.

Устал... Взопрел... Скорей бы на диван!
Скорей бы борщ, котлеты, может, пиво.
Но транспорта вечерний караван
К оазису плетется так лениво...

2013г.

* * *

Прилипла снежность даже к куполам
В рассвете золотящегося храма.
Метелит снег с водою пополам -
Начала ноября вершится драма.

Так неуютно - нечем продохнуть
От сырости, что разрывает горло.
И именно сегодня рвусь я в путь:
Мне, видите ли; срочно так припёрло!

На остановке зябкой - ни души
(Моя душа не в счёт - она застыла).
Ботинки таковы - хоть век пляши,
А ноги ноют немотой унылой.

И как нарочно транспорт не идёт,
Хоть, вроде, немец по происхожденью.
Весна под носом в ноябре не в счёт,
Неравенство не станет уравненьем.

А мокрый снег всё лепит, всё валит,
Ему дружок - промозглый стылый ветер.
Ноябрь - как недобрый инвалид:
Ущербен, зол, страшней всего на свете.

Ах, как меня погода подвела!
Вот слушал бы прогноз, придя с работы!
На золотых налипло куполах
Холодное серебряное что-то...

2013г.

* * *

Греховным миром правит суета.
Покоя нет, "покой нам только снится",
Ведь даже мысль тревожна, и мечта,
И золотая солнца колесница.

Мелькают дни, как будто бы в бреду
Неизлечимо хворого сознанья.
Придёт пора, покой я обрету,
И канут в Лету все мои старанья.

И будет перечёркнут жизни лист
Ошибками, допущенными в спешке.
Неужто кто-то горд, что финалист,
Что был ферзём и вдруг понижен в пешки?

От суеты все беды, вся печаль,
Из-за неё мы всё на свете тратим.
Лишь у черты неисправимо жаль
Упущенное (минимум, в квадрате).

И почему сейчас не осознать,
Что вот он дом, что вот они - родные...
Нет, мы должны спешить,
должны бежать -
Нелепые игрушки заводные.

2013г.

* * *

Ни зелено, ни молодо, -
В лицо мне тычет зеркало, -
Щетиною исколото,
В морщины исковеркано.

Очки на переносице -
Протезы-полушария.
Одна душа уносится
С пивным глотком в Баварию.

И пишется, и дышится,
И хочется, и можется...
Но регулярно слышится:
"Года - да приумножатся!"

2011г.

О ЦВЕТЕ

Те - красные, те - белые,
иные и вовсе - голубые!
А я не хочу ничем
окрашивать кожу и душу!
У меня нет цвета,
но я не бесцветен!
Ни сер, ни прозрачен...
Не всё и не всех
можно затолкать в рамки
однозначных характеристик!

2011г.

* * *

Ночами порой не спится:
Давление, нервы, стресс.
Из трубки дымок струится
И тянется до небес,

И там, в облака вливаясь,
Уходит куда-то вдаль.
А я всё курю и каюсь...
Бессонница и печаль.

2011г.

ОСИНЫ

Мне кажутся бездушными осины.
Скрипучий шёпот раздражает слух.
От палых листьев запах мертвечины,
По коже пятна, словно у старух.

К морщинам я брезгливо прикасаюсь,
Молитвы-обереги бормочу.
В осеннем лесе нынче я нуждаюсь,
Но средь осин остаться не хочу.

Я окружён деревьями Иуды,
Они смыкают страшный хоровод.
И ветер им помощник - листья в груды
Для савана шуршащего метёт.

Среди ветвей видна небес частица.
Голубизною шлёт надежды свет.
Что я могу взлететь подобно птице
И в дом родной отсюда устремиться,
Чтоб не попасть осинам на обед.

2011г.

Елена Ядрина

ст. Зольская

ОСЕНЬ - ОДНО И ТО ЖЕ

Клён свой лист в ладонь вложил,
Словно доктор бланк рецепта.
Город чист и бледно мил -
В тон осеннего концерта.

Вьёт кальян дымок из трав,
Словно доктор - скверный почерк.
Город пьян и снова прав
В том что грусть длиннее ночи.

Город тих и снова щедр
На огней густую россыпь.
Дышит стих, и вообще
Места нет от чувств-колоссов.

Блеск надежд - на мякоть губ...
В поцелуях мысли тонут.
Город свеж и снова глуп
В том что жаждет ласк и стонов.

К шее шарф прижал свой пух,
Словно доктор пальцы к гландам.
В сердце жар,
и город сух -
Внёс разлуки меморандум.

Между строк - органных труб -
Тесно, как ни ляг, ни стань я.
Город строг и даже груб
В парных знаках препинанья.

Режет слух прощальный рэп -
От досады след на коже.
Город глух, и город слеп,
И помочь ничем не может.

* * *

Вольные птицы,
Позвольте проститься
С вами до самой весны.
Вас провожая,
Я погружаюсь
В долгие зимние сны.

Я бы за вами -
Вслед за мечтами,
В небе паря голубом,
Если б сумела,
На крыльях белых
Тоже покинула б дом.

Если б могла я
В ряд с вашей стаей,
Клин не нарушив, лететь,
Я б не осталась,
Я бы умчалась,
Чтобы, как вы, вольно петь!

* * *

Вот осень уже настала.
От времени я отстала...
Пустынно и дико стало -
Без милого места мало.

Без милого свет немилый!
Всем сердцем его любила,
Всю нежность ему дарила...
Уехал - и кровь застыла.

Уехал - вдогонку счастье.
Душа - на разрыв, на части!
Разлука не в нашей власти...
В саду и в груди ненастье.

В саду за окном дождливо.
Дождю вторят слёз приливы.
А память поёт тоскливо -
Какой я была счастливой!

Какой я была влюбленной,
Возвышенной, окрылённой...
Лишь след на стекле оконном -
У счастья свои законы.

У счастья свои размеры,
Но я не теряю веру -
Люблю всей душой безмерно!
Легко, бескорыстно, верно!

* * *

Снова дождь, снова осень...
Снова боль, снова в грудь...
Ночь косой машет, косит,
Вяжет в сноп колос-грусть.

Снова дрожь, снова морось,
Лёг туман пеленой.
Каждый сам, двое - порознь:
Не твоя, ты не мой...

Снова врозь, снова глупо,
Снова стон, снова вдаль...
Эхом в мозг, словно в рупор,
Трижды вторит печаль.

Снова сон, снова - мимо,
Снова чай до утра...
Эгоизм в чувства клином:
Мы ломать - мастера.

Снова яд сверх дозы,
Снова смерть в сотый раз.
Лепестки чёрной розы
Стелют ложе для нас.

Снова нож, снова в сердце,
Снова вглубь, снова вкровь...
Догола мне б раздеться
И стряхнуть с плеч любовь.

Снова взгляд, снова слёзы,
Снова шлейф скудных фраз.
Через миг будет поздно,
Через век - в самый раз...

Снова серп, снова в душу -
Поперёк - снова шрам...
Не хочу даже слушать:
Я тебя не отдам!

Снова грязь, снова лужи,
В узел шарф под пальто...
Как никто ты мне нужен,
Жду тебя, как никто!

Снова вниз, снова в пропасть...
Лишний шаг - снова край!
Нежность в крик - хриплый голос!
Там где ты - там и рай.

Снова лёд, снова холод,
Снова тьма среди дня.
Ты ещё слишком молод,
Я уже слишком я...

Снова дым, снова пепел,
Все мечты - в пух и прах...
Снова жар - жизнь на вертел,
Вновь любовь на углях.

Снова вой, снова ветер,
Снова рвёт купола...
Никого нет на свете,
Даже я умерла...

* * *

Тучи летят, обгоняя авто, -
Важная, видно, назначена встреча.
Я ж не спешу (не встречает никто),
Взяв на буксир утомившийся вечер.

Свет битых фар вдоль асфальта струёй,
Ночь по-пластунски крадётся кюветом.
Первые капли - на щит лобовой.
Окна закрыть - не к погоде одета.

Счастье - назначенный пункт - за горой.
Мне б дотянуть: уж не будет заправок.
Да одиночества пост пропускной
Мне б миновать, без лишения права.

* * *

Небо не вынесло - сорвалось!
Горьким дождём разрыдалось,
Будто у неба горе стряслось,
Будто беда состоялась!

Плакало небо ливнем взахлёб,
Громом навзрыд грохотало!
Слёзы рекою с неба - потоп!
Плакало небо, рыдало!

Небо терзалось, небо тряслось,
В клочья грозой разрывалось!
Молния небо била насквозь -
Неба почти не осталось!

* * *

Под острым углом в тридцать градусов
Врезается в кожу лица дождь.
Приму причинённую боль с радостью:
Ведь эта не та, что в душе сплошь.

Ведь эта пройдёт, а точнее высохнет
Достану платок и сотру боль.
Под иглами ливня смеюсь искренне,
Ведь это не те, что в душе вдоль.

* * *

Дождь. Надену сапоги и - в лес.
Лес. Погрязну в тишине и - в грусть.
Грусть. Совру сама себе и - в лесть.
Лесть. Черкну по минусам и - в плюс.

Плюс. Согрею мёртвый день и - в ночь.
Ночь. Накину палантин и - в сон.
Сон... Открою створ окна и - прочь.
Прочь... смахну усталость ссор и - в стон.

Стон. Достану из глубины и - в высь.
Высь. По небу проплыву и - край.
Край. Подвину солнца диск и - в близь.
Близь. Свободой надышусь и - в рай.

Зоя Дрига

ст. Бекешевская

М.Ю. ЛЕРМОНТОВ

Корнет. Гусар. России воин
Награды царской удостоен.
Пытливый, гордый и горячий.
Высокий лоб и взгляд горящий.
Любимец бабушки, родни -
Он одинок в младые дни.

Душа о матери страдает,
Звук колыбельной песни тает,
Отец вдали - сам по себе,
Почти отсутствует в судьбе.

Большим талантом награждён
Михайло Юрьевич, умен.
В ученьи он преуспевает:
Языками овладевает,
И в математике силён,
И славно стих слагает он.

В нем мечется душа, как Демон,
Он вспыльчив, резок и раним.
Мечтает, любит и любим,
Но остается вновь один.

Дружинин лучше всех отметил
И чётче отразил черты,
Что гениален он и светел,
Наш Лермонтов, поэт мечты.
Так мало жил, горел, творил,
Терзался и гонимым был.

В угоду никому не прогибался
И верным правде оставался.
Пусть, как комета, пролетел,
Но много сделать он успел,
Оставив светлый след
Всем нам на сотни лет!

06.2014

М.Ю.ЛЕРМОНТОВУ

"Я памятник себе воздвиг
нерукотворный" -
Сказал когда-то Пушкин -
наш Поэт-Пророк.
Ты вслед за ним покинул
мир сей вздорный

И нынче памятник Тебе мы воздвигаем -
Который уж по счёту? - Счёта нет.
Души Поэзию в гранит мы облекаем,
А Дух его вопит сквозь толщу лет:

Я жизнь свою в своих стихах оставил,
И в памятниках ей не каменеть!
Поэзия - полёт души, фристайл,
Огонь её не даст заледенеть
Озябшим и ослабшим душам,
Оглохшим и ослепшим в суете,
Забывшим путь к священным кущам,
И гибнущим в бесцельной маяте...

Стихи - мой памятник!
В них - Весть моя, и думы,
Печаль и радость,
нежность и тоска...
На их изданье -
нету нужной суммы,
Чтоб каждая строка была близка
Для каждого израненного сердца,
Для ищущего Истину ума...
Но вместо них - оркестра скерцо -
У камня памятника. Без ума...

27.05.2006

Юрий Коленко

с. Турксад

* * *

Подходят два космонавта
к человеку с плакатиком "Миру - мир"
и - "пройдёмте!", и под локотки.
Задержанный доволен:
тот самый мир, что на его табличке,
сошёл с ума,
ни в коем случае не хочет мира,
значит не напрасно стоял, взывал.

Не знает, что космонавты
в буквы не вникают,
думают: запретили же
над головой поднимать
разные подписи и картинки,
значит - неповиновение -
и гони штраф.

* * *

История была не такая, как надо, -
все сходятся на этом,
а что с ней делать?

Вот если бы там не ввязались,
не попёрли, а половчей договорились,
или вот тут заглянули чуть дальше,
не поспешили бы, а поразмыслили,
вот тогда Бога бы не забыли,
греха на душу не взяли,
и если бы кровь, как водица, не потекла...
Тогда, правда, иные люди
населили бы эту землю:
ведь перебитые народили бы
других детей,
а наши родители могли и не встретиться
в новом раскладе...

Но от словечка "если бы" пользы мало,
а без него - только плакать смиренно
и учиться,
учиться отличать
добро от зла...

* * *

Спрятаться в четырёх стенах
от всего мира,
шторы повесить, телек чёткий
чтобы светился, шумел, гремел,
мебель блестит, сверкает типа хрусталь,
в холодильнике чтобы
кус мяса и рыбина,
не говоря о крупе и картошке,
оплатить свет, газ, тепло, воду
этому чернодырому жэкаха, -
потому что за стенами всё беспокойнее,
даже погоды нет,
а всё то дует, то слякоть,
то мороз, то пыль,
дорожки разрыты или жидкие,
автобусы с выхлопом внутрь,
"газели" трижды в день
повышают цены,
пешеходы бегут, машины стоят,
жулики старушкам помогают,
милиция на охоте,
дожить до пятницы
и юркнуть в телепрограмму,
ничего не видеть, не слышать,
не думать...

* * *

Сила царит в мире,
силы царят в космосе,
давят, как ни сопротивляйся.
Человечек один проверил это -
не буду называть имени,
затмит всё и вся -
оказалось, есть и противодействие,
и неслабое,
а именно равное всей этой мощи.
Утренняя прогулка
по полю в радужной росе,
любопытство глаз,
безоблачного дня надежды,
дружба трав, глубокого неба,
ветерка-зефира...
Напор слепой, быть может,
останавливает
сотканная светом невесомая красота...

45-Й

Двор на окраине Киева, окошко -
скосить вправо глаза -
ворота с калиткой,
снежинки порхают в воздухе,
год сорок пятый, зима.
В большом мире
войска идут по домам,
колонны танков, поезда,
потоки машин и пеших беженцев.
А здесь никто не заходит,
не до того людям,
только дети и бабушка,
бегают с хлебными карточками,
в магазин за пайком.
Распахивается калитка,
и офицер в шинели врывается,
во все стороны смотрит,
бежит к крыльцу,
мальчик из дома выходит
восьмилетний,
пробует догадаться,
вник с трудом:
"Брат! Брат с войны!"

* * *

Две программы было на TV,
потом три, шесть,
а теперь на тарелку -
восемьдесят шесть.
Диван, плед,
и по кусочку десяток фильмов.
Просветление на минуту.
Думаю: "Как же своей жизнью
пожить немного?
Может, на кухню сходить,
и реально бутерброд и чаю?
А когда вообще жить?"

* * *

Неожиданно
после вчерашней слякоти
сначала замёрзшие капли
на железе труб и на ветках,
потом снежинки и ледяной ветер,
а утром зима без прикрас -
ведь сама красота.

Болят от мороза пальцы,
спешат шаги по белой сухой земле,
а ветер северный
всё поддаёт жару.

Вячеслав Кожевников

Кисловодск

"ДОН КИХОТ"

В Кисловодске, в центре города
Мимо мчащихся машин
Петушок шагает гордо
Без хозяина, один!

Ничего он не боится,
У него геройский вид:
Он готов с любым сразиться,
Сверху вниз на всех глядит!

То ли вышел прогуляться,
То ль отправился в поход?
Не пора ли возвращаться,
"Славный рыцарь Дон Кихот"?

Во дворе комфортней, вроде:
Там тебе и стол, и кров...
Что ты ищешь на свободе
В окружении врагов?!

Он молчит, не отвечает -
Отвечает красота:
Грозным пламенем пылают
Перья пышного хвоста,

Гребень алый, словно знамя...
Он отважен и не глуп!
"Лучше пасть в бою с врагами,
Чем попасть в хозяйский суп!"

Ты мне нравишься, не скрою.
Проходи! Живи пока!
Ты - герой! Но жизнь героя,
К сожаленью, коротка!

28 марта 2014г.

МОЙ КИСЛОВОДСК

Мой Кисловодск! Люблю я очень
Твои вечерние огни,
Твои серебряные ночи
И позолоченные дни.

Ни с чем твой воздух не сравнится.
Здоровье в нём растворено.
Чтоб от болезни излечиться,
Достаточно открыть окно.

Две трети века здесь - не старость,
А просто зрелости пора.
Пенсионеры по бульвару
Гуляют чуть не до утра!

А парк в любое время года
Тебя, как родственника, ждёт.
Великолепная природа
Избавит душу от забот,

Легко сердечный ритм настроит,
Нарзаном крепким освежит,
Журчаньем речки успокоит
И вдохновеньем одарит,

Наполнит солнца добрым светом
И ароматами цветов...
Рай для художников, поэтов
И птиц, и кошек всех сортов!

ВЕСНА ПРИШЛА

Весна! Весна! Тебя мы долго ждали
И вот настал твой первый день!
Не зря
Мы в радостной надежде отрывали
По вечерам листки календаря!

Прощай зима!
Под солнцем быстро тают
Оставшиеся снега островки,
Из-под листвы опавшей вылезают
Весёлые, зелёные ростки,

Меняют цвет
на южных склонах горы,
По-новому журчит лесной ручей,
Репертуар меняют птичьи хоры
И даже небо стало голубей...

В лазури только тучка небольшая,
Похожая на пуделя, растёт
И к вечеру от края и до края
Надёжно укрывает небосвод.

Стучат по подоконнику дождинки,
Приходит ночь, и вижу я во сне,
Как юный дождь
на пишущей машинке
Печатает поэму о весне.

1 марта 2014 года

ВРЕМЯ ДОЖДЕЙ

Прозрачные нити дождя за окном.
Весь день он идёт, всё вокруг заливая,
Сквозь серое небо от края до края
Струится, и кажется дом кораблём.

Кусты и деревья склонились к земле.
Уныло гудят водосточные трубы.
И гул их, такой монотонный и грубый, -
Тревожный сигнал на моём корабле.

Где были дороги - там реки текут.
Куда-то спешит одинокий прохожий
В промокшем плаще, на ворону похожий.
Он прыгает. Брызги фонтаном встают.

Сосед пьёт с утра, непогоду кляня,
А я, как прибитый, стою у окошка
Один, как всегда, только грустная кошка
Из дома напротив глядит на меня.

ПРОЩАНИЕ С ОСЕНЬЮ

Какая в парке тишина!
Лишь изредка пищит синица.
Спешат деревья оголиться,
Готовясь к долгим зимним снам.

Шуршат об участи своей
Устлавшие тропинки листья,
Хруст ветки под ногой, как выстрел,
Распугивает голубей.

А речка, как всегда, бежит,
Хотя вода всё холоднее.
Оляпка храбрая на дне её
Корм отыскать себе спешит.

Парк всё серее с каждым днём,
Ноябрь все краски удаляет.
Лишь куст шиповника пылает
Живым, негаснущим огнём!

ЗИМНИЕ ЦВЕТЫ

Пришла зима. Настали холода.
Природа открывает тайны мне.
Мороз рисует кисточкой из льда
Узор цветочный на моём окне.

Цветы в окне прозрачны и чисты,
И неуничтожимы, как любовь.
Волшебный символ вечной красоты!
Подуй - растают, но вернутся вновь!

С волнением смотрю я на стекло,
Разглядываю листья, лепестки...
Как память лета, что давно прошло,
И вспоминаю вечер у реки,

Когда я своё счастье повстречал:
Ты, словно фея, в жизнь мою вошла.
Моя любовь - начало всех начал,
Добра источник, света и тепла...

С тех пор прошло уже немало лет,
Но, как и прежде радость дарит мне
Загадочный, лучистый белый свет
Цветов на замороженном окне.

УХОДИТ ДЕНЬ

Уходит день. Уходят вместе с ним
Его дела, заботы и тревоги...
Я знаю, что их завтра будет много,
Но это - завтра! Завтра и решим

В порядке очерёдности, неспешно
Задачи, что пред нами ставит жизнь.
Ну, а пока прости нас, Боже, грешных
И до утра от кары воздержись!

И мы простим тех, кто обидел нас
В день уходящий - так душа устроена:
Простим всех на ночь,
чтобы спать спокойно
И о плохом не думать в поздний час!

Уходит день! Уже почти ушёл.
Ушли его заботы и тревоги.
Не возвратить: обратной нет дороги!
Спокойно спи. Всё будет хорошо!


Виктор Алексеев

с. Новозаведенное

ФЕНИН КУРГАН

Разные символы есть на земле.
Древний "тотем" есть и в нашем селе.
Из мифа явился в волшебном тумане
И воплотился в лесу, на кургане.

В давние дни от угона в полон
В мыслях являлся заступником он.
В грозные дни там встречали рассвет
И на грядущее ждали ответ.

Были здесь Скифы, Сарматы, Орда,
Но не сдавался Курган никогда.
Так и стоит этот вечный "тотем"
Не покоренный с годами никем.

На нашей земле была разная власть.
Каждой дано расцвести и "упасть".
Только в единстве народа опора,
Вотум доверия, суть приговора.

И пусть все легенды, как сказка, красивы, -
В наших курганах все корни России.
Менялись эпохи, цари и вожди,
Летели метели, стелились дожди.

На страже села стоит Фенин курган,
Наш Оберег, Амулет, Талисман.

20.12.2012

РУЧЕЙ

Все пахло летом и луной,
Река шумела.
И говорила ты со мной,
Как песню пела.

Твой голос, чистый, как ручей,
Тревожил душу.
Он был тогда совсем ничей,
Как воздух нужен.

И убегала вдаль река
Лаская берег.
Луну закрыли облака,
Я свято верил,

Что через много-много лет
Мы возвратимся...
Как от серебряных монет,
Ручей искрился.

Меня пленяет, словно стих,
Водою чистой
И отражается в твоих
Глазах лучистых.

Оставил я в твоих глазах
Частицу счастья,
Чтобы парить мне в небесах
И возвращаться.

Всегда твой голос пусть звучит -
Ручей надежды:
Монетку счастья опустить -
И всё как прежде!

16.12.2012

ОСЕНЬ

Снова в небе Стожары,
Значит лето прошло.
От июльского жара
Отдыхает село.

Дарит август прохладу,
Тусклый стал небосклон,
Словно неба громаду
Наклонил Орион.

Давит вечность на плечи,
Мы на Млечном пути.
И задумчивый вечер
Почему-то грустит.

Вот, ласкаясь игриво,
Лёг туман у реки.
И плетут торопливо
Свою сеть пауки.

Листопад на пороге,
И росинка-слеза
Неожиданно строго
Смотрит прямо в глаза.

Всё загадочно очень,
Подними только взгляд.
В небе - звёздная осень,
На земле - листопад.

Светлана Колбасина

МОНОЛОГ

Да, я, конечно, очень странная:
Скукожилась, в тоске горю!
Ненастья пелена туманная
Закрыла алую зарю.

Ненастье окна занавесило
Дождинок серой пеленой.
Грешно, мой друг! Совсем невесело
Вот так смеяться надо мной.

У каждого свои рыдания,
Чужую боль не испытать.
Так потрудись хотя б заранее,
Не вникнув в суть, - не осуждать.

Ты знаешь: люди очень разные,
И каждый - из осколков "Я".
Все носим маски камуфляжные, -
Толика в правде есть вранья.

Живём... Бросаемся на тернии
Открытой грудью без кирас...
Смотри, как фонари вечерние
Сощурили свой жёлтый глаз.

Мы пьём с тобой вино бокалами
И говорим, по сути, вздор.
А ночь тропинками усталыми
Пришла и пялится в упор.

* * *

Лишь только опустится ночь,
Раскинув шатёр колдовской,
Становится тяжко, невмочь
Мне справиться с давней тоской.

Лишь только закроется дверь,
И шторы на окна падут,
Наполнится дом, ты поверь,
Стоп-кадрами прошлых минут.

И шалых теней хоровод
Метаться начнёт за окном...
Закрою ладошкою рот,
И трудно сглотну горький ком.

В плену ли заклятых я чар?
В бреду ли болезни какой?
Луны кем-то сдавленный шар
Сквозь шторы льёт свет голубой.

Таинственный синий пожар
Объял дом холодным огнём.
И я одиночеству в дар
Горю синим пламенем в нём.

* * *

Вот опять судеб слились линии:
Ты и я. Голубой полумрак.
Удушающе пахнут лилии...
И тревожно. И что-то не так.

Может быть, дней былых сомнения
Мерзлотой в глубину залегли?
Мы взаимные огорчения
Непонятно зачем сберегли.

Благолепие лилий в бдении -
Символ власти иль блуда то знак?
Есть другое ещё значение?
Или запах встревожил вот так?

Он настойчивый, одуряющий...
Впрочем, лилии - милый пустяк.
Это ты, волевой и знающий,
Не начнёшь разговор. Ну, никак!

Мы тревожно скользим во времени,
Не пытаясь навстречу шагнуть,
Снять оковы давнего бремени
И с протоптанных тропок свернуть.

* * *

Грустят ромашки в вазе на столе,
К нам белоснежьем лепестков взывая.
Задумчиво грустит вода в стекле,
лишь серый цвет в оттенках отражая.

И дарит липы сладкий аромат
Распахнутое в летний день окошко.
Под бременем плодов взгрустнул наш сад.
Ну, просто так. Совсем-совсем немножко.

Рябит легонько ветер стебли трав.
Как алый парус, оживает штора...
И вот уже, реальный мир поправ,
Шагнула в даль морского я простора.

Враз скомкана вуалью тонкой грусть.
А на щеках не слёзы - брызги моря!
Когда-нибудь случится - разберусь,
Кто нам внушает: жить с невзгодой споря?

Наталья Ильина

Новочеркасск

* * *

Послушай, послушай:
По крышам, по лужам,
По листьям, налипшим на мокрых зонтах,
Дождь ритм отбивает
То звонче, то глуше.
Осенний регтайм в красно-жёлтых тонах.

Послушай, послушай:
Как пёс добродушный
Бежит по опавшему за ночь ковру,
Как ветер, пропахший
костром недогасшим,
Двух мрачных ворон освистал поутру.

Послушай, как к югу плывущая стая
Тревожно и чисто звучит с вышины,
А в небе жемчужном дробится и тает
Забытый мотив из забытой весны.


 

СОДЕРЖАНИЕ

 

Избранные стихи из "Литературного Кисловодска"

Избранные стихи авторов "Литературного Кисловодска"

Стихи из "Литературного Кисловодска" (авторские страницы)

Поэмы из "Литературного Кисловодска"

 

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "Литературного Кисловодска"

 

Последнее изменение страницы 9 Mar 2024 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: