Страницы авторов "Тёмного леса"
Страница "Литературного Кисловодска"
Пишите нам! temnyjles@narod.ru
Деревенский котик Серый возлежал на крыше сарая. Полудремал. Воздух дурманил его хмельными запахами осени, дыханием унавоженной земли. Жил котик сытно и радостно. Мама Мурка приносила свежатинку-мышатинку. Регулярно и в большом количестве. Котик охотником не работал. Зачем? Пусть трудится мама.
Наблюдая сверху за жизнью на земле, любил будущий котяра пофилософствовать. Видел баловень судьбы, с какой завистью на крышу посматривал Бобик. Завидовал Серому. Цепной пёс старался скрыть зависть. Но пушистого верхогляда-наблюдателя не проведёшь. Он легко угадывал настроение дворняги по печальным глазам.
Верхогляд спросил грустного пса:
- Как дела, цепной?
- Как всегда. Охраняю.
- А хозяин где?
- Как всегда, на грядках, - вздохнул пёс.
- А я вот после еды думаю.
Бобик отвернулся. Серый пшикнул, как умеют пшикать только коты, и лениво продолжил:
- Жалко мне вас с хозяином, цеповичок. Вы всегда в работе, бедолаги.
- Да какая же моя работа? - возразил пёс. - Я лежу, сплю и лаю. Хозяин - другое дело. Он действительно бедолага. Землю роет лучше крота. У него, Серый, по-моему, самая и есть жизнь собачья.
- Да ну!? - мяукнул Серый. - Значит у тебя жизнь выходит человечья? А у него - собачья?
- Я не об этом. У хозяина нет отдыха. Человеки называют такую жизнь почему-то собачьей. А я, наперекор им, считаю, что у людей самая разумная жизнь на свете. Самая.
- Самая умная жизнь у меня, - перебил Серый. - Только я могу оценивать жизнь свою, человека и твою, охрана. Хотя, мяу-мяв, ты маленько прав. Только твоя жизнь, Бобик, смахивает на человеческую. Малость, мяу.
- А твоя? - гавкнул пёс.
- Ну, сравнил. У меня верхняя жизнь - крышевала. А ваша - нижняя и нищая. Тьфу! Грязная.
- Ты мамкин халявщик, Серый. Паразит земли, - стойко огрызнулся гавкала.
- Называй меня Крышезнать, любезный. Запомнил, цепной?
- Гав, - громко отреагировал Бобик. - Умничаешь, молокосос!
- Я мудрей тебя. Я - Крышезнать. Всё про всех знаю. Мне сверху с крыши всё видно. Про аристократов слыхал? Это я, - мурлыкал кот.
- Запоминай, дворняга, так было и так будет всегда. Если не согласен, давай поспорим.
Бобик молчал. Отвернулся. А Серый уже ласково, как это могут делать только коты, пропел:
- Мяу, мяу. Бобик-мобик, ты хороший-прехороший. Если так будешь меня величать, обещаю каждый день приносить тебе косточки.
- Гав, - угрюмо согласился пёс.
Но сделке не суждено было случиться. Куда-то исчезла мама Мурка, а кота-тунеядца в доме хозяин поймал за воровством. Крышезнать лапой добывал прямо из кастрюли и кость для Бобика, и мясо для себя. Хозяин воришку наказал хворостиной. Серому нисколько не было стыдно. Но было очень больно и обидно. Он сбежал куда-то. Пропал.
Хозяин завёл другого кота.
Новичок оказался ловким охотником. Быстро очистил дом от мышей и крыс, за что полюбили его хозяин и собака.
Лёжа возле будки, Бобик размышлял о Сером: "Погиб бедолага, какой он Крышезнать, этот фиговый аристократ-бездельник".
Жизнь продолжалась.
Неожиданно объявился Серый. За бугром он потерял одно ухо, хромал, пооблез и исхудал.
- Мяу, мяу, - просил он жалобно прощения у хозяина. Человек простил. Потому что он был Человеком.
Бобик спросил:
- Как называть-то тебя сейчас, аристократом?
- Мяу, зови по-старому: Серый.
- А с Крышезнатью что, простился?
- Угу. Простился навсегда. Да и не моя эта кличка. Украл я её у людишек. Ну, тех, что "крышуют" и в селе, и в городе.
- Хорошо им живётся, людишкам? - допытывался пёс.
- В общем праздно, сытно. Но не долго.
Анатолий Крищенко. Подорваное детство (рассказ о послевоенном детстве)
Анатолий Крищенко. Памятные встречи с отцом Александром (рассказ о священнике из станицы Марьинская)
Анатолий Крищенко. Дуськина соль (рассказ)
Анатолий Крищенко. Доля русская (рассказ)
Анатолий Крищенко. Быть услышанным (О "Литературном Кисловодске" и о стихах С.Я.Подольского)
ВАДИМ ПАНКОВ. В ожидании чуда... (Анатолию Крищенко - 75 лет)
Страница "Литературного Кисловодска"
Страницы авторов "Литературного Кисловодска"
Последнее изменение страницы 21 Aug 2025