Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки
 
Главная страница
Страницы друзей "Темного леса"
Страница Владимира Мильмана
 
Барышня и иммигрант
Барышня и иммигрант (киносценарий)
Молчаливая Жанна
Смерть наступила....
В синюшном Переделе
Мой друг, бомж
Сон в летнюю ночь об Одессе
Охота на любимого оленя
Манон, по прозвищу "Кроха-дансюз"
 
Пятна тишины
подборка стихов
подборка стихов
подборка стихов
Акафист всему живому на земле
 
Рецензия на фильм "I Wish You Love"

Владимир Мильман

Акафист всему живому на земле

От света восприняв крупицу
Совокупляяся в миру
Прияв и воздух и водицу
И неподвижность и игру -
Ужели в нас не отразиться
 
Первопричинному шатру?
И движимому в нём отрадно
Столь сбитому чудесно, ладно -
Ужели красок не сотру?
Ужели холст не подготовлю,
Не распишусь любовно в нём,
И киноварью, как огнём
Не дам разлиться благословью
И не скажу: "Душа любезна,
Возрадуйся своим летам,
Возрадуйся, не бесполезно
На поле пребывать цветам;
Проникновенное устам
Возрадуйся, взойдя чудесно,
И днесь возрадуйся над тьмою
Блаженное моё живое"?
 
Когда приволье золотое
И синий цвет твоих надежд,
И облаков жнивьё густое
И мысль рождённая допрежд
Старая страстно, всё живописуя,
Всему живому шепчут: "Алилуйя";
 
Презрев насмешки глупые невежд,
Когда глядят и видят - всё прекрасно,
И жизнь, сгорая, гибнет не напрасно,
Сжигая старый хлам своих одежд -
Так надо, и должно быть, и конечно
Дух возводя над сытым животом
Ты нас учила думать не о том,
Что нас само покинет неизбежно;
Мы говорим, рисуем и поём:
"Возрадуйся, столь пребывая нежно,
Возрадуйся, коль даже безутешно
Пылает горе, жжёт своим огнём,
И если даже кажется, что ждём,
Возрадуйся - не длится то, что грешно,
И днесь возрадуйся над тьмою
Блаженное моё живое"
 
И тёмное в ночи твоё подворье
Дыханье полное своё несёт,
И затихает сладостное в боли
Лишь потому, что каждому черёд
Приходит свой, и тот кто ропщет всуе,
Живому всё-же шепчет: "Алилуйя";
 
И даже познаёт печальный тот,
Кто вечно и вздыхает и чудится,
Что куст зелёный цветом нарядится
И благостная тишь в него войдёт;
И невесомое наполнит рот,
Тягучее дурманом наслоится,
И воздух, хоть и пъёшь, а не напиться,
И воду бесконечно вдаль несёт,
А зелень по воде струит желанья,
Стремления свои и трепетанья -
Возрадуйся, она тебе поёт:
"Возрадуйся, когда в душе рыданья,
Возрадуйся - неживший без страданья
Появится и вновь во тьму уйдёт,
И днесь возрадуйся над тьмою
Блаженное моё живое"
 
Всё наполняемо по воле
Живущего, и никогда
Не остановится доколе
Ещё жива его страда,
И пребывает испытуя,
И шепчет страстно: "Алилуйя!";
 
Но семя оживает лишь тогда,
Когда оно рождая погибает,
И ссохнется оно, и убывает
Его, обозначаясь, череда;
Оно о том не ведает, не знает -
Живое не блюдёт свои года,
Опомнится оно уже тогда,
Когда о жизни прошлой вспоминает;
Ужели погнушается трудом?
Порядок собственный его смущает:
"Возрадуйся, тебя ведь ожидает
Живое многократ своим перстом,
Живое многократ поёт о том,
Что надо тьмой и светом прорастает,
И днесь возрадуйся над тьмою
Блаженное моё живое"
 
За ветром ласковым наступит жизнь зноя,
За мягким светом луч прямой грядёт,
И пряное дыхание со мною
Свой говор изнурительный ведёт,
А ветер листья сонные тасуя
Своё бесвязно шепчет "Аллилуйя";
 
И кажется недвижие пород
Навечно наступило - всё клокочет,
И всё природу живостию точит
Передавая нить из рода в род;
Безостановочно твоих красот
Налюбоваться глаз лукавый хочет
Не потому-ль, что червь сомненья точит
Передаваемый из рода в род
Не позволяя жизнью насладиться
Вошедшему за жизнию сюда,
И ничего, что более труда
Ему не оставляя - приключится:
"Но ты возрадуйся, коль не вошла беда,
Которая могла с тобой случиться,
И днесь возрадуйся над тьмою
Блаженное моё, живое."
 
Рождённое живёт в повое -
Кокошники не для забот,
Всё медленное и земное
Благословляет день хлопот,
И даже если протестуя -
Устало шепчет "Алиллуя";
 
И мало ли несёт с собою год
Печали, откровенного смятенья,
Однако не нужны самовнушенья
Тому кто дышит, любит и живёт;
Конечно тяжко пребывает тот,
Кого пинают мелочные души,
Но он в дороге факела не тушит
И не цурается своих высот.
В нём расцветают демоны сомненья,
Тоскует часто, прошлого скорбит,
Отчаянье, недоуменье
На нём привычной тяжестью лежит:
"Но ты возрадуйся, поверженное тленью,
Твой взгляд ещё бушует и горит,
И днесь возрадуйся над тьмою
Блаженное моё, живое!"
 
И сумрачное тоже есть благое -
Такая тишина на нём лежит:
Почти не дышит дерево живое
И всё-таки с тобою говорит,
Ослепшее, о прошлом не горюя,
Своим молчаньем шепчет: "Алиллуя!";
 
И облако простором дорожит,
Раскинулось, дитятя дорогое,
И смежило глаза оно, благое,
И кажется, что скоро заснежит;
А между тем усталость утишит,
На всё нашлёт спасительную влагу,
Зелёному ковру нашепчет сагу,
Который разнотравием расшит;
Богато вышит он, зелёный дол,
И всё на нём столь густо затемнело,
Испариною бурою вспотело -
Не дышит, ожидает каждый ствол,
И вот - гроза: "Возрадуйся, пошёл,
Пролился, оживил струёю тело,
И днесь возрадуйся над тьмою
Блаженное моё, живое!"
 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: