Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки
 
Главная страница
Страницы друзей "Темного леса"
Страница Владимира Мильмана
 
Барышня и иммигрант
Барышня и иммигрант (киносценарий)
Молчаливая Жанна
Смерть наступила....
В синюшном Переделе
Мой друг, бомж
Сон в летнюю ночь об Одессе
Охота на любимого оленя
Манон, по прозвищу "Кроха-дансюз"
 
Пятна тишины
подборка стихов
подборка стихов
подборка стихов
Акафист всему живому на земле
 
Украина чтит И.Гельфанда и Д.Мильмана
Биография Д.Мильмана
Публикации Д.Мильмана
Рецензия на фильм "I Wish You Love"

Владимир Мильман

Эти стихи есть то редкое из поэзии, что написано мною в Торонто - относительно недавно, где то в 2010 (приблизительно).

 

* * *

Утро доброе. Под барабанный бой
я поднялся. Сбросил одеяло,
а душа моя на пол упала
и нагой предстала пред тобой.
 
Я клянусь, что не готовил это.
Я не знал о ней, что не одета.
 
Примостилась глупая в ногах,
что промёрзла ночь и ночь не спала,
не нырнула мне под одеяло,
и её тревожит этот страх.
 
Ей неможется. Гляди - её покой
Под твоей холодною рукой.
 

* * *

Сходи, любимая, в ближайший магазин
Купи иконку на моё прощенье,
И Бог тогда простит моё решенье,
Что я всегда в моей душе один.
 
И ты прости меня, что рядом одиночество
Моё сквозит холодной тишиной,
И будто в омут ты идёшь со мной
В отечество моё или в отрочество.
 
И ты прости меня, что я никак
Не оторвусь от губ холодной осени,
Что на губах моих смертельной просинью
Впечатан тишины стальной кулак.
 
И я за нищенкою пустоокою
Бреду опутан мшистой поволокою.
 

* * *

В уютном бархате кустарника
Навешаиваясь на зрачки
На раздражение пожарника
Гуляют пары-светлячки.
Не доверяй ночному зрению -
Не одинок и не дичок,
Как невозможна сирость пению,
Так парен каждый светлячок.
Я жмурюсь. Им за руки браться,
Раздваиваться и парить,
В уюте жить и размножаться,
Летать и кажется любить.
И заражает эта братия
Любовным омутом зрачков -
К июльской ночи я в объятия
Иду на радость светлячков.
Её целую я глазастую,
Она в себя берёт меня,
Дурманную её, напрасную,
В пылу холодного огня
В уютном бархате кустарника
Под пляшущие фонари
Я с целой армией напрасников
Люблю до утренней зари.
И усыпаю, и мне снится:
Навешиваясь на зрачки
Любовные свои страницы
Выписывают светлячки.
 

* * *

Я хочу, хочу тебя, кроха.
В этом стуле с истлевшей страницей
До последнего с первого вздоха
Я хочу этой ласке длиться.
Я хочу любовных усилий,
Где росе суждено пролиться
В тех пещерах чашечек лилий,
Где смеяться тебе и злиться.
 
И на лунной тебя дорожке,
Где на крике - отчаянья сота,
И на солнца просветах немножко;
Но во влаге лунного пота
Я хочу тебя до помраченья,
Хорошо это или плохо,
Я хочу тебя всей своей ленью
И я просто хочу тебя, кроха.
 

* * *

Эта песня - крик отчаянья в форме поэзии
 
От меня в двух шагах
Никуда не уйти
Постоянный мой страх
Притаился и тих.
Мой оборванный звук,
Отошедшая тень,
Двух сплетение рук -
Это ночь - это день.
 
За ударом удар -
Покатился звон,
Мой бездомный угар,
Нереальный, как сон.
Ожидание дня
И надежда, что вот
Унесёт он меня
В мой печальный год,
 
В мой счастливый год,
Где карабкался я сквозь любовь,
                как сквозь жизнь,
Где смеялась ты,
Где сердилась ты,
Где решала ты
И судила ты,
Где всё делала наоборот,
Где под шуршание шин
Никогда не просты
На обочине жизни росли кусты
Наших никчемных сор,
И где,
    как из комнаты сор,
Выносила ты скор
И суров приговор
Недосягаемее вершин
Самых высоких гор -
Без видимых мне причин.
 
Не дотянуться
        и не сбежать
                не уйти,
Надо коснуться
        мне и сказать:
                "Прости!".
У меня на ладони
        твой птичий клюв,
Колет и стонет
        мой враг и друг,
Трепещет и бъётся
        уйди,
            лети,
Ну не удаётся -
        прощай,
        прости,
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль.
 
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль.
 
Трепещет и бъётся
        уйди,
            лети,
Ну не удаётся -
        прощай,
        прости,
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль.
 
От меня в двух шагах
Никуда не уйти
Постоянный мой страх
Притаился и тих.
Мой оборванный звук,
Отошедшая тень,
Двух сплетение рук -
Это ночь - это день.
 
За ударом удар -
Покатился звон,
Мой бездомный угар,
Нереальный, как сон.
Ожидание дня
И надежда, что вот
Унесёт он меня
В мой печальный год,
 
В мой счастливый год,
Где карабкался я сквозь любовь,
                как сквозь жизнь,
Где смеялась ты,
Где сердилась ты,
Где решала ты
И судила ты,
Где всё делала наоборот,
Где под шуршание шин
Никогда не просты
На обочине жизни кусты
Росли наших сор,
И где,
    как из комнаты сор,
Выносила ты скор
И суров приговор
Недосягаемее вершин
Самых высоких гор -
Без видимых мне причин.
 
Не дотянуться
        и не сбежать
                не уйти,
Надо коснуться
        мне и сказать:
                "Прости!".
У меня на ладони
        тебе
                недосуг,
Колет и стонет
        мой
        беспокойный друг,
Трепещет и бъётся
        уйди,
            лети,
Ну, не удаётся -
        прощай,
        прости,
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль!
 

* * *

Ещё один - просто крик отчаянья
 
Мне улицу не обойти -
Там столько номеров,
Хотелось мне тебя найти
Среди чужих дворов,
Среди чужих ковров
И роскоши чужих квартир -
Я без тебя и наг и сир
Среди людей-миров.
 
Не оставляй меня надолго одного,
Не оставляй на краткий миг меня -
Ночной кошмар и ужас мой средь бела дня,
Что ты избрала среди них того, кого
Хотела, кого искала и что я тебе не нужен более,
И удержать тебя не в силах я, не волен я,
И дружба наша превратилась в баловство,
А для меня любовь моя давно кровавое родство.
 
Мне мир не обойти, где ты бывала,
Где ночи проводила, враждовала,
Где души ранила и после врачевала,
Где все огни давно скатились с вала,
Оставив мрак, и ночь навек настала,
С тех пор как в губы ты меня поцеловала,
 
Когда-то столь давно,
Что надо бы забыть,
Но мне без них не жить,
Без губ твоих, оно
И ясно, но не суждено
Дыхание твоё ловить
Губами, и жадно пить
Его мне больше не дано.
 

* * *

Зима моей жизни. Настроение на мотив Роберта Фроста.
 
По пояс гол, на ногу бос
Пронизывающий мороз
Расположился в пене снега
И в пору каждую пророс.
 
И задыхаясь от разбега
По веткам ветренная нега
Давно осилила покос
Обогащая пахоть неба.
 
Сухая грусть, ей нету слёз,
И нет ответа на вопрос,
Но кровь, скрипучая телега,
Катит телесный ломоть хлеба.
 

* * *

Живая голая рана. Настроение на мотив Трэйси Чэпмэн
 
Когда-б на наши облака
Легла ладонью синь легка,
Когда-б я мог тобой гордиться,
И настроению не влиться
Рекой-разлучницей меж нас,
Когда-б ты уважала час,
Один лишь час тобой дарённый,
И телефон свой удивлённый,
Ты отключила бы на час
Лишь потому, что двое нас
И некому меж нами влиться -
Я мог бы в этот час вцепиться -
Не отпустить на этот час,
Но, знаешь - ты забыла нас.
 
Когда-б ты птицей улетела,
Туда, где дышит твоё тело,
Химеру в крылья обратив,
Коли уж мил её мотив,
Тогда-бы в миг ты поняла,
Что жизнь отыгралась зла
И нету этого далёка,
И это может быть жестоко
Скормить химере прыть орла -
Ты-б это сразу поняла,
И ты-б вернула этот час,
И ты бы вспомнила о нас,
И не было бы больше зла,
И жизнь бы нас сама несла.
 
Но ты трусливо уложила
Любовную горячность пыла
В уютный мелочный бедлам
И мило уместилась там.
Твоя уютная кормёжка:
Готовый дом, к обеду ложка,
Округлых форм дразнящий пыл -
Здоровый секс тебя дразнил
Всегда, и выгодно немножко
Пофлиртовать - опять кормёжка,
Колёса, умный разговор,
Оплачен стол, лежит ковёр,
Но неуютен этот час
Любови, что колотит нас.
 
И загустели облака
И пасмурность на них грудится,
И ни к чему кричать и злиться -
Ты одурманена пока.
Химеры рабство золотое,
И наслаждение густое,
И лени сытый уговор,
И страха жалящий укор,
И шейке легче обнажиться
И ленточкою повязать,
На миг с лягавою сдружиться
И резво далее бежать
К хозяину - своей химере
Уютной, и в дому её
Повыть на лунное тряпьё
 
Моё.
 

* * *

Любовный бред. Вариация.
 
            Твои невинные глаза, глаза твои невинные
 
            Гоня тяжёлый Шевроле
            По выпуклому склону
            На взгляде на твоём, как на живой игле
            Сижу, и не отдам другому
            Твоих зелёных глаз
            Ни доброму, ни злому.
 
Дорогой крутого закатного дня
Качусь, и деревья летят на меня,
А чувства легки, и мысли просты -
По правую руку глазастая ты.
Опасно шалею от этого я,
И ты на сегодня добыча моя
 
Красивая, напрасная,
Весёлая и классная.
 
Один бросаю краткий взгляд.
Глаза ответно говорят,
Что думаешь об этом ты,
Твои решения просты
По мне дыханием скользя -
Остановиться тут нельзя,
 
Весёлая, прекрасная,
Сквозная и напрасная.
 
Остановились у воды.
Темнеет. Ласковы пруды.
Огонь горит. Я ставлю тент.
Один запомнился момент:
Ты обняла, я обомлел,
Я сразу всю тебя хотел
 
Нагую и напрасную
Меня хотеть согласную,
 
И там у мира на виду
Я мир у мира украду.
По телу телом - был момент,
И нёсся этот инцидент
Под шелестящих крон хорал,
И я у мира мир украл,
 
Тебя зеленоокую,
Желанную, жестокую.
 
Потом мы спали тело к телу.
Над нами ночь прошелестела.
Потом ты на меня глядела,
И тело говорить умело.
И тьма над нами поредела,
И я увидел это тело
 
Нагое и прекрасное,
И надо мною властное.
 
Дорогой рассветною день ото дня
Сидела ты справа теперь от меня.
Молочно оттуда сквозило тепло
Живое дыханье на руки легло,
И я помышлял опустить якоря,
Маячили передо мною не зря
 
Глаза твои невинные.
А ночи были длинные.
 

* * *

Любовный бред. Ещё вариация.
 
Что, ну что тебе нужно -
Не вынести мне этого давления ,
Твоего обо мне мнения -
Улица моя им перегружена.
 
Остынь немного, оставь меня
На день, на два или на три,
Так обжигающе ярко, как ты - не гори,
Счастья пылкого такого, через край настырного
 
Не нужно мне понимаешь? Я сам по себе хорош
Ну что, что тебе нужно -
Остынь немного, оставь меня, сладенький мой Гаврош,
Не ласкового и не окружного,
Улица моя им-мной перегружена
Хорошего в нём - во мне - на ломаный грош,
 
Но - не на три, не на два -
Даже на один день тебя не оставлю,
Банк хочешь - для тебя ограблю?
Я жив без тебя едва.
Облаков пригоню тебе ораву, стаю -
И ты ведь тоже без меня не жива.
 
Я пока ещё над собой работаю - думаю
Я ещё буду большим и добрым,
Раздуюсь, как клобук раздувают под дудочку кобры,
Ты только не добивай меня этой свирепой мукою.
Ты только погладь меня лаской своею особою.
Ты только не пугай меня - разлукою.
 
Не сдавайся, дыши -
Это всё моя вина,
У нас ещё будут с тобой малыши.
Красного прозрачного за нас вина
Выпей. Тебе разве судьба наша не видна?
Из грохота бара - ты разве не видишь домашней тиши?
 
Как ты меня любишь
Никто не умеет.
Не ты меня губишь -
Мой мозг немеет.
 
Прости меня, красавица,
Прости, любимая.
Тебе от меня невозможно-ненужно избавиться -
Ты сама жизнь моя - необозримая.
Судьба у нас такая друг в друга плавиться.
Ты прости, прости меня, моя красавица!
Прости, ты прости меня, любимая!
 

* * *

На одном любовном дыхании
 
По реке шелестящей и к реке шелестящей
Пробиваясь вслепую по дорожке скользящей
Вопросительно зрящей и всегда преходящей
 
Ты за руку легонько ведёшь меня
По крутому взбуханию дня
Неумышленно, безнаказанно.
Жизнь слышна мне отсюда, как шорох,
И видна мне отсюда, как шершней возня -
Так невиданно ты моим Богом дана.
 
Мне по шее прозрачная жалость видна,
А по стану змениная поступь одна,
А в глазах пелена и глазами блесна.
 
И глядящее в око мне око
Зарывается в немощь глубоко
Неумышленно, безнаказанно.
Хорошо это мне или плохо
Погружаема в душу порока -
Так невидимо ты моим Богом дана
 
Ты моя по реке и руке сторона,
И сосцами стекает молочно луна,
А по стану змеиная поступь одна
 
Вопрошает ладонью длящей
И любовью пекуще-палящей
Вопросительно зрящей, и всегда преходящей.
 
И сосцами стекает молочно она,
И по стану змеиная поступь одна,
И рукой по реке - ты моя сторона.
 

* * *

Тоска. Тоска гложет
 
Белая птица с чёрным хвостом -
Из темноты, да с белым лицом,
Что ожидает, знаешь ли ты,
Нас, выныривающих из темноты?
 
Белая птица с чёрным хвостом,
Надъозёрная и нагишом,
Но окрылённый тобою взгляд
Он и есть - твой наряд.
 
В небе, белая птица,
Ищешь и не находишь,
Белое - не годится
Терять - ты уходишь,
В темноту окунаясь хвостом,
В небе совсем пустом.
 
Обозревая нас с высоты
Знаешь ли ты, как мы пусты?
Знаешь ли ты, что мы полны
Дёгтя горького и луны?
 
Ты выставляешься чистотой,
Но ты уличная, постой,
Знаешь, мы тоже ведь, мы чисты
Выныривая из пустоты.
 
В небе, белая птица,
Ищешь и не находишь,
Белое - не годится
Терять - ты уходишь,
В темноту окунаясь хвостом,
В небе совсем пустом.
 
А ты теряешься, не находишь,
Белым лицом по небу уходишь...
 

* * *

Любимая спи, мою душу не слушай,
В ней голос глухой накалённой глуши,
В ней то, что не следует брать бы на душу,
Тем более душу не вороши.
 

* * *

Утро доброе. Под барабанный бой
я поднялся. Сбросил одеяло,
а душа моя на пол упала
и нагой предстала пред тобой.
 
Я клянусь, что не готовил это.
Я не знал о ней, что не одета
 
примостилась глупая в ногах,
что промёрзла ночь и ночь не спала
не нырнула мне под одеяло,
и её тревожит этот страх.
 
Ей неможется. Гляди - её покой
Под твоей холодною рукой.
 

Театр

Подняли занавесь и стартовало.
Он знать её хотел, а ей казалось мало,
Он окружил её заботой и вином,
А ей, дурёхе, это нипочём.
 
Он оскорбился, осовел, заплакал,
Она ухмылочку послала в зал,
Но пожалела друга, и сказала:
Мой милый, просто ты из вида ускользал.
 
А я тебя любила вечно.
Ты был в моём миру всегда,
Ну что-ж с того, что я - текучая вода,
Тут важно лишь одно,
Что состоялась встреча:
Мы целый час уже вдвоём живём,
И, милый, наша жизнь всегда была
            кино.
 

Уют

Ну что, любимая, сегодня ты вся в дрёме
Теплынь раздалась в теле, млеет в доме,
И кот забыл чесать свой клык, наглеть и ныть.
Спи, милая, мир ждёт тебя,
но иногда так хорошо забыть
об этом.
И вообразить взамен, что ты блуждаешь и легко и зря
по улице прохладной декабря,
которая отраднее, чем грусть, что гложет летом.

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: