Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки
 
Главная страница
Страницы друзей "Темного леса"
Страница Владимира Мильмана
 
Барышня и иммигрант
Барышня и иммигрант (киносценарий)
Молчаливая Жанна
Смерть наступила....
В синюшном Переделе
Мой друг, бомж
Сон в летнюю ночь об Одессе
Охота на любимого оленя
Манон, по прозвищу "Кроха-дансюз"
 
Пятна тишины
подборка стихов
подборка стихов
подборка стихов
Акафист всему живому на земле
 
Рецензия на фильм "I Wish You Love"

Владимир Мильман

Эти стихи есть то редкое из поэзии, что написано мною в Торонто - относительно недавно, где то в 2010 (приблизительно).

 

* * *

Утро доброе. Под барабанный бой
я поднялся. Сбросил одеяло,
а душа моя на пол упала
и нагой предстала пред тобой.
 
Я клянусь, что не готовил это.
Я не знал о ней, что не одета.
 
Примостилась глупая в ногах,
что промёрзла ночь и ночь не спала,
не нырнула мне под одеяло,
и её тревожит этот страх.
 
Ей неможется. Гляди - её покой
Под твоей холодною рукой.
 

* * *

Сходи, любимая, в ближайший магазин
Купи иконку на моё прощенье,
И Бог тогда простит моё решенье,
Что я всегда в моей душе один.
 
И ты прости меня, что рядом одиночество
Моё сквозит холодной тишиной,
И будто в омут ты идёшь со мной
В отечество моё или в отрочество.
 
И ты прости меня, что я никак
Не оторвусь от губ холодной осени,
Что на губах моих смертельной просинью
Впечатан тишины стальной кулак.
 
И я за нищенкою пустоокою
Бреду опутан мшистой поволокою.
 

* * *

В уютном бархате кустарника
Навешаиваясь на зрачки
На раздражение пожарника
Гуляют пары-светлячки.
Не доверяй ночному зрению -
Не одинок и не дичок,
Как невозможна сирость пению,
Так парен каждый светлячок.
Я жмурюсь. Им за руки браться,
Раздваиваться и парить,
В уюте жить и размножаться,
Летать и кажется любить.
И заражает эта братия
Любовным омутом зрачков -
К июльской ночи я в объятия
Иду на радость светлячков.
Её целую я глазастую,
Она в себя берёт меня,
Дурманную её, напрасную,
В пылу холодного огня
В уютном бархате кустарника
Под пляшущие фонари
Я с целой армией напрасников
Люблю до утренней зари.
И усыпаю, и мне снится:
Навешиваясь на зрачки
Любовные свои страницы
Выписывают светлячки.
 

* * *

Я хочу, хочу тебя, кроха.
В этом стуле с истлевшей страницей
До последнего с первого вздоха
Я хочу этой ласке длиться.
Я хочу любовных усилий,
Где росе суждено пролиться
В тех пещерах чашечек лилий,
Где смеяться тебе и злиться.
 
И на лунной тебя дорожке,
Где на крике - отчаянья сота,
И на солнца просветах немножко;
Но во влаге лунного пота
Я хочу тебя до помраченья,
Хорошо это или плохо,
Я хочу тебя всей своей ленью
И я просто хочу тебя, кроха.
 

* * *

Эта песня - крик отчаянья в форме поэзии
 
От меня в двух шагах
Никуда не уйти
Постоянный мой страх
Притаился и тих.
Мой оборванный звук,
Отошедшая тень,
Двух сплетение рук -
Это ночь - это день.
 
За ударом удар -
Покатился звон,
Мой бездомный угар,
Нереальный, как сон.
Ожидание дня
И надежда, что вот
Унесёт он меня
В мой печальный год,
 
В мой счастливый год,
Где карабкался я сквозь любовь,
                как сквозь жизнь,
Где смеялась ты,
Где сердилась ты,
Где решала ты
И судила ты,
Где всё делала наоборот,
Где под шуршание шин
Никогда не просты
На обочине жизни росли кусты
Наших никчемных сор,
И где,
    как из комнаты сор,
Выносила ты скор
И суров приговор
Недосягаемее вершин
Самых высоких гор -
Без видимых мне причин.
 
Не дотянуться
        и не сбежать
                не уйти,
Надо коснуться
        мне и сказать:
                "Прости!".
У меня на ладони
        твой птичий клюв,
Колет и стонет
        мой враг и друг,
Трепещет и бъётся
        уйди,
            лети,
Ну не удаётся -
        прощай,
        прости,
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль.
 
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль.
 
Трепещет и бъётся
        уйди,
            лети,
Ну не удаётся -
        прощай,
        прости,
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль.
 
От меня в двух шагах
Никуда не уйти
Постоянный мой страх
Притаился и тих.
Мой оборванный звук,
Отошедшая тень,
Двух сплетение рук -
Это ночь - это день.
 
За ударом удар -
Покатился звон,
Мой бездомный угар,
Нереальный, как сон.
Ожидание дня
И надежда, что вот
Унесёт он меня
В мой печальный год,
 
В мой счастливый год,
Где карабкался я сквозь любовь,
                как сквозь жизнь,
Где смеялась ты,
Где сердилась ты,
Где решала ты
И судила ты,
Где всё делала наоборот,
Где под шуршание шин
Никогда не просты
На обочине жизни кусты
Росли наших сор,
И где,
    как из комнаты сор,
Выносила ты скор
И суров приговор
Недосягаемее вершин
Самых высоких гор -
Без видимых мне причин.
 
Не дотянуться
        и не сбежать
                не уйти,
Надо коснуться
        мне и сказать:
                "Прости!".
У меня на ладони
        тебе
                недосуг,
Колет и стонет
        мой
        беспокойный друг,
Трепещет и бъётся
        уйди,
            лети,
Ну, не удаётся -
        прощай,
        прости,
Лети далеко и красиво,
            лети высоко, в самую даль -
Тебе полёт птица,
        а мне - печаль!
 

* * *

Ещё один - просто крик отчаянья
 
Мне улицу не обойти -
Там столько номеров,
Хотелось мне тебя найти
Среди чужих дворов,
Среди чужих ковров
И роскоши чужих квартир -
Я без тебя и наг и сир
Среди людей-миров.
 
Не оставляй меня надолго одного,
Не оставляй на краткий миг меня -
Ночной кошмар и ужас мой средь бела дня,
Что ты избрала среди них того, кого
Хотела, кого искала и что я тебе не нужен более,
И удержать тебя не в силах я, не волен я,
И дружба наша превратилась в баловство,
А для меня любовь моя давно кровавое родство.
 
Мне мир не обойти, где ты бывала,
Где ночи проводила, враждовала,
Где души ранила и после врачевала,
Где все огни давно скатились с вала,
Оставив мрак, и ночь навек настала,
С тех пор как в губы ты меня поцеловала,
 
Когда-то столь давно,
Что надо бы забыть,
Но мне без них не жить,
Без губ твоих, оно
И ясно, но не суждено
Дыхание твоё ловить
Губами, и жадно пить
Его мне больше не дано.
 

* * *

Зима моей жизни. Настроение на мотив Роберта Фроста.
 
По пояс гол, на ногу бос
Пронизывающий мороз
Расположился в пене снега
И в пору каждую пророс.
 
И задыхаясь от разбега
По веткам ветренная нега
Давно осилила покос
Обогащая пахоть неба.
 
Сухая грусть, ей нету слёз,
И нет ответа на вопрос,
Но кровь, скрипучая телега,
Катит телесный ломоть хлеба.
 

* * *

Живая голая рана. Настроение на мотив Трэйси Чэпмэн
 
Когда-б на наши облака
Легла ладонью синь легка,
Когда-б я мог тобой гордиться,
И настроению не влиться
Рекой-разлучницей меж нас,
Когда-б ты уважала час,
Один лишь час тобой дарённый,
И телефон свой удивлённый,
Ты отключила бы на час
Лишь потому, что двое нас
И некому меж нами влиться -
Я мог бы в этот час вцепиться -
Не отпустить на этот час,
Но, знаешь - ты забыла нас.
 
Когда-б ты птицей улетела,
Туда, где дышит твоё тело,
Химеру в крылья обратив,
Коли уж мил её мотив,
Тогда-бы в миг ты поняла,
Что жизнь отыгралась зла
И нету этого далёка,
И это может быть жестоко
Скормить химере прыть орла -
Ты-б это сразу поняла,
И ты-б вернула этот час,
И ты бы вспомнила о нас,
И не было бы больше зла,
И жизнь бы нас сама несла.
 
Но ты трусливо уложила
Любовную горячность пыла
В уютный мелочный бедлам
И мило уместилась там.
Твоя уютная кормёжка:
Готовый дом, к обеду ложка,
Округлых форм дразнящий пыл -
Здоровый секс тебя дразнил
Всегда, и выгодно немножко
Пофлиртовать - опять кормёжка,
Колёса, умный разговор,
Оплачен стол, лежит ковёр,
Но неуютен этот час
Любови, что колотит нас.
 
И загустели облака
И пасмурность на них грудится,
И ни к чему кричать и злиться -
Ты одурманена пока.
Химеры рабство золотое,
И наслаждение густое,
И лени сытый уговор,
И страха жалящий укор,
И шейке легче обнажиться
И ленточкою повязать,
На миг с лягавою сдружиться
И резво далее бежать
К хозяину - своей химере
Уютной, и в дому её
Повыть на лунное тряпьё
 
Моё.
 

* * *

Любовный бред. Вариация.
 
            Твои невинные глаза, глаза твои невинные
 
            Гоня тяжёлый Шевроле
            По выпуклому склону
            На взгляде на твоём, как на живой игле
            Сижу, и не отдам другому
            Твоих зелёных глаз
            Ни доброму, ни злому.
 
Дорогой крутого закатного дня
Качусь, и деревья летят на меня,
А чувства легки, и мысли просты -
По правую руку глазастая ты.
Опасно шалею от этого я,
И ты на сегодня добыча моя
 
Красивая, напрасная,
Весёлая и классная.
 
Один бросаю краткий взгляд.
Глаза ответно говорят,
Что думаешь об этом ты,
Твои решения просты
По мне дыханием скользя -
Остановиться тут нельзя,
 
Весёлая, прекрасная,
Сквозная и напрасная.
 
Остановились у воды.
Темнеет. Ласковы пруды.
Огонь горит. Я ставлю тент.
Один запомнился момент:
Ты обняла, я обомлел,
Я сразу всю тебя хотел
 
Нагую и напрасную
Меня хотеть согласную,
 
И там у мира на виду
Я мир у мира украду.
По телу телом - был момент,
И нёсся этот инцидент
Под шелестящих крон хорал,
И я у мира мир украл,
 
Тебя зеленоокую,
Желанную, жестокую.
 
Потом мы спали тело к телу.
Над нами ночь прошелестела.
Потом ты на меня глядела,
И тело говорить умело.
И тьма над нами поредела,
И я увидел это тело
 
Нагое и прекрасное,
И надо мною властное.
 
Дорогой рассветною день ото дня
Сидела ты справа теперь от меня.
Молочно оттуда сквозило тепло
Живое дыханье на руки легло,
И я помышлял опустить якоря,
Маячили передо мною не зря
 
Глаза твои невинные.
А ночи были длинные.
 

* * *

Любовный бред. Ещё вариация.
 
Что, ну что тебе нужно -
Не вынести мне этого давления ,
Твоего обо мне мнения -
Улица моя им перегружена.
 
Остынь немного, оставь меня
На день, на два или на три,
Так обжигающе ярко, как ты - не гори,
Счастья пылкого такого, через край настырного
 
Не нужно мне понимаешь? Я сам по себе хорош
Ну что, что тебе нужно -
Остынь немного, оставь меня, сладенький мой Гаврош,
Не ласкового и не окружного,
Улица моя им-мной перегружена
Хорошего в нём - во мне - на ломаный грош,
 
Но - не на три, не на два -
Даже на один день тебя не оставлю,
Банк хочешь - для тебя ограблю?
Я жив без тебя едва.
Облаков пригоню тебе ораву, стаю -
И ты ведь тоже без меня не жива.
 
Я пока ещё над собой работаю - думаю
Я ещё буду большим и добрым,
Раздуюсь, как клобук раздувают под дудочку кобры,
Ты только не добивай меня этой свирепой мукою.
Ты только погладь меня лаской своею особою.
Ты только не пугай меня - разлукою.
 
Не сдавайся, дыши -
Это всё моя вина,
У нас ещё будут с тобой малыши.
Красного прозрачного за нас вина
Выпей. Тебе разве судьба наша не видна?
Из грохота бара - ты разве не видишь домашней тиши?
 
Как ты меня любишь
Никто не умеет.
Не ты меня губишь -
Мой мозг немеет.
 
Прости меня, красавица,
Прости, любимая.
Тебе от меня невозможно-ненужно избавиться -
Ты сама жизнь моя - необозримая.
Судьба у нас такая друг в друга плавиться.
Ты прости, прости меня, моя красавица!
Прости, ты прости меня, любимая!
 

* * *

На одном любовном дыхании
 
По реке шелестящей и к реке шелестящей
Пробиваясь вслепую по дорожке скользящей
Вопросительно зрящей и всегда преходящей
 
Ты за руку легонько ведёшь меня
По крутому взбуханию дня
Неумышленно, безнаказанно.
Жизнь слышна мне отсюда, как шорох,
И видна мне отсюда, как шершней возня -
Так невиданно ты моим Богом дана.
 
Мне по шее прозрачная жалость видна,
А по стану змениная поступь одна,
А в глазах пелена и глазами блесна.
 
И глядящее в око мне око
Зарывается в немощь глубоко
Неумышленно, безнаказанно.
Хорошо это мне или плохо
Погружаема в душу порока -
Так невидимо ты моим Богом дана
 
Ты моя по реке и руке сторона,
И сосцами стекает молочно луна,
А по стану змеиная поступь одна
 
Вопрошает ладонью длящей
И любовью пекуще-палящей
Вопросительно зрящей, и всегда преходящей.
 
И сосцами стекает молочно она,
И по стану змеиная поступь одна,
И рукой по реке - ты моя сторона.
 

* * *

Тоска. Тоска гложет
 
Белая птица с чёрным хвостом -
Из темноты, да с белым лицом,
Что ожидает, знаешь ли ты,
Нас, выныривающих из темноты?
 
Белая птица с чёрным хвостом,
Надъозёрная и нагишом,
Но окрылённый тобою взгляд
Он и есть - твой наряд.
 
В небе, белая птица,
Ищешь и не находишь,
Белое - не годится
Терять - ты уходишь,
В темноту окунаясь хвостом,
В небе совсем пустом.
 
Обозревая нас с высоты
Знаешь ли ты, как мы пусты?
Знаешь ли ты, что мы полны
Дёгтя горького и луны?
 
Ты выставляешься чистотой,
Но ты уличная, постой,
Знаешь, мы тоже ведь, мы чисты
Выныривая из пустоты.
 
В небе, белая птица,
Ищешь и не находишь,
Белое - не годится
Терять - ты уходишь,
В темноту окунаясь хвостом,
В небе совсем пустом.
 
А ты теряешься, не находишь,
Белым лицом по небу уходишь...
 

* * *

Любимая спи, мою душу не слушай,
В ней голос глухой накалённой глуши,
В ней то, что не следует брать бы на душу,
Тем более душу не вороши.
 

* * *

Утро доброе. Под барабанный бой
я поднялся. Сбросил одеяло,
а душа моя на пол упала
и нагой предстала пред тобой.
 
Я клянусь, что не готовил это.
Я не знал о ней, что не одета
 
примостилась глупая в ногах,
что промёрзла ночь и ночь не спала
не нырнула мне под одеяло,
и её тревожит этот страх.
 
Ей неможется. Гляди - её покой
Под твоей холодною рукой.
 

Театр

Подняли занавесь и стартовало.
Он знать её хотел, а ей казалось мало,
Он окружил её заботой и вином,
А ей, дурёхе, это нипочём.
 
Он оскорбился, осовел, заплакал,
Она ухмылочку послала в зал,
Но пожалела друга, и сказала:
Мой милый, просто ты из вида ускользал.
 
А я тебя любила вечно.
Ты был в моём миру всегда,
Ну что-ж с того, что я - текучая вода,
Тут важно лишь одно,
Что состоялась встреча:
Мы целый час уже вдвоём живём,
И, милый, наша жизнь всегда была
            кино.
 

Уют

Ну что, любимая, сегодня ты вся в дрёме
Теплынь раздалась в теле, млеет в доме,
И кот забыл чесать свой клык, наглеть и ныть.
Спи, милая, мир ждёт тебя,
но иногда так хорошо забыть
об этом.
И вообразить взамен, что ты блуждаешь и легко и зря
по улице прохладной декабря,
которая отраднее, чем грусть, что гложет летом.

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: