Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки
 
Главная страница
Литературный Кисловодск и окрестности
Страница "Литературного Кисловодска"
Страницы авторов "ЛК"
 
Светлана Цыбина
Светлана Гаделия
Юлия Чугай
Юлия Чугай (стихи из "ЛК")
Александра Полянская
Екатерина Копосова
Танзиля Боташева
Елена Гончарова
Игорь Паньков
Геннадий Трофимов
Мирон Этлис
Сергей Смайлиев
Евгений Инютин
Май Август
Иван Аксенов
Станислав Подольский. Стихи
Станислав Подольский. Проза
Ст.Подольский. Новочеркасск 1962
Тамара Янишевская. Грузинская баллада
Виктор Филин
Стихи из "ЛК"
Рассказы из "ЛК"
"Литературный Кисловодск", N56

Елена Резник

ОЖИДАНИЕ

поэма

Посвящение

Сердца враз не унять -
мы пока не враги.
Память, каждую пядь
этих дней - сбереги!
Сбереги и оправь
расторопным пером
в азиатскую плавь:
злато и серебро.

Пусть останется полным
(сагой, влагой, огнём)
для тебя этот полый,
сухой водоём:
отлетевшее лето -
незатоптанный след
ожидания - гдето
в сонме сгинувших лет.

1.

Пылая, летит дорога.
Спешит за строкой строка.
Такого лёгкого слога
не знала ещё рука.

Не дни, а пёстрые числа!
Не числа, а стаи птиц!
Такого простого смысла
не было у страниц.

Улыбкой, рукой и взглядом,
и радостью, и судьбой
тебя ощущаю рядом,
как будто - уже с тобой.

Веди же меня, преследуй,
гони к голубой воде,
займи золотой беседой,
присутствуй во всём, везде!

А знаешь: ведь это - чудо!
и не повторится впредь.
Я больше уже не буду
так ждать, и мечтать, и петь.

2.

В золоте зноя - роскошь воды!
Не для тебя ли?
Не для тебя ли пышет кандым
здесь, на канале

и извергается тамариск
душной низиной?
это везенье, радость и риск
ловли змеиной?

вёдра - айраном, мёдом полны
ранние соты?
вся неуёмность этой весны,
этой свободы?

этот горячий, яростный май? -
Жесту и звуку
только откликнись, вверься, узнай,
вытяни руку!

3.

Который день? Который час?
Мне скрашивают срок -
вода, бегущая у глаз,
струящийся песок,

слепящий свод, белесый дым:
душистая пыльца,
пушистой радугой - кандым
на уровне лица,

езда расплавленным шоссе,
где миром правит зной...
Душа - на взлётной полосе!
Как будто - не со мной.

Какая радость - не унять,
не скрыть, не спрятать глаз!
Всё видеть, слышать и принять,
смеяться напоказ

и плакать напоказ, - горя,
краснея, набегу,
для всех открытою. и зря
казалось: не смогу!

4.

Даже, если это пройдёт, -
не забудется: не впустую!
Я - из тех, что сегодня ждёт,
и надеется, и тоскует.

Я сегодня полным-полна.
и пьяна. и не знает меры
накатившая та волна
предвкушенья, добра и веры.

5.

Не вижу лиц, не различаю слов
и времени не понимаю.
Тревожно утро, полдень бестолков.
О, ночь - ты, преданная и немая,
приди скорее! Вычерни из глаз
предметы, краски, отблески и лица:
всё, что текло, мешаясь и струясь,
что всё ещё - мешает и струится.

Остаться тороплюсь наедине
С моей необоримою мечтою,
которой я не верю и не стою,
недолгой и шальной - под стать весне!

6.

Здесь вот, у дверного косяка,
ты уже мелькал - в сгущенье пятен:
то игрив, то сам себе досаден,
то смущен, но комкала рука

образ твой - раз по пятнадцать на день.
Все казалось: не такой, не так
чтото, а того - недоставало.
и воображение стирало,
как художник свой случайный брак.
Снова глину комкало и мяло.

Совладаю ль с сердцем и рукой,
удержу ль навязчивое слово,
если здесь, у косяка дверного,
ты и впрямь появишься - такой,
не смогла предугадать какого?

7.

То понимание с трудом
пришло - чудовищно и внятно:
войти посмеешь в этот дом -
не отпущу тебя обратно!

Что сделаю и что скажу,
как развяжу себя - не знаю.
Не знаю чем, но - удержу,
заговорю и обуздаю.

Ни дальний путь, ни лёгкий слог
не соблазнят меня, как прежде.
Коль ступишь через мой порог,-
мечте - конец, венец - надежде,

а мне - служение и труд,
простая женская судьбина,
где дни привычные пойдут
ровнять высоты и глубины.

Но не повторится уже
и не воротится везенье.
Тяжка надежда на спасенье
на этом властном рубеже!

8.

Как сладко слушать тишину
в ночи, манящей и отверстой -
за час, за несколько минут
до звука, бьющего по рельсам.

В сухой траве шуршанье жаб
ловить и крохотные песни
сверчков чарующих. и - ждать.
В ночи горячей и отверстой.

За дни скитаний и мытарств,
и отчужденья между нами -
живой надежды, как лекарств
возжаждать телом и губами.

и сжиться с нею, ей дышать,
почти не требуя ответа,
за радость - жить, за радость - ждать
судьбу приветствуя и лето.

и знать, что может обмануть
то ожидание. Но остро
но жадно слушать тишину.
и в ней возникшие колёса.

9.

После поезда - тишина.
Но иная, зовется: "тишь".
Так добра она, так нежна!
Убаюкает - сладко спишь.

Спеленает со всех сторон,
встанет матерью у висков.
и навеет заветный сон
в эту ночь посреди песков.

10.

Как без стука, без звука
ты входишь в мой дом?
Просыпаюсь. Пугаюсь. Молчу.
Узнаю в темноте. Понимаю с трудом.
Долго шарю фонарь и свечу.

Что скажу? - Припасённое тысячу раз -
позабыла (зуб на зуб - озноб).
Второпях начинаю бессвязный рассказ
о песках. Ах, о чём - всё равно!

Как колотится сердце - почти на виду,
(так ли в марте - по тонкому льду?)
осязая мечту? иль почуяв беду?
иль от бреда очнувшись - в бреду?

Дверь распахнута настежь.
Колючий плетень,
да маклюра, да жухлый лопух.
Это - душная полночь, неверная тень.
Тишина, обманувшая слух.

Азиатская полночь. Безлунная тишь.
Темнота, поглотившая звук.
Не заплачет шакал, не завозится мышь,
Ошалевший не крикнет петух.

Непроглядная полночь.
за черным стеклом
тлеет томная горсть серебра. -
Не пробраться селом, не уйти напролом
по барханам бродить до утра.

Крепко ввинчена в землю весомая плоть.
и - пока не забрезжить утру -
неприкаянный дух утешает Господь
на хмельном азиатском ветру.

11.

Утешься. Не будь упрямой.
Уже решена судьба.
Уже пришла телеграмма
в посёлок ИмамБаба.

"Забудь. Ничего не будет".
Молчи. Остывай. Глуши.
и время тебя забудет.
Здесь, в охристой злой глуши,
паленой, огнём калёной,
тори незаметный путь,
чтоб снова травой зелёной
пробиться когданибудь.

12.

Отгорела весна.
В жестких крючьях трава.
Даль слепит, как блесна.
Речка дышит едва.

Облетает кандым.
и, танцуя у ног,
заметает следы
раскалённый песок.

Проплясав в волосах
жарким духом земли,
пронесётся состав -
в даль - из дальней дали.

Весь - стремленье и сталь,
торжество торжества.
Отступает печаль.
Созревают слова.

послесловие

Какою дались ценой
та радость и та беда?
Неужто со мной? - Со мной! -
По свежим прошла следам.

Остались? - дороги зуд,
да зной, да белёсый лёсс,
что в горле родит слезу.
Да ветер. Да - капля слёз.

Не больше. Любовь? Мечта? -
соблазн тупика и сласть
да тёмная та черта,
над коей не властна власть.

Заветный рубеж. Но кто
из тех, кто мечтал, любил
за той побывал чертой
и с гордостью скажет: "Был.
имел. Пересёк. Достиг!"?
Он призрачен, этот миг.
и этот небрежный слог
с бесчисленными тире -
единственный мой итог
в проигранной той игре.

ИмамБаба - Захмет - ИмамБаба
1977 - 1979 гг.

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: