Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "ЛК"

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

Страница "Литературного Кисловодска"

Стихи из "ЛК"
Избранные стихи авторов "ЛК"
Стихи из "ЛК" (авторские страницы)
Рассказы из "ЛК"
Поэмы из "ЛК"
Биографические очерки из "ЛК"
Литературоведческие очерки из "ЛК"
Непрочитанные поэты России

Страницы авторов "ЛК"

Светлана Цыбина
Светлана Гаделия
Александра Полянская
Юлия Чугай
Наталья Рябинина
Игорь Паньков
Геннадий Трофимов
Май Август
Сергей Смайлиев
Иван Аксенов
Иван Зиновьев
Давид Райзман
Анна Мотенко
Василий Помещиков
Лидия Аронова
Иван Гладской
Маргарита Самойлова
Станислав Подольский. Стихи
Станислав Подольский. Проза
Ст.Подольский. Новочеркасск 1962
Евгений Сычев. Чукотские истории
"Литературный Кисловодск", N77 (2021г.)

Вера Сытник

член Международной гильдии писателей, Германия
Янтай, Китай

ГОРОД СРЕДИ КАМНЕЙ

Города в Китае не отличаются архитектурным разнообразием. Старинного в них очень мало, а всё современное подчинено стремлению врезаться в небо и сиять так, чтобы ни у кого не осталось сомнений в грандиозности планов китайского народа и в его умении заполнять пространство бетонными конструкциями, напористость и дерзость которых сглаживается парками и скверами, непревзойдёнными по чувству гармонии. Гонконг, Шанхай, Пекин - при взгляде на небоскрёбы захватывает дух, блеск зеркальных окон режет глаза, шум автомобилей давит на слух, запах асфальта и выхлопных газов раздражает обоняние. В городах поменьше старые постройки с молниеносной быстротой заменяются многоэтажными высотками, количество машин увеличивается, дороги расширяются и туннелями уходят в горы или же автострадами взлетают на уровень десятого этажа.

Удивительно, но бетонные, растущие вширь и в высоту города сохраняют ощутимую связь с природой - прежде всего за счёт того, что повсюду разбиваются новые парки. Они устраиваются с величайшей продуманностью на ровной поверхности и на горах (если городу посчастливилось расположиться рядом с ними). Едешь по улице и вдруг - гора с множеством тропинок, каменных ступенек, причудливых мостиков и скамеек, с площадками для занятий спортом. А на вершине многоярусная пагода. Пока поднимаешься к ней, забудешь обо всех заботах. Летом от них отвлечёт вид густой растительности и, в особенности, вид огромных задумчивых валунов, возлежащих (другого слова не подобрать) на смотровых площадках или перед деревянными мостами, проложенными по откосу горы, ведущими на другую её сторону. Зимой, когда гора обнажается, камни становятся более выразительными: на фоне голых деревьев они кажутся особенно невозмутимыми, особенно монументальными. При взгляде на это соседство невольно подумаешь о скоротечности жизни и о вечности, недоступной нашему пониманию.

Камни оказались на горе не случайно. Они столь искусно вписаны в ландшафт, что создаётся впечатление, что это их природное место. Хотя, скорее всего, их привезли из другого района Китая, наверное, с юга, где вырубили из скалы, обработали, погрузили на специальные машины и доставили сюда. Встречаются камни поменьше, и совсем маленькие, они лежат среди деревьев, так и хочется присесть! Но особенно впечатляют те, что выше человеческого роста. На таких часто пишут изречения древних китайских мыслителей или название учреждения, перед которым они установлены.

В устройстве любого парка, по мнению китайцев, необходимо учитывать потоки животворной энергии Ци, которая, как это известно из древнекитайских текстов, наполняет Вселенную. Её свободное спокойное течение дарит здоровье, благополучие, мир, любовь. И наоборот, слишком быстрое течение или застой может негативно повлиять на жизнь людей. Это самое главное. Поэтому нужно сделать так, чтобы энергия Ци максимально заполнила парковое пространство, где люди могли бы ею напитываться. А камни (горы) - её самые мощные источники. Китайцы очень серьёзно подходят к решению проблемы по концентрации жизненной энергии в городах, парках, жилищах. И очень трепетно, со знанием дела - к поддерживанию атмосферы созерцательного покоя в парках, чего нельзя достичь без соблюдения баланса между постоянством (камни) и бренностью (сад). Для китайцев нет сомнений в том, что с помощью камней можно уравновесить бешеный ритм городов и создать в них оазисы, где можно было бы передохнуть от современных скоростей и подзарядиться энергией Ци.

Камни устанавливаются не только в парках - везде! На обочинах дорог, на перекрёстках, на набережных, перед входом на территории университетов, перед вокзалами, музеями, театрами и больницами. Маленькие и большие, разные по форме они возвышаются на видных местах и в самых неожиданных закоулках. Ничто так не изумляет прохожего, обременённого хлопотами, как эти царственные монолиты, внезапно вырастающие на его пути - в виде утёса, нависшего над искусственным прудом, в виде стены, печально застывшей у входа в парк, или в виде бугристой скалы, взметнувшейся к небу рядом с гигантской елью. Впрочем, небольшие булыжники на лужайках выглядят не менее основательно, они так же серьёзны и живописны, как и их братья-гиганты, и совсем не кажутся лишними среди цветников.

По большому счёту, камни, видимо, выполняют ту же функцию, что и тончайшие длинные иглы, используя которые доктор традиционной китайской медицины возвращает человеку бодрость и здоровье. Доктор вводит в тело пациента (в определённые точки) иглы, прочищая тем самым каналы, по которым циркулирует энергия Ци, и человек ощущает прилив сил. Так и камни. Их внедряют в городское пространство, чтобы нейтрализовать энергетические заторы и освободить дорогу для Ци. Считается, что Ци не любит всего резкого: прямых линий и острых углов, ведь в природе такого не встретишь! Разогнавшись по прямой, Ци может удариться о препятствие и тогда произойдёт взрыв. Всё резкое таит в себе агрессию. Значит, нужно приглушить действие прямых линий и острых углов, без чего не может обойтись город. Камни же с их мощной энергией как раз и замедляют быстрые потоки Ци, создают для неё мягкие повороты или расчищают путь.

Удивительно, но всё это работает... Величаво выступая среди кустов и деревьев, камни наполняют город тем особенным покоем, по которому тоскует душа. В этом покое угадывается тишина и молчаливая сосредоточенность гор, их глубокая отрешённость от всего, что так раздражает, что кажется порой таким пустым и никчёмным. При взгляде на камни хочется остановиться, постоять рядом с ними, даже погладить, чтобы ощутить шершавую поверхность. Их вид, напоминающий о превосходстве природы над человеком, вызывает восхищение. Однако, только у иностранцев. Ни разу не видела, чтобы китайцы толпились возле камней. Для них они привычны, это часть их культуры, часть быта. Они с ними более близки, чем это может показаться. Камни небольших размеров - отполированные или в первозданном виде, с искусственным или естественным узорами - на маленьких подставках устанавливаются в домах, в офисных помещениях, в аптеках, в магазинах. С той же целью, что и валуны на улицах: чтобы добиться гармоничной обстановки и усилить или ослабить каждую из пяти стихий (вода, дерево, огонь, металл, земля), присутствующих в здании. И всё это - для концентрации энергии Ци...

Каждый раз, выходя из дома, прохожу мимо камня, он лежит под старой сосной. Камень как камень, ничем не примечательный валун, порыжел от глинистой пыли, распластался - отдыхает. Когда-то я много видела таких на берегах горной речки, оставленных селем, хаотично разбросанных, натыкающихся друг на друга. Те, на речке, сохраняли в себе энергию разрушения, а этот, под сосной, ласкает взгляд и вызывает чувство неспешности. И я думаю о том, что подчеркнуть дружелюбие природы - это так важно для нашего спокойствия, если учесть, что она вызывает и иные чувства.

Много лет назад, впервые попав в Китай, я написала небольшую новеллу "Осень" (сборник "Цикады"), где мой лирический герой рассказывал о своих впечатлениях и приходил к выводу, с которым я согласна и сейчас: "Не раз при виде великанов, гордо стоящих в скверах и вдоль дорог, я невольно поддавался тому настроению, которое они на меня производили, и, выпрыгнув из преследующей меня суеты, приближался к ним и стоял, на мгновенье позабыв обо всём на свете, стараясь проникнуться умиротворённым духом, которым так и веяло от них! Передохнув, опять кидался в будничный водоворот событий, вертелся, что-то устраивая, с кем-то встречался, вечно торопясь, - и так без конца, вплоть до следующего момента, когда передо мной вдруг снова возникала очередная глыба, и я снова замирал, сражённый примером дикой красоты и нерушимым спокойствием камня. Я шёл к нему, трогал грубую поверхность, ощущая исходящую от него силу, обходил кругом, поражаясь его размерам, и спрашивал себя: "Зачем он здесь? Один, посреди сквера? Зачем все эти утёсы, нарочно поставленные в парках? Откуда их привезли? С какой целью расположили рядом с дорогой?" Однажды, когда осень порывом ветра сорвала остатки жёлтых накидок с печальных деревьев, разом оголив город, стало всё понятно. Ну, разумеется! Осень подчёркивала, она как будто говорила своим жестом: поглядите, это не камни разбросаны в городе, это город, ужимаясь и робея перед величием природы, скромно втискивается между ними."

  26.02.2019

ЛУННЫЙ КРОЛИК

Облокотившись на парапет, супруги наблюдали, как из-за моря встаёт луна. Они были очень старые, их согбенные спины говорили о преклонном возрасте. Рядом с ними шумела набережная, полная народа. Кажется, все жители Янтая собрались здесь! Китайцы двигались, переговаривались и тоже смотрели в небо, восторгаясь видом выплывающей из-за горизонта красавицы. Старикам было не до людей. Восходящая луна полностью завладела их вниманием. Устремив взоры вверх, они, как и прежде, много раз за свою долгую жизнь, пытались разглядеть на ней Вечного Кролика, словно желая убедиться, что он на месте, как и десять, и тридцать лет назад, толчёт в ступе рис, изобретая рецепт бессмертия.

Я подумала, что старики, по крайней мере, раз восемьдесят встречали вечер, единственный в году, когда луна бывает особенно полна и красива, что совпадает с китайским праздником Середины осени. Они любят эту старинную традицию - любоваться луной, иначе не пришли бы сюда в столь поздний час и не стали бы дожидаться, когда она поднимется над Бохайским заливом Жёлтого моря, и от неё побежит золотистая дорожка по воде. Держась за руки, супруги передвинулись точно в то место, где внизу, под парапетом, принялись плясать искрящиеся жёлтые блики. Попав в свет луны, эти двое обрадовались. Испещрённые морщинками сморщенные лица на миг осветились улыбками - и вновь стали печальными.

Наверное, с годами старикам всё труднее разглядеть фигурку длинноухого волшебника: воздух перед лицами рябит и плывёт, будто кто-то специально напускает тумана, отчего приходится то и дело вытирать глаза. Но и сквозь туман супруги видят - Кролик на месте. Женщина что-то показывает мужу, протянув руку к луне, и он согласно кивает головой. Уверена, в детстве им не раз говорили, что испечённый накануне вечера пряник - круглый, жёлтый, со сладкой фруктовой начинкой внутри - сделан из той самой муки, что лежит на дне лунной ступы, а потому имеет волшебную силу - дарит каплю бессмертия каждому, кто его попробует. Наверняка в их бедных семьях детям доставалось по кусочку, размером не больше, чем монетка, но и этого было достаточно, чтобы поверить в чудодейственную силу небесного пряника, таким неправдоподобно вкусным был тот кусочек. Его ждали весь год, чтобы вспомнить о вечном и напитаться уверенностью в собственных силах.

Я искоса вглядываюсь в высохшие, тёмные лица стариков, в их простую одежду, состоящую из брюк и рубашек, во весь их скромный облик и стараюсь понять, о чём они думают? Они прожили долгую, трудную жизнь и помнят те времена, когда праздник был запрещён. Пряники не разрешались. Но Кролик-то! Он оставался на месте! Толок свою муку и смотрел вниз, успокаивая людей: мол, всё в порядке - я занят обычным делом, готовлю волшебное снадобье, значит, всё идёт своим чередом. Старики теперь знают, что он так и не придумал рецепт бессмертия, да разве это важно? Дети выросли, и даже у внуков есть дети - это ли не бессмертие? Для них же самих важна только вот эта дорожка, берущая начало у ступы на луне и заканчивающаяся под их ногами. С каждым годом она становится всё короче и короче.

Темнота вокруг быстро густеет. А луна прибавляет света, превращаясь в полновластную хозяйку ночи. Императрица! Подданные - вот они, внизу, смотрят с восторгом, ожидая чуда! Какого? Никто не знает, но всё равно ждут, с надеждой взирая в небо. Судя по лицам супругов, их восторг давно прошёл. Трепетавшие когда-то чувства улеглись, оставив в душах покой, а вид сокращающейся лунной дорожки давно не страшит. Разве вспомнишь, сколько съедено пряников? А сколько испечено?

Я вижу, к старикам подходит мужчина, китаец в шортах и белой футболке, видимо сын, с двумя пледами в руках. Укрыв плечи родителей, он возвращается в одну из машин, вереницей стоящих вдоль набережной. Окна машины открыты, в них мелькают лица, улыбки, руки. Мне в голову приходит мысль о даосах, считавших, что человек становится бессмертным, если его вспоминают добрым словом. Я почему-то уверена за стариков. Кролик не обманул их.

  2013

 

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "Литературного Кисловодска"

 

Последнее изменение страницы 27 Nov 2021 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: