Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки
 
Главная страница
Литературный Кисловодск и окрестности
Страница "Литературного Кисловодска"
Страницы авторов "ЛК"
 
Светлана Цыбина
Светлана Гаделия
Юлия Чугай
Александра Полянская
Елена Гончарова
Елена Резник
Наталья Рябинина
Игорь Паньков
Леонид Григорьян
Геннадий Трофимов
Мирон Этлис
Май Август
Сергей Смайлиев
Евгений Инютин
Иван Аксенов
Иван Зиновьев
Станислав Подольский. Стихи
Станислав Подольский. Проза
Ст.Подольский. Новочеркасск 1962
 
Стихи из "ЛК"
Стихи из "ЛК" (авторские страницы)
Рассказы из "ЛК"
Поэмы из "ЛК"
Очерки из "ЛК"
"Литературный Кисловодск", N54

Любовь Петрова

Новопавловск

ДЕТСКИЕ ПРОКАЗЫ

СТРИЖКА

Насколько себя помню, специально проказы я не выдумывала. Они появлялись и роились в моей голове постоянно и в большом количестве. Мне оставалось только достать очередную.

Мои проказы мне не казались шалостями. По-моему, это была просто игра, а иногда и вообще благое дело. Но почему-то "благие дела" мои заканчивались большой выволочкой. За что меня наказывали, я не понимала, но догадывалась, что что-то не так надо было делать. Я не обижалась, и, стоя в углу или почёсывая больное от ремня место, я уже думала, что мне предпринять в следующий раз.

Разговоры о том, что маленькую сестрёнку надо постричь, велись давно, но времени у мамы всё не хватало. Родители были люди партийные, занятые. Постоянно пропадали на партсобраниях и других мероприятиях. Я поняла, что это дело надо брать в свои руки.

В очередное партийное собрание я приготовила ножницы и усадила на скамеечку сестру.

Сестре было два года, мне - пять. Стрижка, по моему мнению, шла отлично, пока я не дошла до уха. Отрезая очередной клок волос, я порезала сестре ухо. Да, видно, не чуть-чуть. Кровь брызнула мне на руки, сестра истошно закричала. Хватая салфетки и тряпки, что находила, а также обрывки газет, я вытирала ухо, уговаривая сестру не реветь. Услышав торопливые шаги родителей, я поняла, что мне не поздоровится, забралась под кровать. Представляю лица моих родителей. Увидев клочками остриженную голову младшей дочери и кровь кругом, они едва не лишились чувств. Меня выволокли из-под кровати, отлупили тряпкой и поставили в угол.

Голова сестры постепенно обрастала, но на неё без содрогания долго ещё смотреть было невозможно.

ФИЗИКА

В детстве мы любили ходить в походы. Они были нашей страстью и игрой одновременно. Походами мы называли время, проводимое гдето у реки, иногда у костра с печёной картошкой.

Стоял март. Весенние каникулы. В поход собрались быстро. Девять человек соседских ребятишек. Я за главную. Ближайшую речушку перебежали быстро. Лёд ещё не растаял, но был уже не крепкий и ходил под ногами волнами. Наигравшись на другом берегу у костра, собрались домой. Солнышко пригревало по-весеннему.

Мы с подружкой быстро перебежали речку первыми. Лёд потрескивал. Ходил ходуном, но не ломался. За нами побежала сестра подружки, и она тут же провалилась. Правда выбралась быстро: речка была неглубокая. Мы были в отчаянии. Что делать? Приготовилась бежать моя сестра. Вспомнив физику, я крикнула ей: "Ложись на живот и ползи! Мы по физике учили, чем больше площадь, тем меньше давление". Сестра поползла. На середине лёд треснул, и сестра полностью погрузилась в воду. Отчаянно барахтаясь, она выкарабкалась на берег, ругая на чём свет стоит и меня и мою физику. Обсушить намокших было нечем. Они сидели на корточках, прижавшись к дереву, громко стуча зубами. Что же делать с остальными?

И вдруг на ум пришла та же физика. "Витька! - крикнула я. - Бросай ветки с той стороны, а я с этой". Быстро сделав настил, мы перевели остальных детей. Побрели домой. Как других - не знаю, но меня выпороли за то, что я чуть не утопила сестру.

Ночью, лёжа в постели, я думала: "Хорошая наука - физика: помогла".

ПРО КОНФЕТЫ

Конфеты прятали от нас в родительской спальне, в шифоньере. До спальни ещё была зала, дверь которой запиралась на обычный висячий замок. Конфет очень хотелось. Я всё время ходила, поглядывая на эту дверь, и прикидывала, как же подобраться к конфетам. Однажды, ощупав дверь, я обнаружила, что она довольно хлипкая. Отогнув с силой нижний её конец, увидела, что появилась небольшая щель. "Сестра пролезет", - решила я. Дождавшись, когда родители уйдут на работу, я позвала сестру и рассказала ей свой план. Отогнув двери, я приказала ей лезть. Она с трудом пролезла. Ключ от шифоньера лежал на виду. Вот и конфеты. Тем же путём сестра вылезла. Конфеты были очень вкусные. Обёртки от них мы тщательно прятали.

Вскоре пришёл выходной. Банный день. А после бани мы обязательно пили чай с вареньем и конфетами. Кинулись родители, а конфет-то нет. Мама говорит: она точно помнит, что клала их в шифоньер. По моим глазам, которые, видно, забегали, мама поняла, что без меня тут не обошлось. Отец схватил меня за шиворот, встряхнул и сказал: "Знаю, что это твоих рук дело, но скажи как? Бить не буду". Пришлось рассказать. Мама вздохнула. Это означало одно: я ещё не повзрослела.

МАЙКА

Мы с подружками очень любили шить куклам наряды. Куклы уже были не тряпичные, а настоящие. Руки, ноги и туловище ещё были тряпичные, а голова как настоящая, с нарисованными глазами и волосами. Лоскутов, чтобы шить одежду, не было. Выпрашивали их у родителей, те давали неохотно, так как собирали их для самотканых дорожек. Резали лоскутики на полоски, сматывали их в клубки. Потом ткали из них разноцветные дорожки и стелили их на пол.

Мы брали молоко у одной старушки. Вечерами мама посылала нас с сестрой к ней за молоком. Как-то пришли, а хозяйки нет. Оказалось, она корову доила. На верёвке сушилось бельё. Среди белья, внимание привлекла старая, выгоревшая, но довольно ещё крепкая майка. Я сняла её и спрятала под платье. Всё это видела соседка и, видно, рассказала старушке.

Придя домой, мы быстро укрылись в укромном месте под крыльцом и принялись шить. Порезали всю майку и накроили уйму новой одёжки куклам. Вдруг слышим, кто-то кричит: "Катерина Паловна-а-а". Мама вышла. Она давно уже была не Катей, а Екатериной Павловной, начальником консервного цеха, уважаемым на комбинате человеком. "Ваши девчата украли у меня майку дедову", - продолжала молочница.

Мы притаились. Мать заглянула под крыльцо и вытащила меня, так как знала, что сестра на это ещё не способна, и выпорола меня ремнём, приговаривая: "Не бери никогда чужого, стыдато сколько я из-за тебя набралась". А молочнице достала из сундука новую папину майку. Очень та ушла довольная. Я не обиделась: ведь зато у кукол были новые одёжки.

ТУЗИК

Как-то отец принёс нам за пазухой щенка. Мы страшно обрадовались. Назвали его Тузик. К осени Тузик подрос и превратился в огромного пса. Однажды мама, глядя на Тузика, с укором сказала отцу: "Какой же это Тузик? У него же кутята скоро будут". Мы обрадовались ещё больше. Из Тузика пёс быстро превратился в Тузиху. Весной Тузиха ощенилась. Пятеро щенков были такие красивые и забавные. Мы не отходили от них. На другой день мама сказала: "Кутятам не хватает молока, они подохнут". Мы не знали, что это она нас готовит к разлуке со щенками. Я стала думать, как же спасти щенков, чтобы они не подохли с голоду. И придумала. Раз у Тузихи не хватает молока, значит надо ей его дать. Я взяла блюдце, подсела к Тузихе и стала её доить. Надою блюдечко и дам ей выпить. О том, что я выдаиваю молоко для щенков, я не думала, главное напоить Тузиху, чтоб у неё было молоко. Надаивая третье блюдце, я почувствовала шлепок по шее. Мать оттащила меня от собаки за шиворот, приговаривая: "Кто же собаку доит, дурочка! Она же заболеет". Я заплакала от безысходности. Мать сжалилась, принесла стакан молока. На утро кутят, кроме одного, не было. "Сдохли", - высказалась я, вздохнув. Мама промолчала.

КОЛОТУШКИ

Стояла зима. Я училась во втором классе. На перемене увидела в руках у мальчишек странные колотушки. Кусок ветки. А на верху круглый нарост. На вопрос: "Где взяли?" - они ответили: "На той стороне!" Это значит, на другой стороне реки. На этом берегу стоял наш рыбокомбинат. Река была большой, судоходной. Меня это не смутило.

Собрав команду из близнецов-татарчат и их старшей сестры (больше никто не рискнул), мы отправились за колотушками. День стоял морозный, солнечный.

Подошли к реке. Место, где ходили суда, было огорожено столбиками из камыша, вмёрзшими в лёд. За ночь вода в этом месте затянулась коркой льда. Я же подумала, что это место для пешеходов и смело повела всех туда. В одно мгновенье мы оказались в воде. Барахтались и цеплялись за лёд молча, плавать умели и пока наши пальтишки не намокли, мы были на плаву. Каким чудом не помню, я выбралась на твёрдый лёд и стала вытаскивать остальных. Стуча, зубами мы побежали к берегу.

Идти домой было равносильно убийству, и я повела всех к знакомой тёте Поле, что жила недалеко от берега.

Всплеснув руками, она тут же затащила нас всех в дом. У неё как раз топилась печь. Раздев нас, она развесила нашу одежду, а нас напоила горячим чаем и уложила на кровать, тепло укрыв. Одежда быстро высохла. Мы оделись и собрались домой. Тёти Поли не было. Оказывается, она побежала за нашими родителями. Мы вышли и увидели приближающихся родителей. "Всё, - подумала я, - конец". Схватив своих татарчат, отец их крикнул моей маме: "Катя, если ты не убьёшь свою Любку, я убью её сам". Мать здесь же отстегала меня ремнём и им же гнала меня до самого дома.

 

Последнее изменение страницы 28 Jan 2019 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: