Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки
 
Главная страница
Литературный Кисловодск и окрестности
Страница "Литературного Кисловодска"
Страницы авторов "ЛК"
 
Светлана Цыбина
Светлана Гаделия
Юлия Чугай
Юлия Чугай (стихи из "ЛК")
Александра Полянская
Екатерина Копосова
Танзиля Боташева
Елена Гончарова
Игорь Паньков
Геннадий Трофимов
Мирон Этлис
Сергей Смайлиев
Евгений Инютин
Май Август
Иван Аксенов
Станислав Подольский. Стихи
Станислав Подольский. Проза
Ст.Подольский. Новочеркасск 1962
Тамара Янишевская. Грузинская баллада
Виктор Филин
Стихи из "ЛК"
Рассказы из "ЛК"
Литературный КИСЛОВОДСК N56 2015

Иван Аксёнов

Новопавловск

ПЛАЧ ПО ИКАРУ

Светлой памяти моего сына тележурналиста Андрея, трагически погибшего при исполнении служебных обязанностей.

1

Всё пламенно-серо:
и небо, и скалы,
и дальние горы,
и море - кипящая ртуть -
в жидком блеске
эгейского полдня.

Поведай, крылатый Дедал{1}, мне,
какое великое горе
тебе повелело кружить бесконечно
над морем сегодня?

В голодном рыдании чаек
и в яростном рёве прибоя
мне чудится
старческий плач твой,
протяжный, как крик журавлиный.

Ответь мне, Дедал многомудрый,
какое безмерное горе,
какая утрата
тебя заставляет
кружить над пучиной?

В лицо тебе пыль водяная
солёной прохладою брызжет,
и солнце тебя опаляет,
как пламя, кипящее в горне.

Но горе -
всех солнц беспощадней,
и душу иссушит и выжжет
страшнее, чем пламя,
сухое рыданье,
застрявшее в горле.

Над пенной равниною
машут устало
крылатые руки,
и мир беспредельный
в палящем сиянии тонет...

Скажи, о мудрец и умелец,
какие жестокие муки
из старческой груди исторгли
рыдания эти и стоны?

2

Не увидеть тебе
далёких родных Афин!
Лишь круги на воде,
там, куда ты
подстреленной чайкой упал,
милый сын,
мой бесценный Икар!

Я работал тайком,
ночами при свете луны.
Из прозрачного воска и перьев
я сладил четыре крыла,
чтобы сила тех крыльев
из чуждой сердцу страны,
из постылой неволи
на родину нас унесла.

Где ты, мальчик мой, где ты?
Обезумело солнце -
Мир спалён его яростным светом.
Где ты, сын мой? Откликнись!

Где ты? -
Пустота.
Ни следа, ни ответа...

Как просил я тебя
не взлетать высоко в небеса,
где безумствует солнце,
где воздух свинцовый расплавлен!

Но, хмельной от полёта,
не внял ты советам отца,
и паденье твоё -
за безумную дерзость расплата

Мне вовек не забыть
твой прощальный
отчаянный взгляд,
навсегда растворившийся
в синем небесном просторе.

Только белые перья, кружась,
всё летят и летят,
опускаясь в пустынное
и неспокойное море.

3

Где в чёрный Стикс{2} впадает Ахерон{3},
там, где Коцит{4} - река людского плача, -
тебя встречает сумрачный Харон{5}.

Подземный мир бессолнечен и мрачен.
Там воздух густ и чёрен, как гудрон,
и нет там ни отрады, ни удачи,

Серебряный обол{6} в твоей руке.
Ладья у берега. Вручи Харону плату -
и в скорбный путь по смоляной реке.
Ты в ночь ушёл, откуда нет возврата,
а я томлюсь в мучительной тоске,
и образ твой храню я в сердце свято.

4

Беспросветные, страшные, чёрные дни!
Погруженье души в нескончаемый ужас.
Было время лихое, но не было хуже...
Кто ж меня в этот адский капкан заманил?

Многотонною глыбой на сердце легло
беспредельное, невыносимое горе.
Словно адом самим порождённое зло
На меня ополчилось, и с ним не поспорить.

Не укрыться от этого горя нигде.
Эту боль не уймёт и всесильное время.
Как теченью морскому, отдамся беде -
пусть меня унесёт
в чёрный омут Мальстрема.

Нет для радости места в погасшей душе.
Я живу? или умер я? Кто мне ответит?
Ты покинул меня навсегда - и уже
Даже в полдень погожий
мне солнце не светит.

Нескончаемо долгая чёрная ночь.
Ни огня, ни звезды -
только тьма без просвета.
Как мне вечное горе моё превозмочь
в это испепеляюще-злобное лето?

5

Ни шагов, ни шёпота, ни смеха...
В гулкой тишине
я зову тебя, но только эхо
отвечает мне.

Мне б твою щеку ладонью тронуть,
да нельзя никак:
словно чёрный гроб, ладья Харона
канула во мрак.

Как же с этой нестерпимой болью
мне на свете жить?
Ведь была меж мною и тобою
неразрывна нить.

Может быть, я тоже вырвусь скоро
из житейских пут.
Знаю: мне отчаянье и горе
сердце разорвут.

Лишь одно могло б меня утешить -
если бы судьбой
было мне дано в мирах нездешних
встретиться с тобой!

6

  Род проходит, и род приходит,
  А земля пребывает вовеки.
    Книга Екклезиаста, 1-4

Не каждому дано хотя бы в миг
падения летучею звездой
блеснуть во мраке ночи.

Жизнь человека на земле -
мгновенье,
а в памяти людской -
ещё короче.

Умрёшь -
и лучший друг тебя забудет.
Не вечна радость,
и не вечно горе.
Приходят люди,
и уходят люди,
а неизменны
лишь земля и море.

Благоразумны старики,
а дети
так безрассудно
в небо, к солнцу рвутся.
Пока стоит земля
и солнце светит,
икары средь людей
всегда найдутся.

Какое счастье,
что кипит и бродит
святое беспокойство
в человеке!

Что ж, пусть за родом род
приходит и уходит,
земля же сохранится пусть навеки!

7

Я жив, а тебя уже нет.
Как жизнь без тебя пуста!
Ты был воплощённый свет.
Ты был сама чистота.

Но слишком безгрешен ты был
для мира порока и зла -
вот пламень тебя и спалил,
а мне сжёг душу дотла.

Ты умер, а мир земной
стоит, как всегда стоял.
Дробится волна за волной
об острые грани скал.

Весна вослед за зимой
приходит из года в год,
и каждый день над землёй
багровое солнце встаёт.

А ночью сверчки звенят,
Неистовствует прибой.
Но всё это - не для меня:
Я умер вместе с тобой.

  Август 1994 года

{1} Дедал - герой древнегреческого мифа, талантливый изобретатель и скульптор. Он служил у царя Миноса, правившего Критом. Царь не хотел отпускать его, бежать по морю было невозможно: у Миноса был большой флот, и мастер сделал для себя и своего сына Икара крылья из полотна и перьев, скреплённых воском. Увлечённый полётом, Икар поднялся близко к солнцу, от жары воск растопился и перья рассыпались. Юноша упал в море.

{2} Стикс, {3} Ахерон, {4} Коцит - реки, через которые души умерших, по преданию, попадали в царство мёртвых.

{5} Харон - лодочник, переправлявший души людей в подземное царство бога Аида.

{6} Обол - монета, которую надо было уплатить Харону за перевоз.

 

И.Аксенов. Следы (поэма)

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: