Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "ЛК"

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки

Рассказы из "ЛК"

Геральд Никулин. Кисловодск, картинки памяти
Сергей Шиповской. Айдате
Лидия Анурова. Памяти детства
Лидия Анурова. Я и Гагарин. Вечер на рейде. Сеанс Кашпировского
Лидия Анурова. Мои старики
Наталья Филатова. В Серебряниках
Наталья Филатова. Цветные стеклышки
Наталья Филатова. Крымские яблоки
Наталья Филатова. Так мы жили
Валентина Кравченко. Первые шаги
Валентина Кравченко. И так бывает
Валентина Кравченко. Осень
Митрофан Курочкин. Послевоенное детство
Тамара Курочкина. Горьковатый привкус детства
Тамара Курочкина. Грустная дорога в юность
Тамара Курочкина. На теплоходе музыка играет
Тамара Курочкина. Дворняжка по кличке Дружок
Антонина Рыжова. Горький сахар
Антонина Рыжова. Сороковые роковые...
Капиталина Тюменцева. Спрятала... русская печь
Анатолий Крищенко. Подорваное детство
Феофан Панько. За ушко да в лесочек! Крепкий сон
Любовь Петрова. Детские проказы
Иван Наумов. Перышко
Георгий Бухаров. Дурнее тетерева
Владислав Сятко. Вкус хлеба
Андрей Канев. Трое в лодке
Андрей Канев. Кина не будет, пацаны!
Галина Сивкова. Жизнь - в пути
Галина Сивкова. Фотография
Олег Куликов. Шаг к прозрению
Нина Селиванова. Маршал Жуков на Кавказских минеральных водах
Нина Селиванова. Медвежья услуга
Михаил Байрак. Славно поохотились
Ирина Иоффе. Как я побывала в ГУЛаге
Ирина Масляева. Светлая душа
Инна Мещерская. Дороги судьбы
Анатолий Плякин. Фото на память
Анатолий Плякин. И так бывает
Анатолий Плякин. В пути - с "живанши"
Софья Барер. Вспоминаю
Пётр Цыбулькин. Они как мы!
Надежда Яньшина. Я не Трильби!
Ирина Бжиская. Первый снег
Елена Довжикова. Рассказы
Лариса Корсуненко. Мы дети тех, кто победил...
Лариса Корсуненко. Ненужные вещи
Сергей Долгушев. Билет на Колыму

Лидия Анурова

Кисловодск

Новеллы

 

"Литературный Кисловодск", N44-45 (2012г.)

Я И ГАГАРИН

Как не хочется уезжать от лета, тепла!

Но ничего не сделать, надо ехать домой, учиться. И как нарочно день жаркий, 34 градуса.

Я уже отдала багаж и теперь надо ждать объявление на посадку.

С трудом нахожу место на скамеечке, с любопытством смотрю на людей. Так много женщин с красивыми шляпами. А сарафаны... Один лучше другого. И почему на курортах все женщины сплошь красивые? Загорелые? Или просто счастливые?

Я снова вспомнила Севастополь, Графскую пристань, синее-синее море, чайки... Да, теперь до следующего лета.

Как хорошо печет солнце и не хочется ни о чем думать, вот так сидела бы и сидела.

Вдруг я подскакиваю: который час, ведь часы я утопила в море. Подбегаю к дежурной на летном поле:

- Рейс на Москву объявили?

- Вы что говорите, посадка уже закончена, сейчас трап уберут!

- Ужас! А что делать?

- Быстрее, быстрее, бегом! Вот еще один бежит!

Высокий мужчина подхватывает меня за руку и я почти лечу и совсем не вижу, что происходит под трапом. А там пилоты, стюардессы - толпа... Чего-то ждут, не понятно. Слышу говорят:

- Все!

Меня посадили в хвост самолета, был сильный шум мотора - настроение мое совсем испортилось. И еще незадача: рядом со мной сидела старая бабушка. Она летела в самолете впервые и очень боялась, чуть не плакала: "Упаду, упаду!" - а я ее успокаивала.

Вдруг послышался тихий говор:

- Гагарин, Гагарин!

Какой Гагарин, где Гагарин...

Я повернула голову и - Гагарин!

Идет передо мной и на его руке маленькая девочка. И так быстро все произошло.

Сижу и думаю:

- Гагарина близко видела, а ведь никто не поверит.

Как нарочно, нет ни карточки, ни блокнота, хоть на руке пиши. И вдруг вспомнила, ведь у меня в сумке учебник иностранной литературы, я его взяла, если вдруг будет скучно в аэропорте.

Я в отсек самолета - Гагарин совсем один и девочки уже нет.

Как я переволновалась не передать.

А он оказался очень добрый и смешливый.

- Почему вы прогуливаете, не учитесь!

Мы снова говорили, смеялись.

Я оправдывалась. Вдруг кто-то его позвал. Он взял ручку и четко написал "Желаю отличной учебы. 4.09. ... Гагарин".

Когда мы выходили из самолета, был виден ещё трап, и перед ним стояли две черные "Волги".

А я долго ждала багаж, ехала на метро, очень перемерзла, на улице было 13 градусов.

Утром я встала и узнала, что у меня пропал голос. Целый месяц я шипела как гусь, мне не становилось лучше.

Один знакомый мамы сказал:

- Лучше всего - ром, стакан!

- Ром! Я не боцман! - (пишу!)

Ну что делать, попробую.

Вечером я приготовила постель, на журнальный столик поставила стакан рома.

- Фу!

Я проспала 20 часов, голос появился.

Ура! Только с тех пор я не могу петь

Колокольчики мои,
Цветики степные,
Что глядите на меня,
Темно-голубые.

Не получается.

Иногда я открываю страничку учебника и вижу: "Гагарин". Так давно это было...

ВЕЧЕР НА РЕЙДЕ

Город сразу ей понравился чистыми, словно умытыми улицами, запахами моторного масла и водорослей у причалов, похожими на огромных китов подлодками и декоративными матросами.

Верочка неспешно погуляла по тихим уличкам, увитым виноградом. Ей встретилась маленькая обезьянка. Она грустно смотрела с подоконника. На маленьком рынке смешались запах дыни и рыбы. Дородные хозяйки несли домой огромных плоских рыбин на веревках. Перекликались продавцы и покупатели, словно давно знали друг друга. Но прошло несколько дней и Верочка заскучала. И вот удача! Асю она встретила у катера с Северной стороны. Через несколько минут уже всё знали друг о друге: учатся, живут у знакомых и будут отдыхать в Севастополе еще две недели.

Был День Военного Флота, они решили немного погулять в парке, где играл военный оркестр. А вечером - салют, который ни Верочка, ни Ася еще никогда не видели.

Вечером они снова встретились и решили смотреть салют с набережной: и бухта на виду, и людей больше.

На катере было не продохнуть, девочки лишь посмеялись: "В тесноте - не в обиде". ‘Настроение у них было праздничное. Людей все прибавлялось и прибавлялось. Голоса, шум, смех! Теперь они уже боялись, что плотная толпа раздавит их. Но все на мгновение остановились. Первые хвостатые красные и белые всполохи, грохот и крики испугали их:

- Ура! Ура!

Ася закрыла уши и не слышала, что кричит от восторга Верочка:

- Ура! Вот это да!

Когда все кончилось, Верочка не спешила уходить:

- Давай подождем, когда подадут хотя бы два катера. Народу будет меньше.

Они отошли в сторону. Толпа немного рассеялась, и уже можно было подойти к катеру.

- Смотри! Оказывается, подали еще паром. А людей-то, людей не счесть. Смотри, он отходит уже, а люди прыгают на палубу. Как смешно!

- Чудаки! А мы не спеша на катере. Вот он стоит!

Людей на катере было мало, по-видимому, все плыли на пароме.

- Ну и отлично! Я так устала! - сказала Ася. Девочки молча смотрели на появляющиеся и исчезающие зеленые и красные огоньки.

Но прошло минут десять, причал не появился, и Верочка с ужасом воскликнула:

- На Северную?

- До Инкермана!

- Инкермана!? А когда обратно?

- Утром в шесть часов.

- Ужас! А что делать, нам нужно на Северную?

- Не знаю!

Девочки растерялись: что с ними будет.

Неожиданно катер в темноте остановился. Пассажиры вышли цепочкой и пошли по крутой тропе. Верочка и Ася вышли последние. Тропа вывела их на дорогу, людей уже не было. Словно растаяли!

Девочки снова спустились по тропе к причалу. Блики от воды освещали остановку. Возник холодный ветер от воды, платье не спасало.

Они прижались друг к другу. Неожиданно откуда-то появилась большая темная собака. Ася присела:

- Ой!

- Молчи! - зашептала Верочка. Собака понюхала их и легла.

- Хорошо, что хоть одна животинка нас охраняет! - сказала Ася и погладила собаку. Надежды не было: зеленых и красных огней стало меньше, по-видимому, все спали.

- Замерзнем!

- Не замерзнем. Надо прижаться крепче.

Они молчали.

Когда Верочка услышала шум, она просто себе не поверила. Но точно, остановился и пришвартовался катерок. Двое матросов сбросили с причала две бочки и уже хотели спрыгнуть с причала, как Верочка закричала:

- Помогите, пожалуйста!

Прижавшись к холодному борту, Ася тихо прошептала:

- Куда он плывет-то?

- Хоть куда. Не сидеть же на берегу!

Подошел матрос:

- Капитан вас требует!

Девочки поднялись в рубку.

- Ну, как вы сюда попали!

- Случайно!

- Как это случайно! - Верочка сбивчиво начала говорить: был салют, потом был плот на Северную сторону, а они попали в другой катер. Сидели с собакой.

- Ну-ну, и собаку приплели! А где собака?

- Наверное, сбежала!

- Не верю! Вот сдам вас в милицию, тогда узнаете! И без взрослых...

- Мы взрослые!

- Я просто обязан вас сдать, понимаете!

Он помолчал.

- Все, я занят! Спускайтесь! - Ася тихо плакала:

- Что мы натворили! И еще попадет!

Рычание мотора прекратилось. Подошел капитан:

- Ну, быстро, прыгайте на пирс. Мне нельзя долго стоять, попадет! Это - Северная!

- Спасибо! - и они помчались. Было тихо, все спали. Верочка подергала дверь и повернулась: перед ней стоял, дыша в лицо и чавкая, огромный бульдог. Она с ужасом вспомнила, что сегодня должны были привести новую собаку.

- Игорь! - пропищала Верочка тоненько и сползла с двери.

В темноте в простыне появился Игорь, сын хозяйки:

- Черт вас носит по ночам!

- Ну и грубо! - ничего уже не боясь сказала Верочка и закрыла комнату.

 

"Литературный Кисловодск", N46 (2012г.)

СЕАНС КАШПИРОВСКОГО

Ну, что делать со мной, не люблю я ни магов, ни чудесников. Иногда увижу афишу, что приезжает опять какой-нибудь Кио, мне просто смешно: женщины руками машут, на пол падают, спят... Вроде бы нормальные люди, а так себя ведут... Противно! С широкой сцены на весь мир рассказывать о своих тайных болячках ... До чего же мы дошли - какой-то Хоттабыч нами командует!

Осень. Давно кончилось бабье лето, все серо - и небо и земля. В такое время мне ничего не хочется.

Входя в комнату, я услышала в пол уха, что начинается сеанс Кашпировского. Ну ладно, послушаем!

Я поудобнее села на диван с мягкими думочками, слушаю: как всегда - бу, бу, бу, про всякие боли и болячки. Я слушаю и не слушаю... И совсем забыла, что там происходит. Вдруг слышу голос Кашпировского: закрываем глаза... закрываем глаза... Мы слышим шум моря, он все громче, громче... Слышим шум ветра... ветры...

Я и правда закрыла глаза, а он всё своё: шум, шум, шум... А я не чувствую ни моря, ни шума... Ничего! Что ж я такая непонятливая!

И вдруг у меня ни с того, ни с сего начала дергаться правая губа. И так сильно и неприятно. А потом левая, еще сильнее. И я чувствую, что не могу с ней сладить...

И вдруг я оказалась на том самом месте, где я обычно катаюсь на велосипеде около горки. На мне белое платье с васильками, которое вышила мама и которое я очень люблю. То есть, не оказалась в этом месте, а чувствую, что я в этом месте... Я ощущаю запахи, звуки...

И вдруг я пошла... То есть, не пошла, а почувствовала, что иду мимо монастыря по тропе к пруду... Чувствую теплую глинистую почву... Иду босиком, репьи цепляются за платье, жужжат пчелы, чувствуется запах очень знакомых с горчинкой цветов... Да, да, вспомнила - такие крохотные, белые и желтые.

Я остановилась... Плотина шумит, ласточки вскривают звонко, зависают легкие стрекозы над прудом. Я этого не вижу, но знаю, чувствую все это: и ласточки, и ручей, и стрекозы...

Господи, как хорошо!

Иду дальше через маленький ручеек. Деревянный мосток качается, брызги падают мне на ноги, я смеюсь...

Иду... иду к нашему дому, где на задах стоит колодец с черносливом, сизым-сизым... Ой, какой сливовый запах!

И вдруг я оказалась перед нашей калиткой и почувствовала запах старого трухлявого дерева перед моим носом... Я почему-то умилилась и заплакала такими сладкими слезами, вспомнила, что перед палисадником стояла молодая березка. И так мне стало хорошо - не передать!

И вдруг я услышала монотонный голос Кашпировского ...пять, четыре, три, два, один...

Я посидела.

- Вообще-то надо предупреждать - я вся в туше!

На следующий день с утра повторение сеанса. Я правдами и неправдами сбегаю с работы. Умылась, села на диван удобно, жду... Но ничего не произошло. Так обидно! Ну хоть на минутку еще почувствовать всё это!

Прошло столько лет, а я до сих пор помню запах цветущего репья, сухое теплое дерево калитки, жужжание пчел...

Знакомые мне говорили:

- Напиши Кашпировскому!

Зачем! Ведь он не вернет мне ни ручья, ни мосток с теплыми брызгами... Все это мое!..

Прошло много лет, я уже давно живу в другом городе. И однажды мне пришлось опять туда попасть, на мою улицу, на то же место. Тот же пригорок и пруд... Он почти пересох, пропали ключи, раньше такие шумные. Одна плотина шумит. В нашем доме живут другие люди, береза старая-старая, корявая... Всё прошло!

Закрою глаза и чувствую запах трав, слышу шум ручья, поет какая-то голосистая птаха... Поет!.. Попасть бы туда хоть на несколько минут!..

 

Лидия Анурова. Памяти детства

Лидия Анурова. Мои старики

 

Страница "Литературного Кисловодска"

Страницы авторов "Литературного Кисловодска"

 

Последнее изменение страницы 29 Sep 2020 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: