Сайт журнала
"Тёмный лес"

Главная страница

Номера "Тёмного леса"

Страницы авторов "Тёмного леса"

Страницы наших друзей

Кисловодск и окрестности

Тематический каталог сайта

Новости сайта

Карта сайта

Из нашей почты

Пишите нам! temnyjles@narod.ru

 

на сайте "Тёмного леса":
стихи
проза
драматургия
история, география, краеведение
естествознание и философия
песни и романсы
фотографии и рисунки
Главная страница
Литературный Кисловодск и окрестности
Страница "Литературного Кисловодска"
Страницы авторов "ЛК"
страница Ивана Аксенова
 
Плач по Икару
Следы
Стихи из "ЛК"
Сонеты
Галоша
Незваные гости
Бес в ребро
Цыганское счастье
Коля Цицерон
Трое из НЛО, или визит к экстрасенсу
Удар под дых
Парламент, приказавший долго жить
Деструктивный элемент
Свет в одиноком окне
Графоман Зябликов
Предупреждение с того света
Михаил Лермонтов
Иван Елагин
Иван Зиновьев
Станислав Подольский
Светлана Гаделия
Литературный Кисловодск, N46
ЛИТЕРАТУРНОЕ ЭХО

Иван Аксёнов

ТВОРЧЕСКАЯ САМОБЫТНОСТЬ ПИСАТЕЛЯ СТАНИСЛАВА ПОДОЛЬСКОГО

Известно, что всякого художника мы ценим за его непохожесть на других мастеров, за самобытный взгляд на окружающий мир, за свой, присущий только ему одному творческий стиль, - то есть за всё то, в чём проявляется его творческая индивидуальность.

"Безнадёжны всякие старания объяснить писателя, - личность необъяснима, - писал Юлий Айхенвальд. - Индивидуальность писателя уже потому средоточие и сердце литературного явления, что она талантлива. А ведь талант - это не звук пустой, это особая сила, которая, как и всякая другая сила, имеет свои законы, свои решающие требования".

Станислав Подольский - поэт и прозаик, и трудно сказать, кого в нём больше - первого или второго. Главное, что и в поэзии, и в прозе он своеобразен, ни на кого не похож.

Всякое его произведение является выражением его особого мировоззрения. В любом из них он так или иначе высказывает своё личное отношение к жизни, нередко расходящееся с мнением, устоявшимся в обществе, даёт резкую оценку окружающей действительности.

Всё, о чём говорит он, пережито, прочувствовано им, испытано, как говорят, "на собственной шкуре". Поэтому нередко оценки его бывают субъективными. И тем не менее, всё это затрагивает сердце читателя, разумеется, при условии, что тот умеет тонко чувствовать и научился читать между строк. Станислав Подольский выбирает то или иное явление, нередко незначительное, на первый взгляд, но умело устанавливает его связи с другими явлениями, вызывая у читателя ряд ассоциаций. Он замечает многое, что недоступно неискушённому читателю и делает это достоянием последнего.

Точка зрения на изображаемое явление у него часто парадоксальна, и этим он заставляет нас ещё более внимательно вчитываться в уже прочитанное, вникать в подтекст произведения.

И стихи, и проза Ст. Подольского нередко кажутся непривычными. Необычно построение фразы, характерное только для него, употребление поражающих своей оригинальностью словосочетаний, широкое использование, наряду с привычным верметром, свободного стиха - верлибра, даже в те времена, когда в русской поэзии он казался иноземной диковинкой и подвергался резкой критике. Ст. Подольский был одним из первых поэтов на Ставрополье, кто воспитал целую плеяду авторов верлибра.

Лирический герой Ст. Подольского - скиталец, немало постранствовавший, как и сам поэт, по неоглядным просторам России, очарованный странник, цепким взглядом художника подмечающий и красоты мира, и мерзости вечно неустроенного российского быта. Это не бесстрастный созерцатель, а заинтересованный участник нашей бестолковой, растрепанной жизни, небогатой не только радостями, но и надеждой на будущую радость.

В его стихах бесполезно искать какую-то "романтику", это поэзия суровая, тревожащая душу, уязвляющая совесть. В ней - напряженно бьющийся пульс встревоженной мысли. Нервные, кипящие, словно прибой, ритмы стихов, уверенное использование верлибра, разнообразие лексики - все это делает поэзию Ст. Подольского не простой для восприятия людьми неподготовленными. Стихи его требуют от читателя напряженной работы мысли, призывают к активному сотворчеству. Московский поэт и литературный критик Лев Кропоткин сказал об одной из книг Ст. Подольского: "Душа поэта ранена мерзостями среды обитания, истерзана десятилетиями заточения в бесправии и фальши, но нравственно она абсолютно здорова. Её мир неоднозначен и многолик, но целостен и недвусмыслен при всех абсурдах и гримасах бытия".

Станислав Подольский - поэт-урбанист. Город - его стихия. Его лирический герой бредёт "пустыней городскою" мимо "угрюмости, мусора и разора", мимо строек и заборов. Он давно сжился с этой будничной обстановкой и не мыслит без нее жизни. И лишь изредка, выбравшись за город, он приходит в изумление и восторг от одного вида "воздушной прялки мошкары" и "вертолетов стрекоз", "огнецветных бабочек" "над запущенным злым изобильем допотопной забытой страны".

Никогда не пугало поэта изображение примелькавшихся каждому примет убожества нашей повседневной действительности. Но удивительно то, что любое, казалось бы, далекое от поэзии событие он умеет превратить в явление искусства.

Нетрудно убедиться в том, что лирический герой его стихов - это alter ego самого автора Он бескомпромиссно относится к господствующему в обществе конформизму, развенчивает прекраснодушные фразы коммунистических краснобаев и либеральных болтунов о прекрасном будущем, ожидающем нас.

И пусть его лирический герой остро ощущает свое одиночество, он, при всей своей неприкаянности, не чувствует себя затертым грубой действительностью и обреченным на неминуемую гибель. И пусть нелегко жить "на развалинах былой империи", где "нескладуха, брань, грабёж и драка", главное для него - это Золотое небо над Россиею, Остальное - наважденье, ложь ("На развалинах").

Он живёт чувством причастности к этому неласковому миру, он полной грудью вдыхает "ветер игольчатый", он может, дочитав книгу в электричке, выключить, словно настольную лампу, "закат молчальный" Это чувство хозяина, а не запуганного "маленького человека". Именно это и свидетельствует о тесной связи поэта с его лирическим героем, именно это и характеризует творческую индивидуальность Станислава Подольского.

Народ, существующий на грани выживания, на пределе человеческого терпения, сама Россия, "прекрасная великая страна, распятая от края и до края", дороги и милы сердцу поэта.

Образ Родины предстаёт у Ст. Подольского в картинах неяркой русской природы. В стихах его (сборник "Дождливое воскресенье") "встают молчаливые горы", сияет "Бештау, весь просвеченный насквозь", радует глаз "нежная зелень весны изначальной", "голубеет небесная бездна".

Но, к сожалению, немногие способны видеть эту бесхитростную красоту родной природы: слишком перегружены мы своими земными заботами, а потому замечаем лишь "дней унылых череду", и, если даже идём вперёд, в будущее, обязательно "с головой, повёрнутой назад", ностальгически вздыхая о прошлом, как вздыхал лакей Фирс из чеховского "Вишнёвого сада" о временах крепостного рабства. Потеряв всякую надежду на счастливое будущее, мы пытаемся отыскать счастье в бесцветном, жалком прошлом, которое проклинали тогда, когда оно было настоящим.

Но люди не должны жить разобщённо. Только вместе мы что-то значим. Нужна взаимопомощь, нужно братское отношение друг к другу. И автор призывает нас: Обнимемся средь тьмы! ("Ночная жизнь").

Поэт в своих стихах как бы заново пересоздаёт неудачно устроенный мир, он ощущает себя Творцом, Демиургом "Космоса исполинского", создающим на руинах надежд и радостей новую реальность, ему уже видится "туманный мир, родной и странный, сквозь слезы жгучие в глазах".

Вот почему в сборнике стихов "Зелёная провинция" даже в сумрачную минуту, когда кажется, что и жить больше незачем, приходит его лирическому герою в голову отрезвляющая мысль: Быть может, стоит подождать с отчаяньем? ("весеннее стихотворение").

Ст. Подольскому присущи космическое восприятие жизни, убеждённость в единстве человека и природы, в их взаимосвязи и взаимовлиянии. Здесь, в океанской зыбке гор и землетрясений, детство моё качалось ("Колыбель").

Мучительно-остро переживает поэт стремительное течение жизни, которая "пронеслась... в ненастьях и обещаньях". Не успеешь оглянуться, познать самого себя, ощутить радость любви, человеческого общения, а уже "прощаться пора настаёт". Но как бы ни была трудна эта жизнь, мир этот дорог поэту. Очнитесь, спящие! Смотрите - за окном весна шумит и солнышко в зените. ("Как будто нахожусь в приснившейся стране")

Творчество Ст. Подольского богато и разнообразно Рассказы, повести, пьеса для чтения, классический верметр и смелый верлибр - во всём этом видна рука мастера.

Часто он ставит прилагательное после определяемого существительного, что характерно, например, для испанской речи ("пальтишко потрёпанное", "сила травная", "в рощице полупрозрачной" и т.п.). Нередко сталкивает он слова, которые в разговорной речи несочетаемы, но это производит у него эффект удара железа о кремень - высекает искры-образы, яркие, оригинальные.

Богата его поэзия метафорами. Выше были упомянуты "воздушная прялка мошкары", "вертолёты стрекоз", немало их рассыпано в любом взятом наугад сборнике стихов: Бештау видится ему "чернильным облаком", стаи грачей - "копотью горя", он замечает "смятенную ветра руку", "деревьев взметенные волосы" и многое другое.

Стихи Ст. Подольского звучат то жестко и грубо, то полны лирической нежности. Не забывает он и о звуковой инструментовке их. В зыбкую, беспокойную ткань его стихов местами вплетаются изысканно яркие нити аллитераций: раскатами звука "р" громыхает по железу кровли буря ("и ржавый ветер ржал и плакал") мелодично и нежно звучит "л" в изображении летней природы ("тихо, ласково, легко / бродит лето жизни спелой", завораживают слух сочетания мягких звуков ("шум, смятенье и тени растений пугливых").

"Главное, чем "берут" его стихи, - пишет о Подольском Лев Кропоткин, - это подлинный драматизм, балансирующий на грани трагизма и находящий впечатляющее отражение в мыслящем и образном чувстве. Но едва ли эта поэзия вас так "брала" бы, не будь столь остра на слово, богата на свежинки и находки... Словарю, в который вас окунает С. Подольский, бездонности и студёности этого кладезя нельзя не позавидовать".

Ещё Гораций говорил о поэзии как о живописи словом. Живописна ли поэзия Станислава Подольского? Несомненно. Только это живопись особого рода: в ней нет импрессионистической трепетности, мягких полутонов, нежной размытости контуров. Поэт кладёт краски пастозно, широкими мазками. Но, если уж сравнивать его поэзию с изобразительным искусством, то ко многим его произведениям больше подойдёт сравнение с линогравюрой - с её резкими соотношениями чёрного и белого, создающими ощущение напряжённости, экспрессии, драматизма.

Немногие стихотворцы обошли молчанием тему судьбы поэта в обществе. У Ст. Подольского поэт безоглядно растрачивает себя, отдавая талант людям, а потому судьба его подобна судьбе реки, истратившей воду на орошение полей, "затерявшейся в горячих просторах и людях".

Он и сам таков - отдаёт себя без остатка творчеству, веря, что оно нужно людям.

 

Станислав Подольский. Стихи

Станислав Подольский. Проза

Станислав Подольский. Новочеркасск 1962. Свидетель. Requiem.

 

ПОДЕЛИТЬСЯ: